Под старой сливой.

Неделю спустя. Полдень. Ворота Облачных Глубин. Лань Сичэнь вышел встречать сам. Весть о возвращении брата пришла утром — дозорные с северной башни заметили две фигуры на мечах. Лань Сичэнь отложил свитки и направился к воротам, не дожидаясь, пока они появятся у главного входа. Он стоял у ворот, когда они показались из-за поворота. Видимо, уже спустились с мечей. Двое. Впереди — Лань Ванцзи. Белые одежды, прямая спина, меч у пояса. Снег на плечах, на волосах, на ресницах — и ни следа усталости в осанке. Только идёт чуть медленнее обычного, и это единственное, что выдаёт: неделя в горах без отдыха не прошла бесследно. Рядом — Вэй Усянь. Чёрные одежды, растрёпанные волосы, на лице — широченная улыбка, несмотря на то что губы потрескались от ветра, а под глазами залегли тени. Он что-то рассказывает на ходу, размахивая руками, и даже отсюда слышно, как звенит его голос в морозном воздухе. Лань Сичэнь улыбнулся. — Сюнчжан, — Лань Ванцзи остановился в двух шагах, поклонился. Коротко, ровно, как велит этикет. — Ванцзи. Лань Сичэнь ответил поклоном, но глаза уже скользнули по брату — проверить, цел ли, не ранен ли, не слишком ли устал. Всё в порядке. Можно выдохнуть. — Сичэнь-гэ! Вэй Усянь не стал дожидаться этикета. Подскочил, поклонился наспех, тут же выпрямился и заулыбался во весь рот. — Соскучились? Мы — ужасно! Там такая история была, вы не представляете! Этот гуль оказался той еще хитрой тварью, представляете? Он... — Вэй Ин, — тихо оборвал Лань Ванцзи. Вэй Усянь заткнулся на полуслове, но улыбка не исчезла — только стала чуть виноватой. — А, точно. Сначала — доклад, потом — истории. Я помню, помню. Лань Сичэнь смотрел на них и чувствовал, как внутри разливается тепло. Ванцзи рядом с Вэй Усянем становился другим. Не ломались правила (по крайней мере так думал Лань Сичэнь), не менялась осанка — но что-то в лице, в глазах, в том, как он стоял чуть ближе, чем требовалось, говорило само за себя. — Проходите, — сказал Лань Сичэнь. — Вас ждут еда, тёплые покои и горячая вода. Доклад подождёт до вечера. — Горячая вода! — Вэй Усянь закатил глаза от счастья. — Сичэнь-гэ, я вас обожаю — Вэй Ин. — Молчу, молчу! Лань Ванцзи бросил на него короткий взгляд — и ничего не сказал. Но краешек губ дрогнул. Совсем чуть-чуть. Лань Сичэнь увидел это и улыбнулся ещё шире. Они пошли к главным зданиям — Лань Сичэнь впереди, Лань Ванцзи и Вэй Усянь следом. Вэй Ин всё-таки не выдержал и зашептал что-то на ухо Лань Чжаню, на что тот никак не отреагировал — но и не отстранился. Они пересекали площадь, когда вдали мелькнула фигура в синем. Лань Сичэнь узнал её сразу. Госпожа Син шла к восточным воротам — видимо, в библиотеку, как обычно. Шла медленно, закутанная в его плащ, который был ей велик и доставал до пола. Со стороны казалось, будто она плывёт в белом облаке. Лань Сичэнь почувствовал, как сердце пропустило удар. Она носит его плащ. Он не знал, почему это так важно. Но важнее ничего не было. Лань Сичэнь проводил её взглядом дольше, чем следовало. Что-то было не так. Она шла медленнее обычного, и даже со стороны было заметно — что-то гнетёт её. Но он не спросил. Не сейчас. Лань Ванцзи смотрел вслед удаляющейся фигуре. Лицо его не выражало ровно ничего — как всегда. Но взгляд задержался на долю секунды дольше, чем требовалось. И линия губ стала чуть жёстче. Лань Сичэнь знал этот взгляд. Так брат смотрел на тех, кто ещё не доказал, что достоин доверия. Он перевёл взгляд на Вэй Усяня. Тот ничего не замечал — смотрел на Лань Ванцзи, и на лице его появилось странное выражение. Любопытство? Озадаченность? Что-то среднее. — Лань Чжань? — позвал он. — Ты чего? — Ничего, — ответил Лань Ванцзи. И пошёл вперёд. Вэй Усянь переглянулся с Лань Сичэнем. — Чего это он? Лань Сичэнь мягко улыбнулся. — Идём. Вода стынет. --- Вечер. Кабинет Лань Сичэня. Доклад закончился час назад. Вэй Усянь умчался в гостевые покои — чтобы оставить некоторые