Шипы для семерых

«Если не можешь разбить стены — царапай их. Каждая трещина начинается с одной царапины».

После той ночи в клубе Сынмин проснулся с твёрдым решением: он не станет удобной игрушкой. Он не будет сидеть смирно и опускать глаза. Если они хотят его сломать, пусть попотеют. Завтрак. Сынмин спустился в столовую — огромную комнату с дубовым столом на двенадцать персон. Семеро альф уже сидели на своих местах. Бан Чан во главе, справа — Минхо и Хёнджин, слева — Чанбин и Феликс, дальше Хан Джисон и Ян Джисон. — О, наш цветочек проснулся, — протянул Хан Джисон, похлопав по стулу рядом с собой. — Садись. Сынмин проигнорировал его и сел на самый дальний конец стола, отдельно от всех. Альфы переглянулись. — Здесь места нет, — сухо сказал Бан Чан. — Твоё место — рядом с нами. — Я хочу есть в одиночестве, — ответил Сынмин, глядя в тарелку с омлетом, которую ему только что поставила прислуга. — Такого права у тебя нет, — подал голос Минхо, холодно. — Пересядь. По-хорошему. Сынмин взял вилку и начал есть, не поднимая глаз. Тишина повисла на секунду. Потом Чанбин встал, обошёл стол, схватил Сынмина за шиворот и переставил вместе со стулом — буквально поднял и перенёс ближе к Хёнджину. Сынмин не сопротивлялся. Но, когда Чанбин отпустил его, он смахнул со стола тарелку с омлетом. Тарелка разбилась вдребезги, омлет шлёпнулся на дорогой паркет. — Ой, — сказал Сынмин равнодушно. — Рука дрогнула. — Ты… — начал было Чанбин, но Хёнджин положил руку ему на плечо. — Не сегодня. Он испытывает границы. Не ведись. Сынмину принесли новую тарелку. Он ел молча, чувствуя на себе семь взглядов. Но внутри клокотало маленькое, злое удовлетворение. Он не сдаётся. Днём они разрешили ему выйти в сад — под присмотром Феликса, который насвистывал что-то, сидя на скамейке с телефоном. Сынмин ходил по дорожкам, собирал опавшие листья клёна. Ничего не говорил. Потом, проходя мимо фонтана, незаметно вытащил из кармана маленький камешек (припрятал ещё утром) и бросил в насос. Раздался хруст, фонтан захлебнулся и затих. — Что там? — лениво спросил Феликс, не поднимая головы. — Не знаю. Сломался, наверное, — пожал плечами Сынмин, отходя подальше. Феликс вздохнул и пошёл разбираться. Сынмин за это время успел забежать за угол дома, где рос куст шиповника. Сорвал несколько веток с острыми шипами и сунул в рукав. Шипы — не оружие, но можно поцарапать, можно сделать больно, можно натянуть леску между дверьми… Всё пригодится. Вечером стая собралась в гостиной — обсуждать дела. Сынмина посадили в кресло и велели сидеть тихо. Он сидел и слушал. Узнал, что клан «Чёрный дракон» (какая-то группировка из Пусана) давит на территорию Stray Kids. Что скоро будут переговоры. Что его, Сынмина, уже заметили и спрашивают, «не продадут ли лакомый кусочек». — Не продадим, — отрезал Бан Чан. — Он наш. Точка. Сынмину стало мерзко и почему-то чуть теплее внутри от этих слов. Он отогнал тепло. Когда все разошлись, он остался в гостиной один — «случайно». Быстро обыскал ящики стола, нашёл коробку канцелярских кнопок. Спрятал несколько в подкладку свитера. Нашёл маленький нож для бумаги — забрал. Не оружие. Но для побега — пригодится. — Что ты делаешь? — раздался голос за спиной. Сынмин вздрогнул. В дверях стоял Ян Джисон — самый тихий из всех. Он никогда не повышал голос, не смеялся громко, не трогал Сынмина первым. Смотрел всегда спокойно, изучающе. — Ничего, — ответил Сынмин, пряча руки за спину. — Искал книгу. — В ящике с ножами? Ян Джисон подошёл ближе. Сынмин сжался, ожидая удара или крика. Но Джисон просто взял его за запястье, поднял рукав свитера и увидел спрятанные кнопки и шипы. Сердце Сынмина ухнуло в пятки. — Зачем тебе это? — тихо спросил Джисон. — Хотела… хотел сделать вам больно, — выдавил Сынмин, готовясь к худшему. Джисон помолчал. Потом высыпал кнопки и шипы себе в ладонь, сунул в карман. И сказал: — В следующий раз бери что-то острее. Кнопками только ковёр испортишь. — Он повернулся к выходу и добавил через плечо: — Спокойной ночи, Сынмин-а. Я ничего не скажу остальным. Но больше не рискуй. В следующий раз я могу не успеть прикрыть. Он вышел. Сынмин остался стоять посреди гостиной, чувствуя, как дрожат колени. Странный альфа. Самый странный. Он не донёс. Не наказал. Почему? Этот вопрос не давал ему спать до самого утра. Но он не переставал собирать маленькие восстания. Камешек в фонтан — царапина. Кнопки — царапина. Тарелка на пол — ещё одна царапина. Однажды стена рухнет.