Красная шапочка

— Я сегодня сам тебя заберу. Хонджун залил кипятком чайный пакетик в кружке и поставил перед ещё сонным Сонхва. Тот глубоко зевнул и потёр глаза, кивнув мужу в знак благодарности. — Сам? А ты не должен быть на базе? — Должен, — ответил Хонджун, — Но я сегодня в ночь, так что отвезу тебя и сразу на дежурство. «Я сегодня в ночь.» Сонхва ненавидел туманы, и ещё больше ненавидел то, что в них приходится отпускать Хонджуна. Но за окном даже с утра уже светило солнце, и в доме будто тоже стало чуть теплее, а резкие скачки температуры неизбежно приносили туманы. Вместе с ними приходили и оголодавшие, злые и просто дикие гибриды. В обычное время в город они не совались — встречи с охотниками редко заканчивались для них победами. Зато в тумане у них резко появлялся ряд преимуществ, которые помогали им выслеживать даже охотников. Именно поэтому в такие сезоны остальных горожан настоятельно просили оставаться дома, пока погода не стабилизируется. Сонхва посмотрел за окно: пока пейзаж — если так можно назвать ту унылую серую картину снаружи — всё ещё был ясным. Он снова вспомнил про Минги, который сейчас привязан к одной точке в городе, и толком не мог от неё отойти. С одной стороны, туман может позволить ему уйти куда-то ещё, с другой может попросту его убить, если он не будет достаточно осторожен. Охотники в это время стреляют на поражение без лишних вопросов, едва различат в человеке гибрида. Сонхва вздохнул, глядя в кружку с чаем и мысли вдруг снова потянуло не туда. После туманов в числе жертв оказывались и городские гибриды, а значит, Минги грозит опасность не только со стороны охотников. К тому же в их районе уже заметили того убийцу, и если с ним встретится изолированный Минги… — Хва, всё в порядке? Обеспокоенный голос Хонджуна не дал додумать самые страшные сценарии. Тот стоял напротив стола и уже минуту смотрел на резко замолчавшего Сонхва. Пришлось кивнуть и поглубже втянуть воздух, чтобы прочистить мысли. — Просто эти туманы… — расплывчато начал он, — Снова сидеть и до утра ждать твоего звонка. Его голос дрогнул, едва он вспомнил про опасность для собственного мужа. Гибрид ещё может сбежать или дать бой, но у человека надежда только на оружие и точные выстрелы. И если Хонджун встретится с тем маньяком лицом к лицу… — Всё будет хорошо, помнишь? — Хонджун уже опустился рядом на корточки и взял Сонхва за руку. — Он уже убил одного из охотников, — тише добавил Сонхва. Хонджун на секунду замолчал, вспоминая последние радиоэфиры, но информация никак не разглашалась. — Откуда ты знаешь? Сонхва пожал плечами. — Люди говорят, — он откинулся на спинку стула и опустил глаза, — Среди родителей слухи ходят. Хонджун вздохнул. Он до последнего надеялся, что до Сонхва это не дойдёт, но от утечек никто никогда не застрахован. — Он был молод, Хва, — негромко начал он, — И совсем недавно заступил на службу. Просто оказался не в то время и не в том месте, к сожалению. Сонхва кивнул головой, хотя слова эти утешения не приносили. — Я ведь не просто так стал капитаном, да? — попытался подбодрить его Хонджун, — Я справлюсь. Мне есть, ради чего стремиться к жизни. Он поднёс ладонь Сонхва к губам и мягко поцеловал её. Затем поднял голову и посмотрел на мужа снизу вверх, пока тот наконец не улыбнулся. — Будь осторожнее, Хон, — почти шёпотом попросил он, — Я не знаю, как я буду жить, если что-то случится. Хонджун только кивнул и обхватил руками его бёдра, уложив голову ему на колени. Когда Сонхва закончил с завтраком, он отвёз его к школе и вернулся домой, чтобы отоспаться перед ночной сменой. Сонхва же весь день не сводил глаз с окна, где в окружении серых пятиэтажек виднелся самый край бассейна. К обеду он вдруг понял, что после школы никак не успеет зайти к Минги. Сразу после уроков его ждали на другом конце города, и перенести занятие у родителей не получилось. А вечером Хонджун заберёт его лично, и любое отклонение от привычного маршрута обернётся десятком неудобных вопросов. Но еды гибриду должно было хватить на пару дней, а значит, если он придёт к нему