The Race for Life

В мастерской Лайла возилась с машиной Ники — Nissan Skyline, который в последнее время начал капризничать. На диагностических приборах то и дело выскакивала ошибка, но Лайла была почти уверена, что дело не в датчике, а в проводке. Где-то в жгуте проводов, проложенных под капотом, было плохое соединение, которое давало о себе знать только на определенных режимах работы двигателя. Найти его, все равно что найти иголку в стоге сена, но Лайла любила такие задачи. Она стояла, склонившись над открытым капотом и аккуратно, один за другим, прозванивала мультиметром контакты. Ее пряди выбились из небрежного хвоста и падали на лицо, мешая обзору, но она не обращала на них внимания. В ушах играла какая-то музыка. В мире Лайлы сейчас были только она и машина. Мастерская располагалась в старом ангаре, который Кевин арендовал вместе с командой. Места здесь хватало на три машины с запасом, но из-за обилия стеллажей, подъемников и инструментальных тележек казалось, что оно все заполнено до отказа. Стены были увешаны плакатами с гонщиками прошлых лет, календарями и расписаниями соревнований. Она как раз добралась до особенно участка жгута, когда услышала шаги. Лайла не обернулась, в мастерскую часто заходили посторонние — то запчасти привезут, то другие гонщики заглянут поболтать, то фанаты попытаются прорваться. Кевин настаивал на охране, но Лайла считала это лишним, ангар был их территорией и непрошеных гостей здесь быстро отшивали, но когда шаги остановились в нескольких метрах от нее и тишину нарушил голос, Лайла замерла. — Извините, пожалуйста, — произнес голос. — Вы не подскажете, здесь живет Кевин? Это его мастерская, я правильно понял? Лайла медленно выпрямилась и обернулась, мир вокруг нее вовсе перестал существовать. Перед ней стоял Джереми. Джереми Нокс — самый молодой победитель этапа Formula Drift в прошлом году, тот самый блондин с обложки гоночного журнала, которую она вырезала и повесила над своим рабочим столом. Гонщик, чьи заезды она пересматривала десятки раз, разбирая на подкорках каждое движение и каждый угол входа в поворот. В реальной жизни он оказался даже лучше, чем на фото. Его улыбка сияла на лице, но вблизи оказалась еще более лучезарной. На нем была простая белая футболка, потертые джинсы и кеды. Лайла почувствовала, как ее лицо заливает краска. Сначала щеки, потом уши, а потом и вовсе шея. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но из горла вырвался лишь какой-то нечленораздельный звук. — Я... э-э-э... да, — наконец выдавила она, чувствуя, что ее голос звучит на октаву выше обычного. — То есть, да, Кевин. Он живет здесь. Ну, не прямо здесь, но рядом, в мастерская да, его. Она закусила губу, проклиная себя. Где ее хваленая уверенность? Где спокойствие? Почему она вдруг превратилась в подростка, впервые увидевшего кумира? Джереми, казалось, не заметил ее замешательства или, что более вероятно, был слишком вежлив, чтобы его показать. Он продолжал улыбаться, чуть наклонив голову набок и от этого жеста его, и без того привлекательное лицо стало еще более симпатичным. — Отлично, — сказал он. — А то я уже начал переживать, что не туда заехал. Навигатор, знаете ли, иногда глючит просто ужасно, особенно за городом. Он засмеялся и Лайла поняла, что сейчас она готова слушать этот смех вечно. Он был живым, совсем не похожим на те смешки, которые Джереми выдавал в интервью. — А вы, — Джереми внимательно посмотрел на нее и его взгляд скользнул по красным прядям, по майке с логотипом гоночной команды, по рукам, испачканным машинным маслом. — Вы наверное, его механик? Или гонщик? Я видел несколько девчонок в дрифте, очень даже крутых. Лайла почувствовала, как сердце делает сальто. Он спросил про нее и проявил интерес. Не просто как к "девушке в мастерской", а как к человеку, который может быть причастен к гонкам. — Механик, — сказала она и в этот раз голос прозвучал чуть увереннее. — Я механик и немного помощник Кевина, Лайла. Она сделала шаг вперед и протянула ему руку, совершенно забыв, что только что копалась в двигателе и пальцы у нее в масле, но Джереми без колебаний пожал ее ладонь. — Лайла, — повторил он. — Очень приятно, Джереми. — А ты, э-э-э, к Кевину? — спросила она, возвращая разговор в деловое русло. — По какому поводу? Только он сейчас... ну, не один, у него гости, но я могу проводить, если хочешь. "Гости" было, конечно, громко сказано. Элисон, Нил и Ники уже давно ушли каждый по своим делам, а Аарон вовсе до сих пор спал и Кевин сейчас скорее всего был один, но Лайле отчаянно хотелось продлить этот разговор, побыть рядом с Джереми еще немного, хотя бы на время пути до дома. Нокс кивнул и его улыбка стала чуть виноватой. — Да я собственно по делу. Мы с ним должны были встретиться на прошлой неделе, но у меня срочные съемки вылезли, потом перелет, потом еще что-то... В общем, я должен ему несколько деталей для его машины. Решил не пересылать, а заехать лично, раз все равно в городе. Он указал на пакет, который стоял у его ног, Лайла только сейчас заметила эту вещь. Кевин ждал эти детали уже недели две и то, что Джереми привез их сам лично, говорило о многом. Не каждый приехал бы с такими ценностями через полстраны. — Это очень мило с твоей стороны, — сказала Лайла, стараясь говорить спокойно. — Кевин будет рад. Она думала о том, как проводит Джереми идти по дорожке к дому, как солнце будет играть в его волосах, как он будет смотреть по сторонам своими безумно красивыми глазами. — Я могу провести, — повторила она, уже убирая наушники и вытирая руки о тряпку. — Машина Ники подождет, у нее в общем-то, не срочно. Джереми снова улыбнулся своей лучезарной улыбкой, от которой Лайле захотелось зажмуриться. — Буду очень признателен, — сказал он. — А то думал может, Кевин в ангаре, но на стук никто не открыл. Он подмигнул ей и Лайла