Witch Stark

Три дня спустя. Обадайя приказал перевести Дженнифер в другое помещение — тесную комнату без окон, с обшарпанными стенами и затхлым воздухом. Здесь были лишь скрипучая кровать с тонким матрасом, унитаз в углу за хлипкой перегородкой, душевая кабинка в дальнем углу — компактная, с треснутым стеклом дверцы, голая лампочка под потолком. Рядом с душевой на полу стояли пара пластиковых флаконов: шампунь, гель для душа, кусок мыла в мыльнице, зубная щетка, паста и маленькое полотенце. Дженнифер вошла, цепи неприятно звякнули, окинула комнату презрительным взглядом и громко фыркнула. — О, вау, — язвительно протянула она. — Пятизвёздочный отель? Или это вы решили, что я заслужила «комфорт» после трёх дней в техническом отсеке? Душ с видом на унитаз — просто мечта! Она пнула ножку кровати — та издала жалобный скрип. Дженн демонстративно покачала головой: — И это вы называете улучшением? Да моя старая камера хотя бы не скрипела на каждый шаг! Обадайя стоял в дверях, скрестив руки на груди. Трое охранников замерли позади него. — Это лучше, чем было, — спокойно ответил он. — Здесь хотя бы есть кровать, туалет и возможность помыться. — Да-да, конечно, — перебила его Старк, размахивая рукой. — И, наверное, ещё бесплатный Wi‑Fi и мини‑бар? О, подождите… нет, это же ваш отель. Значит, только иллюзия комфорта и максимум неудобств. Обадайя сделал знак рукой. Один из охранников вошёл и поставил на пол сумку с одеждой. — Одежда, — пояснил Обадайя. — Чистая. И средства гигиены. — О, вы так щедры! — Дженнифер изобразила поклон. — Прямо король благотворительности. Может, ещё и автограф дадите? Или, может, наконец объясните, зачем всё это? Чтобы я прониклась вашей заботой и подписала какие‑то бумаги? — Не перегибай, — слегка нахмурился Обадайя. — А что, правда глаза колет? — она вскинула бровь. — Вы похитили меня, держите в цепях… А теперь дарите мне шампунь и называете это заботой? Мило. Обадайя вздохнул. — Ты всё ещё не поняла, да? — он сделал шаг вперёд. — Я не враг тебе. Я предлагаю партнёрство. Но для этого ты должна перестать видеть во мне монстра. — А вы перестаньте вести себя как монстр, — парировала Дженн. — И, может быть, я подумаю над вашим «партнёрством». Хотя, честно говоря, сомневаюсь. У вас репутация хуже, чем у просроченного кредита. Обадайя махнул охранникам: — Снимите цепи. Но сначала — полный осмотр. И проверьте душевую. Двое мужчин подошли к Дженнифер. Один держал оружие наготове, второй начал методично ощупывать её одежду, проверять карманы, осматривать волосы. Третий охранник тем временем открыл дверцу душевой, проверил поддон, простучал стенки кабины, заглянул в сливное отверстие. — Нравится обыскивать беззащитных девочек? — бросила Дженнифер одному из охранников. — Или это ваше хобби? Может, ещё автограф попросите? — Работа такая, — буркнул тот, продолжая осмотр. — Ну да, конечно, — фыркнула она. — «Я просто выполняю приказы». Классика. Хотя, знаете, я бы на вашем месте задумалась: а что будет, когда хозяин вас выбросит за ненадобностью? Да и я по освобождению могу подать в суд за педофилию. Когда осмотр закончился, цепи с лязгом упали на пол. Дженнифер потёрла запястья — на коже остались красные следы. — Свобода! — она сделала три широких шага, раскинув руки, и покружилась. — Наконец‑то могу походить без оков. Правда, всего на пять минут, пока вы тут. Но знаете что? Даже эти пять минут стоят больше, чем все ваши обещания вместе взятые. — Если будешь вести себя разумно, — сказал Обадайя, — возможно, со временем мы сможем доверять тебе больше. — Доверять? — Дженнифер резко повернулась к