Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Точка зрения Фенлин Я застонала и резко распахнула глаза — воспоминания о кошмарах прошлой ночи нахлынули снова. Встревоженно огляделась. Запах Соласа, впитавшийся в одеяло, которое я крепко прижимала к груди, принёс облегчение — хоть что-то знакомое. Я обвела пространство взглядом — и лицо залилось краской стыда: я не в своей палатке, а в его. Обрывки воспоминаний беспорядочно роились в голове. Он принёс меня сюда. Прекрасно... случись мне получить нервный срыв именно сейчас... как же неловко. И вот я здесь. Просто чудо. Я села, огляделась — палатка пуста, но я чувствовала: он рядом. Дышать стало немного легче. Я заметила приготовленную для меня одежду и только тут осознала, во что сейчас одета сама. Опустила взгляд — на мне была его рубашка. Я покраснела до корней волос. О господи, — прошептала я. Значит, он меня переодел. Вяло всплыло воспоминание: моя рубашка была в крови. Сердце забилось быстрее... Я сглотнула подступившую к горлу желчь. Нет... я буду сильнее, — сказала я себе, заталкивая эту картину в дальний угол сознания. Прекрасно... просто чёртова фантастика, — подумала я торопливо, стягивая его рубашку. Ну, хоть лифчик ещё на мне, — с облегчением отметила я, натягивая свою. Я заняла его одежду, его постель... замечательно. Моё умение держать дистанцию просто зашкаливает — и это только первая ночь в пути. Торопливо сунув ноги в ботинки, я аккуратно сложила его длинную рубашку. На мгновение задержалась, снова вдохнула её запах — короткий вздох удовольствия, — и положила на постель. Соберись, девочка... пора отвечать за последствия, — мысленно приготовилась я, отодвигая полог палатки. Солас сидел на бревне у костра и один помешивал что-то в котелке. Я облегчённо выдохнула. Только он. Я вышла, полог сомкнулся за спиной, и я заметила, как его ухо дрогнуло на мягкий звук шагов. — Завтрак готов, леталлан [сородич]¹, — спокойно сказал он, не оборачиваясь. Я подошла, взяла протянутую им миску утренней каши и села рядом. — Я... спасибо за одолженную одежду и за то, что уступил свою постель, Солас, — тихо сказала я, откусывая. Солас посмотрел на меня. Его лицо оставалось невозмутимым, и мне вдруг страстно захотелось заёрзать на месте. — Не беспокойся, я сам проснулся всего двадцать минут назад, — легко ответил он, игнорируя моё ошеломление. — Я думала... значит, мы делили спальный мешок? — едва пропищала я, чувствуя, как предательский жар заливает лицо при мысли, что я лежала рядом с ним. Солас посмотрел на меня и мягко улыбнулся моему смущению. — Да. Было бы неразумно позволять тебе пытаться уснуть одной, — объяснил он, и я чуть не поперхнулась едой. — О, — только и смогла выдавить я, в ужасе уставившись в миску. Я спала рядом с самым притягательным мужчиной, которого только можно вообразить, и даже не помню этого. Это просто... паршиво. — Я обещал быть рядом, если ты потребуешь этого, леталлан, — тихо напомнил он. Я перевела взгляд с миски на него и внимательно изучала его профиль, пока он ел. Проглотив огромный ком смущения, я наконец заговорила. — Спасибо тебе за это, — произнесла я после долгой паузы. Он наконец оторвался от миски и посмотрел на меня. — Мне это доставило удовольствие, — просто сказал он, и огонь на моём лице вспыхнул ещё жарче. Самодовольный засранец! Мы ели в тишине, но я больше не могла её выносить. — Надеюсь, я не стянула все одеяла, — наконец пошутила я, пытаясь развеять возникшую близость — жаль только, что я её даже не запомнила. Солас покачал головой и озорно усмехнулся — у меня в животе всё скрутило в узел. — Нет, они мне не понадобились. Ты согревала меня вполне достаточно, — дерзко ответил он. Моё смущение явно доставляло ему огромное удовольствие. При виде его улыбки и озорных искорок в синих глазах у меня всё ухнуло к пяткам. Я с минуту смотрела на него, а потом рассмеялась над его откровенным флиртом. — Ты ужасный, ужасный человек, — сказала я с тихим смехом и покачала головой. Солас рассмеялся над моим замечанием и снова опустил ложку в миску. — Возможно, — просто сказал он, откусывая. К счастью, в этот момент из своей палатки вышла Кассандра — я понятия не имела, что на это ответить. — Ты в порядке, Фенлин? — осторожно спросила она. Несмотря на ужасы прошлого вечера и смущение от того, что я не помню, как спала рядом с Соласом, я пока в порядке. Я улыбнулась ей. — Да, Кассандра. Думаю, буду. Кассандра кивнула, довольно взглянула на меня и взяла миску с кашей, которую я молча ей протянула. Варрик, последним выбравшийся из палатки, оглядел всех, а потом его взгляд с беспокойством остановился на мне. — Ты в порядке, Эскиз? — спросил он, принимая миску от Кассандры и садясь рядом. Я кивнула ему и улыбнулась, услышав прозвище. — В порядке, Варрик, — ответила я, откусывая ещё кусочек своего завтрака. Кассандра и Солас перевели взгляды с него на меня с любопытством. — Эскиз? — поинтересовалась Кассандра. — Я умею немного рисовать, — сказала я ей и услышала, как оба — и Варрик, и Солас — фыркнули на мой ответ. Варрик заговорил первым, указывая на меня ложкой, с которой капала каша: — «Немного»? Искательница, эта женщина нарисовала меня дремлющим в таверне. Изображение было настолько живым, что я подумал — она каким-то образом заколдовала меня на бумагу. Я рассмеялась и покачала головой: — Оно было не настолько живым, Варрик. Скорее, почти карикатура. Солас легко коснулся моего плеча и покачал головой: — Оно было совсем как живое, леталлан. Я почувствовала, как румянец возвращается от его добрых слов, и прочистила горло. — Это было просто дурацкое рисование, — сказала я им со смехом, неловко чувствуя себя под вниманием... особенно его. — Которое я собираюсь поместить на обложку своих книг, — быстро сказал Варрик. Я удивлённо посмотрела на него и быстро замотала головой. — Нет. Дай мне сделать лучше, Варрик. Это я просто валяла дурака. Он с минуту смотрел на меня, а потом рассмеялся. — Эскиз... если это было просто валянием дурака, я боюсь даже представить, как ты будешь рисовать всерьёз, — сказал он с улыбкой. Я покачала головой и пошла мыть свою пустую миску. — Вы слишком много мне льстите, сэр, — бросила я, отходя от них, и услышала его смех вслед. — Я покажу вам, Искательница... это пугающе похоже. Она даже набросала то, что назвала «приблизительным эскизом» обложки для следующей части «Мечей и Щитов». Это действительно хорошо, — сказал он ей, игнорируя моё фырканье. Кассандра оживилась, услышав название книги, и уставилась на него. — Ты... пишешь ещё одну? — спросила она, стараясь не звучать слишком заинтересованно. Варрик пожал плечами и откусил каши. Проглотив, наконец ответил: — Эвелин ждёт этого, а это не та женщина, которую мне хочется злить.

