Темное Рождество:Прости меня птичка

Белфрост всегда выглядел как идеальное место для Рождества: заснеженные дома с огоньками, приветливые соседи, запах корицы из кафе на главной улице. Для 18-летней Елены Уокер и её 16-летней сестры Тиффани, старшеклассниц, Белфрост стал новым домом. Их семья переехала сюда год назад, надеясь начать жизнь с чистого листа. Но после смерти младшего брата, Бена, Рождество перестало быть праздником. Семья держалась на грани. — Лена, помоги завтра с ёлкой. Я купила новые игрушки, — обратилась мама. — Хорошо. Позволишь и Тиф? Мы только рады будем. — Во-во! — сразу согласилась Тиф, пока отец не сказал то, что заставило нашу мать плакать. — Ты же всегда наряжала ёлку сама... — И всегда ради него! Бен любил этот праздник больше всех... Теперь… я просто не могу. После этого мать снова заплакала, только сильнее. — Сью, мы не можем продолжать жить прошлым. Мы переехали сюда, чтобы всё изменить и начать с чистого листа. Тут женщина перешла на крик: — Новый дом ничего не изменит! НИ-ЧЕ-ГО! И тут Тиффани решила вставить слово: — Мы все потеряли Бена! Но когда она хотела продолжить, за неё это сделала я: — Но это не значит, что нужно превращать Рождество в день траура! Тишина повисла над столом. Я чувствовала себя виноватой, но не хотела, чтобы мы с Тиффани были заложницами боли родителей. — Они правы, у нас ещё есть две дочери, ради которых мы должны продолжать жить. — А ЕСЛИ Я НЕ ХОЧУ?! — закричала мама, что напугало сестру. — Сью, не говори так! После этих слов мама зарыдала. — Девочки мои, идите в школу сегодня пораньше. Незачем вам это видеть. Хорошего дня, ангелочки. — Хорошо, пап. — Конечно, пап. Мы попрощались с отцом и ушли. И вот — перемена в школе. Ко мне подходят Тиффани и Сэдди, которые явно ходили в столовую. — Лена, идёшь на вечеринку в «Сугроб»? Тиффани идёт, — сказала Сэдди, но сразу добавила: — Или, как обычно, будешь сидеть дома и захватишь с собой ещё и Тиффани? — Сэдди! — ругалась моя мелкая, но я ответила: — Она — как хочет, а я не знаю... Что-то не до веселья. Тиффани что-то хотела мне сказать, но её перебил Джош... мой бывший. — Типичное настроение Белфроста. — Он подошёл ближе. — Знаешь, Лена, тут никто не любит Рождество, это нормально. — И почему? — спросили мы с Тиффани в один голос, отчего обе рассмеялись. Но тут Элли заговорила шёпотом: — Потому что все знают: в наш город снег не приходит просто так. — Что ты имеешь в виду? — спросила Тиффани, пока я всматривалась в лицо Элли. — Гвен Шарп лучше расскажет, спроси у неё. — Эта старая ведьма пугает меня до чёртиков своими «историями». — Какими историями? — снова в унисон спросили мы с сестрой, но не успела Элли ответить, как её перебили. — Вы только посмотрите! Да у нас в городе новенький появился, а я об этом не знаю? — быстро сказала Сэдди, глядя на парня, и добавила: — И к тому же он красавчик! Закатив глаза, Бобби произнёс: — Очередная спонтанная влюблённость Сэдди. — Спасибо, Бобби, хоть кто-то об этом говорит! — согласилась Тиффани, но Сэдди рявкнула на них: — Заткнитесь! А может, стоит пойти поздороваться? — Вдруг она посмотрела на меня. — Лена, пошли со мной! — Зачем?! — сразу спросила Тиф, которой это явно не нравилось. Тиффани всегда недолюбливала Сэдди и дружила с ней лишь ради меня. — Господи, Тиффи, мне одной страшно! Я же ходила с Леной в туалет, когда она одна не хотела! Теперь её очередь. — Эй, вообще-то ходить в туалет за компанию — твой «женский долг», — отшутилась я, и мой ответ понравился сестре. Но ей сразу перехотелось