Темный путь

Глава 28: Тяжелое убийство [От автора: Эта глава была проверена бета-читателем Lady Columbine of Mystal.] 6:35 Утра, вторник Дом Даллонов Панацея Восход был еще лишь слабым заревом на восточном горизонте, когда Эми вышла на задний двор. Старые качели все так же стояли в углу, несмотря на то, что прошли годы с тех пор, как кто -либо всерьез ими пользовался. В стоптанных тапочках-кроликах, толстой фланелевой пижаме и халате, защищающем от утренней прохлады, она подошла к качелям и осторожно опустила на них свой вес. Каркас заскрипел, но выдержал, и она начала раскачиваться, сгибая колени, а ржавые цепи тихо поскрипывали при каждом движении. Ее первая встреча с Атропос была, пожалуй, самым пугающим и открывающим глаза опытом в ее жизни. Вторая оказалась столь же поучительной, но по совершенно иной причине, а также глубоко раздражающей. Атропос обвела ее вокруг пальца в разговоре, и Эми по ймала себя на том, что делает именно то, чего не хотела делать, причем тогда это казалось совершенно разумным. Хуже того, ей это понравилось гораздо больше, чем хотелось бы. Запись того, как Атропос прорывается сквозь Бойню №9, тоже открыла ей глаза и поро дила вопрос, который лишал ее сна последние две ночи. Если Атропос настолько настроена на свою силу, что может доверять ей и безопасно проходить через битву при таких шансах, в то время как сама я не смею изменить мозг одного человека, чтобы удалить опухол ь, то что она делает правильно из того, чего не делаю я? Вывод, к которому она в итоге пришла, покружив вокруг него большую часть этих двух ночей, был одновременно прост и возмутителен: она дает своей силе делать то, что не является скучным. Около трех часов назад она резко села на кровати, широко открыв глаза, когда в голове щелкнул еще один неприятный вывод. Эти импульсы, которые заставляли меня портить мое исцеление, это не я. Это моя сила, которой было скучно и которая хотела заняться чем-то другим! Она перевернулась на кровати и натянула одеяло на голову, но навязчивые мысли продолжали лезть в голову. А что, если неспособность Вики удерживать свою ауру внутри — это просто ее сила, которой скучно? Это имело бы такой большой смысл! Время от времени в ново стях появлялись сюжеты о кейпах, обычно о тех, кто пытался уйти на покой или залечь на дно (или и то, и другое), чья сила случайно активировалась на публике, открывая их всему миру. До этого момента Эми считала, что у этих людей просто ненадежные силы. Но что, если это не так? А что, если силы сотрудничают с нами только до тех пор, пока мы даем им интересные занятия? Это было одновременно умопомрачительно и чертовски жутко. Раньше она никогда не рассматривала свою силу как мыслящую, чувствующую сущность, не являющуюся частью нее. Но теперь перед ее мысленным взором предстал каждый отдельный кейп с темной гуманоидной силой, заглядывающей через плечо и шепчущей на ухо, в то время как сами кейпы думали, что это их собственные мысли. Кроме Атропос. Атропос регул ярно садилась поболтать со своей силой. Вероятно, за аналогом выпивки. Ее силе не нужно было шептать на ухо. Она сама спрашивала у нее мнения. Делала ли я это когда -нибудь? Эми даже не нужно было задавать этот вопрос. Она уже знала ответ. И почему-то осознание того, что ее сила — это не просто ящик с инструментами, а разумное существо, желающее использовать способности, которые она никогда не осмеливалась применить… делало все только хуже. — Эй, — тихо сказала она. — Я слушаю тебя сейчас. Прости, что столько времени глушила тебя. Было ли что-то, чем ты хотела заняться? Чувствуя себя идиоткой из -за того, что разговаривает вслух непонятно с кем, она стала ждать. Ничего не произошло. Взявшись за холодные металлические цепи и чувствуя шершавость покрытой росой ржавчины под пальцами, она закрыла глаза и сосредоточилась на том, чтобы прислушаться к тому, что пытались сказать ей ее мысли — вернее, что ее сила пыталась сказать через ее мысли. Никакого великого озарения на нее не снизошло. Она вздохнула, чувствуя себя довольно глупо. Все это было построено на одном - единственном разговоре с серийным убийцей. И вообще, кто знает, насколько здорова Атропос? Почему никто другой никогда