Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Точка зрения Фенлин Ниа помогла мне расставить еду на маленьком столике, и я улыбнулась ей, благодарная, что она не возражала сбегать за ещё одной тарелкой для Соласа. — Вы сегодня ужинаете с мастером Соласом? — спросила она с лёгкой улыбкой, помогая накрыть на стол, и принесла ещё еды. Я покраснела от её вопроса и нарезала хлеб от буханки. — Да, — только и сказала я. И услышала её девичий смешок. Быстро взглянув на неё, собираясь что-то сказать, я ощутила его ауру — он направлялся к моей хижине. Я медленно двинулась к двери и открыла её как раз в тот момент, когда он потянулся, чтобы постучать. Он одарил меня своим неодобрительным взглядом, который, как мне начинало казаться, предназначался исключительно для меня, и я улыбнулась ему. — Убери этот осуждающий взгляд, — быстро поддразнила я, прежде чем он успел что-либо сказать, и жестом пригласила его внутрь. Ниа быстро поклонилась и одарила меня лукавой улыбкой, проходя мимо нас. Я только покачала головой ей вслед — уши у меня теплели — и закрыла за ней дверь. Я заметила его любопытный взгляд и просто покачала головой, игнорируя его. — Тебе действительно стоит стараться не перенапрягаться, леталлан [сородич]¹, — отчитал он меня, протягивая мне руку, чтобы я могла опереться. Я издала лёгкий стон раздражения от его постоянного кудахтанья, принимая предложенную руку. — В этой кровати нет ничего весёлого, Солас. Зачем мне в ней валяться? Как только эти слова сорвались с моих губ, мне захотелось провалиться сквозь пол от смущения. Почему я так поступаю с собой, с ним? Я уставилась в пол, зная, что мой предательский румянец заливает лицо, и его тихий смех рядом со мной только всё усугубил. — Веский аргумент, — сказал он и проводил меня к уже накрытому столу. Я украдкой взглянула на него и увидела, что его щёки тоже слегка порозовели, и от этого мой живот сжался, а разум заметался в догадках, о чём он мог думать, чтобы этот румянец там появился. Я села, прочистила горло и разлила нам вино, пока он садился напротив меня. — Ну что ж, раз с этим разобрались, что будем обсуждать дальше? — Я протянула ему бокал и отпила из своего, прежде чем посмотреть на него. У него был такой озорной вид, пока он пил своё вино, что я была уверена: что бы он ни сказал, это снова заставит меня покраснеть. — Может быть, ты поделишься со мной тем, что считаешь весёлым? О милосердный Создатель, несносный ты человек! Моё лицо мгновенно залилось краской от мыслей, пронёсшихся в голове после его вопроса, и я ощутила то же, что и в то утро, когда узнала, что мы делили один спальный мешок. Нет! Я не позволю ему снова выйти сухим из воды. Я проглотила смущение и решила перевернуть доску. — А что? Прошло так много времени, что ты забыл? О, румянец, мгновенно заливший его лицо, того стоил. Его глаза удерживали мои мгновение, затем он поставил свой бокал, и я нервно сглотнула, мгновенно понимая, что в этой игре мне никогда не выиграть. — Возможно. Или, возможно, я ищу дальнейшего понимания о тебе и о том, что ты считаешь весёлым. Я тут же рассмеялась и покачала головой, краснея до самых пяток. — Ловко вывернулся, признаю. С твоим-то языком от тебя, наверное, женщинам отбоя нет, — поддразнила я и отпила вина. Его смех послал мурашки по моей коже, и я увидела, как он качает головой. — Ты никогда не бываешь такой, как я ожидаю, — сказал он, всё ещё с улыбкой на губах и поднимая свой бокал. — Это хорошо или плохо? — спросила я, потягивая вино, и его взгляд упал на меня и замер. — Хорошо, — ответил он, прежде чем отпить вина, внимательно наблюдая за мной. О, глаза этого мужчины меня точно погубят.

