Необратимая

Утро встретило Адель серым светом из окна. Она проснулась раньше будильника. Лежала, смотрела в потолок, прислушивалась к себе. Голова была ясной, тело - лёгким. Впервые за много дней. Адель встала, прошла на кухню. Включила чайник. Пока грелась вода, открыла шкаф, достала кружку. Мамину. С трещиной на ручке и выцветшим рисунком. Налила кипяток, бросила пакетик. Смотрела, как вода окрашивается в янтарный цвет. Сегодня она выходит на работу. Первый раз после того дня. Мысль не пугала. Было странное, тянущее чувство - предвкушение. Или страх. Она не разбиралась. Просто знала: надо. И ещё знала: Вика сказала, что придёт. Адель допила чай, поставила кружку в раковину. Пошла в ванную. Вода была горячей, почти обжигающей. Она стояла под душем дольше обычного, чувствуя, как струи смывают остатки недельной усталости. Вытерлась, встала перед зеркалом. Кожа лица была бледной, под глазами залегли тени. Но глаза - зелёный и карий - смотрели ясно. Адель провела пальцами по волосам. Кудрявые, после душа они вились туго, непослушно. Она не стала их укладывать. Просто взъерошила, оставила как есть. Оделась. Чёрные джинсы, чёрная футболка, сверху - водолазка. Ботинки зашнуровала туго. Куртку накинула на плечи. Выходя, она снова задержалась у вешалки. Куртка матери висела на месте. Адель дотронулась до рукава, убрала руку. Закрыла дверь. Бар встретил её запахом дерева и табака. Саша стояла за стойкой, пересчитывала кассу. Рядом на стуле висел её рюкзак, куртка уже была накинута на плечи. Увидев Адель, она отложила деньги и вышла из-за стойки. - Ты пришла, - сказала Саша. В голосе не было удивления. Только облегчение. - Пришла. Саша обняла её. Крепко, по-своему. Адель не сопротивлялась. Почувствовала, как напряглись плечи у Саши, как та выдохнула. - Я волновалась, - сказала Саша, отпуская. - Думала, не придёшь. - Сказала же, что выйду. - Слова словами, а дело делом. - Саша оглядела её. - Ты как? - Нормально. Держусь. - Вижу. Саша подошла к стойке, забрала рюкзак, застегнула куртку. Адель сняла свою куртку, повесила на крючок, достала фартук. - Касса ровная, - сказала Саша. - Остатки на доске. Лена придёт к ночной смене , я её предупредила, что ты выходишь. Если что - звони. - Хорошо. Саша задержалась у двери, посмотрела на Адель. В её глазах было что-то тёплое, но усталое. - Ты справишься, - сказала она. - Если станет тяжело - закрывайся раньше. Я на связи. - Справлюсь. - Ну ладно, я пошла. Саша вышла, дверь за ней закрылась с глухим стуком. Адель осталась одна. Надела фартук, проверила кассу. Всё было на своих местах. Она обошла зал, поправила стулья, протёрла стойку. Движения были механическими, но внутри постепенно успокаивалось. Знакомый ритуал возвращал ощущение контроля. Она достала телефон, открыла профиль Вики. Новых фото не было. Убрала телефон, продолжила работать. К одиннадцати в баре стало людно. Адель наливала, принимала деньги, улыбалась клиентам. Всё шло своим чередом. Она почти забыла, что ждёт кого-то, когда дверь открылась. Вика вошла бесшумно. На ней была чёрная куртка, расстёгнутая, под ней - тёмная футболка. Волосы собраны в высокий хвост. Она остановилась у входа, оглядела зал. Увидела Адель, и лицо её чуть изменилось - стала мягче, что ли. Она подошла к стойке, села на высокий стул. - Привет, - сказала она. - Привет, - Адель не удержалась от улыбки. - Будешь что-то? - Воду. Газированную. Адель налила, поставила перед ней. Вика взяла стакан, сделала глоток. Смотрела на Адель поверх стекла. - Как ты? - спросила она. - Нормально. Работаю. - Вижу. Вика поставила стакан, положила локти на стойку. Пальцы её барабанили по столешнице - нервно, но она сама этого, кажется, не замечала. - Можно мне зайти? - спросила она. - К тебе. За стойку. Адель удивилась. - Зачем? - Посижу рядом. Адель посмотрела на неё. Вика смотрела в ответ. В глазах была настойчивость, но не та, агрессивная, а какая-то… просящая. - Иди, - сказала Адель. Вика поднялась, обошла стойку, села на стул, который Адель поставила рядом. Теперь они были близко - плечо к плечу. Адель чувствовала её запах - кожа, металл, и тот же сладкий, цветочный, что и вчера. - Не помешаю? - спросила Вика тихо. - Помешаешь, - ответила