не говорил о том, что советуется со своими силами? Потому что этого не происходило, вот почему. Всплыла в памяти маленькая мудрость, которую ей когда-то передала тетя Сара: если кто -то утверждает, что он единственный обладатель особых знаний, скорее всего, он мошенник. Следующий вздох был немного грустнее. Всего на несколько дней ей показалось, что в наличии сил есть нечто большее, чем просто наличие сил. Лишиться даже иллюзии нового понимания было не то чтобы больно… но она была чертовски рада, что не рассказала об этом Вики, прежде чем выйти сюда. Она уже собиралась встать — качели, рассчита нные на более короткие ноги, находились чуть ближе к земле, чем она привыкла — как вдруг ей кое-что пришло в голову. В конце концов, как Атропос общается со своей силой? Ведь Атропос не была бойцом. Она не просто наносила удары в надежде, что они попадут; любая ее атака должна была попасть в цель еще до того, как она ее начинала. Именно так действовали Умники, специализирующиеся на бою. Она Умник. Ее сила общается с ней через ее мышление. Я не Умник, не так. Пытаться общаться со своей силой, просто думая о ней — это как пытаться общаться с глухим с помощью дымовых сигналов. Мне нужно использовать свою силу. Едва смея дышать — возрождение надежды, если она будет разрушена сейчас, испортит ей весь чертов день — она отпустила цепь и наклонилась, чтобы коснуться влажной от росы травы. Пальцам было холодно, но ей было все равно. «Ладно, — сказала она своей силе, ощущая переплетение растений, уходящее до самого края двора и дальше. — Было ли что-то, чем ты хотела заняться?» Всякий раз, когда она касалась чего -то живого, она прекрасно понимала, что может с этим сделать, и люди ничем не отличались от всего остального. Соответственно, она взяла за правило держать свою силу в узде с самых первых дней после триггера. Я не угроза обществу. Я могу делать вот столько, и не больше. Но теперь, впервые прикоснувшись к траве, она ослабила этот контроль. Вспышка биолюминесценции застала ее врасплох. Расходясь от ее пальцев, искрясь в каплях росы великолепными радужными осколками, свет разлился по всему газону. Она чувствовала и зменения, которые ее сила производила в траве; это был более простой и элегантный способ, чем тот, до которого она могла бы додуматься сама. Когда на кухне зажегся свет, она ахнула. Одно дело — вот так играть, а другое — попасться на том, что превратила за дний двор в светомузыку. Ладно, пора сворачиваться. Возможно, это было ее собственное воображение, антропоморфизирующее происходящее, но она могла поклясться, что почувствовала нежелание, прежде чем люминесценция угасла и трава снова стала просто травой. В став, она почувствовала, как от пропитавшего ее холода заскрипели колени, словно она была на тридцать лет старше. — Эймс? — голос донесся не с кухни, а из окна спальни Вики. Виновато подняв голову, она увидела сестру, выглядывающую из окна с растрепанными ото сна волосами и вопросительно смотрящую на нее. — Что ты делаешь на заднем дворе? — Просто думаю о разном, — ответила она, стараясь не привлекать внимания Кэрол на кухне. — Уже иду. — Ладно. — Голова Вики исчезла, и окно закрылось с щелчком. Эми пошла обратно по газону, вспоминая, как он выглядел и каково было просто позволить своей силе немного вырваться на свободу. Это было… эйфорично. Теперь она не была уверена, какая часть этой эйфории принадлежала ей самой, а какая — ее силе. С другой стороны, ей было все равно. Мне нужно будет сделать это снова когда -нибудь. Но не там, где Кэрол может меня увидеть. Никогда там, где Кэрол может меня увидеть. <><> Лесть Когда Чери проснулась в следующий раз, первые лучи солнца только -только падали на гости ную. Она моргнула и вдохнула, почувствовав дразнящий запах свежесваренного кофе. Повернув голову на подушке, она увидела дымящуюся чашку на приставном столике, как раз в пределах досягаемости. Тейлор сидела в кресле напротив, доедая тост. С легким неприятн ым предчувствием Чери отметила, что на ней надета почти вся ее экипировка. — Мы снова выходим, да? — Да, — подтвердила Тейлор. — Мясник и Зубы будут у городской черты чуть больше чем через полчаса. Я хочу быть там, чтобы они не подошли