***

Когда наш ужин закончился, мы недолго посидели молча, пока он не перевёл взгляд с вина в своём бокале на меня. — Твои рисунки Фен'Харела очень детальны. Он приходил к тебе в Тени раньше, или ты видела воспоминания о нём? Я всё думала, когда же он попытается найти способ вытянуть это из меня, — и я отпила вина, прежде чем ответить. Поставив бокал, я решила посмотреть, удивит ли его мой ответ. — Вообще-то, я встречаюсь с ним часто. Мне нравится проводить с ним время. Он стал моим другом — или, по крайней мере, настолько, насколько он позволяет мне им быть, а я — ему в ответ. Я наблюдала, как его глаза слегка расширились от моего ответа, в то время как его лицо оставалось спокойным, почти созерцательным. — И он действительно тебя не пугает? Любопытство в его тоне заставило меня улыбнуться, и я покачала головой. — Нет, не пугает. Это правда так удивительно? Погоди, это опять одна из тех «далийских» вещей, которые я делаю не так? Звук его смеха и вид его улыбки всегда заставляли мои гормоны беситься. — Уверен, твоей Хранительнице было бы что сказать по этому поводу. — Уверена, было бы, если бы её мнение имело значение, — ответила я и отпила вина. — Поэтому ты решила больше не иметь клана? Ты с ними не согласна? Его любопытство к моему прошлому было ненасытным, и я задумалась о своих отношениях с родителями, с семьёй и покачала головой. — Это было обоюдное решение, — наконец ответила я, и поняла, что мой ответ его удовлетворил… пока что.

***

Мой лес был полон виспов, и мои глаза искали признаки духов, но никто так и не пришёл. Или, по крайней мере, ещё не показывались мне. Воздух вокруг меня сдвинулся, давая знать, что он рядом, и я бросила камешек в озеро, чтобы наблюдать, как круги медленно расходятся в стороны. Он сел близко ко мне, и я прислонилась к его боку в знак приветствия. Он не напрягся от этого действия, и, улыбнувшись, я бросила ещё один камешек в воду. — Можно спросить? — спросила я после нескольких минут тишины и бросила ещё один камешек в воду. — Если ты должна, — ответил он, и мягкие вибрации его рычания прокатились по моему боку почти ласкающим образом. — Когда ты смотришь на меня, ты видишь тень народа, что был когда-то? — Нет, не вижу. Почему ты спрашиваешь? — В его голосе прозвучало удивление, отчётливо вибрируя вокруг меня. Я чувствовала, как он смотрит на меня, села прямо и бросила ещё один камешек в воду, прежде чем обхватила колени руками. — Я бы, наверное, видела, будь я на твоём месте. В его ауре читалось удивление от моего ответа, и я продолжила смотреть на воду. Лунный свет ласкал мерцающую воду, и от этого зрелища захватывало дух. — Почему ты так думаешь? — Его низкий вопросительный рык окружил меня, и я наконец посмотрела на него. — Потому что я знаю: эльфы отягощены историей и культурой, о которой далийцы могут лишь делать вид, что знают. А городским эльфам всё равно, или они просто не обращают внимания. Валласлин у далийцев — то, чем стоит гордиться, но это всего лишь рабские метки, которые теперь ношу и я. Нынешние эльфы считают Создателей богами, но они не были богами — не по-настоящему. Вот почему. Его молчание было оглушительным, пока его красный взгляд пристально смотрел на меня. — Я не права? — спросила я, встречая его взгляд. — Ты снова удивила меня своими познаниями, да'лен [дитя]², вот и всё. — Тебя удивило, что я что-то знаю, или удивило, что я ответила тебе честно? Его смех в ответ на мою озорную улыбку согрел меня, отражаясь эхом над водой. — И то, и другое, — прогрохотал он. Улыбнувшись, я снова прислонилась к его боку и уставилась на воду.