нему, её глаза сверкнули. — Вы похитили меня. Убили моего водителя. Скрываете правду об исчезновении моего отца. И теперь говорите о доверии? Вы либо наивны, либо глухи к логике. Или просто настолько уверены в своей безнаказанности, что потеряли связь с реальностью. Обадайя слегка покраснел, но сдержался. — Я дал приказ не причинять вреда водителю, — холодно произнёс он. — Это был несчастный случай. А твой отец… Он сам выбрал свой путь. — Конечно, — Дженни скрестила руки на груди и сделала шаг вперёд, почти вплотную к Обадайе. — Всё всегда «несчастный случай», когда это выгодно вам. А если завтра кто‑то решит, что вы — несчастный случай? Что тогда? Будете рассказывать эту сказку своему надгробию? Охранники закончили осмотр комнаты: проверили кровать, заглянули под матрас, простучали стены, осмотрели унитаз и душевую. — Чисто, сэр, — доложил один. — Хорошо, — Обадайя снова посмотрел на Дженнифер. — У тебя десять минут. Потом цепи вернутся на место. — Как щедро, — она вновь изобразила глубокий поклон. — Ваше величество дарует мне десять минут свободы. Буду наслаждаться каждой секундой. И даже успею придумать, как использовать это время против вас. Обадайя сжал челюсти, но промолчал. Он развернулся и вышел, охранники последовали за ним. Дверь захлопнулась, щёлкнул замок. Как только шаги затихли в коридоре, Дженнифер громко фыркнула: — Ну и цирк, — пробормотала она. — Думали, подачки сломят меня? Ха! Она подошла к сумке с одеждой, быстро перебрала вещи: простые брюки, футболка, носки, нижнее бельё. Всё новое, но безликое. «Как мило, — подумала она с насмешкой. — Теперь я не только пленница, но и модель для благотворительной акции „Одень бездомного“». Затем она подошла к душевой. Дверца скрипела, стекло было треснуто. Дженнифер включила воду — та потекла тонкой струйкой, сначала ледяная, потом чуть тёплая. «Отлично, — отметила про себя Дженнифер. — Даже душ сломан. Но… — она прищурилась, изучая слив. — Если разобрать решётку, можно будет достать до трубы. А если труба идёт к стене… возможно, там слабое место». Она оглядела средства гигиены: шампунь, гель, мыло. «Может, хоть здесь что‑то полезное? — она повертела в руках флакон шампуня. — Пластик прочный. Если разбить, получится острый осколок… Но охранники всё заберут после душа. Значит, нужно действовать быстро». Дженнифер села на край кровати. Та снова скрипнула. «Он думает, что подавляет меня комфортом. Новая комната, одежда, душ, десять минут свободы… Но он не понимает: чем больше он даёт, тем яснее я вижу его слабости. Он боится. Боится, что я выберусь. Боится, что Пеппер и Роуди найдут меня. И боится, что правда о папе всплывёт». Она встала, подошла к стене и с силой ударила по ней кулаком. — Слышите меня, Обадайя? — громко сказала она, будто он всё ещё был рядом. — Я выберусь. Не сегодня. Не завтра. Но я выберусь. И тогда вы пожалеете, что вообще решили со мной связываться. Старки не сдаются. Старки побеждают. Запомните это. После чего она решительно направилась к душевой. — Приму этот жалкий душ, — бросила она в пустоту. — Но не потому, что вы мне его дали. А потому, что я этого хочу. И потому, что это — мой первый шаг к свободе. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Три месяца спустя. Тони сидел в больничной палате — бледный, осунувшийся, но с тем же упрямым блеском в глазах. Пеппер и Роуди стояли у кровати, не зная, с чего начать. Пеппер сглотнула ком в горле. Она так долго ждала этого момента — увидеть Тони живым, рассказать ему всё, попросить помощи… Но теперь, когда он здесь, слова будто застряли в горле. — Тони… — начала она, но голос дрогнул. Он поднял руку, останавливая её. — Сначала скажи главное: Дженни? — Её нет с нами, — тихо ответил Роуди. — Мы искали. Искали каждый день, пока тебя не было. Но никаких зацепок. Тони закрыл глаза. На мгновение его лицо исказилось от боли, но он быстро взял себя в руки. — Рассказывайте всё, — приказал он. — С самого начала. Пеппер глубоко вдохнула и начала: — После твоего исчезновения она осталась дома. Пыталась разобраться, что происходит. А потом… — её голос дрогнул, — потом она пропала. — Пропала? — Тони сжал край одеяла. — Как? Когда? —Три месяца назад, — вступил Роуди. — Последний раз её видели возле дома. Камера зафиксировала, как она садится в машину… а потом — тишина. Машина найдена, водитель погиб. Никаких следов Дженни. Тони стиснул зубы. — Расскажи подробнее про тот день, когда она исчезла, — попросил он. Пеппер достала планшет, открыла записи: — Вот данные с камер. Видите? Она садится в машину. Через пять минут машина сворачивает. Ещё через десять — сигнал GPS пропадает. Но когда мы приехали… — она замолчала. — …ничего, — закончил за неё Тони. — Конечно. Похититель бы не оставил следов. — Мы обыскали всё, — добавил Роуди. — Опросили всех, кто мог её видеть. Щ.И.Т. подключили, Интерпол. Но Дженн как в воду канула. Тони резко встал с кровати, игнорируя протесты. — Значит, так, — его голос стал жёстким, командным. — Первое: я хочу полный доступ ко всем данным по её исчезновению. Камеры, звонки, перемещения за неделю до пропажи. Второе: проверьте все активы Обадайи. Особенно те, что оформлены на подставных лиц. Третье: найдите мне всех, кто работал с ним напрямую в последнее время. Кто мог бы дать нам зацепку. Старк сам не понимал почему, но подозревал он именно своего старого знакомога, словно в голове крутился голос дочери, шепча имя Обадайи. — Тони, тебе нужно отдохнуть, — попыталась возразить Пеппер. — Отдохну, когда найду её, — отрезал он. — Это моя дочь, Пеппер. И она в беде. Я не могу просто лежать здесь и ждать. Роуди положил руку на плечо друга. — Мы найдём её, Тони. Вместе. Но нам нужно действовать осторожно. «Она где‑то там. Одна. В руках какого-то монстра. Я должен найти её. Я обещал защищать её. И я не подведу снова. Не после того, что случилось со мной. Дженнифер — это всё, что у меня осталось. И я верну её домой. Любой ценой». ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Тони сидел в затемнённой комнате, уставившись на голографическую проекцию Дженнифер — её последнее фото перед похищением. Свет от проекции играл на его лице, подчёркивая глубокие морщины, которых раньше не было. Он провёл рукой по волосам. «Она всего лишь ребёнок, — думал Тони, сжимая подлокотники кресла. — Ещё совсем юная. И она там, в руках чудовища, потому что носит мою фамилию». Он резко встал и начал расхаживать по комнате. Каждый шаг отдавался тупой болью в груди — не физической, а той, что поселилась там с момента, когда он узнал о похищении. — Ты подвёл её, — прошептал он сам себе. — Подвёл своего ребёнка. Снова. Перед глазами встала картина: Дженни в плену, испуганная, но не сломленная. Он знал этот взгляд — такой же был у него самого в плену у террористов. Упрямство. Гордость. Готовность бороться до конца. «Но она не должна проходить через это. Не должна учиться силе через боль, как я. Я не позволю. Этот похититель думает, что я сломлен. Думает, что месяцы вдали от компании сделали меня слабым. Он ошибается. Я создал эту империю. Я воспитал Дженнифер. И я спасу её. Она — всё, что у меня осталось. Всё, что связывает меня с надеждой на будущее. Она — не просто наследница. Она — продолжение меня. Моё искупление. Я не был идеальным отцом. Я слишком часто пропадал в мастерской. Слишком много рисковал. Слишком поздно замечал опасности вокруг. Но сейчас я вижу всё ясно. Её хотят использовать. Хотят сломать её волю, чтобы подчинить компанию. Но они не понимают: Старки не продаются. Не сдаются. Не предают. Дженни сильна. Сильнее, чем был я в её возрасте. Но она ещё не готова к такой жестокости мира. И это моя вина — что она столкнулась с ней так рано». ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ За прошедшие месяцы Дженнифер тщательно изучила распорядок охраны, слабые места здания и свои возможности. Она заметила, что один из участков стены возле душевой был ослаблен коррозией — видимо, из‑за протечек. Также она разобралась в механизме замка на цепи: он имел небольшой люфт, который можно было использовать. В душевой Дженнифер аккуратно разбила флакон шампуня о стену и спрятала острый осколок пластика в шов матраса. Ещё она заметила, что охранник, который приносил еду, иногда оставлял ключ от её цепи на столе на пару минут, пока проверял комнату. План созрел три дня назад. Сегодня — день его исполнения. Охранник вошёл в комнату с подносом еды. Дженнифер сидела на кровати, опустив голову, будто сломленная. — Опять эта баланда? — пробормотала она слабым голосом. — Может, хоть воды нормальной принесёте? Эта воняет хлоркой… Охранник хмыкнул и поставил поднос на стол. — Терпи, принцесса. Пока не поумнеешь, ничего не изменится. Он начал обычный осмотр комнаты. Дженнифер медленно встала и подошла к столу, будто хотела взять стакан. — Можно хоть глоток? — жалобно попросила она. — Да бери уже, — охранник махнул рукой, продолжая осматривать стену возле душевой. Как только он повернулся спиной, Дженнифер резко схватила осколок пластика и метнулась к нему. Движение было настолько неожиданным, что охранник не успел отреагировать. Дженнифер нанесла точный удар в область шеи — не насмерть, но достаточно, чтобы обездвижить. Но осколок вошёл глубже, чем она рассчитывала. Тело охранника обмякло и начало медленно сползать по стене. Дженнифер кое-как оттащила его в угол комнаты и связала ремнём от халата — на всякий случай. Только тогда она посмотрела на свои руки. На ладони и пальцах алели пятна крови. Несколько капель упало на пол, оставив тёмные точки на грязном линолеуме. Её начало трясти. Дыхание сбилось, стало поверхностным и частым. В груди всё сжалось, а в горле встал ком. Дженнифер прислонилась к стене, пытаясь прийти в себя. Охранник не дышал. «Я не хотела… Я просто хотела обезвредить его, вырваться… Но не это. Не так». Она сжала и разжала пальцы — кровь слегка размазалась по коже. Дженнифер почувствовала, как к горлу подступает тошнота. — Извини, — прошептала Дженнифер, глядя на неподвижное тело. Голос дрожал. — Правда, извини. Я не хотела убивать. Я просто… я должна была вырваться. Должна была попытаться. Она закрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов. Паника нарастала, грозя парализовать волю. «Нельзя поддаваться, — приказала она себе. — Нельзя сейчас сломаться. Если я остановлюсь, всё будет зря. Если я дам страху взять верх, Обадайя победит. А я не могу этого допустить. Ни ради себя, ни ради Пеппер, ни ради папы». Дженнифер огляделась, пытаясь сосредоточиться. Взгляд зацепился за душевую. «Вода, — подумала она. — Нужно смыть кровь. И придумать следующий шаг». Дрожащими руками она включила кран. Вода потекла тонкой струйкой, сначала ледяная, потом чуть тёплая. Дженнифер подставила ладони под струю. Алые разводы закружились в сливе, унося с собой часть ужаса