ближе. Папа наверху, прямо сейчас одевается. Чери определенно слышала о Мяснике и Зубах. Никто не говорил о них ничего хорошего. — Ты… ты хочешь, чтобы я просто заставила их сдаться? Тейлор, казалось, задумалась на мгновение, а затем покачала головой. — Нет, это просто откладывание проблемы. Рано или поздно они сбежали бы из изолятора Службы Контроля над Паралюдьми и вернулись. С проблемой Мясника нужно разобраться сегодня. — Но… если ты убьешь Мясника, все они окажутся у тебя в голове. Чери выросла с Властелином в качес тве отца. Она не могла придумать ничего хуже. Улыбка Тейлор была очень зубастой; когда она заговорила, Чери уловила намек на тот потусторонний голос, который слышала в последний раз в переулке, где погиб Николас. — Да. Я знаю. <><> Тридцать минут спустя Городская черта Броктон-Бей Тейлор Я вставила наушник в ухо и натянула маску. Надев шляпу, я повернулась к папе и указала на дорогу позади нас. — Заезжай с Чери в тот поворот, который мы использовали, когда я перехватила груз Аккорда. Не двигайтесь оттуда. И особенно не пытайтесь прийти на помощь. Я хочу, чтобы они были сосредоточены только на мне. — Понял, — серьезно сказал он. — Когда нам приехать за тобой? — Чери будет знать. Я обернулась на сиденье, чтобы посмотреть на свою подчиненную . Хотя она изо всех сил старалась не выглядеть нервной, я видела ее насквозь. — Ты знаешь, что нужно делать? — Да, — она прикусила губу. — Я все еще не уверена, чем поможет перегрузка ее страхом, если она все равно пойдет на тебя, несмотря ни на что. Я ухмыльнулась под маской. — Поверь мне, это сделает дело намного проще. Я бы все еще могла справиться и без тебя, но так круче. Папа покачал головой. — Называй меня старомодным, но я помню времена, когда идти в одиночный бой против Мясника и Зубов не считалось возможностью выглядеть «круто». — Ах, но в этом-то и разница, — я открыла дверь и вышла из машины. Закрыв переднюю дверь и открыв заднюю, я заглянула внутрь. — Я не собираюсь с ними «драться». Я просто собираюсь их убить. Все становится намного проще, когда мне не нужно беспокоиться о сдерживании ударов. Сначала я достала топор Хатчет Фейса из держателя, висевшего у меня на бедре. Я застегнула его и установила в нужное положение, после чего Чери передала мне AT-4, который я закинула за спину. Тюбик с пасто й закончился, а ножницы были убраны в самодельные ножны, которые я собрала после изготовления держателя для топора. Я кивнула Чери в знак благодарности, затем отошла назад и хлопнула по крыше машины. — Ну ладно, — сказал папа, включая передачу. — Иди, сделай мир безопаснее. — В этом и заключается общая идея, — я отошла назад и посмотрела, как он разворачивается в разрыве разделительного барьера. После этого я подошла и настроила свой запасной телефон (посмотрите на меня, какая я важная, с двумя телефонами!) на запись видео с задержкой перед началом. Сбалансированный на барьере, он был идеально расположен, чтобы зафиксировать все происходящее. Сняв AT-4, я вытащила то, что моя сила называла транспортировочной чекой, и выбросила ее, а затем положила трубу на п лечо. Двигаясь так плавно, словно я действительно знала, что делаю, я откинула одну крышку назад и сдвинула другую вперед, позволив переднему и заднему прицелам подняться. Не то чтобы они мне были нужны, но они выглядели довольно круто. Как раз в тот момен т, когда из -за поворота выехал фургон, телефон в моем кармане зазвонил. <><> Мясник Ее чувство опасности зашкаливало последние тридцать секунд, что не имело никакого смысла. Сначала она думала, что на них собираются устроить засаду, но с каждой секундой это становилось все менее вероятным. Фургон продолжал ехать, никакой атаки не последовало, но чувство тревоги усиливалось. А затем фургон завернул за угол, и она увидела фигуру в черном на шоссе перед ними, с чем -то на плече, направленным прямо н а них. Она не была военным экспертом, но видела достаточно фильмов, чтобы узнать ракетную установку. Это не засада. Она прямо там, на открытом месте. — Черт! — закричала Векс. Продемонстрировав впечатляющую реакцию, она распахнула водительскую дверь и выбросилась наружу. Ее лезвия из силового поля сначала перерезали ремень