***

После ещё трёх недель практически домашнего ареста я начала сходить с ума. Мне хотелось выйти на улицу и вдохнуть свежий воздух, находясь в нём, а не через чёртово окно. Решительно поднявшись с кровати, я схватила куртку, открывая дверь, и обнаружила Каллена с поднятой для стука рукой — он резко опустил её. — Я подумал, может быть, ты хочешь немного прогуляться, моя леди, — предложил он, звуча слегка нервно. Я полностью натянула куртку и закрыла за собой дверь. — Да, чёрт возьми, пожалуйста, Каллен. Если я проведу в постели или в этой комнате ещё хоть минуту, я, наверное, подожгу это место, просто чтобы выбраться. И, пожалуйста, зови меня просто Фенлин. Каллен рассмеялся, когда я взяла его под руку, и он медленно повёл меня по тропе прочь из Убежища. — Знаешь, будь у меня магия в те времена, когда я был прикован к постели, я бы, наверное, думал так же, — пошутил он на ходу. Я видела мужчин и женщин, тренирующихся на плацу, пока мы проходили мимо, включая Кассандру, и помахала ей. Я никогда прежде не была так близко к Каллену и поняла, что он такой же крупный, каким его изображали в игре. Он был красив; определённо можно сказать, что этот мужчина был генетически одарён привлекательной внешностью. Светлые волосы, глаза карего цвета, широкие плечи и мощные мышцы. Ему, наверное, приходится палкой отбиваться от женщин. — Почему ты стал храмовником, Каллен? Ты не похож на тех, с кем я сталкивалась до сих пор. Каллен взглянул на меня, пока мы шли, а затем посмотрел на тренирующихся новобранцев. — Когда я был маленьким, я вырос в городке под названием Хоннлит. Там была семья, которая жила недалеко от нашей фермы. Их сын был моего возраста, и мы играли вместе. Его магия проявилась, когда ему было девять, и люди в городе боялись его из-за этого. Они чуть не убили его, прежде чем храмовники смогли благополучно доставить его в Круг. С того момента я хотел защищать тех, кто в этом нуждается. Магов ненавидели или боялись, что делало людей опрометчивыми. Я хотел защитить их, — объяснил он, и это прозвучало от души. — Хотела бы я, чтобы больше людей думали так же, — сказала я и увидела его улыбку. — Те, с кем ты сражалась во Внутренних землях, не были настоящими храмовниками. Что бы ни происходило с орденом сейчас, это не тот орден, в который я вступил в тринадцать лет. Мне жаль, что тебе пришлось пережить такой ужасный опыт. Понимаю, что это звучит неубедительно, но мне очень жаль, что так случилось. — Спасибо тебе за это, Каллен. Ты, боюсь, принадлежишь к вымирающему виду. Хороших храмовников осталось мало. Каллен рассмеялся, когда мы отошли от частично замёрзшего пруда и вошли в небольшую рощу. — Я видел кое-что из того, что маги могут делать, Фенлин. Я не совершенен. Я не доверял магии и тем, кто ею владеет. Я пытаюсь преодолеть это, но у меня всё ещё бывают моменты… — он замолчал, не зная, как продолжить, и я усмехнулась. — Ты имеешь в виду «быть недоверчивым засранцем»? — Рассмеявшись над его удивлённым выражением лица, я снова похлопала его по руке. — Я тоже таким бываю, Каллен, если это утешает. Каллен рассмеялся над моими словами. — Да, бывало. Утешительно знать, что я в такой хорошей компании. Я засмеялась и глубоко вдохнула свежий воздух. В Морозных горах определённо теплело, и я была благодарна за это. Остаток пути мы прошли в дружеском молчании, просто наслаждаясь обществом друг друга. Он проводил меня обратно к моей хижине, и я повернулась, чтобы остановить его, прежде чем он уйдёт. — Каллен? — Да, моя леди? — Ты не научишь меня сражаться мечом и щитом или просто мечом — мне всё равно, — и, может быть, защищаться от того, как храмовник подавляет силу мага? Каллен с минуту смотрел на меня с любопытством, словно взвешивая, достойна ли я такого обучения. — Думаю, тебе было бы полезно знать, как защищаться от других не только магией. Когда ты достаточно поправишься, Фенлин, я покажу тебе, как противостоять каре храмовника и как хотя бы сносно владеть мечом и щитом. Я быстро обняла его и отступила назад, заметив, что некоторые жители Убежища с любопытством смотрят нам вслед. — Спасибо, Каллен. Это много значит для меня. — Слегка покраснев, он кивнул мне и ушёл.

