Прятки с прошлым

Кевину было восемнадцать, когда он впервые по-настоящему влюбился и начал строить серьезные отношения. Эмили Миа Миллер — поистине замечательная девушка. Несмотря на свой вторичный пол — омега, — ростом она выдалась знатной. Метр семьдесят пять — редко какие беты могли похвастаться таким, а об омегах и говорить нечего. Внешность у Эмили, честно говоря... ангельская. Мягкие светлые волосы до талии и голубые, словно небесная гладь, глаза. Казалось, будто она спустилась в этот мир прямиком с облаков. Однако каждый знает, какими монстрами становятся альфы в период гона. Особенно если поблизости окажется омега. И Дэй не был исключением. Обычно, когда начинался гон, он предупреждал свою девушку заблаговременно, чтобы та могла несколько дней переночевать у подруги или мамы. Детей пара не планировала, возраст еще совсем юный, хотелось немного пожить для себя. Только в один из дней брюнету окончательно сорвало крышу. Жар ударил в голову так, что перед глазами все поплыло. Нет, это не было привычными признаками обострения инстинктов... Случилось нечто гораздо худшее. Подавители, которые раньше могли хоть немного сбавить обороты, не помогли совсем. Соответственно, взять телефон и предупредить Миллер, что домой ей сегодня нельзя, оказалось непосильной задачей. Парень окончательно утратил власть над собой, словно сразу наступил самый пик, а не начальная стадия. В нос ударил приятный запах молочного коктейля, стоило девушке войти в дом. Кевин, похоже, сошел с ума и набросился на нее прямо там, в прихожей. В итоге, не сумев совладать с собой, он изнасиловал Эмили. Очнувшись, брюнет не помнил те пять дней, что длился его гон. Сознание вернулось, только когда все закончилось. Это было похоже на пробуждение после долгой, лихорадочной комы — в голове густая пустота, а тело чужое. Он лежал в кровати, глядя в потолок. Тело невыносимо ломило, и общее состояние было отвратительным. Головокружение, боль, тошнота. Рядом сидела Миа в одном белье и халате, крупно дрожа. Подсев к ней, Дэй попытался обнять девушку, но та резко отпрянула, испуганно вздрогнув. Будто бы боялась. И имела на это полное право. — Ты не помнишь, что сделал, да? - первой заговорила она, стараясь держать дистанцию. — Честно, нет. Помню только, что у меня начался гон и я... — Не предупредил меня об этом! Зачем, Кевин? Чего ты добивался? — Я... Потерял контроль. Пытался в бреду найти телефон, написать, но не вышло. Сам не понял, из-за чего все произошло так резко и сильно. — Ты меня изнасиловал, - выдержав паузу, произнесла Эмили. Слова безжалостно разрезали тишину. Кевин замер. Он всеми силами пытался избежать подобного. А в итоге что? Так чудовищно проебался. — Но я не злюсь и не обижаюсь... тебя можно понять, - быстро заговорила девушка, натянуто улыбнувшись. — Но последствия... — Я возьму на себя ответственность. Я бесконечно виноват перед тобой, дорогая. С тех пор они сделали вид, что ничего не случилось, и продолжили жить как раньше. Разве что на прежней жизни это слегка отразилось. Миллер стала более закрытой, любые прикосновения ее пугали. Улыбка — натянутая, лишенная прежней искренности. Кев понимал, как чудовищно провинился, и понимал, что прощения не заслуживает. Он старательно заглаживал вину полтора месяца — носил завтраки в постель, ухаживал, заботился, дарил подарки без повода. Но ни разу за все это время они не сели и не поговорили о том, что произошло на самом деле. Эта недосказанность висела между ними, как удавка, которая с каждым днем затягивалась все туже. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Прошло больше полутора месяцев. Отношения вернулись в прежнее русло (если не замечать возникшую между ними невидимую стену). Продолжать жить после всего произошедшего было невыносимо тяжело, обе стороны не могли отпустить тот случай. Наверное, он навсегда останется лежать на душе тяжким грузом. — Слушай, нам нужно поговорить, - с порога заявила девушка, стоило Кевину вернуться домой после смены. Преодолевая усталость и головную боль, брюнет кивнул и прошел за ней на кухню. Они молчали, пока закипал чайник. Его звук неприятно разрывал тишину. Миа заварила каждому по кружке чая — себе ромашковый, а парню черный — и села напротив, собираясь начать разговор. — У меня задержка. Уже полторы недели, - казалось, двух вводных слов будет достаточно, но Дэй лишь потупил взгляд. Усталость и тяжелый рабочий день давали о себе знать. Видя непонимание в зеленых глазах напротив, она продолжила: — И я сделала тест. У нас будет малыш. Но я считаю, что... — Оу, так это же большая радость. Мы не планировали, знаю, но финансы нам позволят оставить этого ребенка. — Я хотела сказать, что лучше сделать аборт. — ...Что? — Никто не захочет быть результатом изн-... Сам знаешь чего. — Мне казалось, мы решили забыть про это. — Ты — да, потому что действительно ничего не помнишь. А я — нет. Я помню каждую секунду. Тяжело жить с этой мыслью. — Ребенка оставим, - пропустив мимо ушей сказанное ранее, жестче произнес Кев. — Есть шанс остаться бесплодной после аборта. Нельзя так рисковать. — Как скажешь. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Вопреки усталости, брюнет сразу ушел спать после разговора, а Миллер отправилась в душ перед сном. Только провела там гораздо больше времени, чем планировала. В какой момент заботливые отношения с надежным человеком превратились... в это? Понятное дело, что после изнасилования любимым жить тяжело — и ему тоже, учитывая чувство вины — но разве подобное может так кардинально изменить личность? Или она просто никогда не знала его настоящего? Блондинка впервые задумалась о самоубийстве. Она не могла продолжать так жить. Да, прошло больше полутора месяцев, но каждый из этих дней девушка прокручивала у себя в голове то, как рыдала и умоляла остановиться, как ее никто не слушал. Инстинкты — страшная штука, а столкнуться с изнасилованием со стороны альфы в гоне еще ужаснее. Особенно когда этот альфа — человек, которому ты доверяла больше всех на свете. Эмили сидела на полу душевой кабинки, пока по щекам стекали слезы, перемешиваясь с потоками воды сверху. Может, Дэй прав. Ей и впрямь стоит выносить их малыша. А дальше будь что будет. Возможно, получится простить парня, и все вернется на круги своя? Отбросив мрачные мысли, она вышла из душа, высушила волосы, оделась и вернулась в спальню к Кевину. Чувство страха не покидало ее с того самого дня. Что, если он решит опять сотворить нечто подобное? Нужно стараться не думать о плохом. Но как не думать о плохом, когда оно спит сейчас в соседней комнате? ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Кев много размышлял над тем, чем могла быть вызвана такая неадекватно сильная реакция в начале гона. Конечно, обострение инстинктов и так ужасно, но чтобы до такой степени? Вряд ли это нормальное явление. Он отправился провериться в больницу — и не прогадал, что с ним что-то не так. Диагноз — «Пароксизмальное расстройство поведенческого контроля, ассоциированное с гоном у альф» (сокращенно — ПРПКАГ-А). Это патологическое состояние, характеризующееся резким нарушением поведенческого контроля у альф, возникающее на фоне гона и сопровождающееся гиперактивацией инстинктивных и лимбических реакций. В отличие от физиологического гона, при ПРПКАГ-А наблюдается полная или почти полная утрата самоконтроля. Пациент подвержен осуществлению импульсивных действий — поскольку контроль и реакция на внешние ограничения (слова, просьбы) отсутствуют. Простыми словами: в момент приступа он превращается в животное, которое не остановить ни мольбами, ни криками. Теперь все встало на свои места. Стало ясно, из-за чего произошло непоправимое. С таким диагнозом действительно тяжело (или даже нереально) жить. Теперь придется всю жизнь пить таблетки-блокаторы, что могут нанести серьезный вред здоровью. Они бывают разные, но Кевину пока прописали самые сильнодействующие — «Контролекс-А». Препарат обещал притупить инстинкты и ослабить гон вплоть до 90%. Правда, пить их на постоянной основе нельзя — только первый месяц. Злоупотребление может привести к полной утрате репродуктивных функций. Впоследствии можно будет рассмотреть более безопасный вариант. График приема был жестким: каждые четыре-шесть часов, без пропусков. Одна забытая таблетка — и риск рецидива возрастал многократно. Обследоваться и начать принимать таблетки нужно было раньше. Вред своей любимой девушке брюнет уже нанес — разрушил доверие к себе, сломал то, что они вместе выстраивали по кирпичикам. Оставалось только надеяться, что когда-нибудь она сможет его простить. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Начиная с пятого месяца беременности, Эмили и Кевин стали друг для друга словно чужие люди. Та самая любовь, что была раньше, исчезла. Прикосновения сошли на нет, разговоры тоже. Теперь они посторонние, что живут под одной крышей. Совместный быт превратился в рутину. Дэй, конечно, ухаживал за своей партнершей, потому что она носила его ребенка, но прежних чувств не испытывал. Знал, что сам все испортил. Их связывало лишь одно — ребенок. Время покажет, что будет, когда он родится. Пол малыша узнавали вместе. Когда врач, проводивший УЗИ, объявил, кто у них будет — «мальчик», — Дэй, впервые за долгие месяцы, искренне улыбнулся. Не потому, что будет сын — он обрадовался бы любому, — а потому что это его ребенок. На остальные процедуры Миллер ходила одна. Ей было слишком тяжело делить с ним даже эти моменты. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Ребенок появился на свет в июне. Десятого числа. Тогда и случилось нечто ужасное, но то, о чем Эмили давно мечтала. После родов, на которых Кевин не присутствовал, она дождалась оформления всех документов, выписки из роддома, а потом, при первой же возможности, просто ушла. Оставила младенца отцу. Оборвала все связи, сменила номер и уехала в другой город. Жить с тяжким грузом на плечах она больше не могла. Так и не сумела простить своего уже бывшего парня за содеянное, что оставило глубокий шрам на ее жизни. Малыш, которого она не ждала и не хотела, родился и остался отцу. В глубине души Эмили надеялась, что он вырастет непохожим на Кевина. Несмотря на то, что чувства давным-давно угасли, Дэй был разбит. Три года отношений коту под хвост. А теперь еще и младенец на руках. Он и не предполагал, что в свои девятнадцать останется отцом-одиночкой. Пускай и по своей вине. Искать Эмили он не стал. Сил не было. Да и права не имел — она ясно дала понять, что не хочет иметь с ним ничего общего. Полное имя выбрал сам и фамилию дал свою — Мейсон Ли Дэй. Неплохо звучит. Поначалу пришлось тяжелее всего. Новорожденному нужно молоко матери, а не искусственные смеси. Но выбора не оставалось, не может быть у отца молока. Удалось подобрать нормальную смесь, и забот немного убавилось. Но ночи по-прежнему были бессонными. Малыш постоянно плакал и редко когда спал. Очевидно, ему нужна мама, а не неумелый папа. Когда Мейсон пошел в садик, стало намного легче, иногда даже выходило поспать. Правда, совмещать заботу о ребенке, работу (из дома, пока тот был младенцем), прием таблеток и гон, что случался два раза в год, — то еще испытание. К счастью, из-за многолетнего приема блокаторов гон стал почти незаметным — лишь легкое недомогание и слабость, никакой потери контроля. Кевин уже и забыл, каким зверем он может быть без лекарств. Но настоящая стадия «отдыха» настигла их в тот момент, когда Ли пошел в школу. Конечно, в младших классах забот хватало, зато в средней можно было выдохнуть. Стандартный переходный возраст, нытье и стресс из-за новых предметов не шли ни в какое сравнение с теми мучениями по уходу за младенцем. Так или иначе, тринадцать лет пролетело незаметно. Мейсон пошел в седьмой класс, а Кевину тем временем стукнуло тридцать два. В тот же год к ним пришел новый учитель биологии. Аарон Миньярд. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Это был обычный теплый осенний день, второй учебный день после первого сентября. На улице все еще тепло, хоть и лето закончилось. Портило атмосферу две вещи — осознание того, что нужно учиться, и стоявшая первым уроком биология. Учитель у их класса поменялся. Судя по слухам, какой-то злой. — Слышь, Мей, - окликнул приятеля Элиас, лучший друг. — Давай новому учителю урок сорвем, если уж слишком борзой будет? — Может, кто-то нормальный придет, - закатил глаза Ли, откидывая голову назад. Отросшие светлые волосы упали на спинку стула. — Какой ты правильный, аж тошно. — Сходи нахуй, пидор, - вырвалось громче обычного. — Первый день учебы, а семиклассники уже такими словами разбрасываются, - до чего же не вовремя зашел в кабинет биолог. — Сделаю вид, что не слышал. Урок через пару минут начнется, давайте-ка по местам рассаживайтесь. Послышались недовольные выдохи, но все сели за парты. — Я ваш новый учитель по биологии, Аарон Майкл Миньярд. Сегодня спрашивать строго не стану, все-таки первый день после каникул, но учтите, потом буду требовать больше. - И блондин свое слово сдержал. Ничего сверхъестественного не произошло. Посмотрели видео и сделали несколько записей. На дом задали учить новый материал по тетради, и все. Неплохо. Признаться честно, по чужим рассказам ожидания складывались гораздо мрачнее. Или это только потому, что начало учебного года... — Хочешь прикол? Из всей параллели только у тебя такие идеально блондинистые волосы. И у Миньярда тоже. Забавно получится, ага, если по молодости твой папа случайно перепихнулся с ним и получился ты! — Элиас, ты ебанутый. Напомни, почему я еще с тобой общаюсь... — Да он выглядит как типичный омега, а Кевин — альфа. Видишь связь, нет? — Даже если так, я уверен, что у него есть любимый человек. На кой черт в чужую личную жизнь вообще лезть? — Твой батя в тридцать лет один, я и подумал... Мейсон поспешил уйти, не дослушав слова друга. Подобные разговоры бесили. Какая разница, есть ли у него мама или мачеха? Зачем лезть и, тем более, искать кандидатов? В шутку тоже бред полный. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Весь оставшийся день светловолосый ходил мрачнее тучи. После того самого разговора настроение пропало, а еще появились определенные мысли. Точнее, желание узнать что-нибудь о своей маме. Всю осознанную жизнь его воспитывал отец, а о втором родителе не было сказано ни слова. Неужели тот что-то скрывает? В голове зрел план. Кевин сегодня выходит в ночную смену, а значит, есть время порыться в его вещах. Не просто так тот запретил входить в свою комнату. И зря надеялся, что сын сдержит обещание. Очевидно, дети, выросшие не в полной семье, рано или поздно начнут копать и искать. Мейсону просто нужно было знать правду. Какой бы горькой она ни оказалась. Из школы Мейсон ушел раньше своих друзей, уроки закончились поздно — что характерно для второй смены, — поэтому пришлось идти домой в полумраке. Осенние дожди злили. Стоило первой капле удариться об нос, небо быстро разразилось ливнем. Добравшись до дома промокшим до нитки, Ли первым делом повесил вещи сушиться, сходил в душ и переоделся в сухое. Отца давно не было. Ушел, видимо, еще до его прихода. Так даже лучше. — Или сейчас, или никогда, - сказал парень самому себе, замерев перед дверью в отцовскую комнату. Тело сковал страх, а ладонь на ручке дрогнула. А что, если Кев сейчас вернется и застанет его там, куда запретил входить? Накажет? Будет кричать? Или, что еще хуже, посмотрит с тем самым разочарованием, которое Мейсон так ненавидел? Отбросив сомнения, он провернул ручку, и дверь распахнулась. С виду — все как в