поняла, что это был последний гвоздь в крышку ее гроба. Она пропала окончательно и бесповоротно. — Тогда... пойдем? — предложила она, пытаясь вернуть на лицо выражение невозмутимости, но чувствуя, как губы сами расплываются в улыбке. Они вышли из мастерской. Лайла шла чуть впереди, показывая дорогу и чувствовала его присутствие за спиной. Ей хотелось обернуться, посмотреть на него еще раз, но она боялась, что если обернется, то споткнется и упадет. — А давно ты работаешь с Кевином? — спросил Джереми, догоняя ее. — Около двух лет, — ответила она. — Но мы... ну, мы брат и сестра. Кевин мой брат, старший. Всегда, когда она называла Кевина братом, ей становилось спокойнее. Даже когда они ругались, даже когда он был на грани срыва и она его боялась — он оставался ее братом. Единственной семьей, которая у нее была. Джереми удивленно вскинул брови. — Серьезно? Не знал. Правда, мы с Кевином общаемся в основном по делу, он не очень любит распространяться о личном, но теперь я понимаю, почему в его команде такой толковый механик. Он сказал это с уважением и Лайла прониклась к нему еще больше. Многие гонщики относились к ней снисходительно, как к "младшей сестренке главного", но Джереми говорил так, будто она для него была полноценным членом команды, а не просто придатком Кевина. — На самом деле, — продолжила она, чувствуя, что язык развязывается сам собой, — я вообще-то и гоняю немного. Не профессионально, а так для себя. Кевин говорит, у меня талант, но мне нравится больше возиться с железом. Джереми кивнул и его глаза засияли неподдельным интересом. — Полностью понимаю, я тоже люблю копаться в машинах. Многие думают, что гонщики — это просто люди, которые садятся за руль и едут, но настоящий гонщик должен знать свою машину от и до. Он говорил и Лайла ловила каждое его слово. Она читала эти мысли в его интервью, но когда он произносил их сейчас, они звучали иначе. — А ты, — она набралась смелости, — давно в городе? И надолго? Джереми пожал плечами. — Прилетел вчера вечером. Думал задержаться на пару дней, встретиться с Кевином, обсудить детали сотрудничества. У нас, может быть, совместный проект намечается, не могу пока говорить, но если все сложится, будет громко. Он загадочно улыбнулся и Лайла поняла, что никогда в жизни не хотела так сильно узнать какую-то гоночную тайну. — Круто, — только и смогла вымолвить она. — Удачи вам. — Спасибо, — ответил Джереми и его взгляд скользнул по ее лицу, задержавшись на красных прядях. — Тебе очень идет, кстати. Это твой фирменный стиль? Лайла почувствовала, как румянец снова заливает щеки. — Ну... да. Мне нравится экспериментировать. Кевин говорит, что я похожа на попугая, но мне все равно. Она рассмеялась и Джереми засмеялся в ответ,это был искренний смех, от которого у нее потеплело внутри. — Кевин вообще любит все контролировать, да? — спросил Джереми, переходя на более доверительный тон. — По нему видно, с таким типом сложно работать, но если он доверяет, то это уже навсегда. — Да, — согласилась Лайла. — Он такой, но я привыкла, Кевин меня с детства опекает. Оба родителя... ну, в общем, сложная история. Он был и братом, и отцом, и матерью иногда. Так что я его люблю любого, даже когда он бесит. Она не знала, зачем рассказала это. Обычно она не распространялась о своей семье, особенно перед незнакомцами, но Джереми располагал к себе легко. В нем была какая-то открытость, которая снимала броню. — Понимаю, — тихо сказал он. — У меня похожая ситуация, только наоборот. Меня воспитывала мама и она тоже была и отцом, и матерью. Такие люди они особенные и мы обязаны им быть счастливыми. Хотя бы ради них. Лайла посмотрела на него с новым интересом. Она читала о его матери, та была медсестрой, работала в две смены, чтобы Джереми мог заниматься. Он часто упоминал ее в интервью, говорил, что она его главный фанат и критик в одном лице, но узнать об этом из первых уст — было совсем другое. — Твоя мама, наверное, тобой гордится, — сказала Лайла и в ее голосе не было лести, только искреннее восхищение. — Надеюсь, — улыбнулся Джереми, но в улыбке была легкая грусть. — Она у меня тоже не всегда здорова, но держится. Говорит, что я ее заряжаю энергией. Что ж, значит, я должен побеждать чаще, чтобы ее хватало на дольше. Эти несколько минут разговора создали между ними связь. — Мы пришли, — сказала Лайла, указывая на небольшой двухэтажный дом, видневшийся между деревьями. — Кевин там. Она подошла к двери и постучала, изнутри послышались шаги, дверь открылась, и на пороге показался сам Кевин — в растянутой футболке, домашних штанах, с кружкой кофе в руке и слегка помятым лицом. — Лайла? — удивился он. — Ты чего? Что-то случилось? — Нет, все нормально, — сказала Лайла, отступая в сторону, чтобы Кевин увидел гостя. — К тебе пришли, с сюрпризом. Она посмотрела на Джереми и тот улыбнулся ей. — Привет Кевин, — сказал Джереми. — Извини, что без предупреждения, но я привез то, что ты заказывал и еще кое-что. Кевин перевел взгляд с сестры на гостя и на его лице отразилось сначала недоумение, потом узнавание, а потом искренняя улыбка. — Джереми? — воскликнул он. — Вот это сюрприз! Проходи, давай. Лайла, ты молодец, что привела. Он отступил вглубь дома, приглашая гостя войти. Лайла осталась снаружи, хотя ей безумно хотелось пойти следом, продолжить разговор, узнать Джереми еще лучше, но она понимала, что сейчас ее присутствие будет лишним. У Кевина и Джереми мужские дела, переговоры и гоночные секреты. Ей туда пока рано. — Ладно, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. — Я пойду, доделаю машину Ники. Если что, я в мастерской. Она уже повернулась, чтобы уйти, когда Джереми обернулся и сказал: — Эй, Лайла. Спасибо, что проводила, было очень приятно познакомиться. — Взаимно, — ответила она и преодолевая желание остаться, развернулась и быстрым шагом направилась обратно к мастерской.  