Полуночная сова

Поняв, что её обманули, Сяо Хэй замолчала. На её холодном лице, как и раньше, невозможно было разглядеть ни радости, ни гнева. Но вокруг неё начала сгущаться лёгкая чёрная дымка... Куан Цзиньсинь и Цянь Ай синхронно посмотрели на своего капитана с другой стороны; поскольку оба были подняты лианами в воздух, их взгляды оказались на одном уровне, что было удобно для зрительного контакта. [Кажется, вы её разозлили...] — говорили беспокойные взгляды Куан Цзиньсиня и Цянь Ая. [Я всего лишь помощник на кухне, главный повар — наш стратег, да, стратег.] — отвечал невинный взгляд капитана Сюя. Повисшие на лианах товарищи притихли, послушные, как три нераспустившихся бутона. Вслед за ними и мелкая вода перестала волноваться, речной рак прекратил свои игры, детсадовский дракончик исчез неизвестно куда, а появлявшийся будто из ниоткуда, электрический угорь затаился на дне. На какое-то время воцарилась тишина. Именно в такие моменты проявляется преимущество неумения считывать настроение и атмосферу. — Тебе следовало опутать и меня лианами, независимо от того, в сознании я или нет, выведя из строя. Но ты не сделала этого. — Стратег У без малейшего напряжения продолжил разбирать тактику противника. — В поединке таких мастеров, как мы с тобой, одного промаха достаточно, чтобы проиграть всю партию. Трое товарищей: «...» Их стратег полностью погрузился в образ «коварного негодяя», а «загадочная самоуверенность» является неотъемлемой частью этого образа. — Прошу исполнить обещание и указать нам путь. — У Шэн убрал улыбку с лица и стал серьёзен. Сяо Хэй пристально смотрела на У Шэна, её взгляд был холоден как лёд; если бы взглядом можно было заморозить насмерть, стратег У уже вступил бы в ледниковый период. Но электрический угорь плавал у самой её щиколотки, словно неотвязный злой дух, и она знала, что стоит ей лишь пошевелиться, будь то использование принадлежности или призыв ветра и камней, последующий разряд будет абсолютно сокрушительным. Некоторое время они молча стояли в тишине. Как бы ни не хотелось Сяо Хэй, ей пришлось сдаться: — Направо... Четверо товарищей навострили уши, боясь пропустить хоть слово. — Направо... налево... направо... — Плюх — Четверо товарищей, старательно запоминавшие путь, остолбенели — что это за «плюх» такой? Указывавшая путь Сяо Хэй тоже опешила; она была ближе всех к источнику звука и слышала его отчётливей всех, и тут же опустила взгляд. В следующую секунду из воды у её ног внезапно появилась мокрая маленькая мордочка, чёрно-рыже-белая чёлка промокла и слиплась, в сине-зелёных глазах стояла паника, маленькие лапки отчаянно барахтались в воде, и раздался душераздирающий крик: — Пи-пи-пи-пи! Мелкая вода по щиколотку обычному человеку для товарища-художника была сущим адом. У Шэн никак не ожидал, что Ван-Ван, будучи частью Плана К, появится в этот момент. Он немедленно, без колебаний, отменил действие принадлежности. Мелкая вода мгновенно исчезла, Ван-Ван, будто получив помилование, резко подпрыгнул, «шлёпнулся» на стену лабиринта, растянувшись в форме звезды, всеми четырьмя лапками мёртвой хваткой вцепившись в стебли лиан, ползущих по стене, и замер, словно котопаук. Взглянув на эту сноровку, У Шэн сразу понял, что ещё до падения в воду, малыш наверняка уже давно сидел в этой позе, а потом, вероятно, силы иссякли, и он шлёпнулся вниз. Пока голова стратега У проделывала восьмисотый виток, Цянь Ай и Куан Цзиньсинь всё ещё пребывали в первоначальном ступоре, их вопросительные взгляды устремлялись к капитану. — Бой был слишком яростным, активировал не ту принадлежность, рука дрогнула. Дрогнула рука. — Капитан Сюй тут же объяснился перед товарищами и Ван-Ваном. Товарищи: «...» Ван-Ван: — Пи! Раздражённый крик, как ни слушай, был полон жажды мести, которую не утолить