Роман лагеря «Солнечный берег»

В дверь вдруг кто‑то громко постучал — три резких удара, от которых все четверо невольно вздрогнули. — Прячьте пиво! — шёпотом бросил Амен,стремительно направляясь к двери. Дия молниеносно подхватила банки и запихнула их под кровать как раз в тот момент,когда Амен повернул ручку. За дверью стоял вожатый — молодой мужчина лет двадцати семи‑тридцати. У него была смуглая кожа и чёрные волосы до плеч,собранные в небрежный хвост. Взгляд тёмных глаз был строгим, но не злым, а на щеке виднелся тонкий шрам, придававший его облику чуть разбойничий шарм. Одет он был в тёмно‑зелёную футболку с логотипом лагеря и лёгкие брюки цвета хаки. — Здравствуйте, молодые люди, — произнёс он ровным, спокойным голосом. — Меня зовут Реммао, я ваш вожатый. — На его лице читалось явное недовольство, будто он уже знал, что застал подростков за чем‑то не совсем допустимым. — Здравствуйте, — коротко произнёс Амен,внимательно изучая вожатого. Его тон был ровным, без лишней эмоциональности, а поза— расслабленной, но настороженной, словно он готовился к любому развитию событий. Реммао окинул комнату быстрым взглядом,задержавшись на слегка растрёпанном виде подростков и на Дие, которая слишком поспешно отдёрнула руку от кровати. — Я надеюсь, вы знаете, где находится костёр?Потому что вы должны пойти туда — все четверо. Через час. — Да, знаем, — сдержанно ответил Амен. — Успеем собраться. Вожатый на мгновение задержал на нём взгляд,словно решая, стоит ли проверять комнату,затем слегка усмехнулся — будто разгадал их маленькую хитрость — и добавил: — И да, пиво лучше оставить здесь. На костре будет и без того весело. Амен слегка покраснел, но промолчал, лишь коротко кивнул в знак согласия. Реммао развернулся и направился к соседней двери — очевидно, чтобы передать то же распоряжение другим отрядам. Амен дождался, пока шаги вожатого стихнут в коридоре, и с облегчением захлопнул дверь. — Значит, у нас есть час, — пробормотала Эва,поднимаясь с корточек. — Успеем привести себя в порядок. — Видимо, — без особого энтузиазма отозвался Тизиан и направился к своей сумке, чтобы взять сменную одежду. Эва и Дия начали рыться в своих чемоданах. В отличие от парней, они вытащили не только футболки и джинсы, но и зеркальце, расчёску,тушь, пудреницу и даже маленький флакончик духов. — И зачем вам всё это? — Амен удивлённо поднял бровь, взяв в руки тюбик туши, словно это был какой‑то инопланетный артефакт. — Тебе не понять нашу тяжёлую женскую ношу,— с лёгким сарказмом ответила Эва, ловко подхватывая у него косметику. — Мы, знаешь ли,должны выглядеть достойно даже у костра — Достойно?— усмехнулся Тизиан, застёгивая куртку. — Достойно — это когда лицо не похоже на маску после дневного солнца, а волосы не торчат во все стороны, — парировала Дия,поправляя причёску перед зеркалом. — И вообще, кто знает, кого мы там встретим? — О, теперь я понял, — Амен театрально прижал руку к груди. — Мы идём не на костёр, а на показ мод. — Именно, — Эва подмигнула. — А ты, Амен,будь готов аплодировать. Тизиан рассмеялся, а Амен сделал вид, что падает в обморок от такой перспективы.Девушки переглянулись и тоже не смогли сдержать улыбок. Напряжение последних минут растаяло, и четверо подростков, ещё недавно едва терпевших друг друга, теперь дружно направились к выходу — навстречу вечерним приключениям у костра Они направились к костру, который пока ещё не был зажжён, и оглядели собравшихся. Неподалёку парнишка самовлюблённо рассматривал себя в зеркале. Рядом низкая девушка с ярко‑красной помадой на губах что‑то шептала на ухо своей светловолосой подружке — слишком интимно для обычной беседы, особенно если учесть, что после шёпота они вдруг слились в поцелуе. В стороне, поодаль от всех, сидел парень с длинной небрежной чёрной косой и уткнулся в телефон, словно стараясь отгородиться от окружающего мира. Чуть дальше хмурилась темнокожая девушка: было видно, что гнетущая тишина действует ей на нервы. Эва, Дия, Амен и Тизиан уселись на одно избрёвен. Молчание затягивалось, и Амен, не выдержав, громко крикнул, привлекая внимание. — Эй! Раз кроме нас тут больше никого