Тени

Прошёл ещё один месяц. Или два. Время потеряло смысл. Сорок девятый день после перехода в WM Entertainment запомнился Руи на всю жизнь. Не потому, что случилось что-то грандиозное. А потому, что случилось то, чего он боялся больше всего. Он сидел в гостиной один. Умути был на встрече с директором. Хён спал после очередной бессонной ночи. Хару записывал что-то в тетрадь на кухне. Телефон завибрировал. Руи взял его, не глядя на экран — думал, сообщение от Умути. Это было не от Умути. Незнакомый номер. Фото. Он открыл его и перестал дышать. На фото — его старшая сестра. Она спала на своём диване, в своей квартире в Тайбэе. Фото было сделано с улицы, через окно. На первом этаже. Сестра жила на первом этаже. Под фото — текст: «Она следующая. Если ты не уйдёшь из группы — она умрёт. У тебя три дня». Руи смотрел на экран. Не моргал. Внутри что-то оборвалось, упало в пустоту и разбилось. Он не закричал. Не заплакал. Он просто встал, зашёл в ванную, закрыл дверь и сел на пол. И сидел там, пока вода в кране капала. Кап-кап-кап. Как секундомер. Отсчитывающий три дня. Хару нашёл его через час. - Руи? — Он постучал. — Ты там долго. Всё нормально? Тишина. - Руи? - Войди. — Донеслось из-за двери. Голос чужой. Плоский. Хару открыл дверь. Увидел Руи, сидящего на полу, прижавшего колени к груди. Телефон валялся рядом. Экран разбит — Руи ударил его о стену. - Что случилось? — Хару присел рядом. Руи молчал. Тогда Хару взял разбитый телефон. Экран ещё работал. Он увидел фото. Прочитал сообщение. - Я сейчас вернусь. — Сказал Хару. Голос не дрогнул. — Не двигайся. Он вышел. На кухне достал свой телефон. Сделал три звонка. Первый — Умути. Тот не ответил — был на встрече. Второй — адвокату, с которым они тайно связались ещё две недели назад. Коротко. - У нас проблема. Угроза жизни родственнику. Нужно заявление в полицию. Срочно. Третий — сестре Руи. Напрямую. У неё был тайский номер, который никто не знал, кроме Хару, он попросил его на всякий случай месяц назад. - Здравствуйте, это Хару, друг Руи. — Он говорил тихо, но чётко. — Пожалуйста, никуда не выходите сегодня. Заприте дверь. Не открывайте никому. Я объясню позже. Просто доверьтесь мне. Сестра спросила, в чём дело. Хару сказал: «Ваш брат в опасности. И вы тоже. Я всё объясню, когда он будет в порядке». Она обещала сидеть дома. Хару вернулся в ванную. Сел рядом с Руи. - Я позвонил твоей сестре. Она в безопасности. Я позвонил адвокату. Он готовит заявление. Умути скоро вернётся. Руи поднял голову. Глаза сухие, но взгляд — стеклянный. - Они убьют её. — Сказал он. — Я знаю. Они убьют. - Не убьют. — Хару говорил твёрдо. — Потому что мы не дадим. Ты не один. - Я не могу… — Голос Руи сорвался. — Я не могу рисковать ею. Она моя семья. - У тебя есть ещё мы. — Сказал Хару. — Мы тоже семья. И мы не дадим тебя в обиду. И её не дадим. Руи закрыл лицо руками. Плечи задрожали. Хару не обнял его — знал, что Руи не любит прикосновений от кого-то, кроме Умути. Просто сидел рядом. Молча. Твёрдо. Через двадцать минут вернулся Умути. Он увидел разбитый телефон, Хару на полу, Руи с красными глазами — и всё понял без слов. - Выйди, пожалуйста. — Сказал он Хару. — На пять минут. Хару кивнул и вышел. Закрыл дверь. Умути сел на пол перед Руи. Взял его руки в свои. - Расскажи. Руи рассказал. Коротко. Без подробностей. О фото. О трёх днях. О том, что он не знает, что делать. - Я не уйду из группы. — Сказал он в конце. — Но, если с ней что-то случится — я себе не прощу. - И не случится. — Сказал Умути. — Потому что мы сейчас же едем в полицию. Потому что Хару уже вызвал адвоката. Потому что твоя сестра знает и сидит дома. Потому что мы не одни. - А если они всё равно… - Тогда мы найдём их. И остановим. Вместе. Умути наклонился и поцеловал Руи в лоб. Долго. Крепко. - Ты не один. — Повторил он. — Никогда. Руи закрыл глаза. Слёзы наконец потекли. Молча. Облегчённо. Он не знал, что будет завтра. Но сегодня — Умути был рядом. И этого хватало, чтобы не сломаться. Полиция приняла заявление. Адвокат подключил свои каналы. Сестру Руи временно переселили в безопасное место — гостиницу под другим именем. Компания узнала об угрозе. На этот раз они не могли сделать вид, что ничего не происходит. Директор вызвал Умути и Руи на разговор. - Это серьёзно. — Сказал он. Без обычной усмешки. — Если станет