***

Стычки учащались по мере приближения к Перекрёстку. Каждый бой, каждый человек, которого я вынужденно убивала, защищаясь, — я чувствовала, как они отрывают куски моей души. По капле. Я тонула, и я это знала. В то первое утро я думала, что буду в порядке и справлюсь. Реальность быстро доказала обратное. Я ловила обеспокоенные взгляды Соласа, когда проходила мимо, и качала головой, молча давая понять: не сейчас. Я не могла перестать думать о себе как об убийце. С каждой жизнью, которую меня вынуждали забрать, это чувство росло. Последнего мужчину, что напал на меня, я пыталась умолять остановиться — одуматься. Он не остановился, и я убила его, прежде чем он успел пронзить меня своим клинком. К пятой ночи в лагере, всего в одном дне пути от Перекрёстка, я оказалась в личном, ментальном аду. Я молчала. Замкнулась. Не могла заставить себя есть. И не знала, как справиться с собственной виной за то, кем я, как мне казалось, становилась. Солас заметил, что я собираюсь снова уйти в свою палатку без ужина, и зло покачал головой. — Тебе нужно поесть, — сказал он с ноткой гнева в голосе. Я с минуту смотрела на него, но всё равно встала и направилась к палатке, игнорируя его возражения. — Я не голодна, — ответила я. — Ты ведёшь себя как ребёнок, — прорычал он на эльфийском. Я зло развернулась к нему. — Да, потому что дети теперь тоже вынуждены убивать, чтобы выжить. Засунь свои советы себе в задницу! — прорычала я в ответ. Как он смеет злиться.