и тысячью царапин. Сюй Ван вжал голову в плечи, избегая ледяного сине-зелёного взгляда кошачьего повелителя, и поспешил сосредоточиться, готовясь отменить принадлежность и забрать Ван-Вана домой. Неожиданно, едва он подумал об этом, как Сяо Хэй вдруг повернулась, подошла к трёхцветной кошке сзади и, словно из любопытства, протянула палец, слегка коснувшись кончика её уха. Кошка, казалось, была не рада прикосновению, и уши её мгновенно прижались. Сяо Хэй вздрогнула и отдернула палец, словно от удара тока. Но не прошло и пары секунд, как она снова не удержалась и на этот раз легонько почесала макушку кошки. Кошка, казалось, рассердилась, внезапно развернулась и прыгнула! Сяо Хэй инстинктивно отступила на полшага, и кошка вцепилась лишь в её плащ. Неудачно атаковав, товарищ Ван-Ван тут же пустился наутёк, в чём можно было увидеть идеальное наследие «хитрой тактики» своей команды. Но не учёл, что его коготки слишком остры и всё ещё цепляются за плащ! Он прыгнул, побежал — и сорвал плащ с Сяо Хэй! Серебристые длинные волосы рассыпались водопадом, прекрасные, как лунный свет! Чёрное платье, в сравнении с нарядом Сяо Бай, было чуть менее игривым, но более изысканным, отчего она стала ещё больше похожа на лунную фею — отрешённую, безмолвно-прекрасную, и загадочную. Лианы исчезли. Трое товарищей приземлились. Но Сяо Хэй даже не взглянула на них, лишь наклонилась и осторожно подняла Ван-Вана, который, чувствуя, что натворил дел, испуганно замер на месте, наступив на плащ. Тёплый ласковый ветерок окутал Ван-Вана, согревая его промокшую шёрстку. Ван-Вану было тепло и уютно, и он совершенно беспринципно, прикрыл глаза и устроился в объятиях Чёрной Лолиты. За две-три минуты промокший кот вновь стал бодрым, шёрстка лоснилась, и он издавал довольное мурлыканье. Только тогда Сяо Хэй нехотя подняла взгляд на Сюй Вана. Капитан Сюй всё понял и поспешил призвать своего художника душ. Ван-Ван медленно исчез из объятий Сяо Хэй, и иконка кошачьей лапки вновь появилась в пенале Сюй Вана. В этот момент четверо товарищей снова собрались вместе. Сяо Хэй бросила на них взгляд, развернулась и на стене лабиринта нарисовала пальцем дверь. Едва палец оторвался, дверь стала реальной, и выглядела точь-в-точь как те двадцать дверей, что они чуть не пропустили. Четверо товарищей: «...» Она тоже художник душ. — Предыдущие указания не в счёт, — Сяо Хэй повернулась, её длинные, подобные яркой луне, волосы слегка развевались на ночном ветру. — Эта дверь — для вас. Сюй Ван спросил: — Что за дверью? Сяо Хэй: — Выйдете — узнаете. Сюй Ван не мог не насторожиться: — Это, часом, не ловушка?.. — Можете продолжить идти по пути, что я указала ранее. — Голос Сяо Хэй по-прежнему звучал отстранённо, словно она лишь предлагала варианты, а выбор был за ними. Сюй Ван инстинктивно посмотрел на троих товарищей. У Шэн: — Осторожность — мать безопасности. Цянь Ай: — Лучше выбрать проверенный путь. Куан Цзиньсинь: — Я думаю, у неё нет дурных намерений... — Сяо Хэй, — капитан Сюй принял решение, — мы выбираем дверь! У Шэн, Цянь Ай: «...» Что это за критерии голосования?! Сяо Хэй кивнула, и отступила на два шага, освобождая путь, её намёк «открывайте сами» был более чем очевиден. Четверо товарищей подошли к двери, Сюй Ван глубоко вдохнул, взялся за ручку, как вдруг сверху легла ещё одна рука. Это был У Шэн. — Подожди секунду. — сказал он. Сюй Ван: «...» Цянь Ай, Куан Цзиньсинь: «...» Да, они забыли, что у их стратега есть ещё один обязательный ритуал. У Шэн, попросивший товарищей повременить с открытием, вновь посмотрел на Сяо Хэй, но, к удивлению всех, на этот раз он не протянул ей визитку, а прямо спросил: — Сяо Хэй... — Заткнись. — В холодном тоне Сяо Хэй наконец прозвучало нетерпение. — Хэй Момо. У Шэн опешил: — Это твоё имя? Сяо Хэй промолчала, подтверждая