Кевин жестом предложил Джереми сесть за стол, а сам принялся за кофе. Блондин устроился у окна и наблюдал за Кевином с одобрительной улыбкой. — Хорошо у вас тут, — заметил он, оглядываясь. — Домашняя атмосфера, я таким местом дорожу, сам знаешь. Не то что эти холодные офисы с конференц-залами. — Ага, — отозвался Кевин, не оборачиваясь. — Если я с кем-то работаю, этот кто-то должен быть готов к тому, что я буду в домашних штанах и с немытой головой. Он усмехнулся и Джереми поддержал его коротким смехом. — Честно? Я тоже того же мнения. Меня однажды на съемках заставили надеть смокинг, я чувствовал себя пингвином, ужасное ощущение. — Зато выглядел наверное, сногсшибательно, — заметил Кевин, ставя перед гостем кружку. Джереми смущенно пожал плечами, улыбаясь. — Спорный вопрос, но сейчас, — он отхлебнул кофе и зажмурился от удовольствия, — сейчас я просто наслаждаюсь моментом. Отличный кофе, не из пакетика? — Никогда, это святое Элисон. Говорит, что настоящий мужчина должен уметь готовить три вещи: кофе, яичницу и себя к серьезным отношениям. С последним пока не очень, но кофе, на пять звезд. Они оба рассмеялись и атмосфера стала еще более непринужденной. Джереми откинулся на спинку стула, достал несколько плоских коробок, обернутых в техническую пленку, и аккуратно разложил на столе. Кевин подошел к столу, осторожно развернул один из свертков. Металл блеснул блеском. Он провел пальцем по шлифованной поверхности, чувствуя едва уловимые неровности, которые говорили о ручной доводке. Глаза его загорелись огнем. — Красота, — выдохнул он. — Джереми, ты бог. Что я тебе должен? — Договоримся, — уклончиво ответил гость. — Я привез не только это. Есть еще одно предложение, совместный проект. Ты слышал о «Трофее Двух Морей»? Кевин поднял бровь, осторожно откладывая деталь. — Который через полгода? Организаторы рассылали приглашения, но я не думал... Это же командная гонка. Два гонщика на одной машине, эстафета. Нужно идеальное взаимопонимание. — Именно, — кивнул Джереми. — Я ищу напарника. Моего прошлого партнера подвело здоровье, он выбыл, а мне нужен кто-то, с кем я смогу не просто доехать, а победить и я думал о тебе. Кевин смотрел на Джереми, обдумывая предложение. Победить в «Трофее Двух Морей» — это уровень, о котором многие гонщики только мечтают. Престиж, рекламные контракты, новые возможности и работать с Джереми, с одним из лучших дрифтеров современности — это не просто почетно, это могло поднять его карьеру на качественно новую ступень. — А почему я? — спросил Кевин, присаживаясь напротив. — Таких, как я... ну не обижайся, но есть и более знаменитые. Джереми отпил кофе, помолчал, собираясь с мыслями. — Я смотрел твои заезды, у тебя нет пафоса, нет желания показать себя любой ценой. Ты чувствуешь, а мне нужен не гонщик, который будет тянуть одеяло на себя. Мне нужен партнер, а с тобой... я чувствую, мы можем сработаться. — Давай я подумаю, — сказал он. — Надо с командой посоветоваться, посмотреть календарь, но предложение... оно интересное. — Конечно, — Джереми улыбнулся, допивая кофе. — Никакой спешки. Ты же знаешь, я не из тех, кто давит на людей.  Они замолчали и Кевин встал, чтобы долить кофе, в этот момент на лестнице, ведущей со второго этажа, послышались шаги.  Кевин поднял голову, прислушиваясь. Джереми тоже обернулся на звук. На кухню, щурясь от света после темной лестницы, вошел Аарон. Он был босиком, в старых трениках и майке. Под глазами, все еще темные круги, но лицо уже не было таким бледным, как вчера.  Аарон зевнул, почесал затылок и направился к холодильнику, даже не глядя в сторону стола, он еще не проснулся окончательно, стремясь к заветной бутылке с водой, но когда он открыл дверцу и вытащил бутылку, его взгляд случайно скользнул по кухне, он наткнулся на незнакомца. Джереми сидел спиной к нему, но, почувствовав взгляд, обернулся. Их глаза встретились, Аарон замер с бутылкой в руке, медленно моргая и переваривая увиденное. Перед ним был блондин. Красивый, черт возьми. Он выглядел так, будто сошел с обложки модного журнала. Аарон перевел взгляд на Кевина, тот стоял у кофемашины, с кружкой в руке. Он смотрел на Джереми с той улыбкой, которую Аарон видел лишь в редкие моменты, когда Дэй был по-настоящему доволен. Джереми, заметив нового человека, приветливо кивнул и начал приподниматься, чтобы представиться, но не успел. Аарон повернулся к Кевину и на его лице застыло выражение, которое трудно было описать одним словом. Он посмотрел на блондина, потом снова на Кевина и его губы изогнулись в кривой улыбке, Джереми улыбнулся искренне улыбнулся ему. — Я извиняюсь, если напугал, меня Джереми зовут, — он протянул руку, в знак знакомства. Но Аарон посмотрел на протянутую ему руку и перевел взгляд снова на Джереми. — Ничего, — сказал он, махнув рукой и направился к двери, ведущей в ванную, но на пороге он остановился, обернулся и добавил, глядя прямо на Кевина. — Я смотрю, у тебя прямо фетиш на блондинов, Кевин. Джереми недоуменно перевел взгляд с Аарона на Кевина, не понимая, что происходит. Кевин замер с кружкой в руке, его глаза расширились от неожиданности. — Что? — переспросил он, не веря своим ушам. Но Аарон ничего не ответил. Он выдавил из себя ту самую кривую улыбку и вышел, оставив за собой молчание. Слышно было, как он прошел по коридору, хлопнул дверью ванной. Джереми проводил его взглядом и медленно повернулся к Кевину. Его лицо выражало удивления и замешательство, но он был слишком хорошо воспитан, чтобы лезть в чужие «отношения». — С характером парень, — осторожно заметил он, пожимая плечами. Кевин, который так и стоял с кружкой, наконец опустил ее на стойку и провел рукой по лицу. — Этого у Аарона не отнять, — произнес он. Он посмотрел на дверь, за которой скрылся Аарон и покачал головой. — Просто... он