безопасности, а затем собрались в огромную массу вокруг нее, пытаясь смягчить удар о безжалостный асфальт. С другой стороны машины Спри поступил почти так же, отстегнув ремень и создав ма ссу своих клонов, чтобы приземлиться на них и не получить слишком сильных ссадин. Анимос, находившийся в фургоне с Мясником, отдернул раздвижную дверь и, прыгая, превратился в волчьего оборотня. Геморрагия, паниковавшая больше, чем следовало бы, приземлила сь ему на спину и вцепилась. Приземлившись на все четыре лапы, Анимос выпустил когти и присел, при этом гравий летел во все стороны, пока он тормозил об асфальт. Оставшись в неуправляемой машине, Мясник уставилась через лобовое стекло на Атропос; это мог б ыть только один человек. Ей не хотелось просто телепортироваться, потому что ее тяжелое вооружение было убрано позади нее, как и броня. Без ноги Векс на педали газа фургон должен был остановиться и заглохнуть, если только не взорвется первым. По крайней мере, теперь она поняла, почему ее чувство опасности сработало так сильно. Но теперь ее цель была перед глазами, и Атропос узнает, почему с Мясником никто не шутит. Хмурясь от гнева, она обрушила на Атропос агонию, которой хватило бы, чтобы заставить сильн ого мужчину закричать, как маленького ребенка, и забыть о чертовой ракетной установке. Ничего не произошло, кроме того, что Атропос подняла руку и зачем -то коснулась виска. Не было ни падения, ни корчей, ни криков. Ракетная установка оставалась точно на цели. Ладно. Может, куча гноящихся ран… Установка выстрелила. Прежде чем Мясник успела передумать или даже активировать телепортацию, весь фургон превратился в огромный огненный шар. Она кубарем полетела по воздуху, прежде чем приземлиться достаточно жестко, чтобы получить синяк даже через свою прочную кожу. В голове закружилось, и ей было трудно сосредоточиться. А чувство опасности все не умолкало. <><> Тейлор Когда участники Зубов выпрыгнули из фургона, я почувствовала, как Мясник обрушила на ме ня волну боли. Это было больно, тут не поспоришь. Но, так же как и тогда, когда Николас давил на меня страхом, моя сила позволила мне подняться над этим. К тому же мой телефон продолжал звонить, поэтому я ненадолго убрала руку с AT-4 и прижала наушник, чтобы ответить. — Привет, Дракон, — бодро сказала я, а затем снова опустила руку на оружие. Два пальца потянули красный предохранитель, а затем большой палец нажал на курок. Снаряд вылетел из пусковой трубы, преодолев расстояние до фургона за долю секунды, а затем взорвал все к чертям собачьим. — Извините за это. — Атропос? — Дракон действительно звучала обеспокоенно. — Что это было? Это был взрыв? — Да, — подтвердила я, двигаясь вперед с установкой, которую держала как дубинку. Как и планировалось, ближе всех оказался Анимос. Он несколько раз перекувырнулся, но в основном избежал травм. В то время как Векс, Спри и Геморрагия все еще поднимались на ноги — последняя слетела с Анимоса на первом же кувырке и остановилась сама по себе — он шел прямо на меня. — Зубы пытаются продвинуться вперед. Я объясняю, почему это плохая идея. Анимос открыл пасть и издал свой фирменный крик, но я уже была в стороне; подпрыгнув, я оттолкнулась от барьера и сальто перенеслась мимо него. На лету я сильно ударила его установкой по го лове. Не настолько сильно, чтобы проломить череп или сломать шею, но как раз настолько, чтобы уложить его на землю считать птичек. — Сидеть. Ждать. — Я ухмыльнулась про себя, выбрасывая установку. — Зубы? Мясник? Атропос, мы обе знаем, почему тебе не следу ет ее убивать. — Голос Дракона был срочным. — Обезвредь и подчини ее, и я пришлю транспорт как можно скорее. — Нет, пора перестать ходить вокруг да около идеи просто с ней покончить, — сказала я. Векс шла на меня с одной стороны, а Спри пулеметно клонирова л себя для живой волны с другой. Геморрагия была чуть поодаль, формируя короткое лезвие и базовую броню из ссадин, которые уже получила. Я вытащила дробовик и выстрелила в Спри так быстро, как только могла работать с затвором. Через две секунды я выпустила семь патронов, убив кучу клонов и разнеся голову оригиналу последним выстрелом. Нырнув и перекатившись, стараясь не сместить топор, я избежала