улыбаться, когда я добавила: — Ладно, пошли. Новенький стоял в конце коридора, подальше от всех. Сэдди сразу подошла и стала знакомиться с Эваном, устроив ему что-то вроде «тёплого приёма». Но услышав его ответ, она растерялась: — Какая разница? — Нет-нет! Ты ничего не подумай, просто у нас есть ещё одни новенькие — это Лена и Тиффани. Они переехали сюда год назад и сразу освоились. — Да-да, — подтвердила Тиф, которая подошла проконтролировать ситуацию. — Ты не слушай сарказм Тиффани, она понимает, как сложно новеньким. Как и Лене. Они очень хотели с тобой познакомиться и настояли на том, чтобы мы подошли. — Что?! — выругалась Тиффани на такую ложь. Я тоже опешила: — Чего-о?! — Рад знакомству, — коротко бросил Эван. — Мы прям тоже сейчас упадем от восторга... А теперь пошли, СЭД-ДИ, — протянула Тиф. Я улыбнулась и добавила: — Я тоже в полном восторге. — Увидимся, — сказал Эван, и мы втроём вернулись к остальным. — Фух! Вроде всё прошло неплохо, — с улыбкой сказала Сэдди. — Неплохо? Что это за подстава, Сэдди?! — Извини, просто он так посмотрел на меня... как на дурочку. Я запаниковала! — И в панике решила подставить нас с сестрой, чтобы он на нас троих как на дурочек смотрел? — продолжила за меня Тиффани. — Да, вы правы, это было глупо... — Ну, как вам звездный новенький? — подколол Бобби. — Бобби, я тебя сейчас... — хотела выругаться Тиф, но Сэдди ответила: — Нормальный парень, чего ты вечно придираешься? Бобби посмотрел ей в глаза: — Да мне было смешно на вас смотреть. Ты видела его взгляд? — И какой же? — Как на назойливую муху. — Тебе рассказать, как люди смотрят на тебя?! — разозлилась Сэдди. В разговор резко вмешался Джош. Я по взгляду поняла, как он бесит Тиф. — Ребята, успокойтесь. Сегодня последний школьный день, завтра начинаются зимние каникулы. Вы хотите посраться и все праздники сидеть по домам, как два года назад? Бобби признал поражение, что заставило сестрёнку улыбнуться. Разговор продолжила Элли: — У кого какие планы на сегодня? — Какие-какие? Мы идём в «Сугроб»! Вечеринка в честь каникул, забыла? Ой!.. Я забыла сказать новенькому про «Сугроб»! Он ведь только переехал, откуда ему знать? — Иди скажи, опозорься ещё раз, — ответил Бобби. Когда Сэдди предложила пойти мне, Бобби и Тиффани ответили хором: — Теперь её посылаешь позориться? Но я согласилась. Сэдди начала меня благодарить: — Спасибо огромное! Я просто... правда хочу, чтобы он пошёл. Может, он увидит меня на вечеринке, влюбится и забудет, как я утром облажалась? — Не переживай, если забудет — я напомню, — съязвил Бобби. — А я, как будильник, буду каждое утро напоминать, если Бобби не сможет! — добавила Тиф. Мы с Тиффи направились к Эвану. Он всё так же стоял в стороне. Девочки в коридоре, заметив нас, зашептались и как будто напряглись. — Эван, в «Сугроб» не хочешь сходить? — спросила сестренка с усмешкой. — Я что-то сделал не так? — спросил он. Мы рассмеялись. — Да нет же! Если честно, я сама толком не знаю, что это, но говорят, там будет вечеринка. — Звучит так, будто вы предлагаете посидеть в сугробе, — ответил парень. — Это местный клуб или что-то вроде того. — Значит, сама не знаешь, куда зовёшь? — Раз говорит — значит, да, — усмехнулась Тиф. Эван посмотрел на меня: — А ты будешь? — Скорее всего, да, ей наверняка самой интересно, — ответила за меня сестра и подмигнула мне. — Тогда составлю вам компанию. Может, дадите номер телефона? Тиффани тут же протянула ему мой телефон. Эван набрал номер, сделал прозвон и записал меня как «Незнакомка из Сугроба». — А ты у