переживает тяжелые времена. Мать недавно умерла, я с ним вчера... ну, разговаривал. — Похороны были? — спросил Джереми. — Да, он видимо еще не отошел, поэтому... извини за резкость, это не из-за тебя. Кевин снова взялся за кофе и сделал глоток. Горячая жидкость обожгла горло, но это было приятно. Джереми кивнул, не задавая лишних вопросов. Он был из тех людей, которые чувствуют границы и не лезут туда, где им не рады. Вместо этого он аккуратно собрал детали обратно и убрал их. — Тогда может, продолжим разговор, когда он успокоится? — предложил он. — Я никуда не тороплюсь. Может, останусь на пару дней в городе, если ты не против. Покатаемся, обсудим детали в более спокойной обстановке. — Было бы здорово, — искренне ответил Кевин. — Я устрою тебя в гостевой комнате. Там все есть, а вечером... вечером посидим всей командой. Элисон любит собирать всех за большим столом. Джереми улыбнулся ему. — Согласен. Тем более я люблю хорошую компанию, а твою команду я еще толком не знаю, только по наслышке. С лестницы послышались шаги, на кухню, зевая и потягиваясь, вошел Ян. Он даже не посмотрел в сторону стола сначала и направился прямо к кофемашине, налил себе полную кружку, добавил сахара и только потом, отпив глоток, поднял глаза. За столом, напротив Кевина, сидел незнакомый блондин. Ян быстро перевел взгляд с него на Кевина, потом снова на блондина. — О, — произнес он с той же интонацией, что и Аарон минуту назад. — А это кто? Новый член команды? — Джереми, — представился Нокс, вставая и протягивая руку. — Друг Кевина, по делам. Ян пожал его ладонь. Это было его обычное поведение с новыми людьми. — Ян, — отозвался он. — А я думал, у Кевина друзья только в гараже и на треке. Оказывается, есть и такие... светские. — Не без этого, — дипломатично ответил Джереми, садясь обратно. Ян хмыкнул, взял свою кружку и вместо того чтобы уйти, присел на край стола, с вызовом глядя на Кевина. Он явно не собирался уходить, наоборот ему было интересно, что здесь происходит. — Ну и что за дела? — спросил он, делая глоток. — Если не секрет, конечно. Кевин бросил на него предостерегающий взгляд, но отвечать не спешил. Он не любил, когда Ян лез не в свое дело, но сегодня ему не хотелось скандалить, не при Джереми. — Рабочие моменты, — сухо ответил он. — Скоро узнаешь, если будешь нормально работать. — Я всегда работаю нормально, — цокнув, произнёс Ян. — Просто иногда мне не хватает... мотивации. Он многозначительно посмотрел на дверь, в которой только что скрылся Аарон и его ухмылка стала еще шире. Кевин заметил этот взгляд и напрягся. Ян в последнее время вел себя странно, то подкатывал к Лайле, то провоцировал Аарона, то пытался играть на нервах у Кевина. Сейчас он явно что-то задумал. — Ян, — позвал Кевин, — иди лучше проверь давление в шинах у Ники. Я слышал, у него были проблемы с задним левым колесом. — Ники сам проверит, он взрослый мальчик, — отмахнулся Ян, не двигаясь с места. — А я вот думаю, а где же Лайла? Она обычно в это время уже здесь или она сегодня занята? Он сделал вид, что невзначай бросил эту фразу, но Кевин мгновенно уловил подтекст. Не успел он ответить, как на кухню влетела Лайла. В руках у нее была кружка. — Прости, что отвлекла, — сказала она, чуть смущаясь. — Джереми, можно у тебя автограф попросить? Я... я твоя давняя фанатка. Еще с тех пор, когда ты только начинал свою карьеру. У меня все твои заезды на диске записаны. Ну, почти все. Она протянула ему фломастер и кружку. Джереми растроганно улыбнулся, его улыбка стала нежной. — Конечно, Лайла. Для тебя, что угодно.  Он взял фломастер, расписываясь и добавил небольшой рисунок. Лайла, когда увидела, что он написал, чуть не заплакала от счастья. Она прижала кружку к груди. — Спасибо, — прошептала она. — Спасибо огромное. Она повернулась, чтобы уйти, но в этот момент Ян, который все это время молча наблюдал за сценой, вдруг вскипел. — Эй! — выкрикнул он, вскакивая с места. — А я? Я ревную вообще-то! Лайла, не ожидавшая такой реакции, даже отступила на шаг. Джереми поднял бровь, не понимая, что происходит, а Кевин... Кевин почувствовал, как в груди закипает ярость. Он либо убьет Яна, либо выкинет в окно. — Ян, выйди из кухни, сейчас же. — Чего? — Ян скривился. — Я просто пошутил. — Я не шучу, — Кевин сделал шаг вперед. — Выйди из кухни, либо я тебя вышвырну. Если бы не Аарон, тебя бы здесь не было вообще, помнишь это? Ян цокнул языком, развернулся и не глядя на Кевина, направился к выходу. На пороге он обернулся и бросил через плечо: — Ой, больно надо! Мне ваши подачки не нужны. Дверь за ним захлопнулась, Лайла растерянно смотрела на дверь, потом на Кевина, а потом на Джереми. Она чувствовала себя неловко из-за нее вспыхнула ссора, из-за ее просьбы об автографе. — Кевин, я... — начала она. — Все нормально, — перебил Кевин. Он подошел к ней, положил руку на плечо. — Ты ни при чем, иди покажи автограф Ники. Он оценит, они наверное уже вернутся скоро. Лайла кивнула, благодарно улыбнулась Джереми, который ответил ей теплым взглядом и вышла из кухни. Джереми посмотрел на Кевина. — Тяжело с ним? — спросил он, кивая в сторону, куда ушел Ян. — Бывает, — устало ответил Кевин, садясь на место. — Но мы справляемся. Он полезный, когда не выпендривается, а выпендривается он часто. — Такие люди — это двойная нагрузка на команду, — заметил Джереми. — Сам знаешь, но иногда они бывают гениальны в своей области. Кевин кивнул, допивая остывший кофе. Мысли его были далеко. "Слишком много всего за один день", — подумал он, но вслух ничего не сказал. Вместо этого он встал, подошел к раковине, вымыл кружку и поставил ее на сушилку. — Ну что, — повернулся он к Джереми, — покажу тебе твою комнату? А потом, если хочешь, прокатимся. Есть одно место... с видом на город. Мне кажется, тебе понравится. — С удовольствием, — улыбнулся Джереми, поднимаясь.