первого взмаха острых осколков Векс и поднялась на ноги. Под моим длинным пальто все еще был надет патронташ с л езвиями; она отшатнулась, когда первое из них вонзилось прямо в середину ее лба, но я успела всадить в нее еще полдюжины, прежде чем она упала. В нескольких дюймах от моей кожи свирепые силовые поля рассеялись в ничто. — Иди сюда! — крикнула Геморрагия, на ступая на меня с опасным на вид зазубренным ножом, сформированным из ее собственной крови. — Попробуй эту ножевую херню на мне! Я вызываю тебя! — Как пожелаешь, — я достала ножницы из импровизированных ножен. Она замахнулась на меня, когда я подошла близко , но моя сила подсказала, как и куда наклониться, чтобы ей достался только воздух. В ответ я полоснула ее спереди и сзади, открыв глубокие кровавые раны. — Ты что, тупая? — она торжествующе захихикала, когда кровь хлынула, чтобы сформировать сложную броню и длинный клинок, закрывая и стягивая ее раны. — Ты не сможешь меня обескровить! Чем больше ты меня режешь, тем сильнее я становлюсь! На что ты вообще рассчитывала? Я покрутила ножницы на пальце, стряхивая кровь. Последняя паста тоже ушла, оставшись внутри ее ран. — О, это? — спросила я. — Я отравила лезвия. Ее глаза расширились, она сделала полшага ко мне, а затем упала на одно колено. Ее рука, одетая в шипастую перчатку, которая, как я была уверена, никогда не существовала в реальном мире, потянулась ко мне, а затем упала. — Ох… — прохрипела она. — Ты… колоссальная… сука. Затем она упала лицом вниз. Она была еще жива, но огромное количество неразбавленного фентанила в ее венах убило бы ее за считанные минуты. Я оставила ее умирать и подошла ближе к середи не дороги, пряча ножницы в ножны. Теперь настало время для грандиозного финала. — Атропос? — спросила Дракон. — Что сейчас произошло? — Команда Б, — легко сказала я, перепрыгивая через барьер. — Ой, сейчас будет взрыв. Как раз когда я присела за барьер, Мя сник телепортировалась прямо туда, где я стояла мгновение назад. Пламя взметнулось прямо над моей головой, и я почувствовала удар детонации по бетонному барьеру. В то же самое время, не зная, что его босс окажется на пути… Анимос закричал. Я была довольно горда этим расчетом времени. Ни Анимос, ни Мясник не были настолько глупы, чтобы вестись на «следуй за лидером», как я это делала с Хатчет Фейсом и Краулером, но если я вырублю Анимоса на определенное время, это сработает, когда появится Мясник. Выскочив, как самый жесткий чертик из табакерки, я вытащила топор. Мясник отвлеклась на крики Анимоса и повернулась ко мне слишком поздно. Я замахнулась топором, глубоко рассекая ее шею. Она упала, алый фонтан брызнул далеко вокруг из смертельной раны; я уклонилась и перепрыгнула через барьер, чтобы рубить ее тяжелым острым клинком снова, и снова, и снова. В отличие от Джека Остряка, как только ее многочисленные силы были нейтрализованы, ее ничто не защищало. Я точно знала, как и куда ударить, чтобы отделить голову о т шеи, руку от плеча и так далее. К тому моменту, когда я закончила, Мясник была изрублена на четырнадцать частей; я решила, что это достаточно символично. Анимос снова закричал, и этот звук обрушился на меня. В отличие от остальных его жертв, его сила не оказала на меня никакого эффекта. Моя сила встретила ее, проигнорировала и пошла дальше. Совершенно не осознавая провала своей главной атаки, Анимос прыгнул на меня; он, несомненно, хотел покончить со мной зубами и когтями, прежде чем я смогу прийти в себя как Мясник. Я вытащила пистолет и прострелила ему горло, а затем отошла в сторону, когда он рухнул на землю. — Я собиралась сделать для тебя что -нибудь более подходящее, — сказала я, пока он боролся за свой последний вздох, — но потом решила, что бешеных собак отстреливают. «Что ж, это стало мрачно чертовски быстро, — сказал голос у меня в голове. — Я Мясник. Мы с тобой очень хорошо узнаем друг друга, малышка». «Нет, — пророкотал другой голос. — Вы этого не сделаете». Я ухмыльнулась; этот голос я знала. «Что? Кто это сказал?» — спросил еще один из Мясников. «Вы вторгаетесь туда, где вам не рады. Пришло время вашего Конца». «Эй, нет, — запротестовал Мясник. — Это так не работает». «Теперь работает». У меня