𝐒𝐓𝐀𝐓𝐈𝐂

chapter five.

третий лишний

      ПОХОРОНЫ — это то, чего Джейд Грейди удавалось избегать всю жизнь до сих пор. Ее бабушка и дедушка умерли, когда она была совсем маленькой, но ни один из ее родителей даже не позаботился о том, чтобы оплатить похороны. Потом, когда ее отец ушел из семьи и через несколько месяцев покончил с собой, Келли, мать Джейд, заявила, что им будут не рады на похоронах. Джейд, будучи ребенком, была вынуждена согласиться, но с годами она повзрослела и поняла, что нежеланной гостьей была только ее мать. Отец хотел бы, чтобы его дети были рядом. Она в этом уверена.       Пока похоронный служитель произносит речь, Джейд стоит позади своего брата, ее рука инстинктивно массирует его плечо, пока он стоит рядом с тремя своими друзьями. За спиной каждого из них стоят родители, и Джейд кусает нижнюю губу, желая, чтобы у Джексона была более стабильная семейная жизнь. Она могла бы справиться с этим дерьмом, но он постоянно видел крепкие семьи своих товарищей.       Ни он, ни кто-либо другой из его компании, если уж на то пошло, не оказались так печальны, как она себе представляли. Уилл был им пятым братом, и их невозможно было встретить друг без друга. Но когда она отводит взгляд от мучительно маленького гроба на кладбище, то замечает лицо Дастина Хендерсона, который улыбается и радостно похлопывает по плечу своих друзей, несмотря на то, что его самый близкий друг лежит мертвый в деревянном ящике в метре от него. Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, он смотрит на нее, и девушка прищуривается, и выражение его лица мгновенно меняется, снова становясь серьезным, когда он поворачивается к гробу, на который несколько человек кидают розы.       С этими четырьмя явно что-то происходит.       Когда церемония походит к концу, люди начинают расходиться, обнимая друг друга. Джейд на мгновение оставляет своего брата с его друзьями, медленно подходит к Джойс Байерс и нежно протягивает руку, чтобы взять ее за плечо.       Джойс сначала вздрагивает, после того как, казалось бы, отключилась, но когда она поворачивается к Джейд всем телом, то лишь слегка расслабляется:       — О, привет, Джейд.       Джейд озабоченно хмурит брови, замечая мешки под глазами Джойс и ее поникшие плечи:       — Привет, Джойс, — улыбается она. — Просто хотела узнать, как ты, — она не собирается показывать, как сожалеет о смерти Уилла, потому что знает от Джонатана, что это то, что больше всего выводит из себя его мать в данный момент. Накануне вечером по телефону он также упомянул, что Джойс отказывается верить в смерть своего сына, но Джейд не стала расспрашивать об этом.       Губы Джойс приоткрываются:       — Я… — Она вздыхает, делает шаг вперед и заключает Джейд в дрожащие объятия. — Ты всегда была так добра к моим мальчикам.       Джейд мягко улыбается, поглаживая кожаную куртку Джойс:       — Ты вырастила двух замечательных парней, Джойс. Правда, — она слегка усмехается, слегка отстраняясь. — Уилл хорошо влияет на Джека.       Джойс опускает руки, пытаясь выдавить из себя улыбку, оценивая использование подростком настоящего времени в этой фразе.       Почувствовав, что женщина готова закончить разговор, Джейд протягивает:       — Позволю тебе вернуться домой. Рада была видеть. Береги себя, — она кивает, и Джойс шепчет что-то на прощание, прежде чем вернуться к яме, где лежит гроб Уилла.       Взволнованно покусывая губу, Джейд отступает назад, но тут же чувствует, как кто-то сильно дергает ее за рукав куртки, и она поворачивается, нахмурив брови, позволяя Джонатану оттащить ее туда, где у металлической оградки сидит Нэнси.       — Что, черт возьми, вы двое делаете? — Недоверчиво спрашивает Джейд, когда Джонатан опускается и садится очень близко к Нэнси.       — Садись, Джей, — Джонатан указывает рукой на грязное место на полу. — Нэнси кое-что нашла.       — Кое-что нашла? — Джейд в замешательстве открывает и закрывает рот, медленно опускаясь вниз и замечая изображение, зажатое в руке Нэнси, и тонкую карту, торчащую из кармана Джонатана.       — Как-то вечером я нашла фотографию Барб, сделанную Джонатаном. Должно быть, он сделал ее, когда мы со Стивом… в любом случае, она сидела на трамплине для прыжков в воду. Это было после вечеринке, — объясняет Нэнси, поворачивая темную фотографию. Она тычет пальцем в черное пятно позади своей подруги. — У нее за спиной что-то есть. Похоже на…       — То, что мы видели, — заключает Джейд, понимающе кивая, и поднимает голову, переводя взгляд с одного на другого и начиная кое-что понимать. Она поднимает палец, чтобы пригрозить им. — Вы двое занимались каким-то детективным делом без меня? Черт возьми, Уилер. А ты, Джонатан! Мне почти обидно, — поддразнивает она, предпочитая умолчать о несколько неожиданной близости двух своих друзей в данный момент. — Было бы здорово, если бы вы меня позвали.       Джонатан закатывает глаза, вместо этого кладя перед ней карту. Она ухмыляется его раздражению, прежде чем посмотреть вниз, на три красных крестика:       — Это те места, где мы точно знаем, что он был тут.       Джейд кивает:       — Да, — она указывает на крестик. — Дом Стива, — она хмурится. — А что за два других?       — Место, где нашли велосипед Уилла и мой дом, — объясняет Джонатан.       — Твой дом? — Челюсть Джейд чуть не отвалилась до земли. — Что значит твой дом?       Он вздыхает:       — Мама утверждает, что несколько дней назад что-то прорвалось сквозь стены.       Он говорит это так небрежно, что Джейд оглядывается в поисках ответа получше и таращит на него глаза:       — Я… Чего? Прорвалось сквозь стены? — Она в изумлении прижимает ладони к щеках. — В твоем доме?       — В моем доме, — кивает он.       Джейд зажмуривает глаза, пытаясь осознать, что вообще происходит в данный момент.       Очевидно, уже слыша эту удивительную информацию не в первый раз, Нэнси делает глубокий вдох:       — Все это так близко.       — Да. Точно, — Джонатан что-то мурлычет, глядя на нее, а Джейд почти ахает от волнения из-за его близости к Нэнси, когда его дыхание обдувает ее лицо. Она слишком увлечена его новой «дружбой», чтобы расслышать его дальнейшие слова. — Все в пределах мили или около того. Что бы это ни было, оно… далеко не ходит.       Нэнси встречается с ним взглядом:       — Отправимся туда.       — Мы можем ничего не найти.       — Я же нашла, — напоминает она ему. — И если мы найдем… что тогда?       — Убьем его, — он поджимает губы.       Джейд прищелкивает языком, хлопая себя руками по бедрам:       — Ну… звучит просто потрясающе. Я оставлю вас двоих, чтобы…       Словно понимая, что она пытается слинять, а также желая оставить их наедине, Джонатан подталкивает ее ногой:       — Ты нам понадобишься. Чем больше глаз и рук, тем лучше, — она могла бы избавить его от большей степени стресса и неловкости присутствия Нэнси.       — Ммм. Верно. Больше глаз. Очевидно, — она хмыкает, скорчив гримасу. — Неважно. Слушайте, когда это все планируется? Я хотела бы сходить с Джеком на поминки.       Джонатан прищуривается:       — Джей, — он оглядывается через плечо на четверых мальчишек, стоящих рядом с машиной Уилеров, которые смеются и скачут вокруг, как идиоты. — С ним все будет в порядке. Мы должны сделать это сегодня днем. Я достану пистолет из машины моей мамы, — он поворачивается к Нэнси. — У тебя дома что-нибудь есть?       Она пожимает плечами:       — У меня, наверное, есть бейсбольная бита.       Он кивает, переводя взгляд на Джейд:       — А у тебя?       Вспоминая об оружии Митчелла в трейлере, Джейд кивает и встает, отряхивая свои черные джинсы:       — Да. Есть кое-что.