***

Солнце уже скрылось за горизонтом. Задний двор дома, где обитала команда, в этот час превратился в уютное, почти сказочное место. Посреди двора, на выложенной камнем площадке, был установлен мангал. Внутри мангала уже потрескивали угли, разбрасывая вокруг искры и над ним поднимался ароматный дым. Рядом с мангалом хлопотали Нил и Эндрю. Джостен переворачивал шампуру. — Эндрю, — говорил он, не поворачивая головы, — подбрось углей в левый край. Там температура падает. Эндрю, который предпочитал роль молчаливого помощника, молча кивнул и взял металлическое ведерко с новыми углями. — А маринованный лук не трогай, — добавил Нил, заметив, как Эндрю потянулся к миске, стоящей на табурете. — И так полмиски съел. — Я не ем, я пробую, — поправил его Эндрю, все же запуская пальцы в миску и выуживая колечко лука. — Качество должно быть на высоте. — Качество идеальное, я сам мариновал, — проворчал Нил. — А ты просто обжора. — Я гонщик, мне нужно поддерживать вес, — не сдавался Эндрю, жуя лук с явным удовольствием. — Лук это клетчатка и минимум калорий. — Лук — это лук, — отрезал Нил. — Иди лучше картошку помой. — Картошку моет Сет, — произнёс Эндрю. — Вот пусть Сет и моет, а ты тогда режь хлеб или нарежь уже зелень. Они препирались беззлобно, скорее по привычке, чем из-за реальных разногласий. За те несколько месяцев, что Нил находился в команде, он успел стать своим для всех, включая вечно угрюмого Эндрю. Чуть поодаль, за столом, который летом служил для обедов на свежем воздухе, а сейчас был накрыт пледом и скатертью, сидели Ники, Элисон и Рене. — Слышали новость? — Рене отхлебнула чай из кружки, которую держала обеими руками, греясь. — «Гран-при» переносят на две недели вперед. Организаторы говорят, что из-за погодных условий, но все знают, что из-за рекламного контракта с новым спонсором. — О, серьезно? — Элисон отложила телефон. — И когда объявят официально? — Уже объявили, сегодня утром, — ответила Рене, ставя кружку на стол и вытирая губы тыльной стороной ладони. — Ты не видела? В новостях по гоночному каналу крутили и в соцсетях уже все кипит. Команды перестраивают графики, гонщики ругаются, организаторы оправдываются, как всегда цирк устроили. — Я весь день провела в гараже, помогала Лайле с машиной Ники, когда мы вернулись домой. — объяснила Элисон, поднимая телефон и снова принимаясь сидеть в нём. — А телефон забыла в доме, забегалась. — Типичная Элисон, — усмехнулся Ники, намазывая масло на хлебец. Элисон следила за питанием команды и требовала, чтобы на столе были только полезные продукты, хотя сама иногда тайком лопала шоколадные батончики, которые прятала в ящике комода. — Забываешь о внешнем мире, когда есть проблемы поважнее. — Если что, мы твою машину чинили, мог спасибо сказать, — отозвалась Элисон, не поднимая глаз от телефона.  Мэтт и Дэн, собравшись на свидание, отъезжали уже от дома. Когда машина скрылась, на дворе стало тихо. Сет, который все это время стоял в стороне, прислонившись к стволу старой яблони, зажег сигарету. Он курил молча, глядя куда-то в небо и казалось был далек от всего происходящего. Элисон покосилась на него, но ничего не сказала. Сет был из тех людей, которые нуждаются в личном пространстве и нарушать его без приглашения означало нарваться на грубость, за которой он прятал свою уязвимость. За месяцы, что он был в команде, никто так и не узнал его настоящую историю, только факты. — Сет, шашлык будет через полчаса, — крикнул Нил от мангала, переворачивая очередную партию. — Угу, — кивнул Сет, выпуская дым колечком, которое ветер тут же разорвал на куски. — Ты бы подошел поближе, чтобы не пропустить, а то остынет. — Ок. Нил переглянулся с Эндрю, пожал плечами и вернулся к мясу. Самым заметным на заднем дворе, пожалуй, был Аарон. Он сидел на скамейке, стоявшей чуть поодаль от всех, у самого забора, почти в тени старой ивы, которая росла на границе участка. На Аароне был толстый, вязаный плед. Сейчас, когда вечерний холод пробирал до костей, плед оказался как нельзя кстати, хотя было лето. Он укутался в него с головой, так что был виден только бледный овал лица да торчащие из-под капюшона растрепанные волосы. Аарон смотрел в одну точку, где у другого конца стола, под большим садовым зонтом, сидели Кевин и Джереми. Столик у них был маленький, круглый. На столике стояли две кружки с кофе, пачка бумажных салфеток и раскрытый блокнот, в котором Кевин что-то чертил ручкой. Кевин и Джереми о чем-то оживленно беседовали, и Дэй был с ним... другим. Аарон злился, но он не хотел называть это ревностью, с каких это пор он должен ревновать Кевина? Они же просто друзья. Он повторял это себе снова и снова. Он снова посмотрел на брюнета. Тот теперь что-то чертил ручкой на салфетке, объясняя Джереми траекторию какого-то поворота. Блондин наклонился ближе, их плечи почти соприкоснулись и его палец тоже коснулся салфетки, указывая на какую-то деталь. Аарон