обычной комнате. Но копать нужно глубже — в шкафу, тумбе, шкафчиках, документах. Сначала Мейсону было страшно. Каждое действие — осторожное и неуверенное, а тело вздрагивало при малейшем шорохе. Осмелев со временем, парень начал внаглую рыться по ящикам. Первая интересная находка — фотография в рамочке какой-то девушки. Видно, что снимок не свежий. Старый. Местами выцвел — поэтому разглядеть лицо было сложно. Но даже сквозь выцветшую бумагу можно было заметить светлые волосы и мягкую, почти ангельскую улыбку. Не придав этому значения и вернув вещь на место, он продолжил поиски. В шок повергло одно — документ, а точнее медицинское заключение. Парень и не подозревал, что его отец может чем-то болеть. Да, он видел, как тот пьет какие-то таблетки, но не придавал этому значения. Однажды спросил — получил ответ, что это простые витамины. О таком заболевании Мей и не слышал. ПРПКАГ-А. Нужно будет загуглить, что это. Решив, что пока сведений хватит, светловолосый сделал фото мед. заключения и тех таблеток, которые Кевин назвал витаминами. Вернул все на место и выскользнул из комнаты. Сердце колотилось где-то в горле. Он переступил черту, и обратной дороги не было. Ли уселся за свой рабочий стол и стал искать подробнее. То расстройство, указанное в документе, оказалось серьезным. Самое страшное, что может передаваться по наследству. Будет очень плохо, если и у него обнаружится подобное. Вторичный пол проявляется примерно в таком возрасте, а в этом году, скорее всего, будет тест. Ладно, знать таких деталей ему совершенно не хотелось. И уж точно не хотелось думать о том, что его отец способен на то, о чем говорилось в симптомах болезни. После того как он узнал о диагнозе, назначение таблеток его не удивило. Легкие, почти безвредные. В детстве Мейсон видел еще какие-то другие, но их название выветрилось из головы. Как же хочется выяснить правду — но отец его прибьет, если поймет, что сын лазил там, где не следовало. Поэтому Мейсон решил молчать. Делать вид, что верит в сказку про витамины. Это было проще, чем взглянуть в глаза отцу и спросить: «Пап, а почему ты мне врешь?» Главное, что не нашлось ни единого упоминания о том, кем могла бы быть его мама. И это печалило. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Просыпаться с тяготящим душу чувством тяжело. Теперь приходилось жить в постоянном страхе. Смотреть на Кевина стало труднее. Он действительно много вынес. Столько лет глотать таблетки и страдать из-за расстройства. Да еще и сына-подростка на ноги поднимать. Не каждый справится. И ведь будто чувствовал — перед первым же уроком зашел классный руководитель и объявил, что вместо химии они пойдут в медпункт сдавать кровь, анализ которой потом определит их вторичный пол. Лет в десять Ли хотел поскорее его узнать, но сейчас боялся услышать то, чего не хотел. Сдать кровь не проблема, а вот ждать потом так долго результат… Примерно одну неделю. Пока она пройдет, парень успеет известись от ожидания и томительного неведения. Ждать чего-то — самое ужасное чувство в мире. Однако Элиас помог отвлечься от тягостных мыслей. Как бы он ни бесил и ни говорил разные глупости, Мей им дорожил. Он хороший друг и приятель, с ним не заскучаешь на нудных уроках, и он всегда поддержит. Они сдали кровь самыми первыми, после чего им разрешили пойти на урок. Но делать им было нечего. Не лучше ли прогуляться по школе, пока весь класс не освободится? — Слушай, как думаешь, я буду бетой или альфой? - спросил Микаэль, останавливаясь возле окна в туалете. Лучшее место для таких разговоров... — И почему ты не рассматриваешь вариант того, что окажешься омегой? — А я разве похож на омегу?! — Ну, знаешь, жизнь иногда преподносит неожиданные сюрпризы… А если так, то, наверное, альфой. — Воу, воу, воу, чувак. Это круче, чем комплимент. Будет круто, если мы оба окажемся альфами, да? Станем теми самыми задирами-альфами в американских фильмах. — Ага, было бы круто... - произнес светловолосый без привычного энтузиазма. На самом деле не очень и хотелось оказаться альфой. Когда большая половина класса справилась, подтянулись и парни, делая вид, будто бы не прогуляли двадцать минут просто так. Мысли путались, становилось страшно, но Дэй старался не показывать этого. Только не здесь. Не при друге, не при классе. Нужно перетерпеть и держать страх в себе. Иначе все выльется в нечто похуже. Ладно, бояться сейчас нечего — вот бояться стоит перед тем, как огласят результаты. Со временем сумев успокоиться и прийти в себя, парень смог выдохнуть свободно. С правильными людьми и дышать легче. Даже домой блондин пришел с хорошим настроением. Отец сегодня работал в дневную смену, поэтому к моменту его возвращения как раз оказался дома. — Привет, пап. Сегодня сдавали кровь на вторичный пол, через неделю результаты, - войдя в дом, Мейсон улыбнулся Кевину и прошел на кухню. — Ничего себе. Я тоже волновался, когда в школе узнавал. — Слушай, а правда, что могут сразу выявить какие-то отклонения по крови? Услышав этот вопрос, брюнет замер с кружкой чая у рта и поднял взгляд на сына. Быстро опомнившись, он выдохнул и отпил, возвращая посудину на стол. Мейсон заметил, как дрогнула его рука. Отец явно нервничал. — Не всегда. У некоторых может проявиться уже во взрослом возрасте. — У тебя есть что-то такое? — Нет. — А таблетки, которые ты пьешь? — Витамины, я же говорил. — Но ты это делал всю жизнь, сколько я себя помню. — Давай-ка кушай и иди делай уроки, потом спать. А не задавай глупые вопросы. Мне работать нужно, — перевел тему Кев. — Ты опять работаешь. — Не лезь в дела взрослых, Мейсон. Я уже сказал, что тебе делать. Поднявшись, он ушел в свою комнату. Ли тяжко выдохнул. Наверное, не стоило начинать этот разговор. Только и сделал, что расстроил единственного родного человека. Придется ужинать в одиночестве. Хотелось вернуться в детство, когда они вместе сидели за столом и разговаривали. Сейчас это осталось лишь приятным воспоминанием. Их отношения с отцом только ухудшались. Должно быть, это стандартная проблема, когда подросток находится в конфликте с родителями. Но все равно больно. Особенно когда ты знаешь правду, а близкий человек продолжает врать в лицо. И ты не можешь его разоблачить, потому что тогда раскроется и твоя собственная ложь. Это бесит больше всего и причиняет боль. Конечно, ложь эта ради его же блага… Но все же. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Что касается и матери. Парень не знает о ней ровным счетом ничего. Как выглядела — но, судя по своим светлым волосам, была блондинкой, — какой у нее характер, кто ее родственники. Ничего. Быстро поев без аппетита и в испорченном настроении, светловолосый вернулся в комнату. Уроки делать не хотелось, а усталость давила со всех сторон. Завтра к тому же биология. Он решил сделать уроки как-нибудь завтра — списать у Элиаса, в лучшем случае. Тот ведь всегда делает. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Это было ошибкой. Кто же знал, что не выучить материал по биологии подобно смерти? В первый день их действительно пожалели, а сегодня… Спрашивали очень даже жестоко. Теперь стало ясно, кто станет главным «боссом» в этом году. Биология и так не особо нравилась парню, а с таким учителем тем более. Разумеется, его спросили. Спрашивали едва ли не всех. Лишь единицам повезло. И вот, первая неделя учебы — и уже двойка. Аарон с этого урока стал всеобщим врагом. Спрашивает жестоко, но исключительно по материалу, который записывали. Не выучили? Это проблема ученика. Нужно лучше готовиться к урокам. — Да он монстр! - возмутился Блэк, выходя из класса после звонка. — Это пиздец. Мне не видать четверки. — Мне и тройки не светит. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Через неделю всех попросили прийти в школу пораньше, чтобы узнать результаты теста на вторичный пол. Пришли не все — Ли тоже не хотел, но друг настойчиво уговаривал пойти. Все равно рано или поздно это выяснится. И вот, сидя рядом в полупустом кабинете, светловолосый даже не слушал лекцию врача про альф, омег и их гон с течкой. О том, как с этим справляться, и тому подобное. Пропустив мимо ушей все сказанное, начали раздавать результаты. Это и впрямь напоминало лотерею. Бумажки с результатом переворачивали текстом вниз, так что сразу и не увидишь, что там. Получив одновременно листы, Элиас первый перевернул свой. — Ну блин, я бета, - разочарованно выдохнул тот. — Чего ты томишь, переверни и ты! Интересно же. — Быть бетой в этом мире - самый лучший расклад, чтобы ты знал. Глубоко вздохнув, парень решился посмотреть свой результат. В глазах застыл ужас. Именно то, чего он и боялся. Альфа. — Ого, бро, поздравляю! Вот это круто. — Ага, наверное… Весь оставшийся день Мей ходил мрачнее тучи. Даже этот придурок рядом не смог поднять настроение. Так еще и эта дебильная биология, что три раза в неделю! Зачем она настолько часто? Скоро воротить от нее начнет, серьезно. Вопреки своему плохому настроению и невыученным урокам, блондина снова спросили. Как и следовало ожидать — еще одна двойка. Только в этот раз он не стал молчать и достаточно громко обматерил Миньярда. — Ты не готовишься к моему предмету, получаешь плохие оценки и осмеливаешься говорить такие слова в адрес учителя? Мейсон, мне придется вызвать твоего отца на разговор. Может, хоть он сумеет повлиять на тебя. Останься после этого урока. Услышав это, на лице Ли смешалась гримаса ужаса, злости и разочарования. День окончательно испорчен. Как и всегда, случается что-то плохое, а следом происходит нечто еще более худшее, усугубляя ситуацию. Отец не обрадуется такому… Их отношения станут еще напряженнее. Опять. По окончании биологии, все остальные вышли, а светловолосый остался наедине с учителем. — Это у меня последний на сегодня урок. Твой отец сможет прийти? — Скорее всего да, он сегодня в ночную. — Звони. При мне. Пальцы дрожали, пока Мейсон набирал номер отца. О Господи, как тот вообще отреагирует? — Пап, привет, тут такое дело… Ты сейчас дома? - получив короткий ответ в виде «Привет, да. А что-то случилось?», парень затараторил в трубку: — Тебя… Учитель биологии на разговор вызывает. Сможешь прийти? Я правда потом все объясню. - Из динамика послышался тяжелый выдох и: «Да, сейчас приду. Напиши, в какой кабинет подходить». После этого трубка была сброшена. — Он сможет. Ему сюда приходить? — Да. Отправив короткое «70 каб. 4 этаж», Ли убрал телефон в карман. — Я могу идти? — Лучше останься. Я отпрошу тебя. — Как скажете. Кевин пришел, на удивление, быстро. Минут за десять. Его сын тем временем вжался в стул, сидя за первой партой. — Мейсон Ли Дэй, учеба только началась, почему меня вызывают? - первым делом обратился он к сыну. Тот ничего не ответил, отведя взгляд. — Извините. Можете рассказать, что случилось? - уже мягче обратился мужчина к учителю и сел на свободное место рядом, специально подготовленное. — Ваш сын неоднократно не готовится к биологии, вы, должно быть, видели его двойки. Сегодня же он обматерил меня из-за плохой оценки, которую я поставил, потому что не получил ни единого ответа ни на один вопрос. — Оправдано. Объяснишься? — Пап, я... - сын замялся, смотря куда угодно, лишь бы не на отца. — Понимаешь… День с плохого начался. — С чего именно? — Огласили тест на вторичный пол. И я альфой оказался. — Это не повод нюни распускать и говорить такое об учителе. Я не услышал нормального объяснения насчет твоих плохих оценок. — Не знаю… Не знаю, почему не готовлюсь. Постараюсь подтянуть биологию с этого дня. Брюнет хотел возразить еще что-то, но Аарон вставил свое слово быстрее. — Пожалуйста, не давите на него. Мейсон, иди на урок. Мы с твоим отцом наедине поговорим. Резко встав и пулей вылетев из кабинета, парень не пошел сразу на урок. Сначала зашел в уборную, чтобы умыться. Руки дрожали. Таким злым Кева он еще не видел. А вдруг у него гон? Что, если что-то плохое случится там? О боже. Успокоиться получилось лишь спустя десять минут, пока он умывал лицо холодной водой. Те все еще не выходили из кабинета и разговаривали. Как же страшно. — Могу поинтересоваться, у вас все в семье хорошо? Это заметно, - произнес Миньярд, стоило ученику покинуть помещение. — Ли растет без матери. Наверное, ему не хватает материнской ласки. А я не могу ему этого дать. Я работаю на двух работах, и у меня нет времени просто нормально общаться с сыном. — Но не стоило так злиться на него. Он ребенок. Объясните потом ему дома все спокойно. — Таблетки и гон так действуют. — Подавители? — Нет, блокаторы для людей с расстройствами. ПРПКАГ-А. Слышали о таком? — Конечно. Редкое заболевание. На лекциях нам говорили, что встречается у одного из десяти тысяч альф. Но своими глазами... — блондин запнулся, осознав, что говорит с живым носителем диагноза. — Сочувствую вам. А сын знает? — Нет, я скрываю. Ну, или стараюсь… Тело Кевина пронзил жар. Таблетки он пил утром, сейчас нужно было принять следующую, но те остались дома. Блять. До чего же не вовремя вызвали в школу. Из-за медикаментов гон приносил только боль и слабость. Он привык к этому за тринадцать лет. Но сегодня боль была особенно сильной — сказывался стресс. — С вами все в порядке? — Не принял блокаторы вовремя. График каждые четыре-шесть часов, а я... Не знаю, дойду ли до дома… Боль нереальная. Надеюсь, ты не омега?.. — Бета, не переживай. И, как видишь, живой. Подавители временно снимут боль и помогут. Даже если они противопоказаны, выбора нет. — Откуда они? — Сейчас в каждом кабинете есть. Я по второму образованию врач, знаю, что делаю. Учился почти всю жизнь, времени на личную жизнь не было. Зато теперь могу помочь. Аарон дал Кеву воды и таблетку. Судя по всему, идти недалеко, но оставлять его одного в таком состоянии не стоит. Помочь нужно. — Ты сейчас не сможешь дойти до дома и, возможно, можешь отреагировать на какого-нибудь омегу. Я доведу до дома. — Эй, не нужно… — Это мой долг — помочь, если человек нуждается в помощи. Не ной и пошли. Приняв подавитель, Дэю немного полегчало. Аарон вел его до самой двери. По пути они разговорились, представились друг другу и нашли общие темы для беседы. Неожиданно, но приятно. Как оказалось, оба холостые в таком возрасте. Кевин не был ни с кем после того происшествия с Эмили, а Аарон только недавно закончил учиться на вторую профессию учителя. Не было времени на все эти романы. Впервые за долгие тринадцать лет брюнет снова смог почувствовать в ком-то что-то родное. Но нельзя же так. Он… учитель его сына. Это странно. — Я должен удостовериться, что ты в безопасности, - бросил Миньярд и прошел следом за новым знакомым в его дом. Проследил за тем, как тот пьет свои блокаторы и со временем приходит в себя. И успокоился. — Слушай, я тебе действительно благодарен. Спасибо. Останешься на чай? Мей все равно еще в школе. — Только если ненадолго. У учителей много забот. У одного класса сегодня тетради собирал на проверку, нужно будет успеть проверить. — Не займу много времени. Минут пятнадцать. В итоге за кружкой чая они разговорились. И прошли далеко не обещанные пятнадцать минут. Спустя столько лет Дэй смог довериться кому-то постороннему и рассказать то, что было на самом деле в тот день. И про расстройство рассказал подробнее, и как остался отцом-одиночкой в день рождения сына, и даже про то, что воспоминания о своем совсем маленьком ребенке выветрились. Та пора была ужасной, поэтому мозг предпочел стереть ее из памяти. Тринадцатилетняя история требует гораздо больше, чем четверть часа. — Как думаешь, стоит ли ему рассказывать про его родную маму? — Если сам попросит, то да. — Я