***

В последующие несколько недель Каллен учил меня, как справляться с карой храмовника — и, будь я проклята, это было больно. Он сдержал слово и показал мне, как пережить её лучше, чем в тот раз на Перекрёстке. Теперь я могла устоять на ногах после кары, и это немного успокаивало. Он также показал мне упражнения с мечом и щитом. Он запретил мне пока спарринговаться с кем-либо, но я могла колотить чучела мечом, чтобы научиться правильно пользоваться оружием. Мне даже нравилось учиться у него. Он был чрезвычайно терпелив с моими промахами, часто шутил со мной, заставляя смеяться над собственными ошибками. Он вставал позади меня и поправлял угол запястья и хватку на мече. — Держи его так, Фенлин, иначе вывихнешь запястье. — Принимая его наставление, я дерзко улыбнулась ему. — Так точно, сэр! — Его последовавший за этим смех и то, как он покачал головой, заставили меня рассмеяться.

***

Точка зрения Соласа Солас наблюдал сверху за тренировочной площадкой, и между его бровей залегла складка, когда Фенлин рассмеялась над чем-то, что сказал командир. Ревность — уродливая штука, волк. Особенно когда то, чего ты желаешь, тебе не принадлежит. С досадой вздохнув, он осознал, что действительно ревнует командира и его время с Фенлин. Отвернувшись от тренировочных площадок, он направился к своей хижине и обнаружил маленькую записку, оставленную на его столе. Заинтригованный тем, кто смог пройти через его варды, пока он собирал травы, он был приятно удивлён, увидев аккуратный, изящный почерк — эльфийскую вязь. Улыбнувшись, он прочитал и перечитал короткое послание, довольный, что она хотела поужинать. Ма фалон [мой друг]³, Ласа эм'ан ава сарон мин'нида [давай сегодня поужинаем вместе]⁴. Фенлин Он улыбнулся её просьбе о его обществе. Проведя пальцем по изящным буквам, он подумал о том, как она ощущалась в его руках. Духи знают, он хотел поцеловать её и хотел этого с самого Вал Руайо. С тех пор он почти ни о чём другом не думал. Что-то в ней и в её аромате ванили тянуло его к ней, как мотылёк летит на пламя. Встретить её не было чем-то, что он планировал. Бережно сложив бумагу, он поместил её в свой альбом, где хранились рисунки с её изображением. Их общий разговор в Тени и её познания о Народе по-настоящему удивили его. Он не ожидал, что она будет так много знать об истории; ему также стало любопытно, что ещё она может знать. Она неизменно превосходила его ожидания и показывала ему, что она — нечто большее. Он потёр лицо, думая о том, как она едва не умерла, и о страхе, что он чувствовал в тот день. Тот единственный, определяющий момент, когда он осознал, что его реальность, его будущее бесповоротно изменилось из-за неё. Он знал, что она стала важна для него, но не осознавал, до какой степени, пока не настал тот момент. Когда она решила, что жива только ради Якоря, это привело его в ярость — она не могла увидеть, что значит для него больше. Он говорил с ней резко и мгновенно пожалел о своих словах. Ему хотелось сказать ей, что она значит для него, но он не мог найти слов. Она постоянно переворачивала его душу одним лишь взглядом или улыбкой. Ему было несвойственно не знать точно, что сказать, и всё же с ней он ловил себя на том, что с трудом складывает слова в предложения. Покачав головой, он посмеялся над собой и принялся убирать травы.