молча. У Шэн кивнул: — Хорошо, Момо... Хэй Момо: «...» Трое товарищей молча отвернулись: когда нужно было сблизиться, он пускал в ход тактику, а когда не нужно — самовольно опускал фамилию. Если однажды их стратега изобьют, виноват будет только он сам! — Где твой дом? К счастью, вопрос стратега У последовал быстро, успешно отвлекая Хэй Момо и спасая ему жизнь. — Лунный лабиринт — мой дом. — Без колебаний ответила Хэй Момо. У Шэн спросил снова: — У Сяо Бай есть спальня, а у тебя? Хэй Момо слегка нахмурилась: — Кто такая Сяо Бай? У Шэн: — Она, как и ты, живёт в этом лабиринте. Хэй Момо: — ... А. — Тебе не интересно узнать о них? — У Шэн удивился её равнодушию. — Кроме Сяо Бай, есть ещё Сяо Хуан, возможно, Сяо Хун, Сяо Люй, Сяо Лань — и все живут в Лунном лабиринте, как и ты. — И что с того? — В глазах Хэй Момо не было ни искорки; ни возражений, ни сопротивления — ей действительно было всё равно. — Разве ты не хочешь узнать, что за пределами лабиринта? — У Шэн не хотел сдаваться, пристально глядя на неё. — За лабиринтом — лес. Хэй Момо подняла взгляд к ночному небу: — Мне достаточно лунного света. Ночь была тихой. Стрекотали сверчки. — Через минуту я снова начну атаковать. — в последний раз спросила Хэй Момо. — Вы точно не уходите? Цянь Ай: — До свидания! Куан Цзиньсинь: — Спокойной ночи! Сюй Ван: — Рад встречи, береги себя! У Шэн: — До скорой встречи. Трое товарищей: — ... Не загадывай такого!!! Поспешно попрощавшись, капитан Сюй решительно открыл дверь и вывел отряд. — Щёлк — Дверь захлопнулась. За дверью Хэй Момо вновь подняла голову, глядя на луну. Перед дверью четверо товарищей, ожидавших оказаться на новой дороге лабиринта, застыли на месте, уставившись на пышные кроны деревьев. Лунный лес. Они... вышли из лабиринта? — Динь-лин-лин-лин! — [Сова: Поздравляем с прохождением этапа, 4/23 успешно сданы!] Сюй Ван: «...» У Шэн: «...» Куан Цзиньсинь: «...» Цянь Ай: — Эмм... так просто? Как-то стыдно даже, словно сжульничали!!! Сюй Ван: — Эй? Кажется, не хватает полфразы? У Шэн: — Дорогуша, до завтра, ~~ Куан Цзиньсинь: «...» Цянь Ай: — Ты уверен, что это китайский язык с такими паузами? — Динь! — Пропущенную фразу не добавили, зато награду выдали досрочно. Обычно после сдачи работы их сразу возвращало в реальность, и только на следующий день, при входе в «Сову», выдавались награды и новые координаты. Цянь Ай смотрел на свой пенал, и чем дольше, тем больше что-то казалось не так, пока он наконец не понял, в чём дело: — Кажется, мне добавили одну иллюзорную принадлежность! После сдачи предыдущих трёх этапов наградой всегда были «защитная и атакующая принадлежности», но на этот раз оказалось «защитная, атакующая и иллюзорная принадлежности». Товарищи вытянули руки и обнаружили, что у всех одинаковый набор — на этот раз награда у каждого состояла из трёх предметов. Товарищ Цянь, думавший, что ему выпал джекпот, мгновенно разочаровался. — По мере углубления в этапы потребность в канцелярских принадлежностях возрастает, соответственно, и награда немного увеличивается — логично. Едва У Шэн закончил анализ, они услышали новый сигнал. И это был невиданно долгий звук. — Динь-лин-лин-лин-лин~~~ — [Сова: Поздравляем с обновлением рекорда скорости сдачи этапа 4/23!] Скорость... сдачи? Четверо товарищей переглянулись, совершенно неподготовленные, когда их их рук вновь раздались «дзинь-дзинь», словно желая добить их окончательно. — Дзинь! — [Табель успеваемости]: Рекорд скорости сдачи этапа 4/23 обновлён! Куан Цзиньсинь, Цянь Ай, У Шэн, Сюй Ван получают дополнительную награду! — Дзинь! — [Табель успеваемости]: [Таблица рекордов скорости сдачи] открыта, просьба ознакомиться как можно скорее. — Бум — бум — бум — бум — Четыре сундука упали перед каждым из четверых товарищей на мягкую землю, издавая глухой