50 оттенков ответственности

И вдруг, после скорби дней тех, солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются; тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою. Мф. 24:29. Новый Завет. Демон отодвинул в сторону книгу и налил себе и Ангелу еще вина. — Солнечное затмение, лунное и метеоритный дождь, — резюмировал он. Чувствовал он себя соответственно выпитому, а выпил он уже три бутылки вина. — Кроули, вина мне уже достаточно, у меня сегодня еще лекция по просвещению ангелов, — Азирафель смущенно хмыкнул, явно стесняясь самой возможности такой лекции, и с сожалением отодвинул бокал. — Расскажешь им, как восплачутся племена земные, Ангел? — невесело пошутил Кроули. — Пей, я тебя протвезвлю… протрезву? — Этот глагол так не склоняется, мой друг, — мягко заметил Азирафель и все-таки отпил еще глоток. — Можно сказать: сделаю трезвым. И у нас еще не решены все дела на Земле. Ты же сам устроил эту неразбериху со вторым кандидатом. — Точно, — Демон поднял палец и устроился поудобнее на стуле. — А за кандидата не беспокойся, я уже написал Вельзевул, она все поправит. Я тебе еще не сказал, это же ее работа. — Как это мило, что они с Джимом решили нам в этом помочь, — Азирафель улыбнулся. — Это, знаешь ли, и в их интересах! — с усмешкой заметил Кроули. — Не думаю, что они хотят потерять свой уютный коттедж с розовым садом и переселиться куда-нибудь на окраины адских равнин. — Да, полагаю, что не хотят, — не мог не согласиться Ангел. — Приятно услышать, что у них все удачно сложилось. И дом, и розовый сад! Рассчитываю, как-нибудь и увидеть. — Он улыбнулся и поднял бокал. — Увидишь, я обещаю, — серьезно ответил Кроули, чокаясь с ним своим бокалом. С делами земными они разобрались быстро. Вельзевул помогла разрулить неразбериху с правителями, а Азирафелю даже вынесли благодарность за искусное руководство. Оставались небесные сферы. Кроули требовалось вспомнить то, чем он занимался от начала времен. Устроить солнечное и лунное затмение, а завершить все метеоритным дождем. При этом первые два параметра абсолютно взаимоисключали друг друга: одно происходит в новолуние, другое — в полнолуние. Их невозможно сделать одновременно. Луна-то у Земли одна! Требовался какой-то хитрый трюк, возможность как-то сжульничать. Повинуясь взмаху руки Демона, маленькая модель Солнечной системы материализовалась прямо в воздухе очередной съемной квартиры. Планеты неспешно вращались вокруг ярко горящего Солнца по своим бесконечным орбитам. Кроули следил взглядом за сине-зеленой планетой и ее одиноким спутником. Щелчок пальцев — планета и спутник выстроились с Солнцем в ряд, как при лунном затмении. В голове назойливо крутилась мысль, но ее никак не удавалось схватить за хвост. В дверь настойчиво постучали. Кроули зашипел, предполагая, кто это так не вовремя. Не в меру социально активный сосед, которому по несколько раз на неделе от всех жильцов было что-то очень необходимо. Уж Демон и чудо к нему применял, после того, как, в сердцах, чуть буквально не откусил идиоту голову. Но чудо продержалось недолго, тип оказался особо устойчивый. Кроули совершенно не намеревался сейчас с кем-то общаться, так что щелкнул пальцами в сторону двери, чтобы прекратить стук. Определенно квартиру он снова снял неудачно, опять придется заниматься поисками другой. Кроули вернулся взглядом к застывшим планетам. Они по-прежнему стояли в ряд. Когда на Земле наблюдается лунное затмение — тень от Земли падает на Луну, в тот же самый момент на Луне происходит солнечное — Земля заслоняет собой Солнце. Вот оно! Одновременно оба затмения! Правда, на разных небесных телах. Но все же в пределах воздействия основной планеты. Должно по идее сработать… в любом случае, нужно пробовать. А метеоритный дождь — это