Молодая жена

***Не припомню, чтобы в моих историях когда-то звучали конкретные песни со своей смысловой нагрузкой на текст. В «Жене» их планируется четыре (вроде бы), плюс пятая настроения ради. ***В данной крохотулишной части было бы неплохо включить нафталиновую «Оду нашей любви» в исполнении Т9. В школьном фойе ухало от басов ритмичной музыки, на танцполе отплясывали по большей части девчонки, но и пацаны старались не стоять в сторонке. Светомузыка разноцветными лучами дёргалась в ритм веселья, вразнобой освящая всех яркими вспышками. Лену Гуцул заметил недалеко от входа в фойе, та скромно подпирала стенку. Да и не скакать же ей после вчерашнего падения. – Девушка, а вашей маме зять не нужен? – задорно подкатил к своей жене с самой банальной из всех шуток, которые только пришли в голову. – Ты где ходил? – Лена явно была рада его возвращению, но вдруг посмотрела очень внимательно. – Весёлый какой-то, загадочный, – повела носом, принюхиваясь, – и пахнет от тебя странно… Чем-то очень знакомым. – Н-да? Тебе оно знакомо? – засмеялся Игорь, думая, что от него пахнет крепким алкоголем, а жвачка, видимо, не перебивает этот запах. – Гы-гы, окей… Кхм. Нога не болит? – поспешил уточнить, слыша, как очередная песня подходит к концу. – А то я нам медляк заказал, будешь танцевать со мной? – Почти не болит, уж медляк как-нибудь осилю, – улыбнулась ему Лена. – Хорошо. Там старая песня, но особенная… И пока она не зазвучала, парень кинул в рот новую порцию жвачки. Не хотелось, чтобы Ленка решила, что он отбегал в подворотню напиться сомнительного алкоголя. Но духота в помещении тут же дала о себе знать, стало не хватать воздуха, а от ядрёного вкуса мяты резко замутило. – Ладно… А ты где ходил? И почему вернулся один? – продолжала любопытствовать Лена, а Игорь спешно размышлял, осилит ли он сам этот танец. Мало ему, что физрука оплевал, так ещё и на жену стошнить может. Ведущий начал анонсировать романтическую балладу и настаивать, чтобы мальчишки не стеснялись звать девочек – танцпол не должен пустовать. Опять положение спас Степнов. – Гуцул, а можно у тебя жену похитить на один танец? – он даже не смотрел на девушку, разрешения спрашивал только у него, её мужа. Игорь подумал, что Ленка однозначно захочет отказаться, но всё же дал добро. – М-м, ладно, танцуйте. Вам, Виктор Михалыч, я доверяю! – хлопнул учителя по плечу. – Надо присесть, что ли, – сказал он уже самому себе, смотря на удаляющегося учителя с его растерянной женой. Пусть танцуют. – Или… пойду-ка я подышу, – аккуратно ступая, парень направился к выходу, попутно расстраиваясь, что не получилось потанцевать с Леной – вот и заиграли первые аккорды их песни. «Вдох-выдох, и мы опять играем в любимых, Пропадаем и тонем в нежности заливах…» Под настроение композиции ди-джей сменил цветовую пёструю палитру светомузыки на монотонный синий цвет, создающий атмосферу практически интимную. Виктор вёл Лену под локоть в центр танцпола. Ничего страшного ведь нет в том, что тренер потанцует со своей подопечной. Он даже постарается соблюдать с ней чисто пионерскую дистанцию, а его руки на её талии – норма. Что же с ним делает магия новогодних настроений? И эта нежная музыка так вязко обволакивала, когда Лена невесомо положила свои ладони ему на плечи и всё же посмотрела ему в глаза. Сегодня он сразу заметил её в толпе перед началом концерта, трудно было взгляд оторвать. Наверное, вот так и выглядит женственность. – Ты сегодня очень красивая! – не постеснялся сказать ей. – Да полноте, куда мне до вас! Виктор удивился, сколько язвительности было в её ответе. – Ты комплименты совсем не умеешь принимать? – Виктор Михайлович, а вам не кажется, что вы себя ведёте не по-мужски? – она явно пошла в наступление. – Все эти намёки да подколы, как-то странно это, вы не находите? – Это и есть странно, Лена, – согласился с ней, краем глаза поглядывая, не наблюдает ли кто за ними. – А самое главное, это ещё и низко! Но прости, я не знаю, как тут должно быть иначе и как себя вести в такой ситуации. Однако… мне сказал кое-кто, – не стал озвучивать имя Игоря, но обоим было понятно, что речь идёт о нём, – что на подобные шутки ты не обращаешь внимание. – Очень даже обращаю! Смотря кто шутит. А вы… – и Лена сделала паузу, собираясь с силами, чтобы наконец озвучить терзающую её мысль: – Вы просто нагло пользуетесь тем, как я к вам отношусь! Виктор на мгновение непонимающе замер, чуть замедлив темп танца и ладонями скользнув к Лениным плечам. Несильно сжал их, всё же сокращая расстояние между их лицами. – В том-то и дело, что я не знаю, как ты ко мне относишься! – А