The amazing enterprise casino

— То есть, мало того, что вы ничего не узнали, — Кейн оперся руками о стол, приподнимаясь, — Так ещё и водитесь непонятно с кем. — Она не так проста как кажется, — ухмыльнулся Джекс, переводя взгляд. В ответ Рагата одарила его натянутой улыбкой, всё продолжая молчать, не решаясь вмешиваться в текущую дискуссию. Её мысли путались, а от былой уверенности не осталось и следа. — Босс, думаю нам и так терять нечего, — Помни предвзято посмотрела на гостью, — От нее может быть толк. Помни выглядела крайне сдержанно, и даже так было заметно, как подрагивали её идеально сложенные пальцы и уголки губ. Так неприметно, но так значительно для Рагаты. — Мне всё равно о чем ты думаешь, Помни, — эта фраза словно выбивает из колеи, отчего Помни заметно теряется, застывая в недоумении. Тем временем Кейну откровенно наплевать. Он рухнул обратно на стул, поднося курительную трубку ко рту, продолжая: — Пускай пока останется, — словно делая одолжение излагает он, — И оставьте меня наконец наедине. Мне следует подумать. … Дверь с грохотом закрывается, теперь трое стоят в коридоре и всё кажутся излишне напряженными. Никто не намеревается заговорить, сохраняя и без того гнетущую атмосферу. Помни хочет побыстрее покончить с этим. Она не спала сутки. Казалось, что любая мелочь может вывести её из себя, а это сейчас, ну уж слишком не к стати. — Пожалуй, я всё, — первым не выдерживает Джекс, — Приятного времяпрепровождения, — и он, закинув руки за голову как ни в чем не бывало, последовал коридором. — Ну уж нет, остановись, — приказным тоном скомандовала Помни, — Она наша ответственность, — кричала она вслед, однако Джекс так и не вымолвив и слова, скрылся за ближайшим углом, — Вот же блять, — от безвыходности выругалась она. Где же Каумфо, когда он так нужен? — Я не доставлю тебе проблем, — с ноткой неуверенности в голосе обещает Рагата, и как же Помни это начинало раздражать. После того, как они вернулись в казино, Рагата словно другой человек. Молчливая, послушная, ну прямо-таки само очарование. Должно быть, она просто протрезвела, но неужели это и есть она настоящая? Или очередной натянутый образ. Очевидно, Помни склоняется ко второму варианту. — Несомненно, — за долю секунды она приводит себя в порядок, излучая обычное, для себя, спокойствие, — Пойдем. Они спускаются на ресепшен. Ноги всё ещё подкашиваются, что заставляет Рагату отставать. Она хочет окликнуть Помни, но единственное, что ей удается произнести, это сдавленный выдох. Тусклость давит на глаза. Рагата будучи слишком привыкшей к ярким цветам кабаре чувствует себя, откровенно, не в своей тарелке. Она вглядывается в каждую мелочь, пока между ней и Помни сохраняется расстояние в несколько метров. Доходя до главного входа Помни подходит к стойке и заводит непринужденный диалог с администраторшей. Они перебрасываются парочкой фраз, на мгновение кажется, что она слегка улыбается, однако Рагата стоит слишком далеко чтобы разглядеть наверняка. По истечению всего пары минут Помни возвращается со связкой ключей. Один из двух она снимает и кладет себе куда-то в карман, а оставшийся бросает Рагате, которая неуверенно ловит его, рассматривая в руках. — Пока что поживешь здесь, — с тяжестью в голосе произносит Помни, слегка отворачиваясь, — Не знаю, что у Кейна в голове, но не думаю, что он не воспользуется возможностью. — С-спасибо, — тянет Рагата, — Но разве их было не два? — А? Да. Один я оставлю себе на всякий случай, — излагает Помни, словно данное действие для неё в порядке вещей. — Ладно? — не возражает новая гостья. Ни о какой экскурсии и речи идти не могло, обе сохраняли молчание, оттого Рагате становилось не по себе. Слова крутились на языке, так и норовя выйти, но каждый раз она проглатывала их чувствуя удушающий ком в горле. — Получается, вы здесь ещё и живете? — всё же решается спросить девушка, когда видит номера с… Портретами? Это малость странно. — Большинство да. Некоторым так удобней или некуда идти, — следует равнодушный ответ, пока они по-прежнему продолжают идти