совсем легко. С высоты восемьдесят седьмого этажа самой высокой башни многочисленные огни Лондона виделись как на ладони, и вид этих огней завораживал. Но еще более завораживающее зрелище находилось в небе. И множество глаз с Земли сейчас устремили свой взгляд туда. Лунное затмение бывает не так уж часто, а тем более невероятно, если оно вдруг происходит вразрез с расчетами ученых… Кроули смотрел в темное небо, по его воле теневой диск медленно наползал на светящийся кругляшок луны, постепенно закрывая его собой. Азирафель шагнул вперед и положил руку Кроули на плечо, другой рукой он надежно прижимал к себе Книгу Жизни. Демон повернул голову, и Азирафель с волнением отметил, что желтые глаза переливаются как жидкое золото, а зрачки сузились так, что их стало почти не видно. Темные очки сегодня остались забыты где-то в бардачке Бентли. Пора. Только тоненький ободок остался светиться на багровом небе. Ангел щелкнул пальцами. Мгновение… и вот они уже стояли на Луне и завороженно взирали на большую планету, заслонившую собой Солнце и как будто укравшую золотой нимб. И он, не желая сдаваться, всполохами светился у нее по краям. Еще мгновение… и за спиной материализовались крылья: у Ангела — ослепительно белые, у Демона — иссиня-черные. Доля секунды… и Книга в руках у Азирафеля потеплела и как будто бы ожила. Он молча показал ее Кроули, и Демон воодушевленно кивнул, делая движение руками, словно собирает что-то в охапку с бесконечно черного неба, а потом одним пассом отправляя все это к Земле. Одно биение сердца… и метеоритный поток — дождь из звезд — стремительно украсил собой атмосферу Земли. Книга тихонько вибрировала у Азирафеля в руках. Теперь уже Кроули коснулся плеча Ангела, напоминая, что им пора. Ангел кивнул и щелкнул пальцами, перемещая их обратно на Землю. Но похоже Книга внесла свои коррективы в маршрут. Они медленно опустились на площадку на крыше главного зала Небес в самом эпицентре падающих метеоритов. И как когда-то в начале времен Кроули снова поднял крыло, чтобы прикрыть Ангела от падающих горящих обломков звезд, одновременно с тем, как Азирафель уже практически поднял над ним свое. Они переглянулись, начиная оба смеяться… Сирена оглушительно завопила на все Небеса, и площадка стала стремительно заполняться ангелами в белом и архангелами в серо-стальном. Единственной темной фигурой здесь оказался Демон, и ему досталось множество удивленных и недоуменных взглядов. Но Кроули выглядел невозмутимо, он стоял сейчас одесную Азирафеля, и вот так вот плечом к плечу, они как никогда ощущали себя вместе. «Это, пожалуй, будет не очень скромно, но все-таки, определенно достойно очень красивой гравюры», — подумал Ангел. А Кроули к нему обернулся, очевидно, почувствовав взгляд. Глаза у него уже не переливались золотом, сейчас они казались медово-желтыми, и смотрели очень серьезно. Торжественно запели и почти сразу смолки трубы, возвещая начало Пришествия. Архангелы и ангелы как по команде обратились влево. Сердце у Азирафеля встрепенулось и забилось где-то у самого горла. Хитон у Мессии выглядел очень простым, но казался ослепительно белым. В волосах огненными всполохами пламенел венец. Чуть поодаль торжественно ступали сопровождающие его архангелы: Михаил, Уриил и Рагуил. Легкий вздох пробежал по ангельским рядам, когда Иешуа вдруг остановился возле Азирафеля и Кроули. Ангел выступил чуть вперед и с почтением передал Мессии Книгу, и сразу отступил обратно. Книга Жизни застыла в воздухе перед Мессией, от нее исходил едва различимый гул, и она совершенно точно ждала, чтобы ее открыли. Иешуа мягко коснулся Книги рукой. Из-под ладони хлынул поток яркого света, от золотых накладок посыпались всполохи искр. По рядам ангелов снова пробежал легкий вздох… А страницы