завтра, то ничего страшного не случится. Но завтра ему уже во что бы то ни стало нужно попасть к Минги — последний учебный день перед каникулами, а дальше запрет на выход из дома в лучшем случае на неделю, если туман в этом году не затянется. Сонхва вздохнул, но в его положении это было единственным безопасным решением. План в голове созрел ещё утром: он скажет Минги свой адрес и сможет передавать ему еду через окно, пока Хонджун на ночных дежурствах. Может быть, переложит вербену на подоконник, если та действительна способна маскировать запахи. Довольный собой он дождался конца рабочего дня и отправился к детям, и когда он вышел от последнего ученика, Хонджун уже ждал его у дома. Сонхва сразу заметил знакомый силуэт и охотничий пикап, который в этом городе перепутать было не с чем. По дороге домой он просто смотрел на улицы города, рассказывая Хонджуну, как прошёл день и как рады были дети новостям о каникулах. Малыши ещё не привыкли, что весенние каникулы в их городе — вовсе не повод для радости, и что каждый год их смещают не по прихоти правительства, а подстраивая под туманный сезон, чтобы дети пропускали как можно меньше учебных дней. За этими разговорами они и подъехали к дому, и Хонджун, даже не поужинав, отправился собираться на дежурство. Сонхва стоял в коридоре и смотрел, как муж ходит из комнаты в комнату, собирая в рюкзак вещи и на ходу поправляя форму. — Двери и окна запри. Никому не открывай. — Хорошо. — Ночью к окнам не подходи и свет без надобности не включай. — Не буду. Сонхва отвечал на автомате. Из года в год эти слова звучали одинаково. Хонджун повторял их перед каждой ночной сменой, когда приближались туманы. Сонхва знал их наизусть, но не перебивал, прекрасно понимая, что они нужны скорее самому Хонджуну для его собственного успокоения. — Если что-то услышишь или увидишь — шум, скрежет, крики, не важно — не тяни, сразу звони на базу. Номер 447, — проговаривал он как мантру, —Уён будет там. Он пошлёт людей прочесать район. — Хорошо. — Если кто-то будет рядом с домом — не включай свет, не подходи к окнам и не шуми, — продолжал Хонджун, — Если гибрид тебя заметит, он уже не отступит. — Есть, сэр. Хонджун остановился и посмотрел на него с лёгкой ухмылкой. — И не поясничай. — Да, сэр, — улыбнулся Сонхва. Хонджун подошёл ближе, коротко поцеловал его в губы и дёрнул молнию куртки. — Я просто волнуюсь. — Я знаю, — мягче ответил Сонхва, — Но это не мне всю ночь серийного убийцу выслеживать. Хонджун закинул рюкзак на плечо и взял его за руку. — Я буду в порядке. — Я тоже, — Сонхва сжал его пальцы. Хонджун оставил ещё один поцелуй на его щеке и двинулся к двери. — Если придётся вызывать отряд — говори коротко и по делу, — не унимался он, — Адрес, что произошло, своё имя. — Помню. Хонджун спрятал петли шнурков внутрь и выпрямился. — Я поехал, — он щёлкнул замком, — Утром позвоню, как доберусь до базы. — Позвони сразу, ладно? — попросил Сонхва, когда тот уже вышел на крыльцо. — Хорошо. Хонджун ещё раз притянул его к себе, поцеловал быстро, но крепко. — Запри всё, что запирается. — Обязательно, — тихо улыбнулся Сонхва. — Люблю тебя. — И я тебя люблю. Сонхва дождался, когда прогремит замок на калитке, запер дверь и закрыл все три запора. Шум мотора прокатился по двору, и пикап отъехал в сторону базы. Дома вдруг стало необычно тихо. Сонхва прошёлся по комнатам, проверил окна и запер на них ставни. За столько лет в этом доме ничего не случалось, но действия были совсем простыми, и при этом добавляли ощущения безопасности. К тому же Хонджун действительно волновался, и из банального уважения к нему, Сонхва всегда обходил весь дом дважды. В такие ночи занять себя было сложно, а завтра ещё предстоял рабочий день и ждать звонка Хонджуна до утра было неправильно. К тому же в запертом со всех сторон доме становилось очень неуютно, поэтому он выпил кружку чая и лёг в кровать с детскими сочинениями. Но уже спустя четыре рассказа о планах на каникулы, два из которых явно были списаны друг у друга, глаза начали слипаться. Сонхва потёр их ладонью и бросил