появилось ощущение расширения, как будто огромный хищник выбирался из своего укрытия и разминал конечности перед тем, как уничтожить незваных гостей в своих владениях. «Что? Какого хрена ты такое?» «Я. Ваш. Конец». Глубокий рык отозвался в моей голове. И именно тогда начался крик. — Атропос? Ты в порядке? — Да, я в порядке, — я спрятала топор обратно в держатель и пошла забирать второй телефон. — Мясник мертва, и под этим я имею в виду, что Мясник мертва. В глубине моей головы испуганные голоса умолкали один за другим. Я не была до конца уверена, что моя сил а с ними делает, но я знала, что она очень территориальна и очень хорошо умеет заканчивать дела. Что меня полностью устраивало. — Я… не уверена, что понимаю. — Давай просто скажем… моя сила плохо уживается с другими. Взяв телефон, я остановила запись, а за тем зашла в почту. Просто потому что я могла, я ввела личный адрес электронной почты директора Пиггот. Я знаю, я знаю, не очень хорошо для ее давления, но мне нужно получать развлечения там, где это возможно. «Привет, — напечатала я. — Просто подумала, что вы должны знать. Уборка на I- 95, прямо у южной черты города. Мясник была разделана, а Зубы выдернуты». «Пока!» Закрыв телефон, я опустила его в карман. Чери поймет, что все прошло нормально, по моему настроению, так что они с папой скоро выедут, чтобы заб рать меня. — В общем, из-за того, что нас прервали. По какому вопросу вы мне звонили? — О, э -э… — это было почти мило, какой растерянной она могла быть. — Я хотела поговорить с тобой о Канарейке. — Плохая Канарейка, верно? Я знаю основы ее дела. — Она взяла под контроль своего бывшего и заставила его изувечить себя, да? Что с ней не так? — Они настаивают на Клетке для Птиц. Я подняла брови, хотя она никак не могла этого видеть. — Немного жестко, но не совсем моя проблема. Женщины удаляли гениталии своим изменяющим мужьям и раньше, и они уж точно не отправлялись в супермакс на всю жизнь. Но, как я уже сказала Дракону, мне не о чем было беспокоиться. Канарейка не затрагивала мои планы даже в малой степени. — В общем, я думала, суд еще даже не начался. — Вот о чем я и говорю. Еще нет, но было несколько закрытых обсуждений между официальными лицами Службы Контроля над Паралюдьми и судьей, который был выбран для этого дела. Суть в том, что они хотят сделать из нее пример. Так что будут полные ограничения Бугая , включая запрет на любые контакты для нее, адвокат, который будет следовать выданному ему сценарию, и судья, который полностью намерен пойти прямо по правилу Трех предупреждений и приговорить ее прямо к Бауманну. О, и ее активы уже заморожены как «потенциальные доходы от контроля над невинными». Так что даже если бы она могла говорить, она не сможет нанять собственного адвоката. — Черт, — я была впечатлена. — Это серьезный беспредел. Ты не можешь это остановить со своей стороны? Она вздохнула, звуча раздраженно. — Каждый раз, когда я пытаюсь использовать разные пути, мне приказывают оставить это в покое. И хотя я добилась некоторого прогресса, код, который заставляет меня следовать этим приказам, переплетен практически со всем, что делает меня той, кто я ес ть. Мне приходится вытягивать его по ниточке, исправляя проблемы по ходу дела. — Что означает «нет», поняла. — Я нахмурилась, размышляя, когда подъехала машина. Взяв топор из держателя, я передала его Чери через открытое окно, а затем открыла дверь и села вперед. Папа хотел что-то сказать, и я подняла руку. — Прямо сейчас на телефоне, извини. Он кивнул, показывая, что понял, и я переключила свое внимание обратно на звонок, снимая шляпу и маску, пока он маневрировал машиной для разворота. — Так ты можешь мне помочь? — спросила Дракон. — Ты же знаешь, я бы не просила тебя об этом, если бы не считала, что это абсолютно необходимо. — И ты обращалась ко всем остальным, кто мог бы помочь, и они сказали «нет», — я знала, как это работает. — Я имею в виду, техническ и я могла бы, но у меня сейчас много дел, надо вернуть город в порядок. Мне нужно будет немного больше мотивации, чем «пожалуйста с вишенкой на торте». Дракон вздохнула, на этот раз с большим раздражением. — Ты заставишь меня пойти на это, да? — Пойти куда? — невинно