неспешно раскрылись. С громким хлопком чуть в отдалении возник Метатрон, и тут же с ним рядом появился круг кристально чистого света. Все головы обернулись вправо. — Что и зачем ты собираешься сделать? — с непониманием и тревогой спросил Глас Божий Мессию. — Я собираюсь оставить все, как оно есть, — голос Иешуа звучал очень спокойно. — Не стоит уничтожать творение Бога. Человечество не заслуживает такого конца. Божья искра и свобода воли — замечательное сочетание. Я увидел прекрасный мир. И теперь я хочу узнать его лучше. — Но мы отберем лишь достойных. И они окажутся здесь и воссоздадут нам идеальный, прекрасный и совершенный мир. — Метатрон заулыбался и развел руки в стороны, словно уже видел это перед собой воочию. Ангел вздрогнул, когда вдруг неожиданно заговорил Кроули. Голос прозвучал жестко и очень весомо, Демон смотрел прямо на Метатрона: — Какой им смысл здесь от свободы выбора, если самого выбора у них не будет? Ситуация резко меняется, когда ты предлагаешь «кофе с печенькой или смерть?». Они окажутся здесь, и дальше будут в божьем страхе выбирать в основном «печеньку». А без свободы выбора божья искра уже не работает. И прощайте мечты о прекрасном мире. Снова останется только вот эта бесконечная, тоскливая, безжизненная белизна. Ангел с замиранием сердца смотрел на друга, казалось, что лучше сказать просто невозможно. Наступила абсолютная тишина — такая, что у Ангела снова, как и в первый день здесь, зазвенело в ушах. Архангелы и ангелы вокруг замерли, ошарашенные вмешательством Демона, но в тоже время, по лицам было заметно, что они очень тщательно обдумывают его слова. И вдруг раздался возмущенный ропот, сначала тихий и несмелый, но нарастающий волна за волной. Ангелам и архангелам до смерти опостылела эта безжизненная белизна. Они уже попробовали впечатлений и только-только начали входить во вкус. Мессия больше не медлил, он склонился над Книгой, губы его беззвучно зашевелились, свечение на секунду усилилось, и очень мягко сошло на нет. Страницы сами собой захлопнулись. Азирафель на секунду закрыл глаза, не в силах поверить, что у них получилось. Он с благодарностью воспользовался тем, что можно опереться на надежное плечо Демона. Ноги держали плохо. Кроули на него оглянулся, но обоим пришлось отвести взгляд, к ним обращался Мессия. — Я благодарю вас. И хочу спросить, что я могу для вас сделать? Что хочешь ты, Кроули? — Свободы, — не задумываясь, ответил Демон. — Как-то привык сам. Да, и все уже есть… — Он неожиданно улыбнулся. И Мессия понимающе улыбнулся в ответ. У Ангела в очередной раз дрогнуло сердце, пытаясь вместить в себя этот важный и прекрасный момент. — Азирафель, а что хочешь ты? — Мессия смотрел очень внимательно. Кроули повернул голову к Ангелу, он хотел не только услышать, но и увидеть его ответ. Ангел только успел сказать: — Свободы… Как внезапно заговорила она: — Азирафель, может быть ты хочешь остаться? Продолжить свои начинания? Строить здесь новый прекрасный мир? У тебя ведь так замечательно получается! В первую секунду Ангел замер в явном ошеломлении. Такое предложение и такие слова от той, чей голос ты слышал пару раз за шесть тысяч лет! Но спустя мгновение, на ангельском лице отразился самый настоящий ужас, что ему придется создавать на небесах новый мир. Но Азирафель удивительно быстро взял эмоции под контроль. Он улыбнулся Демону самыми краешками губ, а весь его вид при этом выражал демонстративное: «Смотри, что мне тут предлагают!». Но Кроули только хмыкнул в ответ, Ангел мог даже не пытаться подначивать. Не после того, что они за это время прошли. Азирафель повернулся в сторону круга света, и как всегда умел только его Ангел — с улыбкой и достоинством — твердо сказал: — Благодарю. Но это слишком большая ответственность.