Try Me / Попробуй меня (Чай/Вин)

Панчай никогда не имел целей в жизни. В детстве, возможно, у него были мечты — стать врачом, адвокатом или инженером, как у других детей. Но всё это закончилось в тот день, когда умер его отец. Панчай потерял мать в восемь лет и с тех пор жил только с отцом. Он знал, что отец работает, хотя никогда не рассказывал подробности. Мальчик привык оставаться один в комнате, пока отец исчезал на несколько дней для работы. Он считал такую жизнь нормальной: просыпаться, есть, ходить в школу, иногда прогуливать занятия ради игр с друзьями, а затем возвращаться домой. Так продолжалось до его тринадцати лет. В тот день у Панчая не было никаких предчувствий о надвигающейся беде. Он пошёл в школу как обычно, но, вернувшись домой, обнаружил коллегу отца, стоящего перед дверью квартиры. Тот сообщил новость: единственный родной человек Панчая ушёл из жизни. Этот день стал моментом, когда мир рухнул перед глазами тринадцатилетнего мальчика. Он понятия не имел, что делать. Всего тринадцать лет, он не знал, как организовать похороны отца, не мог связаться ни с кем из родственников. Даже тётя, жившая неподалёку, которая раньше приходила занимать деньги у его отца, сказала: «Умер — и ладно, конец». Панчай был зол. Он ненавидел всех, но ничего не мог поделать. Мальчик помнил, как сидел и плакал в одиночестве в своей маленькой комнате, не видя выхода даже для организации церемонии прощания с отцом. И тогда снова появился коллега отца. Он сказал, что начальник отца готов взять на себя все расходы и организовать всё необходимое. Это был первый раз, когда Панчай встретил господина Понга. Высокий мужчина с величественным видом почтительно поклонился перед гробом отца Панчая, выразив искренние соболезнования и заверив, что поможет всем, чем сможет. Однако тогда Панчай был слишком подавлен, чтобы внимательно слушать. Он едва помнил, как пережил те дни. Когда похороны завершились, Чай осознал, что у него большие проблемы. Он стал круглым сиротой, без опекунов. Его выгнали из съёмного жилья, словно бездомную собаку. Он бросил школу и пытался найти хоть какую-то работу, доступную ребёнку, который даже не окончил среднюю школу. То была самая трудная пора в его жизни. Когда казалось, что ему некуда идти и не на кого опереться, господин Понг подобрал его, как собаку с улицы. Он предложил обеспечить Панчая всем необходимым, включая жильё, питание и образование, до самого выпуска. Конечно, отчаявшийся мальчик принял это предложение, не задумываясь дважды. С того дня господин Понг стал для него благодетелем. Панчай уже забыл свои детские мечты. Теперь у него была единственная обязанность: работать, чтобы отплатить за добро этого человека. Жизнь после этого не стала плохой, но и хорошей её назвать было нельзя. Он начал с мелких поручений у бывших коллег отца. Он увидел мир, недоступный другим детям. К старшим классам школы он уже научился обращаться с оружием и владел им в совершенстве. Поверьте, его особые навыки заставили бы полицию ахнуть от удивления. В подростковом возрасте Панчай испробовал всё: алкоголь, наркотики, сигареты, женщины. Мир, в котором он оказался, делал эти вещи легко доступными. Он погружался во всё это, пока не закончил обучение и не достиг своей цели — служить тому, кто дал ему шанс. Он провёл год, выполняя разные задачи, прежде чем получил повышение и стал помощником начальника. Все говорили, что господин Понг особенно благоволит к нему, возможно, из-за старых связей с его покойным отцом. Именно эта работа позволила Панчаю встретить... самого прекрасного человека, которого он когда-либо видел. В тот день он услышал от людей, что семья сестры господина Понга придёт на ужин. Многие говорили об очаровании племянника господина Понга. Панчай не удержался и спросил: «А разве Пакин и Пават не очаровательны?» Ответом стали удивлённые взгляды и возгласы: «И где же в них очарование?!» Пакин был хитрым ребёнком, который делал только то, что хотел, не считаясь ни с кем. А Пават был настолько умным, что видел насквозь всё и вся. И ему захотелось увидеть, действительно ли племянник господина Понга, о котором все говорили как о прекрасном ребёнке, таков на самом деле. И вот он встретил его. Племянника звали Фавин... Вин. Мальчик, которого при первой встрече можно было принять за девочку из-за хрупкого телосложения. Ему уже исполнилось двенадцать, но этого нельзя было сказать, взглянув на него. Узкое лицо с четко выделяющимися чертами, чуть приподнятые кончики глаз и длинные ресницы, ложащиеся на розовато-белые щёки. Когда же его ярко-красные губы расплылись в улыбке... Панчай увидел чистую красоту. Красота Вина была подобна белоснежному цветку — самой чистой и незапятнанной, которую он когда-либо встречал. Да... это и был первый распустившийся бутон. Столь чистый, столь нежный, что даже страшно было касаться. Панчай совершенно не знал, как себя вести с этим ребёнком. Поэтому он поприветствовал мальчика ровным голосом и спокойным выражением лица. Но видимо, это только напугало малыша, и тот спрятался за спину господина Понга. — Ты напугал моего племянника, — с улыбкой произнёс господин Понг. Однако Вин воспринял это всерьёз. Он несколько раз дёрнул дядю за рукав, энергично качая головой, и мельком посмотрел на Панчая, торопливо заверяя: — Нет-нет, я совсем не боюсь. — Тогда почему прячешься за дядей? — Ну... дядя Понг. Просто маленький ангел. Этот мальчик, который активно дёргал дядю за руку, зная, что над ним подшучивают, стал для Панчая понятным объяснением того, почему вся семья обожает Вина больше, чем его двоюродных братьев. Очаровательный до невозможности. После той встречи у Панчая не было возможности поговорить с Вином, поэтому он мог лишь смотреть на мальчика с теплотой. Он замечал, что когда Вин радуется, то широко улыбается, а когда дуется, надувает губки. Всё это выглядело так естественно, без фальши, и невероятно притягивало взгляд Панчая. Но всё равно... мальчик продолжал его бояться. Спустя три месяца Панчай встретил Вина ещё несколько раз, но каждый раз мальчик прятался за своими двоюродными братьями, опасливо косясь на Панчая. Это заставило его спросить коллег: «Что не так с моим лицом, что все дети меня боятся?» — Да ты просто всегда выглядишь слишком серьёзным, когда видишь Вина. Конечно любой ребенок будет бояться! Ну, кроме, конечно, Пакина. По правде говоря, этот парень вообще никого не боится. Хотя критика заставила Панчая внимательно осмотреть своё лицо, он так и не понял, что именно пугало ребенка. Возможно, дело было в том, что каждый раз, когда он видел Вина, то пристально наблюдал за ним, боясь, что кто-нибудь заметит его интерес, и потому старался сохранять бесстрастное выражение лица. Сначала он думал, что это из-за очарования и нежности мальчика, но позже осознал, что причина в другом. Взгляд на Вина приносил чувство покоя. Улыбка Вина освещала его строгий и напряжённый мир. — Какой красивый цвет! — Правда? Сегодня доставленные розы особенно прекрасны. Панчай только что закончил задание, которое ему поручили, и собирался пройти мимо гостиной, когда услышал знакомый голос, который сразу узнал. Он замер, заглянул в комнату и увидел... маленького ангела, который стоял и наблюдал, как работники дома расставляли цветы в вазах. — Если мама Вина увидит, она точно будет в восторге. Думаю, все женщины любят цветы, — сказал мальчик своим чистым голосом. — Не только женщины, — медленно добавила тётя Кео. — Каждый, наверное, любит красивые цветы. А если их дарят, это становится ещё более значимым. — Например, если их дарит любимый человек? — Да, существует много поводов: дружба, подарок или просто знак внимания. — Как интересно. — Почему ты спрашиваешь? Ты хочешь подружиться с кем-то, Вин? Мальчик задумался на несколько мгновений, а затем неуверенно ответил: — С тем суровым человеком... Он никогда не улыбается мне. Человек с суровым лицом невольно прикоснулся к своей щеке, размышляя, имел ли Вин в виду его. — Тогда, может, ты хочешь взять один цветок? — Можно? —Ну конечно, чтобы подружиться. — Ой, нет, я не осмелюсь. Просто он такой красивый, — сказал Вин с милой улыбкой, принимая розу без шипов и радостно покачивая её в руке. Ему явно нравилась эта крупная красная роза. — Я отнесу её Вату, — сказал он. Панчай быстро спрятался за дверью, наблюдая, как мальчик пошёл искать своего двоюродного брата. Но сколько бы Вин ни искал Павата, того нигде не было. Если этот парень уходил играть в видеоигры, то становился совершенно недоступным. Лицо Вина стало грустным, и он сдался, плюхнувшись на стул рядом с бассейном, всё ещё глядя на розу в своих руках.