понимаю, что не смогу скрывать это так долго, - начал внезапно Кев, подводя к чему-то. — Вы внешне чем-то похожи. Слушай. А будет сильно плохо врать и представить кого-то другого как его мать? — Только не говори, что рассматриваешь меня как вариант. — А почему бы и нет? — Во-первых, я не омега. Я не могу иметь детей. А во-вторых… Это очень странно. Не находишь? Новый учитель вдруг окажется твоим вторым родителем. — Ты единственный вариант. И самый удачный, - пытался брюнет уговорить его. — Нельзя так, Кевин. Лучше скажи ему правду или устрой встречу с настоящей мамой. — Я не знаю, где она. Вообще. И жива ли она вообще. Столько лет прошло. — Только если ее не окажется в живых… Тогда помогу чем смогу. Договорились? — Хорошо. Договорились. Обменявшись номерами, Аарон хотел уже уходить, ибо засиделся, но входная дверь вдруг распахнулась. Оба замерли. — Па, я дома. Пораньше отпу... - Мейсон тоже застыл. Вот кого-кого, но своего учителя по биологии у себя дома он никак не ожидал увидеть. — Эм. А что вы тут делаете? — Просто разговаривали, - первым опомнился Кевин. — Ладно, я к себе, - быстро скинув обувь и кофту, парень скрылся в своей комнате, все еще не оправившись от шока. Отец рядом с ним выглядел расслабленным и… счастливым. На удивление. И что это может значить? Миньярд тем временем ушел, потому что и так собирался. Неловко получилось. А Кев зашел в комнату к сыну. Надо было обсудить. — Послушай. Правда ничего такого, он просто помог дойти до дома. — А ты у нас что, калека? Или инвалид? — Гон — не шутки. — Ты думаешь, я не знаю, как проходит гон? Тебе должно быть ужасно плохо, как минимум! — Такое только по молодости было. — Пожалуйста, уйди. Я не хочу сейчас разговаривать с тобой. Ты спишь с моим учителем! Нормально разве?! - весь плохой день и переживания вылились в это. — Мейсон, не разговаривай так с отцом. Неблагодарный ты. Мы просто общались, не спали, - сказал напоследок брюнет и вышел, оставляя сына наедине с собой. Что он делает не так? ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Как бы ни было больно вспоминать прошлое, Кевин начал копать. Он знал, что Эмили уехала в соседний город, поэтому стал искать новости того города тринадцатилетней давности. Но поначалу все было как обычно — мелкие происшествия, что даже не стоят того, чтобы попасть в городские новости. На запрос «Эмили Миа Миллер» выдалась статья. Девять лет назад. В ней говорилось, что та стала квалифицированным специалистом в сфере психологии и помогла какому-то известному человеку из того города справиться со смертью ребенка. Первая зацепка нашлась. Кевин почувствовал странную смесь гордости и горечи. Она смогла. Выучилась, стала помогать людям. Без него. Несмотря на него. Переходя из одной статьи в другую, поиски продолжались. Кев уже более двух часов просидел за компьютером в надежде найти хоть что-нибудь. Или подтверждение того, что девушка жива, или опровержение. Глаза его округлились, когда на глаза попался заголовок «Известный психолог Эмили Миа Миллер была застрелена у себя дома: суицид или убийство?». Внутри что-то оборвалось. Да, они не общались более тринадцати лет, но смерти ей он никогда не желал. Она просто не заслуживала этого. В статье ниже не было никакого объяснения, разве что «Сосед давно не видел, как Эмили выходит из дома, но не придал этому значения. Пока не ощутил спустя неделю мерзкий запах разложения и вызвал полицию». Читать подробности не хотелось, но четкое понимание ситуации знать нужно. Дальше он вышел на статью, где подтвердилось, что то было самоубийство. А ниже — интервью ее лечащего врача. Психиатра. Женщина не дала четкого ответа ни на один вопрос, поэтому остальным оставалось только гадать. «Она много помогала другим, — было написано в заключении. — Жаль, что не смогла помочь себе». В срочном порядке Дэй схватил телефон, чтобы позвонить единственному человеку, который был в курсе всей этой ситуации. Аарону. — Аарон, я кое-что узнал. Можешь говорить? - даже не поздоровавшись, на эмоциях заявил тот. — Да, у меня свободное окно. Рассказывай. — В общем… Эмили застрелила себя пять лет назад. — Что?.. — Я тоже в шоке. Я бы хотел знать причину. У нее был лечащий врач психиатр. Как думаешь, можно ли съездить в соседний город к ней и расспросить? Хватит ли документа о рождении Ли? Она же указана там как мать. — Врачебная тайна, Кев. Пять лет прошло к тому же. Кто тебе что расскажет? - выдохнул блондин. — Достаточно того, что ты знаешь о ее смерти. — Там в статье было указано, где она захоронена. Хочу съездить к ней на могилку хотя бы. Но одному… страшно, что ли. — Чего там бояться? — Что это из-за меня. Я уверен, что ее мучила совесть из-за ребенка, которого она бросила. А этот ребенок связан со мной. Если бы не я, она была бы жива. — Прошлое — это прошлое, не надо его бояться. Его не изменить. Можно только отпустить. Что я тебе и советую. Хочешь, съездим вместе к ней? Мейсон уже не маленький, побудет денек один. Завтра как раз суббота. - Слушая подобные слова, Кевину становилось легче дышать. Услышать это ему действительно было нужно. — Если тебе не сложно. — Не сложно. Это ведь и со мной теперь связано. Лучше с утра поехать. Напишешь, во сколько соберешься. — Конечно. Спасибо тебе большое. Сбросив трубку, мужчина откинулся на спинку стула, уставившись в потолок. На душе теперь неприятно лежал тяжелый груз. Может, он исчезнет, когда он увидит могилу Миа и отпустит прошлое? ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ В субботу утром они встретились возле дома брюнета, в десять. Ехать до соседнего города полтора часа, поэтому, если хотели сделать это как можно быстрее, стоило поторопиться. Сели в машину и выехали. Кевин был так поглощен мыслями об Эмили, что даже не проверил бардачок. Он был уверен, что новая пачка блокаторов лежит там — он же сам покупал ее три дня назад. Или ему казалось, что покупал? Из-за стресса последних дней мысли путались. Всю дорогу у Кевина тряслись руки. И даже его навыки аккуратного водителя подводили. Пару раз чуть не врезался в другой автомобиль. Миньярд тем временем был рядом и поддерживал как мог, приговаривая: «все хорошо», «аккуратнее, не переживай», «можем выйти подышать свежим воздухом, если так плохо». Пару раз они останавливались, чтобы пройтись и успокоиться. Оказавшись уже в городе, заехали купить пару красных роз. — Она любила их, - негромко произнес Дэй. Так, к слову. После этого снова повисла тишина. Молчание Кевина казалось громче любых слов. Найти могилу Эмили не составило труда. Там по сей день было много цветов. Она — гордость этого города, помогла и спасла многих людей, но… — …Себя спасти не смогла, - Кев опустился на одно колено перед ухоженной могилой, кладя и свои цветы. Которые были лишь песчинкой в море. Аарон стоял рядом, оказывая молчаливую поддержку. А потом приобнял одной рукой Дэя. — Она сейчас в хорошем месте. Ты должен гордиться, что у твоего сына такая хорошая мама. Брюнет не смог справиться с эмоциями и поднялся с колен, чтобы не заплакать. Он все еще не мог принять тот факт, что Миа больше нет. Нет нигде. Миньярд обнял его первым, зная, что сейчас не помогут никакие слова. Кевин не смог сопротивляться, обнимая в ответ. Пробыв на кладбище не более двадцати минут, они собрались, сели в автомобиль и поехали обратно в родной город. Гон никуда не пропал, по-прежнему терзал Дэя. Но он так привык к легкому недомоганию за эти годы, что не придал значения нарастающему жару. — Таблетки пора пить. Подай в бардачке пачку, - кивнув, Аарон раскрыл бардачок и стал искать там пачку. — Новая должна быть, я покупал. — Слушай, тут ничего нет. Пачку-то я нашел, только она пустая. — Посмотри лучше. — Нету. Я все перерыл. — Блять, если я пропущу прием… Уже пропустил. Должен был выпить час