момента. Но кровь была не только на руках. Она была и внутри — тяжесть поступка, осознание, что она только что лишила жизни человека. Пусть не по своей воле, пусть в отчаянной попытке к свободе, но это случилось. — Я не монстр, — прошептала она, глядя на свои отмытые ладони. — Я не хотела этого. Но я не остановлюсь. Дженнифер выпрямилась, вытерла руки о футболку. Взгляд стал жёстче, решимость вернулась, но теперь в ней было что‑то новое — холодная, трезвая ярость. Не слепая злость, а чёткое понимание: на кону не только её свобода, но и правда о Тони, и будущее «Старк Индастриз». Она подошла к двери, прислушалась. В коридоре было тихо. «Теперь главное — не терять времени, — подумала Дженнифер. — У меня есть окно. И я им воспользуюсь. Но больше никаких смертей. Больше — только защита. Я не стану такой, как Обадайя». Дженнифер взяла ключ, сжала в ладони. Металл казался холодным, но в то же время — словно дарил силу. Она быстро сняла цепь с запястья, схватила ключ со стола и бросилась к двери. Замок щёлкнул — она на свободе. Как только цепи с лязгом упали на пол, Дженнифер не стала терять ни секунды. Она резко сорвала с руки браслет — тот, что подавлял её магические способности. Металл неприятно царапнул кожу, но она не обратила на это внимания. Её пальцы задрожали от волнения. Она глубоко вдохнула, сосредоточилась и попыталась вызвать хотя бы крошечную искру — как делала сотни раз до похищения. — Давай, — прошептала она, сжимая и разжимая кулаки. — Ну же… Она представила знакомый поток энергии, который всегда тёк по венам, когда магия откликалась на зов. Сконцентрировалась, направила волю в кончики пальцев… Ничего. Дженнифер нахмурилась. Попыталась снова — на этот раз с большей силой, вкладывая в заклинание всю свою решимость. Снова ничего. Паника начала подступать к горлу. Она закрыла глаза, пытаясь ощутить магический поток внутри себя. Но там была лишь пустота — холодная, пугающая, абсолютная. — Нет, — её голос дрогнул. — Нет, нет, нет! Она ударила кулаком по стене, потом ещё раз. Боль в костяшках отрезвила, но не вернула магию. Дженнифер опустилась на край скрипучей кровати, обхватила голову руками. Дыхание участилось, стало прерывистым. В груди нарастала тяжесть, будто кто‑то сдавливал лёгкие. — Спокойно, — она заставила себя сделать медленный вдох. — Успокойся. Паника не поможет. Но страх не отступал. Магия была частью её с рождения — такой же естественной, как дыхание. Без неё Дженнифер чувствовала себя… неполноценной. Обрезанной. Уязвимой. Слеза скатилась по щеке. Дженнифер быстро смахнула её, разозлившись на себя. — Слабость, — процедила она сквозь зубы. — Это слабость. А Старки не сдаются. Она встала, подошла к зеркалу над раковиной. Её отражение выглядело измождённым: тени под глазами, бледные губы, волосы, спутанные после месяца в плену. — Ну же. Дженн зажмурила глаза и вдруг внутри что-то щёлкнуло. Старк открыла глаза и увидела, что они светятся. «Отлично» Коридоры были пусты — смена караула через 15 минут, это давало ей фору. Дженнифер бежала, ориентируясь по меткам, которые запомнила за четыре месяца. Поворот направо, лестница вниз, ещё один поворот — и вот он, запасной выход. Дверь поддалась с трудом — петли заржавели. Дженнифер выскочила наружу, вдохнув полной грудью свежий воздух. Свобода! Перед зданием стояли три чёрных внедорожника. Из них выходили люди в тёмных костюмах — агенты Щ.И.