Адель. - Но оставайся. Вика усмехнулась. Усмешка вышла короткой, но тёплой. Дальше время потекло иначе. Адель работала, а Вика сидела рядом, крутила в руках стакан, смотрела по сторонам. Иногда задавала вопросы - «этот часто приходит?», «почему у вас пиво только светлое?». Адель отвечала, и разговор шёл легко, без напряжения. Клиенты поглядывали на Вику, но она не обращала внимания. Сидела, положив ногу на ногу, изредка отпивала воду. Адель чувствовала её взгляд. Тяжёлый, тёплый. Каждый раз, когда она поворачивалась, Вика смотрела на неё. Не отводила глаза. - Ты чего смотришь? - спросила Адель, когда в зале ненадолго стало пусто. - На тебя смотрю, - сказала Вика спокойно. - И что там? - Красиво. Адель отвела взгляд. Сердце стукнуло где-то в горле. - Ты странная, - сказала она. - Уже говорила. К вечеру посетителей поубавилось. Адель работала, чувствуя на себе взгляд Вики. Тот самый - тёплый, тяжёлый. Она не отводила глаз, когда поворачивалась. Просто принимала его, и внутри разливалось что-то странное, непривычное. Последнии посетители ушли. Адель закрыла дверь, выключила подсветку, прошла по залу, собирая пустые кружки. Вика помогала - носила посуду на стойку, вытирала столы. Двигалась молча, не мешая. - Спасибо, - сказала Адель, когда они закончили. - Не за что. Адель сняла фартук, повесила на крючок. Посмотрела на Вику. - Я переоденусь. Подождёшь? - Подожду. Они зашли в подсобку. Подсобка была тесной. Света давала только тусклая лампа над старым холодильником. Пахло картоном, табаком и дешёвым освежителем. Вика осталась у двери, Адель прошла к вешалке, где висели её вещи. Она сняла водолазку через голову, осталась в чёрной футболке. Футболка была тонкой, и Адель знала, что под ней - только бельё. Она потянула футболку вверх, чтобы снять, и замерла Застёжка лифчика - на спине, между лопаток - заела в тканк футболки. Она потянула сильнее, застёжка не поддавалась. - Чёрт, - прошептала она. Вика стояла в двух шагах, смотрела в стену. Руки в карманах, плечи напряжены. - У тебя всё? - спросила она, не оборачиваясь. - Нет. Застёжка… - Адель ещё раз потянула, бесполезно. - Не могу отцепить Вика медленно повернулась. Посмотрела на её спину. Застёжка - маленькие металлические крючки - зацепилась за край футболки. - Давай помогу, - сказала Вика. Голос был ровным, но в нём чувствовалось напряжение. Адель кивнула. Повернулась к ней спиной. Вика подошла ближе. Адель чувствовала её тепло, слышала дыхание. Пальцы Вики коснулись её спины - через ткань футболки. Они были холодными. Адель вздрогнула. Вика замерла. - Холодно? - спросила она. - Немного. Вика не убрала руки. Она аккуратно поддела край футболки, нашла застёжку. Пальцы дрожали - Адель чувствовала эту дрожь. - Не могу, - прошептала Вика. - Они… слишком тугие. - Попробуй ещё, - тихо сказала Адель. Вика наклонилась ближе. Теперь её дыхание касалось шеи Адель. Тёплое, прерывистое. Пальцы скользнули по застёжке, зацепились, потянули. Крючки расстегнулись с тихим щелчком. Вика не убрала руки. Они лежали на спине Адель, через ткань футболки. Холодные, но Адель чувствовала жар. - Спасибо, - сказала она. Голос сорвался. - Не за что, - ответила Вика. Шёпотом. Адель не двигалась. Стояла, чувствуя её пальцы на своей спине. Сердце колотилось где-то в горле. Она слышала, как дышит Вика - часто, неровно. - Ты… - начала Адель, но не закончила. Вика убрала руки. Шагнула назад. - Я на улице подожду, - сказала она быстро. И вышла, прикрыв за собой дверь. Адель осталась одна. Она стояла, сжимая в руках футболку, и не могла двинуться. Внутри всё горело. Она провела рукой по лицу - щёки были горячими. Она медленно сняла футболку, надела свежую. Джинсы оставила те же. Руки дрожали, когда она застёгивала пуговицы. В подсобке было душно. Она глубоко вдохнула, выдохнула. Посмотрела на себя в маленькое зеркало на стене. Лицо раскраснелось, глаза блестели. Она провела пальцами по волосам, поправила их. И вышла. Вика стояла у входа в бар, держа в руках шлем. Смотрела в окно. Услышав шаги, обернулась. - Готова? - спросила она. Голос был ровным, но щёки её горели - даже в полутьме было видно. - Да, - Адель накинула куртку, застегнула. - Пойдём. Вот изменённая концовка 14-й