взгляд на часы — полночь. Сонхва поднялся с постели и направился в кухню за последней кружкой чая перед сном. Синий огонь газа мягко подсветил дно чайника и Сонхва встал рядом с плитой в ожидании кипятка. И только тогда, в полной тишине, он услышал этот звук — размеренные глухие шорохи в аккурат за кухонным окном. Он замер и прислушался. Звук не прекращался и только смещался будто от одной стены дома к другой. Во дворе кто-то был. Сонхва развернулся и глазами проследил за тихими шагами за стеной, пока те не остановились… прямо напротив окна. Пара секунд тишины и по деревянным створкам прошёлся резкий глухой удар и скрежет куда-то под окно. Сонхва вздрогнул, но сжал зубы, чтобы не издать ни звука. «Если кто-то будет рядом с домом — не включай свет...» Сонхва погасил газ. «…не подходи к окнам…» Хоть и стоял он далеко от окна, всё равно сделал назад ещё пару шагов. «…и не шуми.» По дереву снова провели чем-то твёрдым, а затем раздался тихий стук, будто спрашивая разрешения войти. Сонхва зажал рукой рот. Его взгляд словно магнитило к запертым деревянным створкам, и он никак не мог развернуться полностью. Сердце бешено заколотилось, моргать совсем не получалось, будто потеряй он окно из виду хоть на секунду и неизвестный тут же попадёт внутрь. «Если что-то услышишь или увидишь — не тяни, сразу звони на базу.» Он заставил себя как можно спокойнее выйти обратно в коридор и добраться до телефона. Дрожащими пальцами он снял трубку и снова прислушался к шорохам во дворе. Тихо. «Номер 447.» Только в этот момент Сонхва очень чётко понял, для чего Хонджун повторяет одни и те же слова, в одном и том же порядке несколько лет подряд. Правда от его голоса в голове сейчас почти наворачивались слёзы. — Чон Уён, Восточный охотничий отряд, — послышалось из трубки. Но прежде, чем Сонхва успел заговорить, на крыльце послышались медленные, тяжёлые шаги. Они остановились у самой двери и следом раздалось глубокое, будто намеренно шумное дыхание. Сонхва зажал динамик трубки, из которой всё ещё доносился глухой голос Уёна. «…и не шуми. Если гибрид тебя заметит, он уже не отступит.» Сонхва медленно протянул руку и нажал на рычажок, сбросив звонок. Он уставился на входную дверь в нескольких шагах от себя. Он сам не понял, сколько так простоял, но в конце концов лестница крыльца снова заскрипела и звук шагов направился в другую сторону дома. Сонхва не стал терять времени и тут же набрал номер базы снова. — Чон Уён, Восточный охотничий отряд, — прозвучал всё такой же ровный голос. —Уён… Это Сонхва. У нас… Из гостиной за спиной снова раздался стук по деревянным оконным створкам. Сонхва опустился на пол рядом с телефоном и снова закрыл себе рот. Глаза уже горели, из последних сил сдерживая слёзы, но голос Уёна не дал пропасть в этом чувстве. — Сонхва? Что произошло? Он сглотнул и набрал в грудь воздуха. — У нас рядом с домом… кто-то ходит. — Я сейчас вышлю людей, — ответил твёрдый голос, — Не включай свет, не шуми и не подходи к окнам. Странно, но знакомая строчка правил сейчас почему-то успокаивала. — Уён… Он в окна скребётся, — Сонхва сжал губы. Стоило моргнуть и по щеке покатилась горячая слеза. Он задержал дыхание, лишь бы не дать себе расплакаться. Ни в коем случае нельзя себя выдать. В трубке на секунду повисло молчание. — Сонхва, послушай меня внимательно, — продолжал Уён, — Я сообщу капитану, он скоро будет на месте. Сиди тихо, постарайся отдышаться и ни на что не реагируй. Не дай ему понять, что в доме кто-то есть и всё будет хорошо. Сонхва закивал головой, будто Уён мог его увидеть. — Ты слышишь меня? — Да. — Я высылаю к тебе людей, потерпи. В трубке послышались гудки и Сонхва прижал её к груди, повернув голову в сторону гостиной. Уён не медлил ни секунды. Он раскрыл карту, нашёл на ней дом капитана, тут же взял в руки рацию. — Восточный округ, первый сектор, срочно нужен патруль, — говорил сосредоточенный голос, — Гибрид у жилого дома, адрес… Хонджун не сразу осознал название улицы, а когда услышал, тут же связал с номером дома. Секундный ступор, и он быстро нашёл глазами