меня просто Эван, — ответила я. Сэдди окликнула нас. Тиф крикнула на прощание: — Пока, второй алкаш! После уроков мы пошли домой. Я думала об Эване, а сестра ворчала о том, как её бесит Сэдди. Дома нас встретила мама: — Тиффани, Лена, идите сюда! Мы с папой познакомились с нашими соседями. Они пригласили нас к себе, выходим через час. — Зачем? У нас планы! — возмутились мы. Сестра часто называла меня «птичкой», и хотя я не знала почему, мне это нравилось. Но мама отрезала: — Значит, отмените их. В итоге отец нашёл компромисс. Мы разошлись по комнатам. Я хотела надеть дорогое платье, но мама не позволила, зато сестре разрешила всё. Тиффи всегда любили чуть больше, но я не злилась. Наоборот, сестра отдала мне своё нарядное платье, а себе забрала моё жёлтое, чтобы я не грустила. Любимая сестренка... Через час мы стояли у двери соседей. Нам открыл добрый пожилой мужчина по фамилии Крид. Мы с Тиф чуть не прыснули от смеха, вспомнив известного певца. Посидев немного у пожилой пары, мы поспешили уйти. И вот мы перед «Сугробом» — старым кирпичным зданием за кафе. Внутри гремела музыка. — Лена, Тиффани, вы всё-таки пришли! — крикнула Сэдди. — Ага, у соседей застряли. — И как? Интересно было? — спросила Сэдди. Тиффани ответила с сарказмом: — Если ты находишь интересными разговоры про старые дома, то о-о-очень. Бобби подлил масла в огонь: — Это больше похоже на алкотреш, чем на расслабление. — Здесь слишком много людей, мне не по себе, — призналась Элли. В толпе я увидела знакомый силуэт с волосами цвета блонд. — Привет. — О, ты пришёл! — я улыбнулась Эвану. — А ты сомневалась? — О, новенький, ты всё-таки здесь, — вмешалась Сэдди своим «раздражающим», по мнению сестры, голосом. — Да, благодаря твоим подругам. Мы решили пойти танцевать. Сэдди утащила Бобби на танцпол. Я осталась у края зала, пока ко мне не подошёл Джош. — Потанцуем? Ты же не собираешься тут стоять весь вечер? Я согласилась. Мы двинулись к центру. Краем глаза я видела Эвана и Сэдди — они смеялись. — Всё хорошо? — спросил Джош. — Ты со мной, но мысли твои где-то далеко. — Нет! Я и мыслями, и физически тут. — Лена... ты даже не замечаешь, да? Забудь. Джош развернулся и ушёл к бару. Я чувствовала себя неловко. Ко мне подошла Элли, а затем и Сэдди, которая начала восторженно шептать, какой Эван классный, и умолять меня замолвить за неё словечко. Я нехотя подошла к Эвану. Мы разговорились, но тут встряла Кэсси — «королева школы». Она буквально повисла на Эване. Он, впрочем, быстро сбежал от обеих девушек. Я поднялась на второй этаж и села на подоконник, глядя на снег. — Прячешься? — ко мне подошёл Эван. — Скорее отдыхаю. А ты? — Не люблю толпу. Пришёл только потому, что меня позвали. Мы говорили о Сэдди, и он прямо сказал, что она не в его вкусе. В этот момент Сэдди увидела нас вдвоём наверху. Её лицо выражало беспокойство. Она поднялась, получила отказ на предложение потанцевать и, бросив на меня странный взгляд, ушла. Позже, внизу, Сэдди сорвалась на меня, обвинив в том, что я вечно оставляю её на втором плане. Сказав колкость, она скрылась в толпе. К нам подошёл Джош. Между ним и Эваном вспыхнул конфликт, и они вышли на улицу. Снег валил хлопьями. Я бежала следом, пытаясь их остановить. — Почему мы вообще до сих пор дружим?! — выкрикнула я Джошу. Он замолчал на секунду, а потом бросил: — Для тебя это просто удобно. А для меня — чёртово наказание. Его слова прозвучали как удар. Он ушёл в темноту. Эван остался стоять рядом, не зная, что сказать. — Лена, скорее сюда! — раздался резкий голос.