Точка невозврата

Я донёс её до машины скорой помощи, а в голове справлялся с кашей. Наверное, единственное, что выстраивалось в моем разуме пазлом, — ее предположительный диагноз. Отрыв внутренней мышцы правой ноги в зоне роста бедренной кости. Я понимал, что ее ждет. И, кажется, ломался по кусочкам. Софья для меня была как младшая сестра, у нас разница в возрасте 3 года. Когда она исполняла свой контент, я не на шутку волновался и боялся за эту девочку. Не могу сказать, что другие пациенты прошли мимо, меня тоже трясло. Ведь это спорт. Иногда я ненавижу себя за выбор именно спортивной медицины. Пусть и фигуркой я занимался много, но именно медицина помогала мне балансировать и не перевешивать спорт выше. В итоге я идиот. Мой кабинет казался душным. Я терялся в документах, а в глазах была жуткая мыльная картина. Спустя минуту я нашел ее карту, но меня отвлекли. - Жень, нам нужно поехать к Соне. Тебе особенно. - Да, да... Я понимаю. Сейчас я свяжусь с одним человеком... - Мы с Алексеем Николаевичем ждем тебя внизу. Поторопись. Я достал телефон и набрал Илью — однокурсника, с которым мы вместе начинали на лечебном факультете. Илья сейчас был в ординатуре по травматологии, постоянно пропадал в операционных. Если кто и мог решить вопрос с экстренной госпитализацией, то он. - Семененко? Вот уж не ожидал тебя услышать. - Илья, нужна помощь. Муравьёва Софья упала с тройного акселя. Отрыв связки правой голени, почти точно зона роста. Везут в Джанелидзе, я так понимаю. Илья помолчал секунду. - Диагноз твой или уже посмотрели? - Мой. Но я уверен. - Ладно. У меня там знакомый ординатор работает, Димон с параллельного потока. Сейчас позвоню, предупрежу. Как приедете — заходите через служебный вход, я подъеду через час, смену заканчиваю. - Спасибо, что выручил, Иль. - Не благодари. Лучше скажи, чем ты думал? Ты на неё в этом сезоне не настоял на полном обследовании? Я же тебе говорил после прошлого чемпионата — зона роста не шутка. Я замолчал. - Ладно. Не сейчас. Потом поговорим. Я сбрасываю и собираюсь. Снимаю халат и остаюсь в своей одежде, беру сумку с вешалки и закрываю кабинет. Машинально спускаюсь по лестнице и нахожу их глазами. Теперь мы уже все вместе садимся в мою машину и выезжаем в сторону Джанелидзе. *** Я, Татьяна, Алексей и лавочка у операционной. Мы сидим уже битый час, а я в себя прийти не могу. Хотя по моему внешнему виду не скажешь — все у меня внутри. Эта молчаливая обстановка не помогала мне сосредоточиться. В голове я все еще винил себя. - Евгений Станиславович, войдете? Я введу в курс дела. Я поднялся и вошел внутрь его кабинета. Привычный запах больницы сейчас не вызывал у меня хороших эмоций. Я сел на стул, и он сел рядом. - Отрыв связки внутренней мышцы правой ноги в зоне роста бедренной кости. Операция прошла успешно, но восстановление — долгое. Ты сам знаешь, Жень. - То есть... Она не сможет вернуться на лёд? - Ну, смотря по ее характеру. Если она будет упорно бороться — 8 месяцев так точно лед для нее закрыт. Я кивнул. В принципе, ничего нового для меня не прозвучало. Илья ворвался к нам. - Здорово, Диман. Что по пациентке? Дима пододвинул снимок ближе. - Отрыв в зоне роста. Шили, всё чисто. Но восстановление долгое. Илья подошёл к световому столу, посмотрел снимок. Потом повернулся к Жене. - Ты будешь вести её восстановление? - Мгм. - Хорошо. Пойдём, я тебя провожу к ней. Только сначала кофе выпью. Я три часа в операционной, есть хочу, спать хочу, и нахуй я вообще сюда приехал, не понимаю. - Спасибо. - Не благодари. Оплатишь пиццей. - Договорились. Они свернули в коридор, где пахло кофе и дезинфекцией. В конце коридора была палата номер восемь.