Сана, окрикнул его и рванул к машине. — Сектор один временно без патруля, работаем по кругу, — шипела рация, — Четвёртый тоже пустой, людей не хватает. Глаза Уёна забегали по карте. Но как бы он ни пытался найти самый быстрый вариант, ближайшая группа из второго сектора будет на месте в лучшем случае через десять минут. «Он в окна скребётся.» Не ходит по двору, не вынюхивает, не стоит напротив дома — он уже пытается пугать, а значит, выбрал цель и просто так теперь не уйдёт. Десять минут могут стать фатальными. Он снова поднял рацию к лицу. — Второй сектор, доложите время. — Дорога заблокирована, объезжаем, — пришёл ответ, — Пятнадцать минут, будем на месте. Пятнадцать минут. С другого конца района уже ехал капитанский пикап. Хонджун сжимал руль так, что побелели пальцы, и пытался держать дыхание ровным, но получалось это с большим трудом. Всё не может закончиться так. Сонхва будет в порядке, он знает, что делать. Он же доложил отряду, значит, всё под контролем. Мысли неслись одна за другой, и он едва успевал следить за дорогой. Сан молча сидел рядом, глядя перед собой и от нервов кусая губы. Уён, оставленный на базе под строгим запретом на выход, стучал пальцами по столу и без конца смотрел на карту, на маленькую точку, где стоял дом капитана. Сонхва сейчас должно быть сильно напуган. Дать отпор этой огромной твари не может даже человек с подготовкой — Уён своими глазами видел его жертв, и Сонхва с ним просто не справиться. Он дома совсем один, и даже если попытается выбраться, гибрид не даст ему уйти. Пятнадцать минут. На машине от базы минут пять езды. Капитан сказал оставаться на месте, но он сам же не переживёт, если с Сонхва что-то случится. Будь это кто-то другой, у Уёна не колотилось бы сердце, но речь не о «ком-то». Речь о том, кто помогал им всем ещё совсем зелёными стажёрами. Сонхва столько сделал для каждого из парней, что Уён просто не имеет права оставаться на месте, когда тому впервые самому нужна помощь. Он резко поднялся с места, схватил ключи от пикапа и двинулся к выходу. Последние сомнения отпали уже в машине, когда из рации доносился один голос за другим, и все они по-прежнему оставались слишком далеко. Улицы быстро промелькнули перед глазами, и уже на подъезде к дому стало понятно, что ситуация вышла из-под контроля. Уён заглушил мотор и вышел из машины, когда услышал тяжёлые удары по дереву. Он всмотрелся в тёмный двор и в тусклом свете от дальних фонарей наконец различил массивную мужскую фигуру, вплотную стоящую у самой двери. Уён на секунду замер и потянулся за пистолетом. Ребята не преувеличивали, когда говорили, что эта тварь больше него втрое. Но делать было уже нечего — если он отступит сейчас, то отряды могут не успеть. Гибрид двигался медленно, всем весом напирая на дверное полотно, которое ещё как-то держало оборону, но в любой момент могло распахнуться. Он попробовал окрикнуть гибрида, чтобы переключить его внимание на себя и увести от дома, но тот даже не обернулся. Тогда Уён сделал шаг во двор, держа волка на прицеле, и попытался подойти ближе, подбирая расстояние. И когда он оказался уже почти у самого крыльца, гибрид наконец повернулся и в тот же момент раздался первый выстрел. Волк взревел и резко развернулся, бросившись с крыльца к Уёну, одним движением придавив его к земле. Тот не успел даже двинуться, как сильная рука уже подняла его в воздух и швырнула на крыльцо. Сонхва не сразу понял, что в звуках снаружи что-то поменялось. К тому моменту он уже закрылся в гостиной с кухонным ножом, как учил Хонджун, и прислушивался к каждому звуку, выжидая момент, чтобы уйти через окно. Прямо за ним в их заборе была лазейка — путь к спасению на случай, если в доме что-то произойдёт. Он прислушивался к звукам в коридоре, пытаясь понять, в какой момент дверь начнёт поддаваться, как вдруг раздался странный хлопок и с крыльца раздался страшный рёв. Буквально тут же грохот по двери повторился и рядом с ней что-то упало. Сонхва осторожно выглянул из гостиной, и покрепче сжав в руке нож, двинулся ближе. С той стороны кто-то