Т. Они мгновенно заметили её. Один из агентов поднял руку: — Агент Старк, оставайтесь на месте. Мы здесь, чтобы помочь. Дженнифер замерла, тяжело дыша. — Мы от Ника Фьюри, — ответил агент. — Он организовал операцию по вашему освобождению. Но вы нас опередили. Дженнифер почувствовала, как напряжение последних недель начинает отпускать. Она покачнулась, и один из агентов успел подхватить её. — Всё хорошо, — сказал он. — Вы в безопасности. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Дженнифер сидела на краю больничной койки на базе Щ.И.Та, обхватив себя руками. Её лицо было смертельно бледным, под глазами залегли тёмные круги. Волосы, когда‑то блестящие и ухоженные, теперь выглядели тусклыми и спутанными. Футболка висела на ней, подчёркивая, насколько она исхудала. — Дженнифер… — выдохнула Пеппер, и её голос дрогнул. Девушка медленно подняла голову. На мгновение в её глазах вспыхнула искра узнавания, а затем — облегчение. Но даже эта эмоция далась ей с трудом. Роуди сделал шаг вперёд. — Мы здесь, — тихо сказал он. — Всё позади. Мы заберём тебя домой. Дженнифер попыталась встать, но ноги подкосились. Роуди успел подхватить её, прежде чем она упала. — Тише, тише, — он осторожно поддержал её под спину. — Не напрягайся. Она подняла на него взгляд — тот самый дерзкий, упрямый взгляд Старка, но теперь в нём читалась измождённость. — Я… я знала, что вы придёте, — её голос звучал хрипло, будто она долго не говорила. — Но думала, что придётся ещё пару дней изображать покорность перед Обадайей. — Ты больше никогда не увидишь этого человека, — твёрдо сказала Пеппер, подходя ближе и осторожно беря Дженнифер за руку. — Обещаю. Роуди осторожно поднял её на руки. — Молчи и экономь силы, — строго сказал он, но его голос дрожал. — Ты слишком лёгкая. Что они с тобой делали? — Кормили раз в день, — призналась Дженнифер. — И не давали спать больше четырёх часов подряд. Браслет блокировал магию, а цепи… — она замолчала, поёжившись. — В общем, я рада, что вы здесь. Пеппер сняла с себя пиджак и накинула на плечи Дженнифер. — Держись, — сказала она. — Сейчас мы выйдем отсюда, и я лично прослежу, чтобы ты съела что‑нибудь нормальное. А потом — долгий сон, ванна и новая одежда. — И месть Обадайе? — слабо улыбнулась Дженнифер. — Он мёртв. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Дженни сидела в своей комнате как вдруг дверь открылась. Тони Старк вошёл в комнату. Он выглядел измученным — осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами, седина в волосах, которой раньше не было. Но когда он увидел Дженнифер, его глаза вспыхнули. — Джен… — его голос сорвался. Она резко подняла голову. В первый момент её лицо исказилось от боли — она увидела, насколько плохо выглядит отец. Но затем она собралась и попыталась изобразить свою обычную усмешку. — Пап, — её голос дрожал, но она старалась говорить твёрдо. — Ты выглядишь хуже, чем я. Это что, новый стиль? Или ты просто забыл, что такое сон? Тони сделал несколько шагов вперёд и остановился, не решаясь подойти ближе. — Ты… ты в порядке? — спросил он хрипло. — Ну, если не считать того, что я похудела на пять кило без спортзала и диеты, — попыталась пошутить Дженнифер. — В целом, жить буду. Он наконец подошёл и осторожно обнял её. Так осторожно, будто боялся сломать. — Прости меня, — прошептал он. — Я не должен был… — Не смей, — она резко отстранилась, но только чтобы посмотреть ему в глаза. — Не смей брать на себя вину за то, что сделал Обадайя. Ты не мог знать. И ты сам едва выжил. Тони сжал её плечи. — Но ты… ты прошла через это из‑за меня. Из‑за того, что ты — моя дочь. — И что? — Дженнифер вскинула подбородок. — Это делает меня слабее? Или, может, сильнее? Потому что я Старк. И я выдержала. Он смотрел на неё — на её бледное лицо, на дрожащие руки, которые всё