почувствовал, как в груди что-то оборвалось. Миньярд вздрогнул, когда Элисон положила руку ему на плечо через плед. Ее ладонь была теплой, несмотря на холодный вечер. — Не спим? — спросила она с фальшивой бодростью, которая должна была изображать беззаботность. — Не сплю, — буркнул Аарон, не отрывая взгляда от Кевина и Джереми. — А что это ты там так пристально рассматриваешь? — Ники тоже проследил за его взглядом. — Кевина? Или его нового друга? — Обоих, — честно ответил Аарон, не видя смысла скрывать. Они все равно все видят, все понимают. Им не объяснишь, что он просто смотрит, а не ревнует. — Они очень... мило беседуют. — Мило, — эхом отозвалась Элисон. — Даже очень. Как два голубка на ветке. Воркуют, щебечут, крылышками хлопают. — Не издевайся, — огрызнулся Аарон, чувствуя внутри злость. Не на них, на себя. На свою слабость, на свою неспособность встать и уйти, на то, что он сидит здесь, укутанный в этот дурацкий плед с оленями и страдает, как героиня дешевого романа. — Я в настроении не для шуток. — А мы и не шутим, — Ники придвинулся ближе, заглядывая ему в лицо. — Ты ревнуешь и это нормально. — Я не ревную, — отрезал Аарон. — Ревнуешь. — Нет! — Ревнуешь, — хором сказали Элисон и Ники, и в их унисонном ответе было что-то почти комичное, если бы ситуация не была такой напряженной. Аарон резко повернулся к ним, намереваясь выдать гневную тираду. Он уже открыл рот, чтобы заявить, что ему нет никакого дела до того, с кем и о чем болтает Кевин, что у него своих проблем выше крыши и вообще, они могут идти лесом со своими психоаналитическими штучками, но набрав воздуха в грудь, он вдруг осекся. — Вы ничего не понимаете, — сказал он, уже тише и отвернулся, не желая, чтобы они видели его лицо. — Это не ревность, просто обидно. Вчера он был со мной, а сегодня он уже с другим и я получается, был просто... способом скоротать время. Утешением для бедного сиротки, у которого мать умерла. — О дорогой, — голос Элисон стал мягким, она убрала руку с его плеча и вместо этого накрыла его ладонь, сжимавшую край пледа. Ее пальцы были теплыми и успокаивающими. — Ты правда так думаешь? Правда веришь, что Кевин способен на такое? — А почему я должен думать иначе? — Аарон криво усмехнулся. — Посмотри на него. Когда он так светился со мной? Никогда. Он со мной дружит только из-за жалости. Ники и Элисон переглянулись. — Аарон, — Ники подался вперед и его голос стал серьезным. — Ты хоть раз видел, как Кевин смотрит на тебя? Нет, ты не видел, потому что ты в эти моменты обычно смотришь в пол или куда-то вдаль, избегая его взгляда. Поверь мне, с Джереми он разговаривает как с коллегой, а на тебя он смотрит так, будто в тебе вся его вселенная, он явно дорожит вашей «дружбой» — Красиво сказано, — фыркнул Аарон. — Ты поэт, Ники, но поэзия не имеет ничего общего с реальностью. — Реальность в том, — перебила Элисон, — что ты сидишь здесь, укутанный в плед и прожигаешь взглядом несчастного Джереми, который понятия не имеет, что стал причиной твоей ревности. Он приехал по делу, Аарон. У них совместный проект. Это не свидание, это рабочая встреча, а Кевин, между прочим, тоже на тебя поглядывает и  ему, наверное, очень интересно, почему ты сидишь в одиночестве, как сыч на заборе, а не подходишь к нему. Аарон покосился на Кевина. Тот действительно на секунду повернул голову в его сторону и в тот самый момент Аарон был достаточно глуп, чтобы встретиться с ним взглядом. На долю секунды их глаза встретились. — Он не на меня смотрит, он проверяет, на месте ли я, чтобы потом не пришлось меня искать, — буркнул Аарон, утыкаясь взглядом в какую-то точку на столе. — Ответственность, типа, он же теперь за меня в ответе. Элисон, ты сама сказала: "бедный малыш, у него мама умерла". Вот он и опекает. — Ах, так? — Элисон выгнула бровь и на ее лице появилось выражение, которое Аарон видел лишь однажды. — А ну-ка, посмотри на меня, Аарон. Посмотри и скажи честно, ты злишься на Кевина потому, что он разговаривает с Джереми или потому, что ты сам не знаешь, чего хочешь от него? Аарон замер, чего он хотел от Кевина? Дружбы? Любви? Обычного человеческого тепла? — Я... — начал он и замолчал. Горло перехватило и слова застряли где-то в груди, комком, который не проглотить и не вытолкнуть. — Вот то-то, — удовлетворенно кивнула Элисон, откидываясь на спинку скамьи. — Ты сам не знаешь, чего хочешь, а уже требуешь, чтобы Кевин догадался и вел себя соответственно. Нечестно, Аарон. Нечестно по отношению к нему и к себе. Ты как ребенок, который хочет конфету, но не говорит какую, а потом плачет, что ему дали не ту. Ники, который до этого молчал, давая Элисон пространство для маневра, наклонился к Аарону и заговорил тихо: — Послушай, — сказал он. — Я не буду тебе врать, Кевин сложный человек. Ты и сам это знаешь. Он много через что прошел, он не умеет доверять, он боится близости. Он привык, что все, кого он любит, либо уходят, либо умирают. Его мать