Лена даже не дёрнулась, взгляд её был каким-то отстранённым и потерянным. – Как ты ко мне относишься? – На вас я как раз обижаюсь! – и отстранила его от себя, продолжив нападать. – Вы же считаете, что я приключений искала, верно? Не надо отвечать, слушать ничего не хочу. Это ничего не поменяет, – затараторила она отчаянно. – И знаете, я вот что вам скажу: я решила вернуться к Игорю. – Вернуться? – и вновь он растерялся, нахмурив брови. – Но вы же и так вместе… Танец продолжился, но повисло молчание, а фоном звучали строки: «Ты любовь моя, ты печаль моя, И если вдруг исчезнешь ты, сойду с ума я. Нет! Ты дорога мне, как первый лучик солнца весной, И я люблю тебя, и я весь твой». Игорь же не просто так выбрал эту композицию, он помнил текст, он чувствовал настроение, он представлял её, Лену. А ей было странно танцевать с Виктором под эту песню, она смотрела по сторонам и собралась с мыслями. Внезапно в кружащемся рядом шлейфе она учуяла тот самый знакомый ей запах. О да, этот запах она знает очень хорошо, а однажды – так хорошо, что на собственной коже остался. И как она сразу не сообразила? Ещё и Гуцулу ляпнула. Но почему от него пахло одеколоном Степнова? А почему у Виктора царапина на лице? – Мы не расходились окончательно, мы просто… притормозили. Из-за меня, – призналась нехотя и, пристально посмотрев в его глаза, ещё тише добавила уже совсем робкое: – И из-за вас, – очередной глубокий вздох. – А сейчас мне стоит вернуться к нему… – Это то, чего ты на самом деле хочешь? – И дать ему и нам второй шанс, – закончила Лена свою мысль, словно не слышала вопроса. – Всё равно его не брошу, потому что он – хороший? Виктор рассмеялся немного нервно, и Лена поняла, что весь разговор пошёл не по той траектории, на которую он рассчитывал. Разбираться в намерениях его действий не хотелось, и она ещё больше обрела уверенность в своём решении. – А за что мне его бросать? Мы подходим друг другу. Мы понимаем друг друга. А рядом с вами мне сейчас даже стоять неловко! – сказала, но тут же пожалела, услышав отголоски своего приступа ревности, смешанного с глупой женской обидой на шаблонность мужских вкусов. Не объяснять же ему, что он слишком хорош для неё? – Да о чём ты вообще? – он остановился. – Ты совсем меня тогда не услышала… Лена… – и он склонился ещё ближе. Даже в полумраке было видно, что он рассержен, и чуть ли не по слогам начал проговаривать, как маленькой: – Я тебя попросил разобраться в себе, а не всё за всех решать. Ты эту разницу понимаешь? Давай мы с тобой просто поговорим? Лена не ответила, а вновь возобновила их танец, чтобы не привлекать внимание окружающих. Они и так слишком много себе позволяют. Если кто-то из любопытства наблюдает за ними, то ему обязательно покажется неоднозначным и эмоциональный окрас их беседы, и все эти взгляды с то и дело сокращающейся дистанцией. – Не думаю, что нам есть, о чём разговаривать. И да, меня раздражают ваши шутки, – вновь обозначила она. – А ещё меня нервирует, что вы с Игорем корешитесь, я постоянно от вас подвоха жду! – Ты всерьёз думаешь, что я сделаю что-то, что навредит тебе? – досада в его голосе была настолько явной, что Лена не могла и дальше вести этот диалог. Пугало, что она вновь теряет контроль над ситуацией, когда всё уже решено. «Жить без бед нельзя, да я и не хочу! И если что случится, то ты прижмёшь к плечу, Залечишь раны, радостью подменишь печаль, Дашь поцелуй мне, и светлой станет даль. Пройдёт боль, и счастье утопит меня, Счастье быть с тобой, только тебя любя. И будут лететь годы, осушая воды, Храня бережно нашей любви оду». – Лена… Леночка… Посмотри на меня, – Виктор сцепил в замок руки на её талии, боясь, что именно сейчас она уйдёт. Да и плевать, если кто видит, не целоваться же он к ней лезет! Столько вывалила на него за эти несчастные пару минут, сколько он не получил от неё и за последние полтора месяца. От водоворота мыслей и сокрушительности выводов голова шла кругом. Или она не понимает, что и он к ней совсем неровно дышит? «Вдох-выдох, вдох-выдох». – Спасибо вам за танец, но я пойду, у меня нога болит, – осторожно вырвалась из его объятий и растворилась в толпе перетаптывающихся с ноги на ногу учеников. «Ну где же ты, Гуцул?» – думала Лена, слоняясь по школьным коридорам. И когда она уже взяла мобильный в руки, чтобы набрать ему, на экране высветилось его имя. Сказал, что плохо себя чувствует и, обещав всё объяснить, попросил забрать их куртки и идти к воротам школы, где он её сейчас ждёт. Что же, всё как она и хотела: дискотека только успела начаться, а она уже уходит домой с мужем. К кому домой?