громко выругался, и в следующую секунду в дверь с глухим ударом что-то впечатали так сильно, что по ней прошла дрожь. Сонхва отшатнулся, но не отступил, пытаясь понять, что происходит снаружи. Но следом послышался треск рации, и этого хватило, чтобы внутри Сонхва резко похолодело. — Уён?.. — сорвалось негромко с губ. — Не подходи! — резко крикнули с той стороны. Но он уже стоял у самой двери, и в ту же секунду что-то снова с силой ударило в неё снаружи, и на этот раз вместе с глухим грохотом раздался сдавленный крик, который перешёл в болезненный ор. Сонхва затрясло, он машинально шагнул назад и закрыл рот рукой, в ужасе глядя на дверь. Их разделяли считанные сантиметры дерева, а он ничего не мог сделать. — Уён! — сорвался голос, но ответа не последовало. Тяжёлое дыхание, дрожащая дверь и звуки борьбы, от которых хотелось спрятаться ещё дальше, чем просто в гостиной. Сонхва сжал рукоять ножа и глубоко выдохнул, вновь шагнув к самой двери. — Во двор! — крикнул он во весь голос, — Откинь его во двор! Через несколько долгих секунд раздался ещё один выстрел совсем рядом с дверью, а за ним холодящий душу рёв. Давление на дверь тут же ослабло и Сонхва в тот же момент не думая сорвал все три засова. Дверь распахнулась, он схватил Уёна за куртку и буквально втащил его внутрь за шкирку. Уён шатнулся и навалился на стену, пока Сонхва попытался захлопнуть дверь обратно. Но не успел он задвинуть первый замок, как в проём пролезла обросшая шерстью лапа, и Уён тут же бросился к двери, наваливаясь на неё всем весом. Сонхва почти интуитивно ударил ножом, чувствуя, как лезвие входит в чужую ладонь и тут же выскальзывает обратно. Рёв прокатился по двору с новой силой, но этих секунд хватило, чтобы задвинуть замки. Сонхва обернулся и молча указал на комод. Уён не задумываясь кинулся к нему и рванул от стены. Когда дверь была заблокирована, Уён снял с пояса рацию и сунул её в руки Сонхва. — На чердак, — выдохнул он, — Быстро. Свяжись с капитаном. Сонхва бросил взгляд на дверь, но Уён не дал ему медлить. — На чердак! Сонхва мотнул головой, приводя в порядок мысли и на уже дрожащих ногах направился к лестнице. Он поднялся на чердак, захлопнул за собой люк и опустился рядом на пол. Сквозь небольшое окно, выходящее на крышу, виднелась едва различимая, тонкая полоска от лунного месяца. Новолуние. В такие моменты цикла гибриды должны быть слабее, но равномерные грузные удары снизу совсем не казались слабыми. И если сейчас он творит подобное, то что будет через пару недель, когда луна станет полной, а город погрузится в туман? Руки задрожали, даже дышать удавалось с трудом, но он на секунду закрыл глаза и наконец нажал на кнопку рации. — Хон… — голос вышел хриплым, и он сглотнул, — Он выламывает дверь, но я на чердаке. В машине и без того висела напряжённая тишина, но стоило в ней прозвучать знакомому голосу, как Хонджун и Сан разом повернулись в сторону рации. Руки в момент ослабли, но капитан немедленно сдавил руль снова. — Чья это рация? — тихо спросил Сан, — Второй сектор ещё в пути. Хонджун знал, чья это рация. Знал и с силой стиснул зубы, сдерживая накатывающую злость. Он зажал кнопку. — Хва, кто с тобой? — Уён. Он внизу держит дверь. Сказал уходить на чердак и связаться с тобой. Рваный глубокий вдох не дал страху, гневу и панике расползтись по груди. Он знал, что рано или поздно Уён не усидит на месте ровно и ему придётся найти задание, но не рассчитывал, что это будет в такой момент. — Запри чердак. Запри и ни в коем случае не открывай, — проговорил он, — Что бы ни происходило внизу, Хва, не открывай дверь. Сонхва сжал губы, прекрасно понимая, что стоит за этим «что бы ни происходило внизу», но думать об этом сейчас было нельзя. — Где вы?... — выдавил он. — Две минуты, Хва. Продержитесь две минуты. Сонхва сжал рацию и задержал дыхание, лишь бы не дать себе сорваться. Слёзы уже подступили, но он упрямо поднял голову и моргнул, заставляя себя прийти в чувство. Снизу всё ещё доносилось хриплое тяжёлое дыхание и глухие удары в дверь, которые становились всё быстрее и