Тепло твоих рук

После того первого поцелуя Куай словно с цепи сорвался. Дай, как говорится, альфе хоть намек… Он ходил за Би-Ханом как привязанный на железной, самой прочной цепи. На тренировках - взгляды: облизывающий, оценивающий. И когда Би-Хан снова и снова ловил этот взгляд, криомант закатывал глаза с таким царственным видом, будто Куай был лишь назойливым, но любимым домашним зверьком. В коридорах - касания, от чего криомант шипел и бил Куая по затылку. В покоях - попытки залезть под одежду. - Куай, отстань, - Би-Хан отталкивал его руки, но без злости. Скорее с усталостью. - Ну почему? - Куай нависал сзади, утыкаясь носом в шею, вызывая мурашки. - Мы уже целовались. Тебе же понравилось. - Это ничего не значит. - Врёшь. Ты краснел. - Любой бы потерял самообладание, окажись он в столь компрометирующей ситуации! И я не настолько краснел, тебе показалось в темноте. - Краснел. И дышал тяжело. Би-Хан снова закатывал глаза и уходил. Куай нёсся следом. Дни уговоров День первый Куай застал брата за заполнением свитков. Зашел, Би-Хан даже не посмотрел - в его комнату без стука входил только Куай. Пиромант лежал на футоне час, два, три, смотрел на прямую спину брата. Потом не выдержала душа поэта: он подполз сзади на локтях, обнял за талию, уткнулся носом в поясницу. - Би-Хан... - Нет. - Я ещё ничего не сказал. - И не надо, стихийное ты бедствие. Ответ - нет. Куай вздохнул, но руки не убрал. - Ты такой злой... - заскулил Куай Лян и улегся на колени старшего. Би-Хан отложил кисть, явно выдохшись за день. - Я занят, заноза. - Би-Хан снова взял тонкую кисть в руки и продолжил заполнять разного рода отчеты для отца. Через какое-то время Би-Хан отложил бумаги: на договорах поставлена подпись, доклады проверены, учебные материалы законспектированы. Он зевнул и глянул вниз: на коленях, с схожестью маленького котика, у Би-Хана устроился Куай и спал. Уставший, с приоткрытыми губами и подрагивающими ресницами. Би-Хан тепло улыбнулся, уже не пряча улыбку. День второй Куай подкараулил брата после тренировки. Тот был разгорячённый, раскрасневшийся, в лёгкой форме, прилипшей к телу. Тренировка была особо сложной. - Би-Хан... - Что опять? - дышал тяжело Би-Хан. - Можно я тебя поцелую? - Нет. - Би-Хан шел, сбавляя шаг, чтобы «огонек» не отставал. - Я потный и уставший. - Вот именно! Один раз. - Не зли меня. - Ну пожалуйста... Би-Хан остановился, окинул Куай Ляна своим фирменным снисходительным взглядом, задержавшись на его губах чуть дольше, чем позволяло приличие. Куай Лян выглядел так, будто умрет без единого контакта с братом: щенячьи глаза, неряшливо собранные волосы, молящее выражение лица. Би-Хан огляделся вокруг. - Как ты меня бесишь! - Би-Хан зашипел как кошка. - Я знаю. - Иди сюда. - Би-Хан потянул Куай Ляна за собой в сторону пустой комнаты. Они шли тихо по пустому холодному коридору, ладонь пироманта грела вечно холодную руку криоманта. И как только сёдзи захлопнулись, они стояли в полумраке пустой комнаты, единственное, что было слышно — их сбитое дыхание. Би-Хан не отпускал его сразу. Он прижался лбом ко лбу Куая, закрыв глаза. Пахло потом, сталью и чем-то неуловимо сладким, что всегда преследовало младшего. - Ты невыносим. Они поцеловались: холодные пальцы Би-Хана коснулись горячей кожи Куай Ляна, Би-Хан чмокнул его в губы и задержался, пробуя на вкус теплый рот брата. Куай просиял и прильнул к губам сильнее. Поцелуй не был долгим, но от этого не менее сладким. Когда они оторвались, Би-Хан снова притянул его к себе. Языками проникать еще не решались, ну или только Би-Хан, Куай же пытался протиснуться сквозь плотно зажатые зубы брата, а после очередной неудачи хныкал как ребенок. - Всё. Хватит. - Оторвался Би-Хан. - Мало... - выдохнул Куай, но брат уже отстранился. - Тебе всегда мало, неугомонный. День третий Куай лежал на футоне в покоях Би-Хана, развалившись звёздочкой, и смотрел, как брат заполняет бесконечные свитки. - Би-Хан... - М? - Иди ко мне. - Я занят. - Потом заполнишь. Каждый день одно и то же, — жаловался Куай Лян. - Не могу. Отчёт для отца. - Плевать на отца. - Имей уважение. Мне не плевать, - Би-Хан помолчал, а потом добавил: - Это важные бумаги, если я их не сдам, Великий мастер меня просто уничтожит! - Не уничтожит, я тебя защищу, -слишком самоуверенно заявил Куай. Би-Хан усмехнулся, представляя, как его «огонек» идет войной на весь мир ради него. - Ты даже себя защитить не в состоянии, - усмехнулся Би-Хан. - Могу! - Куай обиженно надул губы. - Просто не хочу. - Ага, я тебе верю. Куай помолчал минуту. - Би-Хан... - Что? - А можно ты просто полежишь рядом? Без поцелуев. Просто обнимашки, честно. Только ляг рядом, обними меня. Би-Хан отложил кисть. Посмотрел на брата - на его честные глаза, на открытое лицо, на то, как он ждёт ответа, затаив дыхание. Ветер завывал за сёдзи, свет был томный, но они, привыкнув к темноте, видели очертания тела и лица друг друга. Би-Хан задул пару свечей у себя на столе. - Ладно, - выдохнул он. - Я и так собирался лечь к тебе. Куай подскочил и тут же откинул легкий плед в сторону, освобождая место брату. Би-Хан снял форму (да, он снова видел этот скользкий взгляд «огонька»), надел штаны полегче, без манжет, и легкую свободную рубашку. Куай уже предвкушал, как прижмется к боку брата, обнимая за талию и утыкаясь носом в плечо. Так и случилось. - Ты такой тёплый, - выдохнул Куай. - Я тебя люблю. - Да ты что... - Правда! Би-Хан вздохнул и повернулся к «огоньку», тот, в свою очередь, закинул ногу на таз брата. Би-Хан был еще тем мерзляком, поэтому был не прочь согреться в объятиях этого «бедствия». Прошла неделя Куай не сдавался. Он ныл, просил, уговаривал, соблазнял, строил глазки, прижимался, целовал в щёку, в висок, в шею - везде, куда мог дотянуться. Би-Хан держался. Но с каждым днём это становилось всё труднее. Особенно ночью. Особенно когда Куай приходил в его покои и ложился рядом, обнимая, дыша в шею, шепча: - Би-Хан... ну когда? Я так хочу тебя. Плевать, что мы альфы. Никто не узнает. Только ты и я. Пожалуйста... Би-Хан сжимал зубы и молчал. Но этой ночью что-то щёлкнуло. Он сидел за низким столиком, заполняя очередной дурацкий отчёт. Куай лежал на футоне, свернувшись калачиком, и смотрел на него щенячьими глазами. - Би-Хан... - М? - Иди ко мне. - Не могу я! Я не закончил! - Потом сделаешь. - Когда «потом»?! Как закончу, лягу рядом, потерпи. Куай вздохнул, перевернулся на спину, уставился в потолок. - Я так хочу тебя, - прошептал он. - Просто умереть можно. Би-Хан замер. Кисть остановилась. Би-Хан смотрел на нее, на то, как он сжимает пальцы, понимая, что его ледяная стена дала трещину. Он тоже все это время сходил с ума… но не решался. - Куай... - Что? Опять скажешь «нет»? Опять откажешь? Я уже неделю прошу, Би-Хан. Неделю! Я схожу с ума. Каждую ночь вижу тебя во сне. Каждое утро просыпаюсь с мыслью о тебе. Я не могу больше терпеть. Би-Хан молчал. Потом отложил кисть. - Иди сюда... живо. Куай вскочил мгновенно, как ужаленный. Подполз на четвереньках, замер перед братом, глядя снизу вверх. - Поцелуемся?! - Сиди тихо, - приказал Би-Хан. Куай замер. Би-Хан наклонился и поцеловал его. Долго. Глубоко. Со вкусом. Куай застонал в поцелуй, прижимаясь, хватая ртом воздух. - Би-Хан... Би-Хан... - Тсс. Подавители Би-Хана кончались, от этого их прием сократился, но они должны были еще действовать. Даже если бы Би-Хан возбудился, его запах бы не просочился дальше двух метров. Би-Хан отстранился, глядя в его затуманенные глаза. Потом опустил руку и положил ладонь на пах Куая. Тот был твёрдый. Очень. - Ох... -выдохнул Куай, когда пальцы брата сжались. - Тихо, -шепнул Би-Хан. - Не шуми, ты ведь не хочешь, чтобы к нашей идиллии присоединился отец. Куай тут же зажал рот рукой. Би-Хан начал массировать через ткань. Медленно. Ритмично. - М... М... - Куай закусил губу, впиваясь пальцами в колени брата. - Ещё... пожалуйста... Би-Хан нажал сильнее, обводя пальцами головку через штаны. -А-ах! -вырвалось у Куая громче. -Тихо, я сказал. - Не могу... ты... так хорошо... Би-Хан усмехнулся, глядя, как брат теряет голову от простых прикосновений. -Хочешь больше? -Да... да... пожалуйста... Би-Хан стянул с него штаны. Член выскочил наружу — большой, толстый, набухший, с влажной головкой. Би-Хан сглотнул, глядя на него. - Какой ты... - выдохнул он. - Трогай, - взмолился Куай. -Пожалуйста! Би-Хан обхватил его рукой. - А-а-ах! - Куай запрокинул голову, вцепившись в плечи брата. Вечно мерзлая рука Би-Хана обжигала холодом. Би-Хан начал двигать рукой. Медленно. Плавно. Сжимая у основания, проводя по всей длине, поглаживая головку большим пальцем. -Ах... ах... ах... - стонал Куай, прикрыв глаза. - Да... да... ещё... - Нравится? - спросил Би-Хан с лёгкой усмешкой. - Очень... очень... ты так хорошо... так хорошо… Ах! Би-Хан! - Куай почти кричал. - Тсс. Тихо. - Не могу... ты... я сейчас... - Не сдерживай себя, - шепнул Би-Хан, ускоряясь. Куай кончил с громким стоном, зажимая себе рот рукой. Сперма залила живот Би-Хана, пальцы, футон. Би-Хан смотрел на брата - расслабленного, мокрого, счастливого - и чувствовал, как внутри разливается тепло. - Спасибо, - выдохнул Куай, прижимаясь к нему. - Я все уберу! - Не за что, - Би-Хан погладил его по голове. - Отдыхай. - А ты? Ты же не... тебе тоже нужно... - Потом. Сейчас - ты. Куай улыбнулся и закрыл глаза. Би-Хан сидел рядом, гладил его по спине и чувствовал, что это - самый странный момент в его жизни.