Коэффициент критических ошибок

Работа в МЧС приучила Кацуки к одной простой истине: если в уравнении присутствуют дилетанты и сжиженный газ, взрыв — это лишь вопрос времени. А если в этом расчете участвует еще и Изуку с его вечным «а что, если...», то время сокращается до наносекунд. — Так, руки убрали! Оба! — рявкнул Кацуки, когда Денки потянулся к вентилю баллона с жидким азотом. — Каминари, если ты сейчас замкнешь свои кривые контакты прямо над емкостью, мы все превратимся в ледяные статуи для украшения сада Яойорозу. Отойди на три метра. Нет, на пять. Денки, икнув в последний раз, послушно попятился, прижимая к груди моток проводов и самодельный пульт управления. Идея «инженеров» была по-своему гениальной и одновременно безумной. Они соорудили систему из садовых распылителей, подключенных к резервуару с азотом. По задумке Изуку, в момент кульминации праздника над центральным фонтаном должно было подняться густое, кипенно-белое облако тяжелого тумана. А Денки, проложивший по периметру чаши мощную светодиодную ленту, должен был подсветить эту дымку изнутри короткими вспышками, имитируя мерцание грозовой тучи. — Кацуки-сан, я всё трижды перепроверил в чертежах! — робко подал голос Изуку, делая шаг вперед. Изумрудный бархат его пиджака опасно зашуршал совсем рядом с локтем Бакуго. — Давление в переходнике не превысит норму, если подавать газ порционно... — Твои чертежи, задрот, обычно заканчиваются вызовом моих профессиональных коллег на спецтехнике, — отрезал Кацуки, но голос прозвучал уже не так яростно. Он сам склонился над установкой, проверяя герметичность соединений. Широкие плечи в графитовом пиджаке почти полностью закрывали Изуку от баллона. Бакуго работал уверенно и четко: перетянул хомуты, проверил клапан и лично заменил хлипкий пластиковый переходник на стальной, который предусмотрительно выудил из «аварийного набора» в багажнике машины. — Стойте, вы меняете угол распыления? — Изуку подался чуть ближе, почти заглядывая Кацуки через плечо. От него снова повеяло тем самым нежным ароматом свежести, который на открытом воздухе казался еще более сводящим с ума. Несколько выбившихся из пучка кудряшек коснулись щеки Кацуки, и тот на секунду замер, чувствуя, как по затылку пробежал жар. — Если оставить старый угол, ваш «туман» накроет гостей вместе с закусками, — прохрипел Кацуки, стараясь не смотреть на лицо Мидории, оказавшееся слишком близко. — Отойди, Деку. Ты мешаешь. — Ой, простите! — Изуку отпрянул, густо краснея, но взгляда не отрывал. — Вы так быстро во всем разобрались... Это... это действительно впечатляет. Кацуки проигнорировал комплимент, хотя внутри что-то довольно заурчало. Он закончил с последним креплением и выпрямился. — Значит так. Каминари, твоя задача — только свет. Никаких искр и коротких замыканий. Шото, ты на подстраховке: если туман поползет слишком быстро к людям — будешь махать вот этим тепловым вентилятором, чтобы его рассеять. Понял? Тодороки, державший в руках мощный строительный фен — бог знает, где они его откопали в разгар светского вечера, — коротко кивнул с абсолютно невозмутимым видом. Кацуки даже не стал задаваться вопросом, откуда взялся этот инструмент и как он оказался в руках наследника корпорации; он давно усвоил, что пытаться найти логику в снабжении этих придурков — верный путь к мигрени. Он просто принял это как данность и даже задумываться не стал. — А я? — с надеждой спросил Изуку, теребя край своего пиджака. Кацуки посмотрел на него сверху вниз. В лунном свете сада изумрудный бархат казался почти черным, а глаза Деку светились так ярко, что Бакуго на мгновение забыл, зачем они вообще здесь собрались. — А ты, — Кацуки подошел к нему вплотную и, воровато оглянувшись, быстрым жестом поправил ему съехавший набок пучок на макушке, — ты стоишь рядом со мной и не отсвечиваешь. Будешь моим «индикатором». Если я увижу, что ты начал мелко дрожать — значит, азот пошел не туда, и пора сворачивать лавочку. Понял, задрот? Изуку затаил дыхание, глядя на Кацуки снизу вверх. Его сердце, казалось, решило пробить грудную клетку. — Понял, Кацуки-сан. — Тогда по местам, — негромко, но властно скомандовал Бакуго, не сводя глаз с дорожки. — И