злее, будто зверь чувствовал, что время уходит. Он запер люк в полу, как и просил Хонджун, и встал рядом с окном, чтобы в случае чего иметь выход наружу. Его пугало то, с какой точностью в голове всплывают все советы и указания мужа, не позволяя ему скатиться в панику. Но ждать долго не пришлось, уже спустя минуту за окном раздался шум мотора, а следом и выстрел. Сонхва вздрогнул и сделал шаг от окна в сторону. Тут же раздался второй, затем крики и звериный рёв, который быстро смещался от двери куда-то в сторону двора. Каждую секунду звуков становилось всё больше, и в какой-то момент Сонхва перестал понимать, что происходит и просто опустился на пол, обхватив себя руками. Он не двигался, пока во дворе наконец не стало тише. Снизу донёсся скрежет комода по полу и металлические щелчки дверных засовов. Послышался взволнованный голос Сана, а затем и стук в чердачный люк. — Хва! Открой! Ты в порядке? Знакомый голос уже казался чем-то нереальным. Сонхва подполз к люку и сорвал засов, поднимая и откидывая тяжёлую крышку. Хонджун поднялся на несколько ступенек, и не говоря ни слова, схватил его за плечи, крепко прижимая к груди. Сонхва затрясло. Он выронил из рук нож, бессильно уткнулся лицом в плечо мужа и сорвался в сдавленные рыдания, сдерживать которые больше не было ни сил, ни необходимости. — Всё, — тихо сказал Хонджун, прижимая его сильнее, — Я здесь. Голоса снизу не давали расклеиться окончательно и Сонхва глубоко задышал, отстраняясь и давая капитану закончить его работу. Хонджун приподнял его лицо и заглянул в глаза, убеждаясь, что всё в порядке. — Ты не ранен? Сонхва закачал головой и быстро стёр с лица слёзы. Своё собственное состояние его сейчас мало волновало, потому что снизу всё ещё доносился обеспокоенный голос Сана. — Уён?.. — тихо спросил Сонхва. Хонджун глубоко вздохнул и прикрыл глаза, недовольно скривив губы. — Живой он, — коротко ответил он и развернулся к люку, — Пойдём вниз, я отпущу людей. В коридоре перед входной дверью уже горел свет. На стуле рядом со сдвинутым комодом сидел Уён — с обнажённым торсом и весь в крови. Разодранная куртка валялась на полу рядом, а светлая форменная футболка уже была пущена на быстрые перевязки. Сан стоял перед ним на колене и затягивал одну из тканевых полос на его талии, и та медленно пропитывалась новым слоем крови. Уён сидел, тяжело дыша, и краем глаза заметил, как в коридоре появился капитан. Он повернул голову, всё ещё надеясь увидеть в его лице хоть тень беспокойства, но встретился только с прямым холодным взглядом. Он отвернулся, сжав зубы. — Я приказал тебе оставаться на базе, — прозвучал до пугающего спокойный голос, — Ты решил, что мои приказы тебя не касаются? Уён смотрел в одну точку на полу, на мгновение поймав на себе взгляд Сана снизу. — Нет, капитан, — процедил он сквозь зубы, но удержать за ними язык не смог, — Я решил, что жизнь вашего мужа стоит того, чтобы вас ослушаться. В коридоре стало тихо. Сан замер, так и не дотянув ткань до узла и боясь даже лишний раз дёрнуться. Хонджун тоже молчал, всё так же спокойно и прямо глядя на израненного Уёна. И только по тому, как сильнее сжалась его челюсть, можно было понять, как многое ему пришлось сдержать. — Хорошо, — сказал он, — Но учти, что самовольные решения не приветствуются на серьёзных заданиях. Лицо Уёна помрачнело, но взгляда он не поднял. — Если так нравится сидеть на базе — сиди дальше, — продолжал размеренный голос, — В патруле мне нужны люди, которые не ставят приказы капитана под сомнение. Уён отвечать не стал, где-то внутри понимая, что Хонджун прав. Они работали вместе уже несколько лет, и это не первый выговор, который он получал. Но Сан сильнее, чем хотелось, дёрнул повязку и поднял голову. — Он защищал Сонхва! — резко бросил он, поворачиваясь к капитану. — Сан, — тихо одёрнул его Уён, но тот не послушал. — Нет, это несправедливо, капитан, — не унимался он, сжимая ткань в руках. — Я не спрашивал твоё мнение, — ответил Хонджун, встретившись с ним взглядом. — Нет, но молчать я не могу, — настаивал Сан, — Вы бы молчали, если