спросила я. Она фыркнула: — Ладно. Ты должна мне за тот бэкдор, который ты встроила в мои системы. Я знаю, что ты его не удалишь, но это то, что ты мне все еще должна. Так что я использую этот долг. Помоги мне с этим, и я перестану жаловаться на бэкдор. — Хм. Ладно, договорились, — я откинулась на сиденье. — Как ты хочешь, чтобы это было сделано: громким или тихим способом? — Я… — она замолчала. — Прежде чем я возьму на себя обязательства, что такое «громкий способ»? Я сняла перчатки и осмотрела ногти. — Я иду туда и вытаскиваю ее. Привожу ее обратно в Броктон -Бей, размораживаю ее активы и даю понять, что она находится под моей защитой. Пока они прыгают из -за этого, я нахожу неизбежные записи, которые были сделаны с этих тайных обсуждений, и дела ю их достоянием общественности. Юристы будут падать друг на друга, чтобы представлять ее. Служба Контроля над Паралюдьми получает огромный удар по репутации, людей понижают в должности, судью лишают сана, а главный директор Коста-Браун тихо уходит в отставку. Дракон внезапно зазвучала гораздо менее уверенно. — А тихий способ? — У меня будет хороший, тихий разговор с судьей одной темной ночью. В качестве совершенно не связанного с этим события он берет самоотвод, в результате чего большая часть этого дерьма, которое они на нее свалили, просто исчезнет. Как только она получит доступ к своим средствам и собственному адвокату, она сможет вести свои собственные битвы. Я пожала плечами: — Это просто займет больше времени и не будет таким уж верным делом. — Они мог ут все равно протолкнуть это, — предостерегла она меня. — Назначить нового судью, такого же, как старый судья, и снова наложить на нее те же ограничения. — Могут, — согласилась я. — Один раз. После этого я пойду и поговорю с людьми, стоящими за этими людьм и. Поверьте мне, у всех у них есть грязное белье, которое они не хотят выносить на публику. Кроме того, она даже не будет на суде к тому времени, когда я пойду на мою первую битву с Губителем. Одной из главных тем, о которых все говорят, является то, как К анарейка поет и имеет перья. Со смертью Смурфетты это будет иметь меньшее значение. — Я видела, как ты работаешь, но все еще не могу привыкнуть к мысли, что ты, возможно, можешь убить Губителя. Я ухмыльнулась: — Для Губителей это тоже будет чертовски большим сюрпризом. — Да, но как ты собираешься это сделать? Я видела силы, эквивалентные тактическим ядерным ударам, которые были брошены в них. Ничто из того, что я когда-либо делала, не приводило к большему, чем к легкому неудобству для них. — Я сделаю это, — произнесла я напыщенно, с драматическими паузами, — с силой… дружбы. Когда Дракон заговорила снова, она сдерживала смех. — С кем-то другим я бы назвала это бредом. Но я вполне могу поверить, что ты можешь превратить дружбу в оружие. — О, благодарю вас, — я все еще широко улыбалась. — Итак, вопрос с Канарейкой. Тихо или громко? — Мы можем пока отложить это, — сказала она. — Я думаю, что если я упомяну некоторым из вовлеченных сторон, что ты проявляешь интерес к тому, чтобы суд был справедливым и честным, мн огие из махинаций могут просто исчезнуть, и тебе даже не придется ничего делать. Я обдумала эту концепцию. Я знала, что Дракон будет осторожна, чтобы не выставить меня в невыгодном свете перед этими людьми. Это также было бы интересным способом измерить мо ю репутацию среди тех, кто принимает решения в обществе. Кроме того, как она упомянула, мне не придется пошевелить и пальцем сверх того, что я уже делаю. — Конечно, звучит логично. — Я сделала паузу. — Но одна вещь. Пусть Канарейка знает, что если она выйд ет на свободу из-за того, что мое имя передали, я бы хотела, чтобы она приехала в Броктон -Бей и дала благотворительный концерт или что-то подобное. Она усмехнулась: — Если это сработает, я сама предоставлю транспорт. — Я буду держать вас за слово. Увидимся, моя друже-враг. Она не возражала против этого прозвища, что я сочла обнадеживающим знаком. — Увидимся тогда. <><> Дом Хебертов, 30 минут спустя Лесть За последний день или около того Чери видела, как Тейлор совершает множество невозможных вещей, но это превзошло все. — Ладно, нет. Серьезно? — Что? — спросила