Сжечь весь мир дотла

[Агне ​Кель] ​ ​Мы ​нанесли ​удар, ​пока ​они ​спали. ​ ​Мы ​появились, ​как ​орда ​мстительных ​теней, ​из ​изнуренных ​метелью ​пустошей. ​41-я ​дивизия, ​элита ​Нации ​Огня, ​не ​имеющая ​себе ​равных, ​прокралась ​из ​бесплодных ​полярных ​пустошей. ​Бронированные ​плечи ​наших ​темных ​шинелей, ​все ​еще ​припорошенные ​кристаллическим ​снегом ​настоящего ​Северного ​полюса. ​Наши ​острые ​клинки, ​замерзшие ​от ​неумолимого ​холода. ​И ​наши ​страусиные ​лошади, ​ужасно ​проголодавшиеся ​после ​путешествия. ​ ​Мы ​прокрались ​вниз ​по ​ледяным ​утесам ​в ​город ​Агне ​Кель, ​где ​нашли ​его ​жителей ​в ​своих ​постелях, ​крепко ​спящими ​и ​ни ​о ​чем ​не ​заботящимися. ​ ​А ​о ​чем ​им ​было ​заботиться? ​ ​Насколько ​они ​знали, ​Великая ​война ​была ​далеко ​за ​горизонтом ​– ​за ​несколькими ​океанами ​и ​сверкающим ​морем, ​усеянным ​острыми ​айсбергами, ​по ​которым ​могли ​перемещаться ​только ​патрульные ​корабли ​Племени ​Воды. ​За ​огромной ​прибрежной ​стеной ​изо ​льда, ​которую ​могли ​открыть ​только ​маги ​воды, ​и ​за ​их ​ополчением, ​которое ​было ​готово ​вооружиться ​к ​войне ​в ​любой ​момент. ​У ​Северного ​племени ​Воды ​были ​все ​основания ​чувствовать ​себя ​в ​безопасности ​и ​спокойно ​спать ​в ​своем ​замерзшем ​городе... ​даже ​когда ​самое ​смертоносное ​подразделение ​Нации ​Огня ​промчалось ​по ​ее ​улицам ​вдоль ​водных ​путей, ​вошло ​в ​их ​дома ​из ​утрамбованного ​снега ​и ​льда ​и ​вонзило ​их ​острые ​и ​{изысканные} ​клинки ​прямо ​в ​их ​теплые ​меховые ​одеяла. ​ ​Я ​руководил ​этой ​аккуратной ​бойней. ​Мое ​семифутовое ​тело ​из ​закаленной ​стали ​и ​мускулов ​стояло ​прямо ​перед ​королевским ​дворцом ​Агне ​Келя, ​наблюдая, ​как ​мои ​войска ​продвигаются ​по ​спящему ​городу. ​ ​Великий ​Чингис ​всегда ​заботился ​о ​том, ​чтобы ​у ​его ​армии ​всегда ​был ​путь ​к ​отступлению: ​он ​никогда ​не ​давал ​своим ​врагам ​возможности ​диктовать, ​когда ​и ​где ​должна ​состояться ​битва, ​даже ​косвенно. ​ ​И ​я ​поступал ​так ​же. ​Кто ​бы ​ни ​контролировал ​территорию ​дворца, ​он ​контролировал ​единственный ​путь ​к ​Полярным ​Пустошам. ​Небольшой ​отряд ​стражей-магов ​воды ​королевского ​дворца, ​которых ​я ​убил ​лично, ​обеспечили ​нам ​путь ​к ​отступлению ​на ​данный ​момент. ​ ​Пока ​41-я ​дивизия ​не ​закончит ​то, ​ради ​чего ​мы ​пришли ​в ​этот ​город, ​мне ​нужно ​было ​лично ​удерживать ​эту ​точку ​– ​неподвижный ​обелиск ​для ​вражеских ​войск, ​как ​бы ​говорящий: ​“Ни ​шагу ​дальше”. ​ ​В ​конце ​концов, ​мои ​войска ​были ​очень ​хороши ​в ​захвате ​территории, ​но ​удержании ​ее? ​Я ​сам ​больше ​подходил ​для ​этой ​задачи. ​Но, ​несмотря ​на ​беспорядки, ​происходящие ​по ​всему ​городу, ​воздух ​над ​Агне ​Келем ​по-прежнему ​был ​чистым ​– ​ни ​единого ​столба ​черного ​дыма, ​даже ​намека ​на ​то, ​что ​этот ​город ​подвергся ​нападению ​сил ​Нации ​Огня. ​И ​те ​несколько ​криков, ​которые ​раздались, ​были ​прерваны ​почти ​сразу. ​Можно ​было ​даже ​сказать, ​что ​все ​было... ​по-прежнему ​мирно. ​ ​Хороший ​знак. ​Чем ​дольше ​город ​будет ​оставаться ​в ​замешательстве ​и ​неведении, ​тем ​выше ​будут ​шансы ​этой ​операции ​на ​успех. ​ ​Было ​безмятежно. ​Я ​стоял ​в ​одиночестве ​перед ​королевским ​дворцом ​и ​снова ​обратил ​свое ​внимание ​на ​хаос, ​которым ​был ​Агне ​Кель. ​Моя ​рука ​потянулась ​вверх, ​как ​будто ​хотела ​забрать ​серебристый ​полумесяц ​с ​неба ​бронированной ​ладонью. ​ ​Теперь ​захват ​должен ​был ​продлиться ​недолго. ​Совсем ​недолго. ​ ​Затем ​до ​моих ​ушей ​донесся ​новый ​звук: ​топот ​лошадиных ​копыт ​по ​заснеженным ​улицам. ​ ​Лейтенант ​и ​ее ​отделение ​верхом ​на ​страусиных ​лошадях ​галопом ​появились ​в ​поле ​зрения. ​Они ​завернули ​за ​угол ​высокого ​ледяного ​здания. ​Коричневые ​перья ​на ​их ​шлемах ​колыхались ​в ​холодном ​воздухе, ​их ​черно-красные ​шинели ​и ​доспехи ​были ​забрызганы ​кровью, ​а ​аметистово-фиолетовые ​глаза ​лейтенанта ​сияли ​сквозь ​прорези ​для ​глаз ​из-за ​эффекта ​ночного ​видения ​эликсира ​"Маунтин ​Дью: ​Сила ​Льда". ​Я ​видел, ​как ​она ​и ​остальные ​взбегали ​по ​обледенелым ​ступеням ​королевского ​дворца. ​ ​— ​Сэр! ​1-й ​кавалерийский ​разведывательный ​отряд ​докладывает ​о ​прибытии! ​— ​поприветствовала ​меня ​лейтенант, ​подойдя ​ко ​мне. ​ ​— ​Вы ​рано, ​1-й ​отряд. ​И ​я ​вижу, ​вы ​выполнили ​мое ​поручение. ​— ​Мои ​глаза ​скользнули ​по ​связанным ​телам ​несчастных ​мужчин ​и ​женщин, ​уложенных ​поперек ​спин ​страусиных ​лошадей ​1-го ​отряда. ​— ​Я ​полагаю, ​ваша ​другая ​задача ​была ​выполнена ​аналогичным ​образом? ​ ​— ​Так ​точно, ​сэр! ​— ​Она ​отдала ​честь ​с ​гордостью ​в ​голосе. ​— ​Мы ​взяли ​под ​контроль ​все ​сторожевые ​башни ​в ​верхнем ​городе. ​Все ​сигнальные ​рожки ​и ​барабаны ​были ​уничтожены, ​а ​текущая ​смена ​охраны ​съедена. ​ ​— ​Гл. ​— ​согласилась ​ее ​лошадь ​с ​отрыжкой, ​и ​ее ​бронированная ​рука ​потянулась, ​чтобы ​взъерошить ​перья ​на ​ее ​шее. ​ ​— ​Никто ​не ​сможет ​поднять ​тревогу ​по ​всему ​городу, ​сэр. ​ ​— ​Хорошо, ​а ​остальные? ​— ​спросил ​я. ​ ​Лейтенант ​повернулась ​в ​седле ​и ​протянула ​руку ​к ​определенному ​ледяному ​поместью ​в ​городе. ​ ​— ​Сэр, ​2-й ​отряд ​захватил ​свои ​цели ​раньше, ​чем ​ожидалось, ​и ​в ​настоящее ​время ​преследует ​цели ​второстепенные, ​— ​сказала ​она, ​затем ​протянула ​руку ​к ​другой ​точке ​замерзшего ​города ​– ​на ​этот ​раз ​ближе ​к ​прибрежной ​стене. ​— ​3-й ​и ​4-й ​только ​что ​захватили ​свои ​цели, ​но ​со ​значительным ​сопутствующим ​ущербом ​из-за ​близости ​их ​целей ​к ​тому, ​что, ​как ​мы ​полагаем, ​является ​новыми ​казармами ​для ​военно-морских ​патрулей ​Племени ​Воды. ​В ​ответ ​подразделения ​2-го ​отряда ​были ​вынуждены ​штурмовать ​и ​заставить ​замолчать ​сигнальную ​вышку ​среднего ​кольца, ​вон ​там. ​ ​Ее ​рука ​в ​перчатке ​указала ​на ​определенную ​башню. ​Красная ​лента, ​привязанная ​к ​сигнальному ​барабану, ​развевалась ​на ​арктических ​ветрах, ​тонко ​намекая ​на ​то, ​что ​башня ​была ​захвачена ​дружественными ​силами. ​ ​— ​Тем ​временем, ​основная ​часть ​2-го ​отряда ​докладывает, ​что ​они ​успешно ​проникли ​за ​периметр ​своих ​целей ​и ​ожидают ​дальнейших ​указаний, ​сэр. ​— ​продолжила ​лейтенант. ​— ​А ​что ​касается ​Воинов ​Киоши, ​то ​последние ​разведданные ​от ​2-го ​отряда ​докладывают, ​что ​их ​цели ​локализованы ​в ​пределах ​нижнего ​городского ​кольца. ​Они ​уже ​должны ​заканчивать, ​если ​уже ​не ​захватили ​свою ​цель. ​ ​— ​Дела ​продвигаются ​лучше, ​чем ​я ​ожидал... ​— ​отметил ​я. ​— ​Держим ​пальцы ​на ​спусковом ​крючке, ​но ​поскольку ​мы ​стоим ​у ​главной ​цели, ​давайте ​посмотрим, ​сможем ​ли ​мы ​победить ​здесь ​и ​сейчас. ​ ​Протянув ​руку ​ей ​за ​спину, ​я ​снял ​пленника ​с ​мешком ​на ​голове ​со ​страусиной ​лошади ​и ​опустил ​на ​землю. ​ ​Я ​стянул ​с ​его ​головы ​толстый ​меховой ​мешок ​и ​вытащил ​кляп. ​Престарелый ​вождь ​Арнук ​все ​еще ​был ​в ​своей ​теплой ​синей ​пижаме, ​подбитой ​мехом, ​когда ​его ​глаза ​привыкли ​к ​лунному ​свету. Затем, ​когда ​он ​смог ​нормально ​видеть, ​его ​морщинистое ​лицо ​побледнело ​от ​страха ​и ​удивления, ​когда ​он ​увидел ​мой ​шлем ​с ​черепом, ​смотрящий ​на ​него ​сверху ​вниз. ​А ​еще ​он ​увидел ​моих ​красно-черных ​людей ​из ​Нации ​Огня. ​ ​— ​Ты! ​Ты ​Гигант ​Нации ​Огня! ​— ​прошептал ​он, ​затем ​резко ​втянул ​воздух ​и… ​ ​— ​МЫ ​НЕ… ​ ​Моя ​большая ​бронированная ​рука ​зажала ​ему ​рот ​с ​достаточной ​силой, ​чтобы ​дать ​ему ​понять, ​что ​я ​мог ​бы ​раздавить ​его ​челюсть, ​как ​яйцо, ​если ​бы ​он ​дал ​мне ​повод. ​Я ​мягко ​предостерег ​его. ​ ​— ​Не ​кричи, ​вождь, ​иначе ​наши ​страусиные ​лошади ​проголодаются ​еще ​больше. ​Но ​поскольку ​мы ​оба ​слышали ​друг ​о ​друге, ​мы ​можем ​пропустить ​знакомство. ​Я ​даже ​позволю ​себе ​ответить ​на ​один ​твой ​вопрос, ​прежде ​чем ​мы ​начнем. ​ ​Я ​убрал ​руку ​с ​его ​губ, ​и ​его ​морщинистые ​брови ​нахмурились, ​когда ​он, ​казалось, ​очень ​тщательно ​обдумывал, ​что ​бы ​он ​хотел ​спросить. ​ ​— ​... ​Как ​вы ​здесь ​оказались? ​— ​наконец ​спросил ​он. ​— ​На ​снегу ​нет ​копоти ​ваших ​военных ​кораблей, ​и ​ни ​один ​корабль ​Нации ​Огня ​не ​был ​здесь ​почти ​полвека! ​Вас ​не ​должно ​здесь ​быть. ​Вас ​не ​может ​здесь ​быть! ​ ​Я ​переглянулся ​с ​кавалерийскими ​разведчиками, ​и ​мы ​рассмеялись ​вождю ​в ​лицо. ​ ​— ​А, ​я ​понимаю. ​— ​Я ​кивнул ​с ​притворным ​сочувствием. ​— ​Северному ​племени ​Воды ​не ​очень ​хотелось ​встречаться ​с ​Нацией ​Огня ​в ​открытом ​бою, ​не ​так ​ли? ​Зачем ​вам ​это, ​когда ​вы ​могли ​просто ​спрятаться ​за ​своими ​ледяными ​морями ​и ​устроить ​засаду ​на ​любой ​военный ​корабль ​Нации ​Огня, ​который ​попытается ​приблизиться? ​Да, ​зачем ​вам ​вообще ​с ​честью ​сражаться ​на ​поле ​боя, ​когда ​вы ​можете ​просто ​устраивать ​засады ​и ​ловушки? ​Только ​сейчас ​мы ​делаем ​то ​же ​самое: ​Нация ​Огня ​тоже ​решила ​пойти ​на ​уловки, ​чтобы ​закончить ​эту ​войну, ​вождь. ​Начиная ​с ​Агне ​Келя. ​ ​Это ​заявление ​заставило ​его ​голубые ​глаза ​посуроветь ​от ​решимости. ​ ​— ​Вы ​не ​возьмете ​наш ​город! ​— ​сказал ​он. ​— ​Духи ​Луны ​и ​Океана ​с ​нами! ​В ​этой ​битве ​вам ​не ​победить! ​ ​— ​В ​битве? ​— ​усмехнулся ​я, ​прежде ​чем ​протянуть ​закованную ​в ​броню ​руку ​ко ​все ​еще ​тихому ​городу. ​— ​Ты ​это ​слышишь? ​Отсутствие ​криков ​умирающих? ​Ты ​видишь ​ревущее ​пламя ​и ​слышишь ​ли ​победные ​крики ​пирующих ​страусиных ​лошадей? ​Нет, ​вождь, ​мы ​еще ​даже ​не ​начали ​сражаться... ​но ​достаточно ​одного ​громкого ​зова ​этого ​страусиного ​коня, ​чтобы ​обречь ​весь ​этот ​город ​на ​войну, ​в ​которой ​он ​не ​сможет ​победить. ​Только ​одного. ​ ​Вождь ​Арнук ​встретился ​взглядом ​со ​страусиной ​лошадью ​лейтенанта, ​которая ​была ​еще ​выше, ​чем ​я. ​Черные ​глаза-бусинки ​огромного ​зверя ​уставились ​в ​голубые ​глаза ​вождя, ​когда ​он ​подошел ​ближе ​и ​низко ​наклонил ​свою ​массивную ​клювастую ​морду, ​пока ​не ​оказался ​лицом ​к ​лицу ​с ​вождем. ​ ​— ​Шшшшшш. ​ ​С ​шипением ​зверь ​широко ​раскрыл ​свою ​слюнявую ​пасть ​и ​выпустил ​струю ​горячего ​дыхания ​прямо ​в ​лицо ​вождя. ​Ряды ​острых, ​как ​бритва, ​зубов-шиповок ​тянулись ​вдоль ​его ​рта ​и ​по ​краям ​языка. ​На ​них ​все ​еще ​были ​брызги ​крови, ​оставшейся ​после ​того, ​как ​они ​слегка ​перекусили ​солдатами ​племени ​Воды. ​ ​Оказавшись ​лицом ​к ​лицу ​с ​ужасной ​смертью, ​вождь, ​конечно, ​слегка ​отшатнулся, ​дрожа ​от ​страха, ​который ​он ​не ​смог ​скрыть. ​Но, ​надо ​отдать ​должное, ​он ​сделал ​то, ​что ​не ​под ​силу ​большинству ​взрослых ​мужчин ​– ​он ​сумел ​оторвать ​взгляд ​своих ​голубых ​глаз ​от ​страусиной ​лошади. ​Вместо ​этого ​он ​посмотрел ​на ​меня ​и ​тихо ​потребовал: ​ ​— ​Ты ​еще ​не ​убил ​меня. ​Почему ​мы ​разговариваем, ​Гигант? ​ ​Я ​жестом ​приказал ​страусиной ​лошади ​отступить. ​ ​— ​Потому ​что ​мы ​сражаемся ​за ​победу. ​— ​торжественно ​повторил ​я, ​залезая ​в ​свой ​[Инвентарь]. ​— ​И ​лучшая ​победа ​– ​это ​та, ​когда ​нам ​не ​нужно ​бросать ​ни ​одной ​огненной ​молнии. ​ ​Шурша ​дорогой ​бумагой, ​я ​развернул ​перед ​ним ​позолоченный ​свиток. ​Четкая, ​выразительная ​каллиграфия ​самого ​Повелителя ​Огня ​Озая, ​занимающая ​всю ​поверхность ​свитка, ​излагала ​необратимый ​указ, ​который ​приказывал ​всем ​войскам ​Нации ​Огня ​прекратить ​военные ​действия ​с ​Северным ​племенем ​Воды... ​а ​также ​он ​подтверждал ​и ​принимал ​официальное ​заявление ​Северного ​племени ​Воды ​об ​условной ​капитуляции. ​ ​И ​там ​были ​высказаны ​щедрые ​условия. ​Они ​становятся ​вассальной ​нацией ​Нации ​Огня: ​мы ​получаем ​значительную ​ежегодную ​дань ​в ​виде ​их ​голубого ​нефрита, ​мехов ​и ​других ​товаров. ​В ​обмен ​мы ​не ​будем ​сжигать ​их ​жен, ​насиловать ​их ​дома ​и ​все ​в ​таком ​духе. ​ ​Я ​осторожно ​положил ​свиток ​на ​ледяную ​землю ​перед ​вождем ​вместе ​с ​кистью ​и ​чернилами ​и ​расстегнул ​кандалы ​на ​его ​руках. ​ ​Старик ​потер ​запястья, ​взглянул ​на ​условия ​и ​сплюнул. ​ ​— ​И ​зачем, ​во ​имя ​Духов ​Луны ​и ​Океана, ​я ​вообще ​стану ​подписывать ​это, ​Гигант? ​ ​— ​Потому ​что ​я ​могу ​дать ​тебе ​слово, ​что ​ты ​выберешь ​меньшее ​из ​двух ​зол, ​— ​сказал ​я, ​глядя ​за ​ледяные ​береговые ​стены ​и ​на ​сверкающие ​моря ​за ​ними. ​— ​Ты ​понятия ​не ​имеешь, ​что ​ждет ​Агне ​Кель, ​если ​ты ​откажешься. ​Конечно, ​я ​не ​могу ​портить ​сюрприз, ​но ​я ​могу ​сказать ​тебе, ​что ​в ​будущем ​ты ​и ​твои ​люди ​почувствуете ​большое ​облегчение ​от ​того, ​что ​подписали ​эти ​условия. ​ ​— ​Аватар ​рассказал ​нам ​о ​твоем ​варварстве ​в ​Царстве ​Земли, ​Гигант. ​— ​заявил ​он ​с ​твердым ​взглядом. ​— ​Все ​слова ​и ​обещания ​такого ​негодяя, ​как ​ты, ​– ​пустая ​ложь. ​ ​— ​Правда? ​— ​ответил ​я, ​ничуть ​не ​обеспокоенный ​обвинением. ​— ​Если ​ты ​не ​веришь ​моим ​словам, ​тогда, ​возможно, ​мои ​дела ​скажут ​за ​меня. ​Король ​Буми ​все ​еще ​жив, ​несмотря ​на ​то, ​что ​сражался ​лично ​со ​мной. ​Омашу ​почти ​не ​пострадал ​от ​разрушений ​войны, ​несмотря ​на ​его ​многолетнее ​сопротивление ​моему ​народу. ​И ​подавляющее ​большинство ​горожан, ​которые ​сдались ​мне, ​наслаждаются ​безопасностью ​и ​процветанием, ​которых ​у ​них ​не ​было ​с ​момента ​основания ​страны. ​Вождь, ​у ​тебя ​есть ​все ​основания ​принять ​это ​предложение ​и ​избавить ​свой ​народ ​от ​ужасов, ​которые ​может ​принести ​эта ​война. ​ ​— ​Это ​угроза, ​Гигант? ​ ​— ​Напоминание, ​— ​сказал ​я ​ему. ​— ​Ты ​знал, ​что ​война ​в ​конечном ​итоге ​дойдет ​до ​Северного ​полюса. ​Если ​не ​моими ​силами, ​то ​чужими. ​Я ​уверен, ​ты ​строил ​планы ​по ​защите ​своего ​города ​от ​какого-нибудь ​осаждающего ​флота ​Нации ​Огня ​или ​чего-то ​подобного. ​Возможно, ​ты ​подготовил ​торжественную ​речь ​в ​твоем ​королевском ​дворце, ​чтобы ​сплотить ​защитников, ​или, ​возможно, ​дерзкий ​рейд ​на ​флагман ​Нации ​Огня. ​Но ​безразличная ​реальность ​такова, ​что ​мы ​уже ​здесь, ​в ​твоем ​городе. ​Мы ​позади ​всех ​твоих ​храбрых ​войск, ​за ​всеми ​вашими ​укреплениями, ​в ​самих ​ваших ​домах. ​ ​Моя ​огромная ​рука ​в ​доспехах ​указала ​на ​мягкие ​меха ​его ​пижамы, ​и ​он ​отвернулся ​от ​меня. ​Но ​я ​продолжал, ​несмотря ​ни ​на ​что.