🚬

      СИДЯ В старом «Форде» своего отчима, Джейд слушает песню KISS «I Was Made For Lovin' You», рассеянно постукивая пальцем по облупленному рулю и следя глазами за колышущимися голыми ветвями деревьев. Другим локтем она опирается на дверцу, подперев голову ладонью, и ждет Нэнси Уилер, а заднее сиденье ее машины завалено всевозможными опасными предметами.       Рядом с ее головой раздается резкий стук в окно, и она опускает руку, медленно поворачиваясь, чтобы посмотреть на того, кто ее беспокоит. Что неудивительно, это Стив Харрингтон. Он слегка наклоняется, упираясь руками в колени, и пристально смотрит на нее.       — Какого черта ты здесь делаешь, Грейди? — Он рычит через стекло, и ей остается только молиться, чтобы его взгляд не скользнул по сиденьям назад.       Она строит гримасу, опуская стекло, в то время как другой рукой убавляет громкость радио:       — Какое тебе дело?       Его глаза сужаются, а челюсть сжимается, когда он видит самодовольно выражение на ее лице:       — Я вляпался в кучу дерьма из-за тебя, ты в курсе? Мой отец запретил мне приглашать кого-либо в гости примерно на год.       Она поджимает губы, изображая непонимание:       — Из-за меня?       — Да, тебя. Кто еще мог рассказать копам о пиве? — Огрызается он, и она в восторге от того, что ее мелочность возымела желаемый эффект.       Она ухмыляется, пожимая плечами:       — Может быть, Томми.       — Он бы не стал.       — О, точно, потому что никто не может пойти против того, что говорит Король Стив, да? Иначе… он разобьет твою камеру или заставит тебя пробить ножом пиво, или подойдет к окну твоей машины и нарушит твой покой, — отрезает она, обводя взглядом его тело. — Разве ты не должен извиняться перед своей девушкой?       — Именно за этим и пришел, — парирует он, слабо махнув рукой в сторону большого дома позади него.       Она оглядывается по сторонам, пытаясь понять, почему он все еще стоит перед ней:       — Нет. Ты стоишь тут. А Нэнси там, — она повторяет его движение в сторону дома Уилеров. — И передай, чтобы она поторопилась, пожалуйста.       — Ты здесь из-за Нэнси?       Она разочарованно хмыкает, раздраженно откидывая голову на подголовник:       — Нет. Я здесь из-за Холли, — она поворачивается и смотрит на него, как на идиота, потом хлопает себя по виску, жалея, что не может вбить в него хоть немного здравого смысла. — Да, боже, конечно, Стивен. Я здесь, чтобы забрать Нэнси.       Ее саркастический тон, очевидно, выводит его из себя, и он, наконец, выпрямляется, разглаживая складки на куртки:       — Ладно, Грейди. Только не втягивай ее в свои…       Она приподнимает брови, ожидая, когда он закончит.       Он фыркает:       — Ты знаешь, что я имею в виду. Не разрушай ее жизнь, вот и все, что я хочу сказать.       — Не волнуйся, Харрингтон, тебя все равно будут считать плейбоем, который встречается с ботаничкой, — она закатывает глаза и отмахивает от него.       Он сжимает зубы, качает головой, разворачивается в сторону гаража и начинает поправлять волосы.       Она ухмыляется, высовывая голову из окна:       — Там выбился локон, Стивен! — Кричит она ему вслед. Он резко поворачивает голову и делает вид, что ему все равно, но она замечает, как он отчаянно пытается найти эту якобы выбившуюся прядь, прежде чем исчезнуть в открытом гараже. Закрывая окно и делая музыку громче, она бормочет. — Придурок.       Примерно через пять минут брюнет выходит из гаража, его поза стала еще более напряженной, а руки плотно спрятаны в карманах. Джейд, прищурившись, наблюдает за ним, когда он еще несколько раз оглядывается через плечо на Нэнси, прежде чем перейти дорогу и направиться к своей машине. Он запрыгивает внутрь, быстро заводит двигатель и в считанные секунды отъезжает от тротуара, не забывая при этом пристально смотреть на Джейд, когда его машина проезжает мимо ее, все еще стоящей на месте. Она закатывает глаза и показывает ему средний палец, пока он не скрывается за углом улицы.

