Штормовой узел

Цена жизни Чонгук стоял над ним, возвышаясь как огормная непробиваемая скала. Свет факела выхватывал из темноты его острые скулы и холодный блеск в глазах. Тэхён чувствовал, как аура доминантного альфы давит на него, заставляя инстинкты омеги требовать покорности, но он упрямо вскинул подбородок, пытаясь показать, что ему совсем не страшно. - Встать, - коротко и жестко бросил Чонгук. Тэхён поднялся, стараясь, чтобы его дрожащие колени не выдали охватившего тела ужаса. Он был значительно ниже капитана, и ему пришлось закинуть голову, чтобы смотреть тому в глаза. - Ты кто такой, парень? – Чонгук сделал шаг вперед, и запах табака и моря стал почти осязаемым. - Судя по твоей коже и манерам, ты не из тех, кто привык делить хлеб и паршивое пойло с портовыми крысами. Чей будешь, человек? - Я теперь ничей человек, капитан Чон, - голос Тэхёна дрогнул, но он тут же взял себя в руки. – Я свободен и ищу спасения. - Свободный? - Чонгук издал короткий, сухой смешок. - На моем корабле свободны только волны за бортом да ветер в парусах. Все остальные подчиняются мне. Беспрекословно. Тот, кто проник сюда вором, уходит либо в кандалах в темницу, либо окунается в морскую пучину. Капитан протянул руку и грубо схватил Тэхёна за подбородок, поворачивая его лицо к свету факела. Его пальцы были мозолистыми и горячими. Чонгук на мгновение замер. Всего момент, но его взгляд смягчился от удивления - он не ожидал увидеть такую чистую, неземную красоту в этой зловонной яме. Глаза Тэхена заполнились слезами. Он старался держаться, но ему стало слишком страшно. - Пожалуйста... - прошептал он едва слышно, и это одно единственное слово далось ему с огромным трудом. - Не выбрасывайте меня за борт. Я могу быть полезен Вам, капитан. Я кое-что слышал о болезни наверху. Я могу помочь.Я кое-что знаю о хворях и том, как избавлять от них людей. Чонгук прищурился, не выпуская его подбородка. - Мальчишка-омега хочет помочь мне с мором? Ты хоть знаешь, о чем говоришь? Мой пассажир умирает, а лекарь лорда Варвика несет какой-то бред о проклятии. - Потому что он трус! - Тэхён внезапно перехватил запястье капитана. Это была неслыханная дерзость, но он уже не мог остановиться. - Если это пятнистая лихорадка, то молитвы не помогут. Больных как можно быстрее нужно отпоить отваром из коры северного тиса и корня аконита, чтобы сбить жар и остановить гниение крови. Я знаю, как правильно рассчитать дозировку, чтобы яд превратился в сильно лекарство. Если лимфоузлы уже начали темнеть, их нужно вскрывать раскаленным ланцетом и прижигать раствором серебра, - Тэхен  говорил так вдохновенно и уверенно, что Чонгук невольно поверил. – В Этернии я работал в лазаретах во время последней вспышки «черного мора». Я видел, как вымирают целые деревни из-за того, что их лекари умели только молиться Аэрону Костоправу. Если Вы выбросите меня сейчас, вы лишитесь единственного шанса спасти команду от судьбы превратиться в гниющее мясо еще до того, как они увидят берег. Чонгук смотрел на тонкие пальцы омеги, сжимающие его руку. В этом мальчике был стальной стержень. Тот, который с годами выковывается и рождается от боли и отчаяния. - Ладно. Немного подумав, сказал он. Но если ты врешь, я лично прослежу, чтобы костоглоты обглодали твои кости дочиста, - угрожающе прошипел он. Он рывком, грубо потянул Тэхёна за собой к лестнице. - Идем. Покажешь мне на практике, чего стоят твои слова. Но помни, на моем корабле цена одной ошибки – быстрая и верная смерть. Когда они вышли на палубу, Тэхён зажмурился от резкого солнечного света и изо всех сил втянул в легкие свежий морской воздух. После удушливого трюма он казался просто божественным. Страх немного отпустил. Он был уверен в своих знаниях, и знал, что сможет справиться. Но его всплекс радости длился недолго. Прямо перед ними двое матросов несли тело, завернутое в грубую серую ткань. Из-под нее свисала уже почти синяя рука мертвеца, покрытая зловещими багровыми пятнами. - Слишком поздно, капитан, - отчаянно и с диким страхом проговорил один из матросов. – Это уже третий за сегодня. Тэхён похолодел. Болезнь распространялась быстрее, чем он думал. Штормовой узел начал затягиваться на их шеях.