назад. — Спокойно, беты даже запахи почти не ощущают. Давай я за руль сяду? — И часто ты бываешь с альфой в гоне? — Учитывая, что я всю жизнь учусь, - задумался светловолосый, смотря в окно, попутно сжимая кулаки. — Ты — первый, с кем нахожусь так близко. Так что не знаю, чего ожидать от своего организма. — Пока что все нормально. Ключевое слово «пока что». Через десять минут стала повышаться температура, а через полчаса вести машину оказалось чем-то непостижимым. Миньярда не особо радовало находиться в духоте и этом запахе. Повезло, наверное, что Кев столько лет употребляет эти медикаменты, поэтому сам гон не сводит с ума и, на удивление, не прыгает ни на кого. Только блондину становилось все хуже. Какой же запах стоял в авто… Открытые окна не помогали. Несмотря на поступающий свежий воздух, казалось, что феромоны альфы повсюду. Аарон чувствовал, как его собственное тело начинает предательски реагировать. Этого не должно было случиться. Он же бета! — Сука, Кевин, притормози где-нибудь. Ты нас угробишь, если продолжишь. Я поведу, но сначала выйду развеюсь. - Хотя, если честно, он не был уверен, что сможет вести машину. Съехав с трассы так, чтобы проезжающим машинам не открывался обзор на происходящее, Аарон тут же вышел. Это оказалось труднее, чем он думал. Но, выскочив из автомобиля, лучше будто не стало. Наоборот — ноги ослабели и задрожали. Да, действительно было глупо полагать, что, оставшись наедине с альфой в гоне, ничего не случится. К тому же у Кевина из-за заболевания феромоны гораздо сильнее — они душат и не дают нормально дышать. Ощущаются совершенно по-другому. Это изучалось в университете, что тело может меняться под воздействием гиперконцентрированных феромонов. Редчайший случай. Один на миллион. Но кто же знал, что подобное произойдет в какую-то субботу? И так внезапно? Аарон, посвятивший всю жизнь учебе и ни разу не бывший в настоящей близости с альфой, оказался именно тем редким случаем. Осознание, что тело реагирует на феромоны, пришло не сразу. Миньярд до последнего надеялся на лучшее. На трассе, за городом, никто не поможет. У одного — гон, блокаторы закончились, и он пропустил прием, у другого тело перестраивается под омегу, что спровоцировало течку. Стоит начать выделяться запаху — и все. Ноги подкашивались. Поэтому светловолосый распахнул заднюю дверь и опустился на сиденье. Как проходит течка биологически и физиологически, он знал, но никогда не испытывал на себе. Совершенно разные вещи. Слабость — лишь полбеды. Стоило сесть, как низ живота пронзила режущая боль, а голова разболелась так, что, кажется, перед глазами заплясали искорки. Приходило ужасное желание и потребность в альфе, быть наполненным. Внезапный выброс феромонов словно не почувствовался, а сквозь звон в ушах прорезался звук открывающейся двери. Альфы за километр чуют феромоны омег. Кевин полностью отдался своим инстинктам, не в силах контролировать себя. Даже если бы очень захотел, не смог бы. Это опять повторяется. Он снова сходит с ума. А тут теперь еще и течная омега. Блондин переживал естественный большой выброс смазки и поежился от него, а потом его приложили щекой о сиденье. Хотелось сопротивляться, но инстинкты кричали о другом — отдаться этому альфе. Запах которого снова стал расходиться по всему автомобилю и проникал, кажется, во все щели. Телефон Дэя, лежавший на переднем сиденье, зазвонил, но мелодия звонка стала лишь фоновым шумом. Перед глазами обоих стояла белая пелена, а контроль над телом давно не был в их власти. Аарону было невыносимо больно. На фоне непрекращающихся болей в животе и голове чужие сильные руки сжимали бедра, а сзади навалилась такая тяжесть, что встать невозможно. Помимо того, к заднему проходу приставилось что-то большое и теплое. Светловолосый не сразу понял, что это. Дальше рассудок окончательно помутнел. Все остальные события как в тумане. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Кевин очнулся первым, в полпятого в воскресенье. Он ничего не помнил, но стало заметно легче. Разве что в салоне стоял тошнотворный запах вперемешку с феромонами. Окончательно проснуться заставила одна мысль, осознание, что он до сих пор внутри кого-то… В Аароне. После этого и сомнений быть не могло. Это случилось снова. Снова он кого-то изнасиловал, обезумев. Аккуратно выйдя и натянув штаны, брюнет вышел из машины, стараясь подышать свежим воздухом и успокоиться. Что теперь будет между ними? Конец? Миньярд проснулся через минут пять. Боль никуда не делась, и тело ломило, найти свою одежду и вылезти из машины оказалось непросто. Ноги едва держали. В голове была звенящая пустота. Он помнил, как начало темнеть в глазах, а дальше — ничего. Словно кто-то вырезал кусок пленки из фильма его жизни. — Прости, я... - первым начал Кев. — Я тоже виноват. Твои феромоны… Как бы помягче сказать, вызвали течку. Я ничего не помню с того момента, как сел на заднее сиденье. Так что... мы в расчете. — Но ты же бета? — Уже нет. Всякое в жизни бывает. Редкая реакция на гиперферомоны. Нас на лекциях предупреждали, что такое возможно, но я думал, это просто страшилки для студентов. — Погоди, что?.. — Тело перестроилось под омегу. Дэй хотел сказать еще что-то, но телефон, лежащий на сиденье, снова зазвонил. Достав из машины устройство, можно было увидеть более тридцати пропущенных от Мейсона. Блять. Точно. Он обещал вернуться днем в субботу, а в итоге пропал. — Да, сына? - сняв трубку, произнес Кевин. — О Господи, папа, где ты?! Ты обещал вернуться сразу же! — Тут кое-что произошло, но все нормально. Сейчас поеду домой. — Буду ждать тебя дома и объяснений. Нельзя вот так пропадать. А еще у меня новость… Слушай. На первом же тесте могут не так определить вторичный пол? — Объяснюсь я, объяснюсь. Вроде как да, могут, если какие-то определенные продукты или лекарства принимать. А что? — Да так… ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Мейсон не сказал этого отцу, но когда тот остался работать в ночную смену, он позвал Элиаса с ночевкой. И пришел тот… Не с пустыми руками. — От этих таблеток должно въебать. Давай, пока твоего папы нет, закинемся? - предложил брюнет, стоило ему только перешагнуть порог комнаты друга. — Эм… Наркотики? — Нет, «конфетки». Это средство для отвыкания. Лиам на них переходит с тяжелого. Они не вызывают привыкания, просто помогают слезть с тяжёлых. Так давай? Будем крутыми. — А точно ничего не будет? — Да не парься, ничего дяде Кеву не скажем. Клянусь. Будет наш с тобой секрет. Ну и я же тоже приму. Если умирать — то вместе. И это звучало убедительно. Тем более из уст Блэка. Мейсон подумал о брате Элиаса, о котором тот рассказывал с болью. Лиам был хорошим когда-то, а потом связался с дрянью. Если «конфетки» помогают ему стать нормальным, может, в них и правда нет ничего страшного? — …Ладно. Приняв так называемые «конфетки», парни действительно ощутили чувство эйфории. Не такое длинное, но хватило, чтобы тринадцатилетним детям после стало плохо. Хрен знает, что за таблетки такие, но эффект «потрясающий». Микаэля рвало более полуночи. Организм светловолосого воспринял вещество более спокойно. Хоть и последствий не избежать. Чувство мимолетной радости и спокойствия не стоили того, чтобы потом полночи страдать. Наутро оба, в особенности брюнет, чувствовали себя никакими. Хорошо, что Кевин все еще на смене. — Где ты вообще взял эту хрень? — У старшего брата. Говорю же, он с них слезает с тяжелого. — Блять, ты уверен, что в них ничего такого нет? — Уверен. Просто в составе что-то запрещенное, но привыкания не вызывают. Не переживай. — Не приноси эту дрянь больше. — Ладно, ладно, бро. И как оказалось, как раз то вещество может помешать четкому определению вторичного пола. В двадцати процентах случаев тест ошибается, если принять его незадолго до сдачи крови. Поэтому тот тест в школе был, скорее всего, неверным. Мейсону повезло попасть в восемьдесят процентов — его результат подтвердится. А вот Элиасу не повезло. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Аарона Кев отвез домой и только потом вернулся к себе. Мейсон как раз ждал его. По его лицу было заметно и понятно — что-то случилось. — В общем… Мне нужно будет пересдать тест на вторичный пол, - с порога начал блондин. — Из-за чего? Ли не ответил сразу. Продолжил разговор, стоило им сесть друг напротив друга за кухонный стол. Он боялся, что отец начнет задавать неудобные вопросы. Но и молчать было нельзя. — Ну, ты сам сказал, что нельзя есть определенные продукты, чтобы результат был правильным. — И ты что-то такое принял? — Ага, в крови вроде на семь дней задерживается… Не успело выветриться, и вот так вышло. У Элиаса то же самое. Нужно будет сходить в больницу и пересдать там. А результат принести в школу, - произнес слова сын на одном дыхании и, вздрогнув, словно что-то вспомнив, заговорил снова: — Нет-нет-нет, идти со мной не надо! Мы сами вместе сходим, я не маленький уже. — И такое бывает. Ничего такого, - сделал вид Дэй, будто не догадывается об истине. И продолжил на другую тему: — Не стану вдаваться в подробности, но я так пропал из-за гона. Забыл принять подавители, и мы остановились в отеле. Там купили их, а на следующий день смогли продолжить путь. — «Мы». Опять твой Аарон? - закатил глаза Мей. — Во-первых, не мой, а во-вторых, он мне помог. — У вас было? — Неприлично такое спрашивать. Нет, не было. Разговор окончен. Иди спать. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ Учебная неделя прошла напряженно. Не из-за контрольных, а из-за произошедшего. Ли каждый день надеялся и молился, лишь бы поскорее наступила суббота. Биологию он подтянул, но не мог смотреть учителю в глаза. Просто не мог. Особенно после того, как отец соврал ему про «ничего не было». Мейсон не верил. Он видел, как они смотрели друг на друга в тот вечер. Разве что Блэк удачно разряжал обстановку каждый раз. Над чем-чем, а над его шутками смешно всегда. Случись конец света, наверное, тот стал бы шутить и про него. Оптимист. Самый яркий пример этого слова. В субботу утром парни пошли в больницу. Сдали поочередно чистую кровь. Оставалось ждать нового результата. А вот взаимоотношения между Кевином и Аароном… Улучшились. Они сблизились. Поначалу было неловко, но все улеглось. Только произошло не в том порядке. То есть люди знакомятся, дружат, влюбляются, начинают встречаться и только потом занимаются сексом. А у них… Знакомство — дружба — секс. И снова дружба. Хотя правильнее будет сказать «больше чем дружба». Аарон, оставаясь один в своей квартире, подолгу смотрел в зеркало и думал о том, что делает. Он врач. Он должен понимать последствия. Но почему-то, когда Кевин звонил, у него теплело в груди. Может, это и есть то, чего ему не хватало все годы учебы? Простое человеческое тепло? Они пришли к выводу, что нужно что-то делать, раз Эмили нет в живых. А Миньярд обещал придумать что-нибудь. И придумал. Точнее, решил воспользоваться изначальным предложением. Представиться матерью Ли. Это было безумно, но других вариантов не оставалось. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ В воскресенье с утра Аарон пришел к Кеву. План того, что произойдет дальше, обсудили в личных сообщениях ранее. Но… Пришел не один с новостью. Он еще не знал точно, но интуиция врача подсказывала: та ночь в машине не прошла бесследно. Тошнота по утрам, легкое головокружение... Симптомы были слишком знакомыми. Но он решил пока молчать. Сначала нужно было разобраться с Мейсоном. Проснувшись, сын обнаружил у себя на телефоне результаты. Которые пришли очень быстро. У него подтвердилось, что он альфа, а вот Элиас, который с утра пораньше стал трезвонить… — Надеюсь, у тебя есть оправдание, почему ты звонишь в такую рань, я сплю, - но услышанное дальше заставило мигом проснуться. — Тебе тоже пришли результаты? Ты, блять, не поверишь! Я оказался омегой, даже не бетой! У меня слов нет… — Оу… Ну, это же не помешает нашей дружбе? — Очень надеюсь, что нет. Стук в дверь, что почти сразу распахнулась. — Я попозже перезвоню, - быстро бросил Мейсон и сбросил трубку, видя отца, появившегося в дверях. — Что такое? — У нас есть новость. — «У нас»? — Да, у нас. Пойдем. Светловолосый насторожился, увидев своего биолога у себя дома снова. Руки сжались в кулаки. Предчувствие не сулило ничего хорошего. Присев напротив, парень кивнул, мол, «слушаю». — Так вот. Нужно было сказать тебе давно. Тебе же было интересно, кто на самом деле твой второй родитель? Не вопрос, а, мать твою, удар под дых. — ..Допустим, да. — Начну издалека. Лет пятнадцать назад мы впервые познакомились. Через пару месяцев начали встречаться… — Не надо, говори сразу, в чем дело, - перебил сын. Его голос дрожал, но он старался держаться. — …Аарону нужно было учиться, поэтому, родив тебя, он ушел. Вынужденная мера. Только недавно закончил учебу полностью и устроился на работу. В нашу школу. — Ты шутишь, пап? Мой биолог и есть моя «мать»? А более оригинальное ничего не придумал? - блондин резко встал, надел обувь и, прихватив куртку, вышел на улицу. Каким образом так вышло? Что за бред? Мейсон пришел не то в растерянность, не то в ярость. Самое главное, понятия не имел, кому и чему верить. С теоретической точки зрения сказанное действительно может оказаться правдой. Мужчины-омеги способны вынашивать детей. Он знал это из учебников. Аарон как учитель биологии мог бы прочитать целую лекцию на эту тему. Но верить не хотелось. Ноги сами понесли парня туда, где, кажись, ему всегда будут рады. К Элиасу. Что родители, что брат (когда не под веществами), что он сам — всегда рады ему. На стук открыл друг, выражение его лица было каким-то обеспокоенным, что ли. Но так или иначе, внутрь пропустил и сразу же отвел в комнату, ибо больше некуда. На кухне разговаривали на повышенных тонах. Светловолосый не стал вслушиваться. Он узнал этот голос. Лиам снова был дома. И снова не в себе. Но молчать не смог, стоило оказаться в относительно безопасном месте. Иллюзия безопасности, но никак не прямое значение этого слова. Разве хлипкая дверь без замка удержит хоть кого-нибудь? — У тебя что-то случилось? - спросил первым Микаэль, пытаясь заглушить слова, доносившиеся из кухни. Которые не несли доброго посыла. — С отцом поссорился и ушел из дома. Не вовремя, да? — Да ничего особенного. Лиам снова пришел домой под наркотиками, совершенно никакой. Теперь мама плачет, а папа ругается. Хотя что толку-то, на овощ ругаться. Эрвин уже устал. Мы все устали. И в самом деле — «ничего особенного». Ли даже не удивился. Далеко не первый раз. От веществ тяжело отказаться. Тот, конечно, переходил на более легкие и почти не вызывающие привыкание, но снова сорвался. — Жаль его. Когда он в себе, очень крутой. Двадцать два ему, а до сих пор живет с родителями, потому что не может отвыкнуть. — Нельзя ему жить одному. Получит передоз и подохнет, — в голосе Блэка не было слышно привычной усмешки. Похоже, все хуже, чем кажется. — Чего ты… такой? — Все на голову валится. Брат и его наркота, мой истинный вторичный пол, уроки, школа. Следовало ожидать, что рано или поздно такой оптимист, как Элиас, сломается. Невозможно шутить и веселить всех постоянно. Он не плакал, считая слезы признаком слабости, но смотрел в пол и молчал. Молчание иногда громче любых слов. Мейсон обнял своего друга, зная, что это ему нужно. Более десяти лет дружбы с самого детства не прошли даром. Обычно они подкалывали друг друга и покрывали матом, но подобным моментам все-таки суждено быть. Несмотря на жестокие шутки, обниматься друг с другом было поистине комфортно. Прям-таки «то, что надо». Ли про себя