***

Накинув куртку, он покинул хижину, когда пришло время забирать Фенлин на ужин. Подходя к её хижине, он увидел, как дверь открылась прежде, чем он успел постучать, и улыбнулся тому, что она чувствует его приближение. У него перехватило дыхание, когда она открыла дверь. Тёмно-синяя туника заставляла её янтарные глаза сиять, мягкие кожаные штаны облегали фигуру, а длинные чёрные волосы струились по плечам, блестя после расчёсывания. Она улыбнулась ему, схватила свою куртку и вышла, закрывая за собой дверь. Он сделал маленький шаг назад, и сердце его сбилось с ритма — аромат ванили наполнил его чувства.

***

Точка зрения Фенлин Идя рядом с ним, я старалась унять бабочек, мечущиеся в животе. Этот мужчина либо превращал меня в краснеющую идиотку, либо в бессвязно бормочущую дурочку. Войдя в маленькую таверну, мы переместились к угловому столику у окна, который предпочитали, и сели. Он слегка прочистил горло, и я перевела взгляд с окна на него. — Я видел, что ты начала тренировки с командиром. Флисса принесла нам две кружки эля и две тарелки с запечённой бараниной, картофелем и морковью. Улыбнувшись ей в знак благодарности, я отпила эля. — Да, он показывает мне, как правильно пользоваться мечом и щитом. Он не разрешает мне спарринговаться ни с кем, кроме набивных чучел, пока ты не дашь медицинское «добро». — Он мгновенно выглядел очень довольным тем, что командир не разрешал мне спарринговаться, и я закатила глаза на его реакцию. Наседка! Я наблюдала, как он откусывает кусочек еды, и поймала себя на том, что заворожена тем, как он жуёт. Господи, возьми себя в руки. Наколов кусочек баранины, я вместо этого сосредоточилась на своей тарелке. — Почему ты захотела научиться сражаться мечом и щитом? Я пожала плечами, дожёвывая. — Почему бы и нет? После того случая на Перекрёстке, когда я обнаружила, что не могу пользоваться магией, меня осенило, что нужно иметь какой-то другой способ защитить себя. Не все храмовники такие, как Каллен, мы в этом убедились, и я хочу иметь хотя бы шанс в бою, если мою магию у меня отнимут. Солас кивнул, и понимание ясно отразилось в его тёмных серо-голубых глазах, пока он смотрел на меня. — Ты, кажется, очень хорошо ладишь с командиром, — сказал он, глядя в свою тарелку и нарезая очередной кусочек баранины. Видя, что он не смотрит на меня, во мне расцвела та маленькая внутренняя женская улыбка при виде того, как этот мужчина борется с собственной ревностью. — Он хороший человек, и с ним очень легко ладить, — сказала я, решив не отвечать на невысказанный вопрос и вытягивая его из него. Солас быстро взглянул на меня, не в силах скрыть боль, которую я увидела в его глазах от моих слов, и у меня перехватило дыхание. — Он и правда кажется весьма достойным. — Я уловила хрипотцу в его тоне и посмотрела на него, желая, чтобы он не понял меня неправильно. — Ар тель нувена'иш, ис ни'фалон [я не желаю его, он друг]⁵, — честно сказала я ему. Я наблюдала за его внутренней борьбой со своего места напротив него и снова перевела взгляд на тарелку. Глупый мужчина, неужели ты не видишь, как сильно я хочу только тебя? Сосредоточившись на своей еде, мы больше не говорили о командире.

***

¹ Lethallan — сородич (эльвен). ² Da'len — дитя (эльвен). ³ Ma falo* — мой друг (эльвен). ⁴ Lasa em'an ava saron min'nydh* — давай сегодня поужинаем вместе (эльвен). ⁵ Ar tel' nuvena'ish, is ni'falon — я не желаю его, он друг (эльвен).