продолговатым коридором. Двери сменялись одна за другой, а с ними и портреты. — А ты почему? — спрашивает Рагата, увидев номер с её лицом. — Разве не я должна задавать вопросы? Они остановились. Рагате только лишь удается разглядеть три цифры на двери, пока Помни её не обрывает: — Ну, принято говорить: добро пожаловать, а я ухожу спать. — Постой, — вырывается из чужих уст. — Что ещё? — не скрывает негодования Помни. — Извини, — она отпрянула, — больше ничего, спасибо тебе, — Рагата виновато отводит взгляд. — Это не любезность, — цедит Помни сквозь зубы, одновременно с этим отворачиваясь. — В любом случае. Помни отмахивается и наконец отлучается. Сейчас она желает лишь об одном: проспать как минимум часов десять, однако максимум, который она может себе сейчас позволить это не более четырех. Неожиданно в мысли въедается спонтанно возникшая мысль: получается, теперь они соседи? … Рагата неуверенно вставляет ключ и прокручивает его. Её взору предстает, без преувеличения, идеальная комната. Совсем крошечная, по её меркам, но оттого не менее уютная, хоть и отчасти гнусная. Слева расположена такая же маленькая кухня, а напротив уборная. Странно, ведь ей всегда казалось, что Кейн более щедр к своим работникам. Откинув все лишние мысли, она захотела смыть с себя все события сегодняшнего дня. А это значит, что наконец она может стянуть с себя удушающее платье. В последнее время на неё взлалилось слишком многое, к чему она, откровенно, совсем не была готова. Уже завтра ей предстоит пережить очередной изматывающий день. И кто знает наверняка, что её ожидает. … Ты слишком наивна. Никчемна. Позор для отца. Может поэтому он ушел от тебя? От нас. — Рагата. Почему ты сделала это со мной? Неужели ты меня ненавидишь? — тело начинало превращаться в нечто на подобии черной жидкости, тем самым проходя сквозь пальцы. — Дядя? Нет-нет. Ты не умрешь. Это больше не напоминало очертание человека, мерзкое нечто, покоилось на полу создавая лужу, Рагата всеми силами пыталась вылепить из этого хоть что-то, хотя бы отдаленно напоминающее человека. За спиной послышался новый голос. — И кто ты после этого? Как смеешь быть моей дочерью. За ним второй. — Снова плачешь, только это и можешь. — Я тебя ненавижу. Ненавижу блять, — кричала Рагата в пустоту, глаза наполнялись слезами, но она не могла заплакать. Это ничего не изменит. Он так и останется мертв. Мертв. Мертв. Мертв. — Он умер на твоих руках, ты ничего не сделала. Беспомощная блядь. ХВАТИТ. … Для Рагаты просыпаться в холодном поту уже стало обыденностью. Однотипные кошмары с каждым разом становились всё более реалистичными, словно она вновь и вновь переживала эту потерю. Дядя… она бы так хотела проведать его, но кем она будет после этого? Самой мерзкой дрянью. Совесть не позволит ей этого сделать. Может быть, именно поэтому она каждый раз ограничивается лишь молитвами, каждое божье утро. Самое малое, что она может сделать. Почтить память. И вот она снова молится, но в этом раз не из уважения, не скорби, а дабы этот кошмар наконец прекратился. Возможно, она мечтает умереть, чтобы больше не ощущать эту тяжесть бытия… и снова, не решается. Как всегда. … Утро для Помни начинается с малоприятной боли в спине. Она находит в себе силы, чтобы сделать утреннюю рутину, после угрюмо спускаясь на первый этаж здания. Это обещает быть очередной скучный день, точно такой же как и вчера, только вот она позабыла, что сегодня всё может измениться из-за, казалось бы, какой-то напыщенной девицы. К большому удивлению, не ей пришлось ждать остальных, как обычно, а им её. — Доброе утро, Помни, — неотчетливо слышится голос Рагаты, за переговорами. Здесь были, казалось, все, разве что Гэнгл не было видно. Каждый из присутствующих был предварительно рассажен, тем самым создавая подобие полукруга, одна лишь Зубл стояла за привычной ей стойкой, подготавливаясь к грядущей смене. — Ну наконец-то, а то я уж думал, нам придется вечность тут торчать, — взъелся Джекс, недовольно фыркая. — Вам необязательно было ждать… — стыдливо тянет Помни и присаживается