свои вещи и потом вернуться к Ванцзи, — а Лань Ванцзи задержался. Они сидели друг напротив друга. Чай остывал в чашках. — Сюнчжан. — Да? Лань Ванцзи помолчал. Подбирал слова — это всегда занимало у него время. — Гостья из Дунъина. Лань Сичэнь поднял глаза. — Да? — Она носит твой плащ. Пауза. Лань Сичэнь смотрел на брата. Лань Ванцзи смотрел в стол. — Здесь холодно, — сказал Лань Сичэнь. — А её одежда не по погоде. — Я знаю. Снова пауза. Лань Ванцзи поднял глаза. В них не было вопроса. Не было осуждения. Только... внимание. — Ты улыбаешься, когда смотришь на неё, — сказал он. Лань Сичэнь замер. Открыл рот — и закрыл. Он не знал, что сказать. Не знал, можно ли вообще что-то сказать. Лань Ванцзи ждал. — Я... — начал Лань Сичэнь. И остановился. Лань Ванцзи кивнул. Будто этот неоконченный ответ был ему понятнее любых слов. — Я рад за тебя, сюнчжан, — сказал он тихо. Поднялся. Поклонился. — Спокойной ночи. И вышел. Лань Сичэнь остался один. Он закрыл глаза и выдохнул. В груди было тепло. Так тепло, что хотелось смеяться. --- Гостевые покои. Вечер. Мэй вернулась, когда уже стемнело. Госпожа сидела у окна — прямая, неподвижная, как в храме. Плащ, в котором она выходила утром, теперь висел в углу — снятый и забытый. Она не притронулась к нему весь оставшийся день. Мэй закрыла дверь, подошла, села напротив. Достала бумагу. «Новости.» Госпожа подняла глаза. Мэй писала коротко, сухо, как всегда: «В орден вернулись брат главы и его друг. Были на ночной охоте. Вернулись сегодня.» Мэй продолжала: «У его друга есть комната в гостевых покоях.» Госпожа кивнула. — Вот из-за чего шум, — констатировала она. Мэй убрала бумагу, но задержала взгляд на госпоже. Та снова смотрела в окно — на тёмные горы, на редкие огни фонарей. Лицо спокойное, как всегда. Но Мэй знала: сегодня что-то случилось. Что-то, о чём госпожа расскажет не скоро. Она подвинула ужин. Ели молча. --- Цзинши. Поздний вечер. Вэй Ин валялся на циновке, закинув ноги на низкий столик — поза, от которой любой наставник Лань хватил бы удар. Лань Чжань сидел рядом и делал вид, что читает. — Лань Чжань, — позвал Вэй Ин в потолок. — А кто та девушка в странной одежде? Лань Чжань не ответил. — Я сегодня видел, как она прошла. Вся в синем, и плащ огромный, почти до земли. И меч изогнутый. Красиво. Ты видел? — Видел. — И кто она? Пауза. — Гостья из Дунъина. Вэй Ин приподнялся на локте, уставился на Лань Чжаня. — Ого! Когда она появилась? Давно? А зачем приехала? Я думал, за луну ничего не пропустил, а тут целая гостья из-за моря! — Ищет записи о предке. — И всё? — Вэй Ин склонил голову, прищурился. — А плащ? Плащ ей тоже для поисков выдали? Лань Чжань молчал. Вэй Ин сел, скрестив ноги. Взгляд стал острее — тот самый, который появлялся у него, когда он чувствовал загадку. — Твой брат отдал ей свой плащ. Не выдал со склада, не выделил из казны. Свой. С облаками. Он помолчал. — Ты ей не доверяешь. Это был не вопрос. Лань Чжань поднял глаза. Встретил взгляд Вэй Ина. — Ещё не знаю. Вэй Ин кивнул — медленно, понимающе. Потом вдруг хмыкнул, и в глазах его мелькнул тот самый огонёк, который обычно предшествовал очередной гениальной идее. — Знаешь, — протянул он, — если твой брат наконец на ком-то женится, нам больше не придётся ждать. Лань Чжань посмотрел на него долгим взглядом. Ничего не сказал. Но страницу перевернул чуть медленнее, чем обычно. Вэй Ин ухмыльнулся и упал обратно на циновку. — Просто мысль. Лань Чжань молчал. Вэй Ин вздохнул. — Ну вечно ты так. Ладно, сам узнаю. Завтра же пойду знакомиться. Лань Чжань перевернул страницу. Молчание затянулось. — Лань Чжань? — Как хочешь. — Интересно, она разговаривает? А по-нашему понимает? Лань Чжань перевернул страницу. — Понимает. — Откуда ты знаешь?! Молчание. Вэй Ин засмеялся. — Лань Чжань, ты невыносим. Но я тебя всё равно люблю. Лань Чжань не поднял глаз от свитка. Но пальцы, держащие страницу, замерли на мгновение дольше, чем нужно.