🚬

      ДВЕ ДЕВУШКИ пробираются сквозь кусты к просвету в зелени, где Джонатан стоит в нескольких ярдах от ряда консервных банок, подняв револьвер и прикрыв один глаз, пытаясь попасть в смятые банки. В то время как Нэнси держит бейсбольную биту, у Джейд в руке топор, а за поясом джинс запрятан охотничий нож ее отца. Это был подарок, который он подарил ей, когда она была совсем маленькой — очевидно, в то время она была слишком мала, чтобы пользоваться им, но сегодня утром, когда она переворачивала трейлер в поисках оружия, нож выпал с верхней полки ее шкафа. Она восприняла это как знак. А еще она прихватила с собой одну из винтовок Митчелла, но как только Нэнси увидела ее, она сразу же заявила, что это плохая идея, и настояла на том, чтобы Джейд оставила ее в машине.       — А ты разве не должен попадать по банкам? — Окликает Нэнси, а Джейд смеется, наблюдая, как пуля пролетает мимо и попадает в дерево.       Он ухмыляется, оглядываясь:       — Вообще-то, нет… видите промежутки между банками? — Он указывает на них пальцем. — Я целюсь в них.       — Аа, — Нэнси кивает, роняя сумку и биту на землю.       Джейд хихикает, обходя его и становясь с другой стороны. Она проглатывает саркастический, дразнящий комментарий, позволяя ему насладиться коротким мгновением между ним и Нэнси, пока они оба смотрят друг на друга, и кажется, что это длится целую вечность.       Джонатан прочищает горло, глядя на револьвер в своей руке:       — Ты когда-нибудь стреляла из пистолета? — Он обращается к Нэнси, прежде чем перевести взгляд на Джейд. — Я знаю, что да, — она что-то напевает, кивая. Они с Джексоном несколько раз ходили на «охоту» в лес с обоими мальчиками Байерсами. Обычно это заканчивалось тем, что младшие превращали это в игру, где животных не убивали, а стреляли из ружей только для того, чтобы отцы детей думали, что они на самом деле охотятся.       Честно говоря, она стреляла и держала ружье дюжину раз до и после того, как отправилась гулять с Байерсами. В самый первый раз она стреляла не в оленя и не в банку из-пол кока-колы, а чтобы так напугать Митчелла Грейди, чтобы тот заткнулся. Вот почему, когда Джонатан направляет на нее пистолет, она качает головой, крепче сжимая топор. Одному Богу известно, сколько дерьма может возникнуть, если она снова возьмет в руки револьвер.       Нэнси усмехается в ответ на вопрос:       — Ты знаком с моими родителями?       Джонатан улыбается, перезаряжая пистолет:       — Да, а я не стрелял с десяти лет. На мой день рождения отец взял меня на охоту. И заставил меня убить кролика.       — Кролика? — Брови Нэнси взлетают вверх.       — Да. Видимо, он считал, что это прибавит мне мужества, — он пожимает плечами. — Я прорыдал целую неделю.       Джейд фыркает, но не из-за части с отцом, а из-за его слез. Она так ясно это помнит. Джойс пригласила ее в дом, чтобы попытаться развеселить мальчика и не дать его отцу слишком разозлиться из-за его наивности.       Джонатан усмехается, и толкает ее локтем:       — Ты же знаешь, это все потому, что я фанат Тампера, — она кивает, отворачиваясь, чтобы не рассмеяться еще сильнее и не выдать неловкую историю о том, как ему еще год снились кошмары о том, что именно Тампера он и убил.       Нэнси тяжело вздыхает с другой стороны, привлекая его внимание:       — Господи, — вздыхает она. Парень смотрит на нее в замешательстве. — Я про твоего отца, — объясняет она, слегка качая головой.       Осознав это, Джонатан бормочет:       — Полагаю, они с мамой любили друг друга когда-то, но… — он захлопывает пистолет. — Меня тогда не было рядом.       Нэнси сочувственно смотрит на него, затем медленно протягивает руку к пистолету. Джонатан передает его, бормоча какие-то короткие инструкции, прежде чем засунуть руки в карманы куртки. Он бросает озадаченный взгляд на Джейд, которая слегка ухмыляется и пожимает плечами, взволнованная попыткой Нэнси Уилер взбунтоваться.       — Не думаю, что мои родители вообще когда-либо любили друг дурга, — бормочет она, привыкая к весу пистолета в своих ладонях.       — Ну как-то они же поженились.       — Мама была молода, — она медленно поднимает револьвер. — Отец был старше, но у него была неплохая работа, деньги, да и сам он был из хорошей семьи, — она подводит итог. — Итак, они купили хороший дом на окраине дома и создали свою семью.       — К черту все это, — фыркает Джонатан.       Нэнси сосредоточенно проводит языком по губам:       — Да, — она закрывает правый глаз. — К черту все это, — она нажимает на спусковой крючок, пуля просвистывает в воздухе и попадает прямо в середину банки, отчего та слетает со своего места. Она в восторге смеется над результатом. Она переводит взгляд на двух своих друзей.       — Блять, да, Уилер, — поздравляет Джейд с лучезарной улыбкой, прежде чем кивнуть в сторону густого леса позада них. — А теперь пойдем, пока ты не начала интересоваться моей семьей, — она натянуто усмехается, выжидая, пока они соберут свои сумки и оружие, прежде чем уйти.