равно сжимались в кулаки, на упрямый взгляд. И в его глазах появилась гордость. — Да, — тихо сказал Тони. — Ты — моя дочь. И ты сильнее, чем я думал. — Ещё бы, — она слабо улыбнулась. — Кто‑то же должен вытаскивать тебя из передряг. Тони рассмеялся — коротко, но искренне. Затем снова обнял её, на этот раз крепче. — Больше никаких передряг, — пообещал он. — По крайней мере, пока ты не восстановишься. — Договорились, — Дженнифер прижалась к нему. — Но только на две недели. Потом я хочу участвовать. — Посмотрим, — Тони погладил её по волосам. — Сначала — еда, сон и отдых. А потом… мы что‑нибудь придумаем. Вместе. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Дженнифер сидела у окна. Она смотрела на закат, но мыслями была далеко — в плену, под властью Обадайи. Её руки всё ещё помнили тяжесть цепей, а на запястьях едва виднелись красные следы. Дверь тихо открылась. Дженнифер обернулась и увидела Тони — он выглядел уставшим, но в глазах светилась решимость. — Можно? — спросил он, указывая на кресло рядом. — Конечно, — она кивнула, стараясь скрыть волнение. — Ты… ты выглядишь лучше. — Стараюсь, — Тони сел, положил руки на колени. — Знаешь, я долго думал, стоит ли тебе это говорить. Но ты заслуживаешь правды. Особенно после всего, что случилось. Дженнифер выпрямилась, настороженно глядя на него. — О чём ты? — Помнишь, когда я пропал? — Тони помолчал. — Меня взяли в плен. В пещере, в горах. Там я понял кое‑что важное. Не только о мире, но и о себе. И там же я создал кое‑что… нечто, что изменило всё. Он встал и подошёл к небольшому кейсу на столе. Нажал комбинацию кнопок — крышка открылась. Внутри, подсвеченная мягким светом, лежала часть брони: нагрудник с пульсирующим дуговым реактором в центре. Дженнифер замерла. Её глаза расширились. — Это… — Да, — Тони кивнул. — Это часть костюма. Броня. Народ прозвал его «Железный человек». Дженнифер медленно встала и подошла ближе. Она протянула руку, но не коснулась металла — будто боялась, что он исчезнет. — Ты… — её голос дрогнул. — Ты был там, в броне? Ты сражался? — Да, — просто ответил Тони. — Я создал её, чтобы выжить. А потом понял, что могу использовать её, чтобы защищать других. Чтобы исправлять ошибки прошлого. Она подняла на него глаза — в них читались восхищение, гордость и… страх. — И ты молчал? — Было опасно, — он вздохнул. — Слишком много людей хотели бы заполучить эту технологию. Обадайя… он уже пытался. Дженнифер резко повернулась к нему. — В тебе столько же упрямства, сколько во мне, — сказал он. — Может, даже больше. — Это семейное, — фыркнула Дженнифер, но тут же стала серьёзной. — Покажи мне. Покажи костюм целиком. Тони помолчал, оценивая её взгляд — твёрдый, решительный, горящий тем же огнём, что и у него когда‑то. — Хорошо, — кивнул он. — Но с одним условием. — Каким? — Ты будешь рядом. Не в бою — по крайней мере, пока. Но ты будешь частью этого. Помогать разрабатывать, тестировать, анализировать. Я не могу больше действовать в одиночку. Мне нужны люди, которым я доверяю. И ты — первый в этом списке. Дженнифер на мгновение потеряла дар речи. Затем её лицо озарилось улыбкой — широкой, настоящей. — Сделка, — она протянула руку. — Но учти: я буду задавать миллион вопросов. И спорить по каждому пункту. — Именно этого я и жду, — Тони пожал её руку. — Пойдём. Покажу тебе броню. И кое‑что ещё… Он сделал жест в сторону кейса. Дженнифер кивнула и впервые за долгое время почувствовала, как внутри неё разгорается надежда. Тони провёл Дженнифер через бронированную дверь в свою секретную мастерскую. Воздух здесь пах металлом, полимерами и едва уловимо — озоном от работающих устройств. По периметру помещения стояли стеллажи с инструментами, голографические экраны мерцали схемами, а в центре зала на поворотных манекенах красовались три удивительных костюма. Дженнифер замерла на пороге, широко раскрыв глаза. Тони подошёл к первому манекену. — Это твой. Я подумал, что тебе подойдёт что‑то более скрытное, шпионское. Ты ведь всегда любила действовать незаметно, но эффективно. Он включил подсветку, и Дженнифер ахнула. Костюм был выполнен в глубоких оттенках чёрного и сиреневого — цвета, которые она сама часто выбирала в одежде. Ткань казалась одновременно лёгкой и прочной, с едва заметной текстурой, будто покрытой микроскопическими чешуйками. — Материал — новый сплав на основе нановолокон, — пояснил Тони. — Лёгкий, эластичный, с терморегуляцией. И почти пуленепробиваемый. — Почти? — Дженнифер приподняла бровь. — Ну, я же не хочу, чтобы ты теряла чувство осторожности, — подмигнул Тони. Она подошла ближе. На лице манекена была маска, закрывающая нос и рот. — И никакой громоздкости, — Тони провёл рукой вдоль силуэта. — Всё компактно, но функционально. Система связи со мной и остальными, ну и тому подобное. Через наушник будешь держать связь, не волнуйся, он не спадёт. — Это… потрясающе, — Дженнифер осторожно коснулась ткани. — Он как будто создан для меня. Тони кивнул и повёл её дальше. — Теперь — Дима. Костюм Димы действительно отражал его магию огня. Основной цвет — тёмно‑красный с оранжевыми всполохами, будто застывшее пламя. Материал имел шероховатую текстуру, напоминающую вулканическую породу, но при этом оставался гибким. — Здесь усилена термозащита, — объяснил Тони. — Чтобы не мешать его способностям, но и защитить от обратного эффекта. Встроенные охладители в перчатках и спине. Маска закрывала верхнюю часть лица, оставляя прорезь для глаз. По контуру шли небольшие светодиоды, имитирующие тлеющие угли. — Выглядит… грозно, — заметила Дженнифер. — Как и его магия, — усмехнулся Тони. — Дима любит эффектность. Они подошли к третьему манекену — костюму Хлои. Он был выполнен в холодных тонах: прозрачный лёд с голубыми и серебристыми переливами. Ткань переливалась, будто покрыта крошечными кристаллами. — Хлоя и её магия льда, — Тони слегка коснулся рукава. — Материал с термоактивными свойствами: чем холоднее вокруг, тем прочнее становится. В жару — наоборот, легче и эластичнее. Маска поразила Дженнифер больше всего. Полулицевая, она полностью закрывала левую сторону лица и плавно переходила на правую. Поверхность напоминала зеркальную мозаику — каждая пластинка отражала свет под своим углом, создавая завораживающий эффект. — У Хлои всегда был вкус, — улыбнулась Дженнифер. — Выглядит невероятно. Тони повернулся к ней, и его взгляд стал серьёзнее. — Я сделал эти костюмы, потому что знаю: вы не отступите. Вы будете сражаться, помогать людям. И я хочу, чтобы вы были в безопасности. Каждый костюм адаптирован под ваши способности, но главное — они объединяют вас. Он положил руку на плечо Дженнифер. — Ты готова примерить свой? Дженнифер на мгновение замерла, затем решительно кивнула. — Да. Готова. Тони нажал на панель управления, и манекен повернулся, освобождая костюм. Дженнифер осторожно взяла его в руки — ткань оказалась неожиданно лёгкой и приятной на ощупь. Она почувствовала, как внутри поднимается волна гордости и ответственности. — Спасибо, пап, — тихо сказала она. — Это больше, чем просто костюм. Это… обещание. — Именно, — улыбнулся Тони. — Обещание защищать. И обещание возвращаться домой. Я специально связался с ребятами, чтобы понять, как будет лучше.