звук. У Шэн, Сюй Ван, Куан Цзиньсинь, Цянь Ай: «...» И [Таблицу рекордов скорости] нужно посмотреть, и сундуки открыть, и, вероятно, как с предыдущей [Таблицей общих результатов], у них всего две минуты, время выйдет — таблица закроется, и их принудительно выбросит в реальность... Четверо товарищей переглянулись — чего ждать, скорее за дело!!! — Кх-кх-кх-кх! — Не до нежных и элегантных методов, все четверо вскрыли сундуки будто грабители! — Динь! — раздалось со всех сторон. В пеналах четверых добавилось по три канцелярских принадлежности, снова комбинация защитных, атакующих и иллюзорных. Неужели наградой за побитие рекорда был всего один набор принадлежностей? Конечно нет. Как и в сундуках из Бескрайнего моря, внутри были настоящие деньги — юани. В сундуке Сюй Вана лежала пачка, на глаз десять тысяч. В сундуке У Шэна лежала пачка, на глаз десять тысяч. В сундуке Цянь Ая лежала... маленькая пачка, на глаз тысяча. Нет, тысячу Цянь Ай ещё стерпел бы, хоть круглая сумма, но мгновенно пересчитав, он возмутился: — Всего восемьсот!!! Бессовестные!!! Куан Цзиньсинь тихо дёрнул товарища за рукав и скромно сообщил: — У меня вообще ни юаня. Цянь Ай остолбенел: — Как это возможно? Он бы не удивился так, если бы Куан Цзиньсинь получил восемьдесят тысяч. Но, опустив взгляд, он увидел, что сундук того и впрямь пуст. Пришлось сдержать недоумение, товарищи быстро открыли [Таблицу рекордов скорости сдачи], стараясь усвоить как можно больше информации. Недаром они отнеслись к этому серьёзно. Прошло больше месяца с тех пор, как они вошли в «Сову», а [Таблица рекордов скорости сдачи] открылась впервые! [Таблица рекордов скорости сдачи] Ду Инь, Фань Ебай, Ли Дянь, Му Исянь, Пэн Е, Фань Пэйян, Тэн Цзыянь, Вань Фэнман, Чжан Цянь, Чжэн Лочжу... Куан Цзиньсинь, Цянь Ай, У Шэн, Сюй Ван... Четверо товарищей скользили взглядом вниз, и знакомые имена встретились лишь на 7/23. — У команды Фань Пэйяна всего один рекорд? — Даже Куан Цзиньсинь почувствовал, что что-то не так. Эта команда — частый гость в таблице общих результатов, каждую неделю при открытии таблицы их видно, они хоть и не знакомы лично, но имена уже стали до боли знакомыми. Конечно, хорошие общие результаты не обязательно означают высокую скорость, но логично предположить, что чем дальше этап, тем меньше команд до него доходят, а сдавших — и того меньше. Команда, что каждую неделю входит в топ-5 таблицы общих результатов, а половину времени и вовсе возглавляет её, разве не должна была установить хотя бы один рекорд после седьмого этапа? И кроме того... — Рекорды этапов после 7/23 принадлежат незнакомым командам. — подтвердил У Шэн, пробежавшись взглядом. — Ни одно из этих имён не появлялось в таблице общих результатов. — А может, они раньше там были, — попытался объяснить Куан Цзиньсинь, — просто за тот месяц, что мы в «Сове», у них были плохие результаты, они опустились в рейтинге, и поэтому мы их не видели в таблице? И это звучало логично... — Ладно. — У Шэн покачал головой. — Слишком мало информации, нельзя делать точные выводы на пустом месте. Впереди ещё много времени, ответ обязательно найдётся. Раз стратег У поставил точку, Сюй Ван тут же отбросил тревоги, и радость отразилась на его лице: — Мы побили рекорд этапа! Получили канцелярские принадлежности и деньги, не найти ли нам местечко для празднования? Куан Цзиньсинь: — Ко-неч-но, да! Цянь Ай: — Угу. Тот, кто получил всего восемьсот, скромно угукнул. Атмосфера радости едва успела воцариться, как [Таблица рекордов скорости сдачи] закрылась. Как и ожидалось — две минуты. Перед глазами четверых товарищей потемнело, а когда вновь посветлело, они оказались на ночном рынке под открытым небом. Час сорок ночи, часть лотков уже закрылась, но оживлённая атмосфера ночного рынка сохранилась, ароматы жареного, тушёного