исчезла, отец был алкоголиком, единственные люди, которым он верил это Лайла и может быть, Нил, но вдруг появляешься и он... он не знает, что с этим делать. — Причем здесь это? — спросил Аарон, и его глаза встретились с глазами Ники. — А при том, — продолжил Ники, — что если он вчера был с тобой не как друг, не как брат, а как... ну, как мужчина с мужчиной, — это не было просто "утешением". Кевин не умеет утешать таким способом. Он слишком прямолинейный для этого, если бы он хотел тебя просто пожалеть, он бы дал тебе платок, похлопал по плечу и сказал что-то банальное. Не спрашивай откуда мы знаем, но он полез целоваться. Я знаю Кевина, если бы он не хотел, он бы отстранился. Он же не умеет делать то, чего не хочет и если он тебя поцеловал значит, ты ему нужен и явно не в плане дружбы. — А как?  — А это ты у него спроси, — пожал плечами Ники. — Мы не телепаты, но судя по твоему настроению, ты предпочитаешь сидеть здесь и ревновать, а не подойти и выяснить. Тебе так удобнее? Сидеть в своей норе и жалеть себя? А если он сейчас подойдет к тебе, что ты сделаешь? Оттолкнешь? Или обнимешь? Аарон сжал челюсти так сильно, что заныли зубы. Он знал, что Ники и Элисон правы и от этого было еще больше тошно. — Идите вы, — сказал он, вставая со скамьи. Плед сполз с плеч и упал на землю. — Идите вы со своими советами. Вы не понимаете, что я чувствую. Никто не понимает, вы все такие... такие правильные, такие хорошие, а я испорченный, больной, не знаю, чего хочу, но это не значит, что я должен выслушивать ваши дурные советы. Аарон не помнил, как прошел расстояние от скамейки до того места, где сидели Кевин и Джереми. Не помнил, как сжал кулаки, как почувствовал, что земля уходит из-под ног, как ветер ударил в лицо, когда он сделал глубокий вдох. Он поравнялся со столиком и не глядя на Кевина, специально с силой, толкнул его плечом, когда Дэй уже вставал. Кевин не ожидал такого и едва не упал, выпустив ручку из рук и та укатилась под стол. — Ой, — сказал Аарон безразличным голосом, который стоил ему огромных усилий. — Извини, не заметил. Кевин поднял на него удивленные глаза. Он не ожидал такого от Аарона, он обычно был более... плавным, что ли и не таким грубым. — Аарон, ты чего? — спросил он, наклоняясь за ручкой, которая закатилась под ножку стола. Его голос был спокойным. — Ничего, — Аарон уже проходил мимо, направляясь к дому. — Аарон! — окликнул его Кевин. — Постой! Но Аарон не обернулся. Сделал! Не промолчал, не стерпел, он показал, что ему не все равно и пусть теперь думают, что хотят. — Стой! — Кевин собирался пойти за ним, но в этот момент Аарон уже дошел до середины двора. Голос Эндрю прозвучал из-за мангала: — Аарон, ты куда? Шашлык скоро. Нил говорит, еще минут пять и можно снимать. Аарон остановился. На секунду ему захотелось развернуться, подойти к брату, сказать, что все в порядке, он просто устал, просто хочет побыть один, но голос не слушался. — Я к машине, — выдавил он наконец, не оборачиваясь. — Мне нужно готовиться к гонке. Не хочу тратить время на... пустые посиделки. — Какая гонка? — удивился Нил, отрываясь от мангала. В его руке была шампура с дымящимся мясом, которое он видимо, собирался переложить на тарелку. — У нас тренировка только через два дня и то обкатка, без серьезных заездов. — Вот и подготовлюсь, — бросил Аарон и не дожидаясь ответа, зашагал к дому. На крыльце он почти столкнулся с Лайлой, которая как раз выходила, держа в руках бутылку лимонада и пачку бумажных стаканчиков. Она была в своем рабочем комбинезоне. — Ой, Аарон, ты... — начала она, но он прошел мимо, даже не кивнув.  Лайла проводила его растерянным взглядом и вышла во двор, где тут же попала в эпицентр всеобщего внимания. — Что случилось? — спросила она, оглядываясь. — Почему все такие... странные? Кевин, ты чего встал? Аарон куда побежал? Но Кевин тоже уже скрылся в доме. Элисон вздохнула, подошла к Лайле и забрала у нее бутылку с лимонадом и стаканчики, освобождая руки. — Лучше не спрашивай, родная, — сказала она, покачивая головой. — У нас тут драма в трех действиях с элементами ревности, недопонимания и классического мужского идиотизма. Все посмотрели на дверь, за которой скрылись Кевин и Аарон, и каждый подумал о своем. Сет, докурив сигарету, с удовольствием затушил ее о ствол яблони и подойдя к столу, взял кружку с чаем, который уже остыл, но он налил новый из термоса. — А мясо горит, — сказал он спокойно. Нил ойкнул и кинулся к мангалу, шашлык и правда начал поджариваться сильнее, чем надо, на одном боку появилась черная корочка, и запах гари стал отчетливо различим даже на фоне дыма от разогретых углей. — Вот черт, — выругался он, проворно переворачивая шампуру, чтобы спасти хотя бы то, что еще не сгорело. — Все из-за этих... драм. Только отвлечешься на минуту и готово. Я же говорил, что не надо было мне это мясо доверять, если я не могу уследить одновременно за огнем и за отношениями.