🚬

      БЕЗДУМНО НАПЕВАЯ себе под нос какую-то мелодию, Джейд плетется за Джонатаном и Нэнси, которые тихо переговариваются, пробираясь через лес. Под ногами хрустят сухие листья, а от прохладных порывов ветра они то и дело вздрагивают. Быть третьим лишним — это самое скучно и испытывающее занятие на свете. Единственный плюс в том, что Джейд помахивает топором, а мысль о том, что она, возможно, увидит какое-нибудь существо, подстегивает ее. Она изо всех сил старается не прислушиваться к их разговору, но как только Нэнси начинает рассказывать о вечеринке, Джейд не может удержаться и ускоряет шаг.       — Я видел девушку, которая пыталась быть кем-то другим, — начинает объяснять Джонатан, бейсбольная бита теперь покоится на его плече, а револьвер висит в руке Нэнси. — Но в тот момент… она была одинока, или так думала. Хотя могла быть собой.       Нэнси кивает несколько мгновений, ее рот изгибается в ухмылке легкого недоверия:       — Это такой… бред, — огрызается она, и Джейд поджимает губы, опуская подбородок на грудь.       Но она вынуждена включиться обратно в происходящее, когда Джонатан резко тормозит, из-за чего она чуть не врезается ему с пину. Его глаза следят за Нэнси, когда она делает еще один шаг, прежде чем обернуться.       — Что? — Спрашивает он.       — Я не пытаюсь быть кем-то другим. Только потому, что я встречаюсь со Стивом, а он тебе не нравится…       Джонатан фыркает, продолжая идти более целеустремленно:       — Знаешь что? Просто забудь.       Джейд неловко сглатывает, ожидая, что Нэнси бросится за ним, прежде чем снова двинуться с места. Единственное веселое в том, чтобы быть третьим лишним, — это когда пара, или кто там эти двое, ссорятся.       — На самом деле он хороший парень, — вскрикивает Нэнси, шагая за ним.       — Ладно… — растягивает Джонатан слова, в которых нет ни капли веры.       — А вчера с камерой… Он совсем не такой, — слова Нэнси снова заставляют их троих остановиться, и Джейд раскачивается взад-вперед на пяткам между ними, неловко перебирая пальцами по топорику. — Он просто защищал нас.       — Ага, — усмехается Джонатан, снова топая прочь. — Это точно.       У Нэнси отвисает челюсть, она переводит взгляд на Джейд, которая тут же качает головой, поднимая свободную руку вверх, словно молча молясь, чтобы она не вмешивалась. Нахмурившись, Нэнси снова следует за Джонатаном:       — О, так значит, твой поступок был нормальным?       — Нет. Я… Я так не говорил.       — Он имел полное право злиться, — шаги Нэнси становятся быстрее и резче по мере того, как в ней нарастает гнев.       — Хорошо, ладно! — Джонатан резко оборачивается, чтобы снова остановить их. — Значит, он должен мне нравиться?       — Нет.       — Слушай, не принимай это так близко к сердцу, ладно? — Ворчит он, делая глубокий вдох. — Мне не нравится большинство людей. Он принадлежит к подавляющему большинству, — в заключение он стремительно уходит.       Она усмехается:       — Знаешь… А я только начала менять мнение о тебе.       Джонатан замолкает и поворачивается в ее сторону.       Джейд прислоняется к дереву, сжимая пальцами переносицу и поднимая лицо к небу, сожалея о том, что вообще позволила Джонатану уговорить ее пойти с ними. Обычно наблюдать за ссорами забавно, но это… это мучение, учитывая тот факт, что пара впервые нормально заговорила всего несколько дней назад.       — Да? — Он шипит.       — Да, — она твердо кивает. — Я подумала, Джонатан Байерс не такой уж и нелюдимый тип, каким все его считают.       Он выпячивает челюсть и возвращается к ней с выражением неприкрытого отвращения на лице:       — Ну, я тоже начал менять мнение о тебе. Подумал, что Нэнси Уилер не простая пригородная девчонка, которая считает, что бунтует, повторяя в точности сценарий любой другой такой же девицы. Пока эта пора не пройдет, и она не выскочит замуж за какого-нибудь банального скучного бывшего спортсмена, которого пристроят на работу, и они заживут идеальной скучной жизнью на окраине города. В точности как их родители, которые когда-то вгоняли их в тоску. Но теперь — они в их шкуре, — заканчивает он, протискиваясь мимо нее и оставляя девушку впитывать его обидные, но правдивые слова.       Джейд смотрит, как он уходит, и отчасти гордится тем, что он хоть раз высказался, но в то же время переживает за Уилер, стоящую рядом. Она отталкивается от дерева:       — Ну разве не чудно, что мы все выбрались сюда? — И идет за ним, а Нэнси с тихим смешком подбирает с пола отвисшую челюсть.