не смейте дышать, пока я не дам отмашку. Они замерли в тени, превратившись в неподвижные статуи. Кацуки положил ладонь на главный вентиль, чувствуя холод металла даже сквозь сосредоточенность. Прошло всего несколько минут, прежде чем послышались голоса. Пока «инженеры» под жестким присмотром Кацуки завершали финальные штрихи, Очако и Джиро, взяв Момо под руки, артистично вели её и остальных гостей в сторону фонтана. Иида, сияя очками в лунном свете, шел чуть впереди, на правах старосты координируя движение толпы и следя, чтобы никто случайно не наступил на подол платья именинницы. — Момо-тян, ты просто обязана это увидеть! — восторженно вещала Урарака, бросая короткие, заговорщические взгляды в сторону кустов, где поблескивал графитовый пиджак Бакуго. — Это наш маленький сюрприз, честное слово! Когда нарядная процессия наконец вышла на центральную аллею, Кацуки дождался идеального момента. Он резко вскинул свободную руку, подавая визуальный сигнал Денки и Шото, и коротко выдохнул: — Три... два... один... Поехали! С этими словами он с силой провернул кран. В ту же секунду из скрытых в траве сопел с шипением вырвались струи жидкого азота. Контактируя с теплым ночным воздухом, он мгновенно испарялся, превращаясь в густую, белую завесу. Тяжелое облако, словно живое существо, поползло по газону, окутывая подножие фонтана и стелясь по воде зеркальной гладью. Денки вовремя щелкнул тумблером, и проложенная Джиро светодиодная лента вспыхнула мягким, пульсирующим синим светом. Туман начал мерцать изнутри, создавая иллюзию сказочного озера, опустившегося прямо в сад. По рядам гостей прошел слаженный вздох восхищения. Момо прижала ладони к щекам, и её глаза радостно заблестели в этом искусственном сиянии. — Ого... как красиво! — выдохнул Изуку, стоявший чуть позади Кацуки. Его лицо светилось абсолютно детским восторгом. Очарованный собственным творением, Мидория, совершенно забыв о технике безопасности и строгом приказе не лезть под руку, сделал несколько неосторожных шагов вперед. Он хотел разглядеть, как азот стелется над водой, и подошел слишком близко к одному из мощных распылителей, который в этот момент готовился выпустить очередную порцию ледяного газа. Кацуки, чьи инстинкты спасателя работали в режиме 24/7, заметил опасное движение периферийным зрением. — Деку, идиот! — рыкнул он, бросаясь наперерез. Все произошло в долю секунды. Прежде чем Изуку успел сообразить, что происходит, сильная рука Кацуки в графитовом рукаве по-хозяйски обхватила его за талию. Бакуго с силой дернул омегу на себя, буквально вырывая его из-под ледяной струи, которая в то же мгновение с пронзительным шипением ударила в пустоту, где только что стоял Мидория. Изуку пискнул от неожиданности, врезаясь спиной в твердую, как скала, грудь Кацуки. От резкого рывка его пучок на макушке смешно съехал набок, а несколько завитков упали на лоб, окончательно лишая его «парадного» вида. — Ты вообще без мозгов, задрот?! — прошипел Кацуки ему прямо в ухо, не выпуская из стальной хватки. В его голосе смешались ярость и нешуточный испуг, который он безуспешно пытался скрыть за грубостью. — Вроде и умный, формулы в тетрадках шпаришь, а вот вообще не думаешь! Ты хоть понимаешь, что тебе сейчас ноги или лицо могло обморозить?! Изуку, чье сердце сейчас готово было выпрыгнуть из груди — то ли от испуга, то ли от того, как крепко его держат, — густо покраснел. Он неловко замер в руках Бакуго, чувствуя, как от его резкого парфюма и горячего дыхания у шеи предательски кружится голова. — П-простите, Кацуки-сан... — пролепетал он, едва дыша. — Я просто... это так красиво получилось... Я случайно подошел ближе. Извините. Кацуки рыкнул, но хватку на талии так и не ослабил. Наоборот, он прижал Изуку к себе чуть плотнее, словно обозначая свою территорию перед всем садом. Изумрудный бархат пиджака Мидории идеально контрастировал с графитовой тканью костюма Бакуго. — Стой рядом и не смей делать ни шагу без моей команды, понял? — скомандовал Кацуки, глядя поверх его головы на Момо, которая уже заметила их маневр и теперь с понимающей улыбкой переглядывалась с Джиро. — Будешь моим «индикатором», раз такой любопытный. Изуку покорно