В тишине

🦝🦝🦝 Дверь в подземную лабораторию «Новая жизнь» бесшумно отъехала в сторону, пропуская внутрь Обсидиана. Стерильный белый свет, яркий и безжалостный, сменил тусклое вечернее освещение улицы. Воздух был наполнен едва уловимым гулом работающего оборудования и запахом озонованного воздуха и химикатов. В главном зале, заставленном сложными приборами и мониторами, кипела работа. Модди в белом халате поверх дорогой рубашки, возился с пробирками, где мутная жидкость медленно меняла цвет. У дальней стены, сгорбившись над микроскопом, сидел Жираф. А за центральной консолью, с молниеносной скоростью пролистывая потоки данных, работал Клайд. Модди первым заметил возвращение Обсидиана. Он отложил пробирку и подошел, потирая руки, словно от холода. —Ну что? Нашел кого-то подходящего? — спросил он, опустив голос. — Новый... материал нужен срочно. Последняя партия не выдержала нагрузку. Обсидиан медленно снял перчатки, его движения были выверенными и экономичными. —Да, — его низкий голос прозвучал особенно громко в почтительной тишине зала. — В кафе под названием «Кофейня Душеньки». Бармен. Парень. Вроде бы его зовут Секби. Модди кивнул, на его лице мелькнуло удовлетворение. —Хорошо. Клайд! — он обернулся к консоли. — Найди всё, что можно, на этого... Секби. Быстро. Клайд, не отрываясь от мониторов, лишь поднял большой палец вверх. Его пальцы застучали по клавиатуре с пулеметной скоростью. Прошло не больше пары минут. —Есть, — отчеканил Клайд. — Секби. Двадцать лет. Студент третьего курса местного колледжа. Живет один в съемной квартире. Родителей нет в городе, связи слабые. Идеальная кандидатура с точки зрения незаметности исчезновения. Модди ухмыльнулся. Но тут Клайд добавил: —Однако есть два нюанса. Работает он вместе с девушкой, Кэтрин. Судя по расписанию и данным из их переписок, она знает, что он никогда не опаздывает и пунктуален до педантичности. Если он не выйдет на смену, она сразу поднимет тревогу. — И? — буркнул Модди, поморщившись. — И его лучший друг, Клеш. Они общаются ежедневно. Пропуски звонков или сообщений тоже вызовут вопросы. Возможно, даже быстрее, чем со стороны коллеги. Обсидиан, слушавший молча, холодно заметил: —Это осложняет извлечение. Но не делает его невозможным. Нужно будет действовать аккуратно. Или убрать помехи. Модди задумался, глядя на мерцающие экраны. —Слишком шумно. Пока просто наблюдайте. Выясните расписание, привычки. Дождитесь подходящего момента. --- В это время Секби и Клеш, абсолютно не подозревая, что стали предметом столь мрачного обсуждения, беззаботно бродили по вечернему городу. Они шли по центральной улице, где зажигались неоновые вывески, а из баров доносилась громкая музыка. Клеш, шатен с взъерошенными волосами, жестикулировал, рассказывая очередную небылицу. —...и я ему говорю: «Дружище, твоя девушка скучнее, чем учебник по высшей математике!». А он на меня так смотрит, будто я пришелец! Секби фыркнул, закидывая руки в карманы толстовки. — А та пара, что сегодня на паре сидела? Два часа подряд держались за руки и перешептывались. Я думал меня вырвет от такой слащавости. — О, да! — засмеялся Клеш. — Я видел! Настоящий сырный роман в прямом эфире. Интересно, они так всегда, или это у них приступ такой сезонный? Они свернули в парк, где было тише. Фонари отбрасывали на асфальт длинные тени. —Ладно, про пары забей, — махнул рукой Секби. — Что на счет субботы? У Душеньки обещали аврал, но к вечеру освобожусь. Можно к тебе? Новый хоррор какой-нибудь глянем, пиццу закажем. — Да без вопросов! — Клеш хлопнул его по плечу. — Только если опять проспишь, как в прошлый раз, я тебе в окно камнем кину. Договорились? — Договорились, — ухмыльнулся Секби. Они были просто двумя друзьями, болтавшими о ерунде, строящими планы на выходные. Они не видели темного седана, припаркованного в дальнем конце парка, и не замечали, как из его окна на них направлена камера с длиннофокусным объективом. Тень лаборатории «Новая жизнь» медленно, но верно начинала смыкаться над жизнью простого бармена по имени Секби, и пока что единственным препятствием на ее пути были коллега с работы и лучший друг шатен с глупой улыбкой на устах.