известно, что у нас проблемы со сталкерами, которые угрожают семьям артистов — репутации конец. - Вас волнует только репутация? — Спросил Руи. Голос всё ещё был плоским, но в глазах появился огонь. - Меня волнует, чтобы вы продолжали работать и приносить деньги. Для этого вы должны быть живы и здоровы. — Директор помолчал. — Я распорядился усилить охрану. И подключить детективов. Мы найдём того, кто это сделал. - Вы могли бы сделать это раньше. — Сказал Умути. - Мог бы. Не сделал. — Директор посмотрел на них в упор. — Ошибка. Признаю. Сейчас исправляю. Это было первое признание ошибки за всё время. Не извинение. Но что-то близкое. Руи не поверил. Но хотя бы перестал ждать, что компания его предаст. Пока что. Дома, в их комнате, Руи сидел на кровати, обхватив колени. Умути готовил чай на кухне. Хён зашёл без стука. Сел, напротив. - Хару рассказал мне про твою сестру. Руи кивнул. - Если захочешь поговорить — я здесь. — Сказал Хён. — Я не умею в утешения. Но я умею молчать рядом. - Спасибо. — Тихо сказал Руи. - И ещё… — Хён помялся. — Ты сильный. Я бы на твоём месте… не знаю, что бы я сделал. Но ты держишься. Это… достойно уважения. Руи поднял голову. Посмотрел на Хёна. Самый высокий, самый молчаливый, самый закрытый — и вот он говорит слова поддержки. - Ты тоже сильный. — Сказал Руи. — Ты не спишь ночами, слышишь голоса, но всё равно выходишь на сцену. - Я боюсь. — Признался Хён. - Я тоже. — Руи почти улыбнулся. — Наверное, это и есть смелость. Бояться, но делать. Хён кивнул. Вышел. В коридоре его ждал Хару. - Ты молодец. — Сказал Хару. — Трудно тебе дался этот разговор? - Очень. — Признался Хён. — Но надо. - Надо. — Согласился Хару. — Пошли, я сделал имбирный чай. Тебе тоже полезно. Хён пошёл за ним. И подумал: как же хорошо, что они не одни. Той же ночью Руи не спал. Он лежал с открытыми глазами, смотрел в потолок и слушал, как дышит Умути рядом. Тот уснул — впервые за долгое время. Вымотался за день. Руи не хотел его будить. Он встал. Подошёл к окну. За окном — темнота, пустой двор, пожарная лестница. И тень. Она стояла на привычном месте. Смотрела. Руи смотрел в ответ. Не отводил взгляд. - Я не уйду. — Сказал он тихо. — Я не боюсь тебя. Тень не шелохнулась. - Ты — не я. Ты — моя тень. А тени не живут без света. Я — свет. Без меня тебя нет. Он отвернулся от окна. Лёг обратно. Обнял Умути за талию и прижался лбом к его спине. - Ты чего не спишь? — Сонно пробормотал Умути. - Уже сплю. — Прошептал Руи. Он закрыл глаза. Тень осталась снаружи. Впервые за много ночей Руи спал спокойно. Утром Хару обнаружил, что из его тетради снова вырваны страницы. На этот раз — пять. Те, где были записи о звонках Хёну, о следах ботинок, о надписи на стене. Он не удивился. Не испугался. Он достал ручку и написал на новой странице: «День 51. Снова пропали страницы. Я знаю, кто это делает. Ты. Тот, кто читает. Тот, кто боится, что я всё запишу. Но я буду записывать. Пока я жив — будет и дневник. А я буду жить долго. Назло тебе». Он спрятал тетрадь в новое место. Под половицей. Только он знал, где. Теперь стало легче. Вечером того же дня Умути собрал всех в гостиной. - Мы должны держаться вместе. — Сказал он. — Не только в страхе. Во всём. Я предлагаю правило. Каждый вечер мы встречаемся здесь, в моей комнате, и говорим правду о том, что с нами происходит. Без страха, что нас осудят. - Как в анонимных алкоголиках? — Спросил Хён. - Как в семье. — Поправил Умути. Они согласились. В тот вечер они говорили три часа. Хён рассказал о голосах. О том, что боится сойти с ума. Хару — о дневнике, о пропавших страницах, о том, что кто-то был в их комнате. Руи — о сестре, о тени на пожарной лестнице, о том, что он видит «её» в зеркалах. Умути — о том, что он боится не справиться. Что каждую ночь прокручивает в голове сценарии, как защитить их всех. Что иногда ему хочется просто исчезнуть. После этого они сидели в тишине. Потом Хару сказал. - Мы всё ещё здесь. Это уже победа. - Не победа. — Возразил Хён. — Перемирие. - Тоже неплохо. — Сказал Руи. Умути посмотрел на них. На этих троих, которые стали ему больше чем группой. Больше чем друзьями. - Спасибо. — Сказал он. — Что вы есть. - Спасибо, что ты есть. — Ответил Руи. Они не обнимались — не в их это стиле. Но в воздухе повисло что-то тёплое. То, что не могла разрушить никакая тень.