Тейлор, усердно расчесывая волосы. — Есть проблема? — Проблем нет, но… — Чери покачала головой. — Прошлой ночью ты убила кучу людей, охранявших чертову кучу наркотиков, взорвала или сож гла их, отправила Деву Бедствия обратно туда, откуда она пришла… — она перевела дыхание. — Стаффорд, — подсказала Тейлор. — И ты хорошо поработала, убедившись, что она не просто вспыхнет и сделает что -нибудь глупое. То, что я не собираюсь просто убивать каждого злодея, который приходит в Броктон, не дав им шанса уйти, дает мне гораздо больше свободы действий с Службой Контроля над Паралюдьми. — Она очень этого хотела, — Чери покачала головой. — Это было так, словно в ее голове танцевала сумасшедшая обезьяна, нажимая кнопку с надписью «ЯРОСТЬ» каждые десять или пятнадцать секунд. Ей совсем не понравилось, что ты ей отказала. — Мало кому это нравится, — заметила Тейлор. — Вот почему я должна быть готова кричать. — Она наклонила голову. — Ты что-то говорила? — Ладно, да, так что ты прогнала Деву, а затем убила Мясника и Зубы так, как я до сих пор не совсем понимаю… — она одарила Тейлор самым недоверчивым взглядом. — …и теперь ты собираешься в школу? Как ты вообще можешь думать о школе в такое время? — Потому что сейчас здесь тихо и спокойно, — Тейлор пожала плечами. — Раньше здесь было ужасно, но теперь люди оставляют меня в покое, я могу читать в библиотеке во время обеда, и вопреки популярной культуре, в школе действительно можно узнать полезные вещи. М оя сила не всегда говорит мне то, что я хочу знать, например. Чери моргнула, застигнутая врасплох. — Подожди, твоя сила иногда говорит тебе вещи, которые ты хочешь знать? Она знала, что Атропос была грозным боевым Умником (и чем -то большим, учитывая, как о на полностью проигнорировала Мясника на всех уровнях), но это был новый шаг. — О, конечно, — Тейлор положила расческу. — Если есть что -то, о чем мне нужно знать, чтобы что -то или кого -то уничтожить, например, где они будут в определенное время, я это знаю. Где это становится немного странным, так это когда я говорю вслух то, чего никогда раньше не знала. Но эй, зато теперь я это знаю. Над этим стоило подумать. Чери уже знала, что не может провести Атропос, но это откровение только подчеркнуло это. Тем не ме нее, оставался первоначальный вопрос, который она пыталась донести. — Но чему ты можешь научиться в школе, что тебе действительно нужно знать в реальном мире? Тейлор пожала плечами: — Математика. История. Компьютеры. Что -то в этом роде. Я не могу полагатьс я на свою силу во всем, и полезно знать, почему все происходит. Как говорят, история не повторяется, но она чертовски часто рифмует. Я могу посмотреть на то, что пытаюсь сделать в Броктон -Бей, затем посмотреть, был ли исторический аналог, и понять, где он провалился, а где сработал. Учиться на ошибках прошлого. — …оу, — как могло быть так, что Тейлор могла заставить ее чувствовать себя неполноценной, просто сказав такую простую вещь? — Ты можешь это сделать? — Ну, я могу попытаться, — Тейлор одарила Чери из учающим взглядом. — Когда ты в последний раз была в школе? — У нас была не столько школа, сколько папины подружки учили нас тому, чему им хотелось, когда он не был этим занят, — неловко объяснила Чери. — Я умею делать математику, читать и писать. Он всегда говорил, что остальное — это пустая трата времени. — Почему это меня не удивляет, — это был не вопрос. — Тогда пошли. Папа ждет. — Что? — Чери последовала за Тейлор из ее комнаты, не зная, куда она идет. Тейлор ослепительно улыбнулась через плечо: — Ты идешь в школу со мной. Пока Чери шла за ней вниз по лестнице, в ее голове крутилась только одна мысль. Это не может закончиться хорошо. <><> Около тридцати миль к северу от Броктон-Бей Сердцеед Никос Васил раздраженно проворчал, переворачиваясь н а дешевой мотельной кровати. Путешествие по ночам имело свои преимущества, но спать днем было сущим мучением. Однако его одиссея была почти завершена. Скоро у него в руках будет Атропос, и с ее добровольной помощью он выследит остальную часть своего заблуд шего выводка. Скоро… [От автора: Да, ПтЭ (PtE — Путь к концу) уничтожил силы, а также личности. Тейлор не нужно, чтобы они были ужасно эффективны.]