***

Аарон яростно направлялся уже к своей машине, которая мирно и тихо стояла в мастерской. Он выдохнув чтобы успокоиться, сел в него и пристегнувшись, завел свою машину. Когда он выехал, то заметил Кевина который еле отдышался. Он постучал Аарону в окно и тот с раздражением, спустил его смотря на Дэя с яростью. — Ради бога, Аарон. Давай просто по человечески поговорим, либо я помогу тебе с тренировкой? Аарон цокнул, но ничего не ответил, что означало, ему сейчас все ровно, пусть Кевин делает, что хочет. Кевин скользнул внутрь и захлопнул дверь, а потом потянул ремень безопасности через грудь и щёлкнул замком. Он повернулся всем корпусом к Аарону и несколько секунд просто смотрел на него. — Всё в порядке? — спросил Кевин. Аарон не повернул головы и тихо буркнул. — Да, все просто зашибись. На самом деле он злился еще с самого утра. Кевин провёл весь ебанный день с Джереми. Это бесило не просто так, да они с Кевином не были парой, можно сказать не были даже «кем-то». Называли себя друзьями, но разве это «дружба»? Кевин пожал плечами  и откинулся на сиденье, вытянув длинные ноги насколько позволял салон. — Поехали. Аарон выжал сцепление, воткнул первую передачу и мягко отпустил педаль. Supra тронулась, набирая обороты. Миньярд входил в повороты агрессивнее обычного. На входе в первый поворот, он дал газ раньше времени. Они сделали несколько кругов. Каждый раз Аарон входил в поворот чуть раньше, выходил чуть позже и газовал резче. Наконец Кевин не выдержал. — Что-то случилось? Ты сам не свой сегодня. Входишь в поворот слишком рано, газ раньше времени… Обычно ты чище работаешь, ты как будто думаешь о чём-то другом. Аарон молчал ещё полкруга, потом злость вырвалась наружу. Ухмылка вышла кривой и уголок рта дёрнулся. — Спроси у Джереми, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Думаю, он лучше знает. Кевин на миг замер. Потом медленно повернулся к нему всем телом. На губах появилась та самая ухмылка. — Ты меня ревнуешь? Аарон не ответил сразу. Supra продолжала разгоняться на прямой, скорость была уже под сто и он сжал руль сильнее. — Отъебись, — бросил он наконец. Кевин усмехнулся шире и произнёс. — Нет, ты точно меня ревнуешь, Аарон. Аарон стиснул челюсти, не поворачиваясь. — Нет. Кевин повернулся к нему полностью, ремень безопасности натянулся через широкую грудь. — Аарон. — Я сказал нет! — почти выкрикнул Аарон, резко поворачивая голову к Кевину. В этот момент Supra уже входила в следующий широкий левый поворот на приличной скорости  Кевин молниеносно потянулся вперёд. Левой рукой перехватил руль у Аарона, правой обхватил его за затылок, пальцы зарылись в короткие светлые волосы, притягивая его к себе и их губы встретились. Губы Кевина были горячими, чуть шершавыми от ветра и долгого дня на улице. Он сразу же приоткрыл рот и язык настойчиво прошёлся по нижней губе Аарона. Миньярд на миг оцепенел, но Кевин уже углубил поцелуй, впиваясь сильнее и прикусывая нижнюю губу с лёгкой болью, которая тут же сменилась влажным, скользящим движением языка. Одновременно Кевин резко вывернул руль в сторону, вызывая занос. Supra мгновенно отреагировала, задняя ось сорвалась вбок с громким визгом, машина начала дрифт по широкой дуге. Кевин держал руль одной рукой, а Аарон тормозом, поддерживая угол заноса. Он вжался спиной в дверь со стороны водителя, его руки, только что были на руле, теперь судорожно вцепились в ткань толстовки Кевина на груди.  Поцелуй продолжался без остановки, Кевин слегка повернул голову, меняя угол и язык проник глубже, скользя по нёбу Аарона, сплетаясь с его языком в влажной борьбе. Аарон невольно ответил, губы дрогнули, язык осторожно коснулся языка Кевина. Потом он уже сам потянулся вперёд, впиваясь пальцами в волосы на затылке Кевина, притягивая ближе. Поцелуй стал ещё глубже. Зубы слегка стукнулись, дыхание смешалось и слюна немного стекла по подбородку Аарона, но он не замечал. Всё тело горело, жар от поцелуя разливался по венам. Supra продолжала скользить боком огромной дугой по площадке и Кевин мастерски удерживал угол, слегка подправляя руль. Это длилось долго, секунд пятнадцать, которые растянулись в целую вечность. Время в дрифте и в таком поцелуе искажается, каждый миг чувствуешь каждую деталь, как язык Кевина медленно обводит губы Аарона, как зубы прикусывают, как пальцы Кевина на затылке слегка царапают кожу, как грудь Кевина поднимается в такт тяжёлому дыханию. Вдруг Аарон резко отстранился, тяжело дыша. Он вдавил педаль тормоза в пол. Supra резко замедлилась, заднюю часть немного занесло, но Кевин успел выровнять коротким движением руля. Машина замерла посреди площадки, двигатель продолжал гудеть, а из-под колёс ещё поднимался лёгкий дымок.  Аарон сидел, привалившись спиной к двери, грудь тяжело вздымалась. Губы были красными, припухшими и слегка блестели. Он смотрел на Кевина, будто видел его впервые за всё время их знакомства. — Ты блять конченный… — выдохнул он хрипло, голос сорвался на середине. Кевин откинулся на своё сиденье, тоже тяжело дыша. Его губы были такими же красными, волосы растрёпаны, на лице играла довольная ухмылка. Он медленно провёл языком по нижней губе. — Знаю, — сказал он спокойно, почти весело, хотя дыхание всё ещё было неровным. — Но тебе понравился данный экстрим. Аарон молчал секунду, переваривая все, а потом он с резким щелчком дёрнул ремень безопасности. Толкнул дверь плечом и буквально вывалился наружу. Дверь автомобиля захлопнулась с громким звуком, который эхом разнёсся по пустой площадке. Кевин быстро расстегнул свой ремень и выскочил следом, оббегая машину спереди. — Аарон! Ты чего? Подожди! — крикнул он, голос разнёсся в ночной тишине. Видимо у Дэя появилась новая проблема.