***

Точка зрения Соласа Солас был рад всплеску цвета в её ауре — пусть это была злость, направленная на него. Шаг в верном направлении. Он наблюдал, как она стремительно уходит в себя, как её дух задыхается, страдает, — и знал, что должен что-то сделать. Кассандра и Варрик сидели в стороне и молча наблюдали — они не понимали ни слова: разговор шёл на эльфийском. Кассандра следила за происходящим и была только благодарна за вмешательство Соласа: она волновалась за Фенлин. Та ни с кем не хотела об этом говорить, и, возможно, Солас сумеет до неё достучаться.

***

Точка зрения Фенлин — Ты не видишь, скольких ты спасаешь своими действиями... как бы сильно ты их ни презирала, — твёрдо возразил он. Я холодно посмотрела на него, на мгновение задумавшись: понимает ли он, что его слова могут относиться и к нему самому. Солас проигнорировал мой ледяной взгляд, встал и взял посох. — Пойдём со мной. И возьми свой посох, — сказал он тоном, не терпящим возражений, проходя мимо. Я с минуту смотрела ему вслед, раздумывая, не стукнуть ли его по голове своим посохом, — но вместо этого зло схватила его и последовала за ним. Он привёл нас к открытому месту у реки и повернулся ко мне. — Садись, — он указал на землю, приказывая просто сделать, как велено. Я скрестила руки и упрямо уставилась на него. — Зачем ты... — Сядь. Фенлин, — снова твёрдо сказал он, не повышая голоса. Я плюхнулась на землю и уставилась на воду. Игнорируя его — или пытаясь, — пока он не сел рядом. — Когда ты в последний раз входила в Тень, леталлан? — услышала я его мягкий вопрос. Я покачала головой и продолжала упрямо смотреть на воду, не желая слышать его заботливый тон. Я не заслуживала доброты. Не после всего, что я сделала за эту неделю. — Почему? — спросил он, и в его голосе прозвучало удивление. Закрыв глаза, я наконец объяснилась, зная, что он не оставит меня в покое, пока я этого не сделаю. — Я пыталась... я... — Я замолчала, с трудом проглотив огромный эмоциональный ком в горле, и наконец продолжила: — Я увидела их. Они называли меня убийцей, насмехались надо мной. Я быстро поняла, что это демоны, но они были правы. Я убийца, — тихо сказала я. Солас не отрывал взгляда от воды, наконец понимая, что я чувствовала по отношению к тем, кто на нас нападал. — Ты считаешь, что, защищая себя от тех, кто хотел причинить тебе вред, становишься убийцей? Я кивнула, не желая на него смотреть. Он, должно быть, считает меня слабой. Наверняка — жалкой. — Я могу сказать тебе только то, что знаю, Фенлин: ты не убийца. Каждый храмовник, маг, бандит, который нападал на нас, делал это с единственной целью — убить нас. Ты защищала себя и нас своими действиями. Я ни разу не видел, чтобы ты сама искала, на кого бы напасть. Ты реагировала соответственно, леталлан, не более того. Ты не убийца, — сказал он, наконец глядя на меня. Если кто и мог помочь мне пройти через это, так это, наверное, он. Он ведь думал, что убил всю свою расу своими действиями, — напомнила я себе молча. Я наконец посмотрела на него, не в силах больше сдерживать слёзы. — Тогда как мне с этим справиться? — спросила я наконец, уже не заботясь, сочтёт ли он меня слабой.

***

Точка зрения Соласа Солас не смог удержаться и потянулся к ней. Мягко улыбаясь, он поднял руку и стёр слезу с её щеки. Она была таким нежным духом, — подумал он про себя, убирая руку от её лица. Удерживая её влажный янтарный взгляд, он на мгновение пожелал забрать у неё всю эту боль — и чтобы он никогда не позволил забрать свою Сферу. — Нет радости в том, к чему мы вынуждены прибегать ради наших целей, леталлан. Тебе не нравится это делать — именно это и делает тебя исключительной. Ты скорбишь о забранных жизнях — и этого не нужно стыдиться. Не игнорируй свою боль — она только накапливается.

***

Точка зрения Фенлин Какое-то время мы сидели в тишине у реки, слушая, как вода мягко перекатывается через камни. Я положила голову ему на плечо — на мгновение мне хватило его понимания и его дружбы.

***

¹ Lethallan — сородич (эльвен).