на специально выделенный ей стул, между Кауфмо и Джексом. — Ближе к делу, — конкретизирует Кауфмо. — Несомненно, — начинает Кейн, — Сия мадам утверждает, — он указал на Рагату, — что пережила, нападение нашего инкогнито, во что мне мало верится, но, по настоянию нашего всеми уважаемого крупье, и не менее уважаемой Помни, я решился выслушать данную версию. Очевидно, Кейн был в приподнятом настроении, однако причины этого так и оставались скрыты. Неужели он так воодушевился за ночь? Или, что вполне возможно, он предпримет что-то радикальное. — Ну… — начала Рагата, — Зачастую я любитель выступать на сценах различных заведений, в связи с этим мне удается много с кем пересекаться. — Ты прости, но мы не горим желанием слушать про твою биографию, — вмешалась Риббит, недовольна сложа руки. — Ох. Конечно, — виновато протянула Рагата, подводя к сути, — В тот вечер, я малость выпила, — Помни нескрываемо улыбнуло это, — Почти все события того вечера стерты из моей памяти, я не помню, как покинула кабаре, не помню как оказалась на улице и с кем ушла, но кое-что все-таки врезалось в мою память, — она сделала паузу, чтобы отделить рассказ, — Это был небольшой переулок, я совершенно не нервничала, поскольку ходила этой дорогой каждый вечер. Тогда я даже не подозревала, что кто-то может преследовать меня. И тогда появился он. Лицо в моей памяти совсем размыто, либо оно скрывалось за маской… Я отчетливо помню, у него был нож, но почему-то он хотел меня именно задушить. И прежде чем он закончил начатое, он вырезал некий узор внизу моей… груди, в виде звезды. — Полагаю, это имеет некий смысл, — предположил Кауфмо, потирая подбородок. — Ты прав, обычно такие «метки», оставляют чтобы опозорить честь, — объяснила Зубл, впервые оторвавшись от своей работы, — Но зачем он это сделал, когда жертва была все ещё жива? Разве не более логично оставить символ уже на трупе? — Вы теряетесь в главном, неужели вы не заметили закономерность в убийствах? Он нападает на всех высокопоставленных предпринимателей. Мы даже в этом разобраться не способны, поскольку не понимаем, что именно их связывает между собой. А тут он нападет на какую-то левую девку? — возразила Риббит, и в этом был смысл. — Ты права, — вмешалась Помни, — Однако она напрямую может быть связана с жертвами, поскольку могла контактировала с ними, соответственно и что-то знать. — Я тоже об этом подумала, — шепотом согласилась Рагата, говоря куда-то в пол. — Значит ты знаешь что-то, что может интересовать или пугать убийцу, — догадалась Зубл, — Это весьма занимательно. — И как это может продвинуть нас? Если ты не помнишь никаких деталей во внешности, поведении убийцы, то какая нам разница, что он покушался на тебя? — трезво оценил ситуацию Кауфмо, намереваясь заканчивать обсуждение. — На самом деле, в попытках оттолкнуть его, мне удалось снять с него верхнюю одежду. — Не продолжай… — взмолился Джекс, отходя. Рагата, как и остальные проигнорировали данную выходку. — У него был шрам на спине. В виде всё той же звезды, — сказанное заставило её тяжело выдохнуть. — Как иронично. — И что ты предлагаешь нам делать? Бегать и всем срывать одежду, в надежде найти виновника? Это бред, — всё не унималась Риббит. — Мы ведь хотели зацепку, возможно, теперь она у нас есть, а теперь вы сдаетесь? — не понимала Помни. — Извини Помни, даже для меня это на грани невообразимого, — прояснила Зубл, и было очевидно, что все с ней согласны. — А меня заинтриговало то, что она может что-то знать. Тогда вопрос заключается в другом: что именно ты знаешь? — задал прямой вопрос Кауфмо. — Я не уверена… — она растерялась, — По крайней мере не знаю наверняка, что могло его привлечь. Кауфмо очевидно отчаялся, более не донимая вопросами. — Я долго решался на этот шаг, и сейчас другого выхода не вижу, — глухо произнес Кейн, что заставило всех ошеломленно перевести на него взгляд, — Ради вашей и своей безопасности я вынужден прекратить деятельность казино на неопределенный срок. Все единогласно возмутились, восклицая безмерное количество разногласий. — Ты