закивал. Ему казалось, что рука альфы на его талии — это самое надежное место во всем мире. Кацуки ворчал что-то про «криворуких химиков», но продолжал удерживать омегу рядом с собой, не сводя глаз с мистического облака, которое заполняло пространство вокруг фонтана. В какой-то момент он даже позволил себе мысль, что всё проходит слишком гладко. Но это не была бы «компания катастроф», если бы всё действительно закончилось так просто. Кацуки совершил одну роковую ошибку: он переоценил здравый смысл Каминари. Бакуго был уверен, что Денки просто воткнул ленту в обычную уличную розетку. Однако логика Каминари работала иначе — желая «добавить яркости», он умудрился запитать систему через старый понижающий трансформатор, питающий освещение всего сада. И, судя по нарастающему гулу, Денки перепутал гнезда. Первым тревожным сигналом стал звук. Тонкое гудение внезапно переросло в низкий, вибрирующий рокот, от которого у Кацуки заложило уши. — Каминари, что за звук?! — рявкнул Бакуго, оборачиваясь. Но было поздно. Диодная лента под водой внезапно вспыхнула ослепительным, ядовито-белым светом. На секунду в саду стало светлее, чем в полдень. Азотный туман, подсвеченный этой бешеной энергией, забурлил, превращаясь в плотную, кипящую стену пара. — Ой-ой, — пролепетал Денки, глядя, как пульт в его руках начинает дымиться. — Кажется, напряжения многовато... — Многовато?! — заорал Кацуки, чувствуя, как от вибрации под ногами начинает дрожать земля. — Ты её в розетку трансформатора воткнул, дебил?! В этот момент один из распылителей, не выдержав скачка давления в системе, которую азот начал подогревать из-за короткого замыкания, издал звук, похожий на выстрел. Изуку, чей инженерный мозг мгновенно считал угрозу, резко дернулся. — Стой, там же провода! Нужно выключить! — выдохнул он, пытаясь вырваться из хватки, чтобы подбежать к щитку. Но рука Кацуки на его талии сжалась мертвой хваткой, буквально припечатывая Мидорию обратно к своему боку. — Куда попёр, идиот?! — рыкнул Бакуго ему в самое ухо. — Стоять, я сказал! Ты сейчас под напряжение в этом тумане залезешь! — Но Кацуки-сан, там сейчас всё сгорит! — Изуку почти плакал от волнения, видя, как изумрудный свет его идеи превращается в электрический кошмар. — Стой на месте и не дергайся, задрот! Сам всё вырублю! Кацуки не разжимал пальцев на его талии, словно боясь, что тот испарится вместе с дымом. Другой рукой он наотмашь рванул главный рычаг подачи газа, а затем, не глядя, пнул ногой кабель, вырывая его из гнезда трансформатора. Раздался громкий хлопок, свет над фонтаном замигал и с треском погас. Над садом повисла тишина, нарушаемая только шипением остатков пара. Кацуки тяжело дышал, всё еще ощущая, как под его ладонью мелко дрожит бархат чужого пиджака. Он чувствовал, как Изуку весь сжался, буквально уткнувшись носом в его плечо. — Ты... ты хоть понимаешь, что сейчас могло случиться? — прошипел Бакуго, и в его голосе ярость медленно сменялась глухим беспокойством. — Я же велел не дергаться. Один неверный шаг — и ты бы не только костюм испортил, но и сам бы отсюда не ушел. Изуку, чувствуя, как от близости Кацуки и его крепкой хватки по телу разливается странное тепло, виновато опустил голову. Несколько завитков волос коснулись подбородка Бакуго. — Я просто... испугался, что всё взорвется, — едва слышно прошептал Мидория, не решаясь отстраниться. — Хотел как лучше. Простите, Кацуки-сан. — Хотел он... — Бакуго неопределенно рыкнул, но руку с талии так и не убрал. Наоборот, он чуть крепче прижал Изуку к себе, словно проверяя, всё ли с тем в порядке, и полностью игнорируя тот факт, что за ними из темноты уже наблюдает десяток пар любопытных глаз. — Стой смирно. Пока я не убежусь, что эта рухлядь больше не искрит, ты от меня ни на шаг не отойдешь. Понял? Изуку лишь кротко кивнул, боясь пошевелиться и разрушить этот момент странного, колючего единения под гаснущими звездами особняка Яойорозу. Он стоял, глядя в темноту сада, где гости начали приходить в себя, а Очако и Джиро уже бежали к ним с вопросами. Но для Бакуго сейчас существовал только этот дрожащий «эльф» в его руках, которого, судя по всему, придется спасать еще не один раз за эту ночь.