бы ваш муж истекал кровью? Уён распахнул глаза, едва заметно напрягся, а затем осторожно поднял руку и коснулся пальцами колена Сана. Когда тот обернулся, он чуть покачал головой, умоляя замолчать. — Сонхва не истекает кровью, потому что знает правила, — голос Хонджуна стал заметно жёстче, — Он слушает то, что я говорю, запоминает и чётко этому следует. В отличие от твоего парня. Под взглядом Уёна Сан сжал челюсть, но всё же опустил голову, возвращаясь к перевязке. Перед глазами встало сосредоточенное лицо капитана в машине и то, как даже в том разговоре с Сонхва по рации он умудрился остаться спокойным. — Я много раз говорил вам обоим не мешать личное и профессиональное, — продолжил он, — Если это настолько сложно, то одному из вас лучше сразу уйти. — Простите, капитан, — тут же отозвался Уён, всё ещё глядя на Сана, — Больше не повторится. Хонджун ещё раз посмотрел на них двоих, выдохнул и повёл плечами, снимая напряжение. — Заканчивайте перевязку и возвращайтесь на базу. Сан резко затянул последний узел и поднялся на ноги. — Я уже закончил, — сказал он, помогая Уёну подняться. Говорить больше никто ничего не стал. Через пару минут патруль и Сан с Уёном вышли со двора и сели по машинам. Пикапы отъехали обратно на базу, и в доме снова стало тихо. Сонхва всё это время стоял за капитаном, навалившись на стену. Ему нечасто удавалось видеть Хонджуна в работе, но даже когда это случалось, он никогда не вмешивался. Сонхва мог шутить с ребятами, когда они встречались у них дома, мог беспокоиться о них и разговаривать по душам. Бывало, что он даже защищал их перед капитаном, но всегда строго наедине. Непосредственно в дела отряда он не лез. Но эта ситуация смутила даже его. Он не понимал, почему Хонджун злится, если Уён только что рисковал ради него жизнью. И когда все наконец разъехались, он решился заговорить. — Хон... — осторожно начал он, — Зачем ты так с ним? Он хотел помочь. — Да, очень помог, спасибо ему большое, — сказал Хонджун, запирая дверь. Сонхва знал этот тон. Он посмотрел на мужа, который всё ещё был на взводе, но не отступил. — Он сам говорил со мной по телефону, — мягче продолжил он, — Наверное, просто испугался за меня, поэтому и поехал— — У него был приказ сидеть на базе и не высовываться, — перебил Хонджун. — Он просто хотел помочь— — Приказ есть приказ, Сонхва! — сорвался Хонджун, резко обернувшись, — Я не просто так их отдаю! Сонхва застыл на месте и Хонджун замолчал, увидев его растерянные глаза и дрогнувшие губы. Он никогда не кричал на него раньше, и выбрал откровенно худший момент, чтобы начать. Сонхва сглотнул. Если бы не Уён, эта ночь могла бы закончиться совсем иначе. Он слышал этот грохот с крыльца, этот треск дверных петель после каждого нового удара, и видел разодранный бок Уёна, которого не спасло даже наличие при себе оружия. — Я мог погибнуть... — почти шёпотом сказал Сонхва. У Хонджуна сжало в груди так сильно, что занемели пальцы. Страшное осознание, которое он так усердно игнорировал весь последний час, вдруг резко ударило в голову, и он попытался его сглотнуть. Сонхва мог погибнуть. Этой ночью он мог вернуться в пустой дом. Он подошёл к мужу и аккуратно притянул к себе, чувствуя, как теперь уже и к собственным глазам подкатывают слёзы. Сонхва обвил руками его шею и тот спрятал лицо у него на плече. Чувство вины, стыда и ужаса накрывали по очереди, пока Сонхва старался удержать ровное дыхание и гладил его по волосам. — Если бы ты не успел его впустить, его бы просто задрали, — продолжил он шёпотом, — Ты видел его раны, мы бы не успели. А теперь эта тварь будет его выслеживать. Мне даже в пару ни с кем его не поставить, их обоих тогда убьют. Сонхва не двигался, только слушал, чуть раскачиваясь на ногах и позволяя Хонджуну наконец выговориться. — Столько человек полегло за эти пару лет... — он сглотнул и почти не слышно добавил, — Я не хочу хоронить кого-то из своих. — Хон... Сонхва крепче сжал его в своих объятиях. Он знал, какую ответственность Хонджун чувствует за этих людей и знал, что он действительно не простит