нет,может, познакомимся? — предложил он. Все вдруг взглянули на них — словно очнулись от транса. Кто‑то вздохнул, будто его оторвали от важных размышлений, кто‑то усмехнулся уголком рта, а девушка с красной помадой демонстративно закатила глаза, но всё же повернулась в их сторону. — Я — Эвтида, можно просто Эва. — Амен, — хмыкнул парень. — Тизиан. — А я Дия! — улыбнулась девушка. Все начали представляться по очереди: — Рэймсс, — парень с косой. — Ливий, — произнёс тот, кто не отрывался от зеркала. — Агния, — сказала невысокая девушка. — Гея, — тихо добавила её светловолосая подруга. — Герса, — завершила знакомство темнокожая девушка. Амен довольно улыбнулся. — Ну вот и познакомились, — произнёс он, оглядывая собравшихся. Тизиан, чуть помолчав, добавил: — Может, сядем все на одно бревно? Агния встала — и только сейчас все по‑настоящему поняли, насколько она низкая. Она жестом подозвала Гею, и девушки вместе направились к месту у костра. Там они сели рядом с остальными, а следом подтянулись и все остальные. После долгих разговоров постепенно прояснилось, кто есть кто. Ливий, вопреки ходившим слухам, вовсе не был геем — он просто оказался невероятно самовлюблённым юношей. Семнадцатилетний участник лидерской программы, он обожал вступать в споры с девушками — чаще всего предметом дискуссии становилась их одежда. 16‑летняя Агния — невысокая девушка на спортивно‑творческой программе. Она открыто заявляет: «Моё тело — моё дело», — и не стесняется ни роста, ни того что она лесби. Выглядит безобидно, но по натуре прямолинейна: конфликты предпочитает решать силой, а не словами. Гея, 17 лет,на спортивно-творческой программе.Она и Амен выделяется рядом с остальными ведь он альбинос а она просто светлая.Бисексуальна, но в общении сдержанна и скромна.Больше ничего интересно о ней узнать не удалось. Герсе 17, она на университетской программе.Афроамериканка,она мгновенно осаживает любого, кто рискнёт пошутить про цвет её кожи.Заносчивость для неё — красный флаг:высокомерные люди вызывают у Герсы откровенную антипатию. Именно поэтому между ней и Аменом так и не возникло даже намёка на дружбу. Рэймсс, 17 лет, — брат вожатого Реммао. Он приезжает в лагерь уже третий год подряд и с удовольствием обсуждает сериалы с теми, кто разделяет его интерес.На технологической программе. Остальным ребятам почти столько же: Амену — 17 лет; Дие — 16 лет; Тизиану — 17 лет; Эве — ПОЧТИ 16 лет. Амен чуть не подавился воздухом, услышав,сколько Эве лет. Он изумлённо округлил глаза и выдохнул: — Тебе всего 15?! Эва тут же нахмурилась, плечи её невольно напряглись. Она угрюмо отвернулась, но ответила твёрдо, с ноткой обиды в голосе: — Вообще‑то почти 16! Агния, наблюдавшая за этой сценой, негромко усмехнулась и покачала головой: — Даже я тебя старше! Эва резко повернулась к ней — сперва в её взгляде мелькнуло возмущение, но уже через мгновение губы дрогнули в улыбке. — Эй! — произнесла она уже мягче, с шутливым вызовом. — Зато я лучше всех лазаю по деревьям и знаю три способа развести костер без спичек! Рэймсс хмыкнул с улыбкой, лениво откинувшись на бревно: — Спички у нас и так есть, — он слегка приподнял уголок рта, бросив шутливый взгляд на Эву, — а Рем явно не разрешит лазить по деревьям. Ты же знаешь его правила: никаких рискованных трюков, особенно если рядом костёр. Эва на мгновение замерла, потом фыркнула и скрестила руки на груди: — Ну и что? Правила созданы, чтобы их…творчески переосмысливать! Агния тихо рассмеялась, покачав головой: — С таким подходом ты точно попадёшь в список «особых подопечных» Реммао. Рэймсс громко рассмеялся, хлопнув себя по колену: — Да, Эва, он тебя уже мысленно внёс в топ‑3 нарушителей. Эва закатила глаза, но не смогла сдержать улыбки: — Зато когда я всё‑таки залезу на самое высокое дерево, вы будете смотреть на меня снизу вверх и восхищаться! — И ждать, пока ты оттуда свалишься, — добавил Амен с невозмутимым видом, вызвавновый взрыв смеха у ребят. Через некоторое время пришли все остальные.Группа у костра заметно оживилась: кто‑то принёс гитару, кто‑то — пакет с печеньем, а кто‑то сразу включился в общий разговор.Атмосфера стала более шумной и непринуждённой.