части. Всё остальное остаётся без изменений. Начиная с момента, как они подошли к подъезду. Они вышли на улицу. Ночной воздух был холодным, но Адель не чувствовала холода. Внутри всё ещё горело. Они шли молча, не касаясь, но между ними было что-то - плотное, живое, что заставляло сердце биться чаще. У подъезда Адель остановилась. Вика встала напротив, держа шлем в опущенных руках. Свет фонаря падал на её лицо, делая тени глубже, а глаза - почти чёрными. - Спасибо, что помогла, - сказала Адель. Слова вышли неловкими, но она не знала, как иначе. - Всегда, - ответила Вика. - Если что-то надо будет - зови Адель смотрела на неё. На выбритые виски, на хвост, сбившийся набок, на родинку у уголка губ. И вдруг, сама не понимая зачем, шагнула вперёд и обняла её. Крепче, чем в прошлый раз. Не той осторожной, благодарной неловкостью, а чем-то другим - порывистым, почти отчаянным. Вика замерла, но на этот раз не отстранилась. Руки её, всё ещё сжимавшие шлем, медленно поднялись, и шлем глухо стукнул о спину Адель, когда Вика обхватила её в ответ. Они стояли так несколько секунд. Адель чувствовала, как бьётся сердце Вики - часто, гулко - и своё, которое отбивало тот же ритм. Запах кожи, металла и сладких духов заполнил всё вокруг. Адель отстранилась первой. Но не до конца. Их лица оказались слишком близко. Дыхание смешалось, и Адель вдруг увидела губы Вики - чуть приоткрытые, с чёткой линией верхней. Странная, незнакомая мысль мелькнула где-то на краю сознания: что будет, если наклониться ещё чуть-чуть? Что она чувствует? Что чувствует Вика? Вика смотрела на неё в упор. В тёмно-карих глазах отражался свет фонаря и что-то ещё - то, чему Адель боялась дать имя. - Адель, - прошептала Вика. Её голос дрогнул. И в этот момент тишину двора разрезал крик: - Эй! Вика! Адель! Они отпрянули друг от друга, как будто их ударило током. Адель резко обернулась. Через дорогу, у входа в соседний подъезд, стояла Саша. В одной руке она держала пакет с продуктами, другой махала им. На лице - широкая, ничего не подозревающая улыбка. - Вы чего там застыли? - крикнула она, переходя дорогу. Адель сделала шаг назад, провела рукой по лицу, пытаясь согнать жар со щёк. Вика смотрела куда-то в сторону, пальцы её сжимали шлем так, что побелели костяшки. - Привет, - сказала Адель, когда Саша подошла. Голос прозвучал хрипло, она кашлянула. - Я это, за хлебом вышла, - Саша подняла пакет. - А вы тут стоите. Сдружились, да? Она переводила взгляд с одной на другую, улыбаясь. Адель почувствовала, как напряжение повисло в воздухе - плотное, почти осязаемое. Вика не поднимала глаз. - Да, - сказала Вика. Голос её был ровным, но Адель видела, как дрожат её пальцы на шлеме. - Сдружились. - Ну и отлично, - Саша, кажется, ничего не замечала. - Адель, ты как? Нормально? - Нормально, - ответила Адель. Она подняла руку, помахала в воздухе, будто хотела смахнуть неловкость. - Всё хорошо. - Ладно, я пойду, - Саша кивнула на свой подъезд. - Вика, ты как, доедешь? - Доеду, - Вика наконец подняла глаза. Посмотрела на Адель. Взгляд был быстрым, но в нём мелькнуло что-то - сожаление? Благодарность? Адель не успела понять. - Пока, - сказала Вика. - Пока, - ответила Адель. Саша махнула им на прощание и скрылась в подъезде. Вика надела шлем, завела байк. Мотор зарокотал, наполняя двор низким звуком. Она развернулась, бросила последний взгляд на Адель - через тонированный визор - и уехала. Адель осталась одна. Стояла посреди двора, смотрела вслед исчезающему хвосту огня. Губы всё ещё хранили тепло чужого дыхания. Сердце колотилось где-то в горле. Она подняла руку, коснулась губ. Странно. Всё это странно. Потом развернулась и пошла в подъезд. В квартире было темно. Она прошла на кухню, включила свет. Ноутбук матери стоял на столе. Адель смотрела на него, но думала о другом. О пальцах на своей спине. О холодной дрожи. О том, как близко было лицо Вики, как смотрели её глаза, как она прошептала её имя. Адель закрыла лицо руками. Щёки горели. Она выключила свет, пошла в комнату. Легла на кровать, натянула одеяло. Закрыла глаза. Перед сном она подумала: что было бы, если бы Саша не появилась? И сердце забилось быстрее. А потом она улыбнулась своим мыслям и уснула.