себе, если однажды примет неверное решение. С годами это его беспокойство только усиливалось, и усугубляющаяся обстановка в городе этому совсем не помогала. С каждым годом желание уехать проникало всё глубже, но говорить об этом вслух ни один из них не хотел. — Что я за капитан, если не могу уберечь ни тебя, ни отряд, — сквозь стиснутые зубы проговорил Хонджун. — Ты хороший капитан, Хон, — звучал мягкий голос Сонхва, — Все по итогу живы. Всё могло закончиться куда хуже. Хонджун закачал головой, но так её и не поднял и только крепче сжал руки на его талии. — Два сектора, включая наш, остались без патруля, а моему человеку пришлось ехать в одиночку и рисковать жизнью, — он отстранился и глубоко вдохнул. — У всех отрядов не хватает людей, это общая проблема, Хон, а не твоя вина, — Сонхва взял его лицо в руки и заставил смотреть на себя, — Твой человек рискнул жизнью, чтобы выиграть для вас время. И его решительность — твоя заслуга. Хонджун смотрел в чистые, искренне обеспокоенные глаза Сонхва и вдруг задумался, как так вышло, что тот вообще согласился когда-то за него выйти. Он пережил страшную ночь, нападение огромного гибрида в запертом доме, а теперь всё равно спокойно стоит и так честно волнуется, пока капитан охотничьего отряда расклеивается у него на плече. Он должен был приехать раньше. Должен был быть рядом и остановить этот кошмар, а не слушать по рации, как любимый человек в страхе прячется в их собственном доме. Он снова устало обнял Сонхва. Он закрыл глаза и задержался так на несколько секунд, оставив на его шее пару нежных, извиняющихся поцелуев. — Я буду стараться лучше, Хва, — тихо сказал он, — Я не позволю этому случиться снова. Сонхва эти слова показались слишком уверенными, учитывая, что впереди туманный сезон, а Хонджун будет регулярно уходить в ночные дежурства. Но уже в следующую секунду всё встало на свои места. — Собери вещи, — сказал он, отстраняясь, — Я отвезу тебя к бабушке. Такая резкая смена темы сначала выбила Сонхва из колеи, но затем пришло сразу несколько неприятных осознаний. И странно, что первым оказалось не неудобное расположение её дома, не сомнительное соседство в однокомнатной квартире, а… Минги. Если дома у Сонхва ещё был шанс помочь ему пережить туман, то в квартире, в другом районе, прямо рядом с охотничьей базой, эта вероятность буквально сводилась к нулю. И если по району теперь разгуливает агрессивный раненый гибрид… — Хва, он запомнил это место и наверняка вернётся, — Хонджун осторожно взял его за руку, уловив обеспокоенный взгляд мужа, — Это временно, ладно? На пару недель, пока туман не осядет. — Он ещё даже не опустился, — слишком быстро ответил Сонхва и тут же осёкся, — Просто… я не хочу уезжать из дома. — Я всё понимаю, — мягче сказал Хонджун, — Но у меня сердце не выдержит ещё одной такой ночи. Сонхва тяжело выдохнул. Спорить с мужем было сложно — логика и здравый смысл были на его стороне. Но уехать сейчас и не предупредить Минги он не мог. — Хорошо, — наконец выдохнул он, — Завтра после школы сразу соберусь. Хонджун нахмурился, решив, что Сонхва неверно его понял. — Я хотел отвезти тебя сейчас. — Посреди ночи? Сердце бабушки такого тоже не выдержит, — нашёлся Сонхва, — И он не вернётся сейчас, Хон. Он ранен и тут только что была толпа охотников. Сонхва говорил быстрее обычного, но в целом возразить ему не получалось. Гибрид действительно скорее спрячется, и на какое-то время дом будет безопасен. И всё же что-то в его взгляде не давало покоя. Но Хонджун лишь устало вздохнул. Похоже пару и правда выбирают себе под стать, иначе такую упрямость объяснить уже не выходило. Он провёл рукой по лицу. После всего, что произошло этой ночью, настаивать он не мог. — Ладно, — тихо сказал он, — Давай обсудим всё утром. Нам обоим нужно поспать. Сонхва кивнул, и спустя двадцать минут они уже лежали в кровати. Однако уснуть за ночь Хонджун так и не смог, без конца прислушиваясь к любому шороху с улицы. Сонхва тоже полночи провёл в собственных мыслях и до самого рассвета перед его глазами стоял холодный школьный бассейн.