Григорий Распутин. Кто же Вы?

Самый сильный приступ гемофилии у цесаревича произошёл осенью 1912 года в Спале. Прыгая в лодку, наследник оступился, упал и сильно ударился верхней частью ноги об уключину. В начале казалось, что это несчастье не будет иметь серьёзных последствий. Через неделю, проведённую в постели, наследник казалось поправился, но, после поездки в коляске на прогулку вместе с Государыней, по тряской дороге, болезнь возобновилась с небывалой силой. Обнаружилось сильное внутреннее кровоизлияние в паху, причинявшее больному нестерпимые мучительные боли. Лейб-медик д-р Е.С.Боткин вызвал из Петербурга лучших специалистов - профессоров Остроградского, Раухфуса и Фёдорова с его ассистентом др-м Деревенко. Им пришлось ждать четыре дня, прежде чем они смогли произвести тщательный осмотр больного, так как невыносимая боль не допускала этой возможности. На консультации они объявили состояние здоровья наследника безнадёжным. Профессор Фёдоров предупредил Государя, что кровоизлияние в области желудка продолжается и что конец может наступить ежечасно. По настоянию министра Двора графа Фредерикса Государь разрешил оповестить русский народ о болезни наследника и публиковать бюллетени о состоянии его здоровья. По всей необъятной России во всех церквах при огромном стечении народа ежедневно служились молебны о выздоровлении наследника. Казанский собор в С. Петербурге был полон молящимися днём и ночью. Три недели наследник находился между жизнью и смертью, день и ночь он мучительно стонал и даже часто кричал от нестерпимой боли. Для окружающих было настолько тяжело слышать постоянные стоны царственного страдальца, что иногда, проходя мимо его комнаты, они не могли удержаться и затыкали уши ватой. Между тем окружающая жизнь почти нисколько не изменилась. Официальные приглашения, завтраки и обеды не отменялись, так как Их Величества не хотели, чтобы настоящая болезнь Алексея Николаевича стала известна. Здесь впервые воспитатель наследника Пьер Жильяр был свидетелем необыкновенной выдержки, самообладания и силы воли Императора: "Несколько раз казалось, что Алексей Николаевич умирает. Однажды, сидя за завтраком, Государь получил записку от Государыни, которая оставалась с сыном. Прочтя записку, Государь сильно побледнел и знаком показал профессору Фёдорову встать из-за стола: императрица писала, что страдания маленького Алексея Николаевича настолько сильны, что можно ожидать самого худшего. Но Алексей Николаевич продолжал дышать и агония продолжалась. На следующий день, 10 октября, вечером, когда лица ближайшей свиты сидели в гостиной Государыни, бессильные чем-либо помочь, неожиданно в дверях появилась принцесса Ирина Прусская, сестра Государыни, приехавшая помочь и утешить сестру. Бледная, как полотно, она просила всех разойтись, так как состояние наследника было безнадёжно. Алексея Николаевича причастили Св. Таин, и бюллетень, отправленный в этот вечер в С. Петербург, был отредактирован в предвидении того, что следующий бюллетень будет содержать сообщение, что его императорское высочество наследник цесаревич скончался". А. А. Вырубова пишет в своих воспоминаниях: "Я вернулась обратно во дворец в 11 час. вечера; вошли Их Величества в полном отчаянии. Государыня повторяла, что ей не верится, чтобы Господь их оставил. Они приказали мне послать телеграмму Распутину (сибирский крестьянин Тобольской губернии, обладавший чудесным даром врачевания. Это был единственный человек, облегчавший страдания наследника и умевший прекращать его припадки гемофилии). Он ответил: "Болезнь не опасна, как это кажется. Пусть доктора Его не мучают". И действительно, через день кровоизлияние остановилось и наступило медленное выздоровление. Доктора были в недоумении, считали это явление с медицинской точки зрения необъяснимым и признали это исцеление чудесным. Один из позднейших американских исследователей писал: "Роль телеграммы Распутина в выздоровлении Алексея Николаевича в Спале считается одним из самых таинственных эпизодов всей легенды о Распутине". По книге E.E. Алферьева, "Император Николай II как человек сильной воли".