***

— Хочешь, я помогу? — Панчай улыбнулся и не смог удержаться, чтобы не подойти ближе. — Что ты делаешь здесь, Кхун Вин? Глоток воздуха! Похоже, он действительно боится меня. Панчай не был уверен, звучал ли его голос слишком спокойно, но это заставило Вина вздрогнуть от неожиданности. Мальчик явно опешил, поднял голову, посмотрел на него, а затем снова опустил взгляд на розу в руках. — Эта роза очень красивая, — заметил Панчай. Ярко-красные губы Вина тронула едва заметная улыбка. — Эм... ты хочешь её? Если Панчай был тем, с кем Вин хотел подружиться, то ответ был «да». — Если ты хочешь дать её мне. Вин сразу поднялся, всё ещё немного опасливо глядя на суровое лицо Панчая, но протянул цветок ему. — Если ты хочешь, то я даю её тебе. Панчай принял розу и задумчиво посмотрел на мальчика. А тот внезапно выпалил: — Я лучше пойду найду Кина! Панчай с нежностью наблюдал, как мальчик вскочил и побежал обратно в дом. Затем он с усмешкой посмотрел на полученную розу. Казалось, он больше запугал ребёнка, чем получил подарок. Но... — Пи’Чай. Резкий поворот! Впервые Вин назвал его по имени. Панчай обернулся, не веря своим ушам. Их взгляды встретились. — Тебе нравится роза? Что ещё мог ответить Чай, кроме: — Да, нравится. И тогда он увидел цветок, который был прекраснее, чем тот, что он держал в руках. Это была чистейшая из всех красот — счастливая улыбка Вина. Мальчик, который вернулся в дом с радостным настроением, был доволен тем, что его подарок понравился. Но то, что получил Панчай, было больше, чем просто цветок. Это было сильное чувство — желание защитить эту улыбку и сохранить её навсегда для этого человека. У Панчая появилась новая цель. Он хотел работать на господина Понга, чтобы отплатить за добро. Но теперь он также хотел защитить Вина — по своей собственной инициативе. Это было первое чувство, которое со временем превратилось в любовь.