не можешь сделать этого, — говорил Кауфмо. — Неужели всё настолько серьезно? — отчаялась Риббит. — Я понимаю ваши эмоции, но поймите, я не могу рисковать, — с ноткой отчаяния добавил Кейн, очевидно, испытывая немалое бремя от только что оглашенного. И это оказалась последняя сказанная им фраза, прежде чем он оставил всех в полном недоумении и шоке. Это был конец. Последняя точка. Многие бы просто сдались и попытались двигаться дальше, отбрасывая прошлое, но это было бы слишком легко. … Всё выглядело как никогда мертвым. Сегодня всё было не как обычно. Не было привычных звонов бокалов, смеха, слез. Совсем ничего. И в этом ничего находился Джекс, совершенно один. Было уже за полночь, а это значит, что его встреча с Помни уже должна была состояться, только вот он опаздывал. Зайдя в очередной служебный коридор он не понимал куда идти. Неужели так трудно заранее объяснить? Джекса злила такая халатность. Да и какого черта он вообще согласился на это? Однако ноги продолжали идти, пока он искал злосчастную дверь с надписью «склад». — Вот же… — первое, что вымолвив парень, наконец находя назначенное место. Оторопев, он оглядел всех присутствующих, уж никак он не ожидая увидеть её. Появление Джекса заставило Рагату мгновенно возмутиться: — Помни… я думала, что мы обсудим все наедине. — Ну и зачем я здесь? — нахмурившись спросил Джекс. Атмосфера между ними ощутимо накалялось, однако Помни понимала на что шла, решаясь устроить всё это. — Я уже мечтаю о том, чтобы вы вдвоем заткнулись, — и это замечание, как ни странно, сработало. Склад казался заброшенным, стеллажи пустовали, а единственным источником света являлась небольшая настольная лампа. Она отдавала теплым светом, подчеркивая мрачность этого места. Всё же, спустя время, Джекс подходит ближе, рассматривая огромное количество различных документов. Среди которых были фотографии, протоколы, даже вырезки из газет, а в самом центре покоилось тоненькое досье. — Что это вообще? — оторопел Джекс, беря в руки одну из фотографий. На ней виднелся неотчетливый силуэт мужчины. Вероятно, снимок был взят из камер видеонаблюдения. Остальные сведения были не менее странные, складывалось ощущение, что всё это бред сумасшедшего. — Это первый подозреваемый. Кий Астор, — объяснила Помни, пока Джекс продолжал рассматривать всё остальное, — Он владеет популярным клубом возле центра города, а так же небольшой сетью не менее успешных баров. — К чему это? — двусмысленно спросил Джекс. — К тому, что возможно, он и есть убийца. Или, как его ещё называют, — Помни указала на какую-то вырезку, — Обличитель, — она всматривается в какой-то текст, — Дурацкий псевдоним, — добавляет тише. Джекс откровенно насмехается над ситуацией. — Постой. Типа… Ты сейчас серьезно? — Джекс удивленно перевел взгляд, — Разве ты не ненавидишь казино? Устроила это всё, хотя это буквально очевидно, — Помни стиснула зубы от раздражения, — Ты ненавидишь Кейна. Ненавидишь это место, людей, остальных, — он демонстративно указал вокруг, — меня. Так в чем же дело? Пом-Пом. Это твой шанс. Сбеги, давай. Ты ведь в этом спец. Это заставляет Помни встать. — Заткни. Свою. Пасть. Или мне самой придется это сделать. — О чем это он? — оторопела Рагата. Этот вопрос заставляет Помни посмотреть на неё с ненавистью, что искренне пугает Рагату. — Я позвала вас не языки трепать, — она сдерживалась из последних сил, — Мне насрать, на то, что вы думаете обо мне или друг друге. Я делаю это потому что этот мудак переходит все дозволенные границы, он предоставляет опасность для всех, даже меня. Сейчас я прошу вас лишь об одном, и мне нужен четкий ответ: вы согласны помочь мне или нет. Такая речь приводит всех в ступор. Можно ли считать это первой откровенностью? Вероятно. — Да, — незамедлительно отвечает Рагата. — Хорошо, — запоздало соглашается Джекс, сохраняя прежнюю нерешительность в голосе. — Тогда, блять, слушайте же меня. Мы выбьем все дерьмо из него. — В чем же заключается наш план? — интересуется Джекс. — В скором времени мы нагрянем в гости к нашему любезному Кию.