отметил, что пришел вовремя. Как будто чувствовал. — Слушай, Мей, - произнес тихо Элиас, по-прежнему держа голову на чужом плече, не размыкая объятий. — Ты приятно пахнешь. — Хах, как альфа? — Чем-то родным. Удивительно. Не у всех так быстро начинает выделяться запах. Их возраст — возраст созревания. В это же время рано или поздно начинает появляться запах и выделяться феромоны. Или просто сильнее, чем у других. Например, из-за чего-то. Может, из-за того вещества, что они приняли? — Значит, я особенный. — Так и есть. Разговор стал принимать странный, в каком-то смысле… интимный оттенок. В их повседневном общении такого ни за что не услышишь. Странный день. Брюнет вдруг отстранился — чуть-чуть, чтобы оказаться лицом к лицу с другом. Несколько секунд посмотрев друг другу в глаза, Микаэль подался вперед и коснулся своими губами уголка чужих. Едва ощутимо. Но этого хватило, чтобы весь мир Мейсона рухнул и возродился вновь. Замерев, парень, кажись, боялся пошевелиться. Стоило им отстраниться, как в дверь что-то громко ударилось. Удивление от недавно произошедшего не прошло, а тут еще и это. Быстро отсев на разные края кровати, они увидели, как ненадежная дверца с глухим стуком распахнулась. Люди под действием наркотиков действительно… Импульсивные. Особенно когда начинается ломка. — Лиам, постой, он тут вообще ни при чем! - донесся почти плачущий голос матери. Старший брат Элиаса стоял в дверном проеме, держа в руках… Нож. Самый большой из всех, что были дома. Рэй медленно прошел внутрь и повалил младшего на кровать, приставляя к его горлу нож. Тонкое лезвие металла обожгло кожу холодом. — Куда делась та коробка из моего шкафа? Та, с красной крышкой! — Я не.. не… - лезвие сильнее прижималось к горлу, и говорить становилось тяжело. Элиас знал, что брат ищет те самые «конфетки». Которые он сам же и взял. Мейсон среагировал быстрее, врезав со всей дури кулаком по лицу. Под веществами Лиам становится ужасным человеком. Совершенное стало одной из ошибок этого дня. Лезвие ножа оказалось у руки за считанные секунды, резко полоснув и образуя длинный порез от локтя до кисти. Элиас в это время стоял возле матери, панически дыша. Сердце в груди колотилось. Отец друга, Эрвин, слава богу, подоспел за секунду до того, как Ли могли бы убить. Он схватил старшего сына сзади за шею, проводя удушающий прием. И держал до тех пор, пока тот не вырубился. ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ За такое короткое количество времени пережить столько эмоций — пытка, да такая, что после всего Мей сидел, уставившись в стену. Взгляд опустел. Все закончилось не так уж и плохо — руку перебинтовали, а Лиама забрала какая-то девушка. А кто она — парень понятия не имел, никогда не слышал. Да и желания сейчас не было, чтобы узнавать об этой таинственной личности. Микаэль находился рядом. Не решаясь заговорить из-за чувства стыда. Мало того что он поцеловал своего лучшего друга, еще и брат натворил этих ужасов. Можно ли простить ему такое только потому, что тот был под кайфом? Несмотря на подобные поступки, братская любовь не подверглась сомнению. — Мне, наверное, не рады тут. А пойти больше некуда. Не хочу домой. Там они, - отстраненно произнес светловолосый. — «Они»? У тебя же только отец, нет? — Он ненормальный. Сказал, что наш биолог и есть мой второй родитель. Не хочу верить, вообще уже ничего не хочу. - И откинулся на кровать. Руки подрагивали. — Ты точно правильно понял? Может, он имел в виду то, что они вместе. Это, конечно, странно, но… — Точно. Я не могу… Не могу, не могу, не могу вернуться домой, пока он там! Аарон мне чужой, ну как так вышло? Как? Я не понимаю и не могу понять… И спросить прямо не могу, потому что тогда отец узнает, что я рылся в его вещах! И только что произошедшая суматоха меня разбила. Лучше бы он меня зарезал, нахуй такую жизнь… — Мей, тише. Не надо так говорить. - Поймав взгляд зеленых глаз, которые были на грани слез, брюнет поманил друга ближе, мол, «иди сюда», и обнял. Это было наименьшее, что он мог сделать. — Прости. — Мне… Тоже страшно. Страшно, что Лиам убьет ее. Свою девушку. Мэдисон. — Кто она вообще? Никогда не слышал. — Они с первого класса вместе учились и до сих пор общаются. Постоянно сходились и расходились, сейчас, как я понял, снова сошлись. Мэдисон его как-то терпит. Мне жаль ее. Вы виделись, у нее рыжие волосы, должен помнить. И да, Ли действительно вспомнил. Не девушка, а ходячий лучик света. Натуральный цвет волос ярко-ярко рыжий, особенно на солнце. Веснушки и искренние зеленые глаза подчеркивали весь вид. Боже, и правда жалко такую, как она. Быть рядом с наркоманом и верить, что он изменится, — пустая трата времени. — Зачем ей с ним встречаться? — Я думаю, из-за беременности. — Она беременна? — Да, восьмой месяц подходит к концу. — … — И… Она работает у нас в школе учителем по рисованию. Собиралась возвращаться на работу после родов. Поэтому уроков у нас и не было — прежняя уволилась, а Мэдисон сразу в декрет ушла. — …Слов нет. Уроков рисования у них действительно не было. И только потому, что их предыдущая учительница уволилась, а другая, не успев проработать и пару месяцев, ушла в декрет. Но кто же знал, что ею окажется девушка брата друга! Можно не сомневаться в том, что ее поставят на замену прошлой. И жутко будет смотреть на нее теперь. Это слишком неожиданно. Сначала биолог, а теперь и она. И за что? ❋────── {⋅. 𝓴 . 𝒶 .⋅} ─────❋ С каждым днем световой день становился меньше и меньше. В понедельник уже стемнело очень быстро, пусть и время, в которое нужно быть дома, не настало. Жизнь Мейсона просто размазывало по стене. Сегодня, например, на биологию он не смог пойти. Нужный материал выучен, но как теперь смотреть Аарону в глаза? Зная, что они с его отцом мутят. Зная, что они оба ему врут. Зато Элиас всегда рядом со своими шутками. Всегда пытается ободрить, пусть и в его жизни все херово. Правда, и с ним ситуация мутная. На губах по-прежнему оставалось смутное ощущение чужих губ. Этот придурок мало того что поцеловал, но и украл первый поцелуй. Они с первого класса вместе ходят, а о девушках задумываться как-то рано. Парни прогуливались по вечернему городу, в котором уже сияли фонари. Холодало, и воздух становился свежее. — Слушай, зачем ты вообще меня поцеловал тогда? - нарушил повисшую тишину Ли. — Так гораздо проще, чем сказать о своих чувствах напрямую. Можем забыть, если хочешь. - Незаметно для обоих они зашли в какой-то темный переулок. Фонари тут не работали. Темно, и поблизости ни души. — Ты для меня просто друг. Лучший друг. - И блондин тут же опроверг сказанные слова. Остановился, положил руки на плечи стоящего напротив, неуверенно прикасаясь губами к губам Микаэля. — Просто друг… - пробормотал он, прижимаясь ближе. Стараясь убедить в собственных словах скорее себя, чем кого-то. Сердце колотилось где-то в горле. Это было неправильно. Но так правильно. Как же это все… Неправильно. Ужасно неправильно. И обоим всего по тринадцать лет. Ну, Блэку в начале декабря исполнится четырнадцать, но не суть. Чувство, что так нельзя, не покидало разум всю ту долгую минуту. Отношения… Нет, даже просто любовь в таком возрасте — ненормально. Внезапно отстранившись, блондин отшатнулся назад, как от огня. — Завтра увидимся, я домой, - торопливо бросил Мейсон и зашагал прочь от друга. Но от друга ли теперь? Блять. Поцелуй, возможно, только испортит их отношения. Не только дружеские, но и отношения в целом. Щеки предательски горели, контрастируя с прохладным ветром, что бил прямо в лицо. В голове роились разные мысли. Начиная с того, как вернуться домой и объясниться перед отцом, заканчивая этим поцелуем… Где-то глубоко внутри Мейсон знал, что самый сложный разговор у него еще впереди. И он будет не с отцом. А с самим собой.