и варёного сливались в прекраснейший ночной пейзаж, от которого не хотелось уходить. — Может, сначала тут засесть? — предложил Цянь Ай. — По случаю и месту, очень символично! Капитан Сюй немного подумал: побить рекорд в точке координат, отпраздновать в точке координат — красивая история, хм, можно устроить. Глубоко вдохнув, он решил выбрать место празднования носом — посмотреть, чей аромат самый соблазнительный, но вместо выбора лотка лишь успел проголодаться. Собираясь спросить мнение товарищей, он увидел, что Цянь Ай и Куан Цзиньсинь тоже выглядели непотребно, словно говоря «вот бы у каждого понемногу попробовать», и, смирившись, мог лишь надеяться, что у их стратега ещё осталось немного рассудка. У Шэн был весьма рассудителен — он и взглядом не вёл в сторону лотков, а опустив голову, смотрел на землю, размышляя о чём-то серьёзном. Сюй Ван вздохнул, и ткнул его локтем: — О чём задумался? У Шэн посмотрел на него, пару секунд изучая его лицо, и наконец произнёс: — Вряд ли рука дрогнула... Сюй Ван пару раз моргнул, осмыслил намёк стратега и с одобрением похлопал его по плечу: — Всё-таки ты меня понимаешь. У Шэн помрачнел: — В следующий раз, когда приведёшь в действие спонтанный план, не мог бы ты хотя бы подмигнуть, чтобы я мог просчитать риски... Сюй Ван вспыхнул от возмущения: — Откуда мне было знать, что среди твоих многочисленных канцелярских принадлежностей окажется именно «Дракон на мели»! Цянь Ай: — Э-э, о чём это вы... — Не рука дрогнула... — Куан Цзиньсинь внимательно связал контекст и вдруг понял. — Капитан, ты специально выпустил Ван-Вана?! Сюй Ван спокойно кивнул: — Я хотел, чтобы он спрятался в тёмном уголке и помог Плану W, но кто знал, что он струсит, как только твой Брат Шэн использует воду. Цянь Ай: — Тогда зачем врать про дрогнувшую руку? Сюй Ван: — Рядом же была Хэй Момо, разве я мог сказать, что выпустил Ван-Вана, чтобы он неожиданно цапнул её сзади? Ей он так понравился, она бы расстроилась. Цянь Ай: «...» Один строит хитроумные планы, другой мастерски наносит удары в подходящий момент. Вывод: руководящий состав — исчадия ада.                                                      — «Хроники преодоления этапов Цянь Ая» — Мы снова встретились! — вдруг раздался радушный возглас рядом. Четверо товарищей обернулись на звук и увидели четыре знакомых лица — тех самых богатыря, узкоглазого, худышку и синяки под глазами, с которыми они обменялись парой фраз, ожидая у входа в лабиринт. Однако по сравнению с бодростью при входе в лабиринт, сейчас на четверых лежала печать усталости, а на одежде виднелись следы боёв. — Вас тоже выкинуло! — на лице синяков под глазами читалось нежелание смириться. — Добраться до выхода за полтора часа — тут явно что-то нечисто! Только пусть попадутся мне эти типы! Четверо товарищей: «...» — Э-э, кхм. — Сюй Ван прокашлялся, стараясь сделать взгляд как можно более искренним. — Вы же на входе говорили, что большинство команд вам знакомы, а кто побил рекорд — неизвестно? Синяки под глазами: — Лица-то знакомые, а имён никто не знает. Если там враги, и узнают настоящее имя, ещё в реальности найдут и отомстят, что тогда? Богатырь, кивая, добавил: — Мир «Совы» и реальность не полностью разделены. Усталость и раны переносятся в реальность, как и отношения между людьми. Узкоглазый с досадой: — Учитель Вэй... — Окей-окей, — богатырь поднял руку. — Урок окончен. Всегда молчаливый худышка, словно почувствовав что-то шестым чувством, вдруг поднял взгляд и задумчиво посмотрел на четвёрку: — А команду, сдавшую этап, вы знаете? Цянь Ай: — Совершенно не знаем! Куан Цзиньсинь: — Мы впервые на этом этапе. У Шэн: — Никогда не думал, что найдётся команда, способная сдать этап так быстро. Сюй Ван: — Да, хоть и обидно, но надо признать — поистине выдающаяся команда...