Альфа по выбору

      Все сидели друг на друге. Минхо перелез через Хенджина и уселся на бедрах Чонина, немного бодая его головой. Чанбин обнимал Сынмина одной рукой, а другой гладил Феликса по голове. Хан ластился к Чану, поглаживая его бедро ладонью.       Хенджин взглянул на Сынмина, который был чем-то подавлен и перелез через парней, сел сбоку от младшего.       — Не возражаешь? — спросил он мягко.       Стоило Сынмину кивнуть, он тут же оседлал его бедра и прижал парня а своей шее.       — Я скучаю, — плаксиво прошептал Хван, сжимая чужие волосы в своих руках.       Сынмин тихо усмехнулся.       — Мы буквально не отлипаем друг от друга, Джинни.       Хенджин мотнул головой и поцеловал его в висок.       — Это не то же самое.       Сынмин прикрыл глаза и глубоко вдохнул аромат Хенджина. Он тут же окутал его всего, оседая на нем сверху. Хенджин услышал чужой вдох и улыбнувшись, распылил еще больше своих феромонов, чтобы Сынмин насытился.       Сынмин крепче сжал талию парня и сильнее вжал в себя.       — Тебе нравится? — шепотом спросил Хенджин, проведя ладонью по груди парня.       — Безумно, — Сынмин чуть было не рыкнул от удовольствия, но сразу же спохватился, осознавая, что чуть не выдал себя.       — Я тоже хочу слышать тебя, малыш, — томно шепнул на ухо омега, языком касаясь мочки уха.       Уши Сынмина вспыхнули.       Ему все еще тяжело контролировать запах, поэтому он скрывает его. Но что ему ответить сейчас, если Хенджин сказал, чтобы он не прятал свой аромат с ними, со стаей?       Сынмин напрягся всем телом, что Хенджин тут же почувствовал и немного отстранился, чтобы взгянуть ему в лицо. Он взволнованно заглянул ему в глаза.       — Что тебя беспокоит, Сынмин-а? — мягко спросил старший, поглаживая его по щеке.       Глаза Сынмина заблестели от слез.       Его много что беспокоило. Особенно то, что никто не примет его, узнай о его вторичном поле. Плевать на компанию, плевать на то, что фанаты его не примут — он как-то переживёт.       Но стая… его парни. Если они не примут, а они и не примут — сколько раз они упомянули о том, что рады, что рядом нет альфы, — тогда Сынмин сломается. Ведь каждый из них, каждый щенок его семья, Сынмин живет ими и для них.       И вот это его беспокоит. Как они отреагирют, когда узнают? Они будут в ярости, когда правда вскроется. Особенно больно им будет потому, что Сынмин не сказал сразу.       Но он не может. Не сейчас. Не тогда, когда им так хорошо вместе, не во время их отпуска.       Каждый из них прошел через многое, чтобы быть тем, кем они являются сейчас. Их мировой тур был выматывающим. Сейчас им нужно отдохнуть всем и Сынмин не станет мешать. Они заслужили отпуск.       Он наконец поднял глаза на Хенджина и несмело выпустил совсем кроху своего запаха, давая понять, что все в норме и волноваться не стоит.       Глаза Хенджина тут же округлились и он принюхался.       Как только капля терпкого кедра осела в носу старшего он тут же шумно вдохнул и сам прижался к шее Сынмина, стараясь поймать как можно больше запаха.       По скромному мнению Хенджина — Сынмин пах восхитительно.       Движение сбоку привлекло внимание стаи.       Сынмин, сидящий с закрытыми глазами, сжимающий бока Хенджина, и Хенджин, который шумно обнюхивал шею младшего беты. Его глаза были расширены, словно он впал в безумие.       Сынмин был сосредоточен только на том, чтобы контролировать свой запах и не замечал ничего вокруг.       — Черт… — выдохнул в губы Хенджин, отрываясь от шеи, — Минни, ты пахнешь прелестно. Будь моя воля, я бы никогда не отрывался бы от тебя.       — Я тоже хочу! — возмущенно воскликнул Феликс, вырываясь из захвата сильных рук Чанбина.       Сынмин распахнул глаза и от испуга выпустил чуть больше запаха, чем хотел.       Стая замерла.       Все удивленно уставились на Сынмина, который сидел ни жив ни мертв от случившегося.       «Черт… я выдал себя» — мысли крутились в его голове с бешеной скоростью.       — Ты… — протянул Чанбин, сидящий рядом.       Он неосознанно приблизился и впился взглядом в обнаженную и незащищенную шею Кима.       — …вкусно пахнешь.       Парни не отводили взглядов от Сынмина.       Феликс среагировал первым и перелез Чанбину на руки, чтобы быть ближе к Сынмину. Он заглянул в глаза и спросил.       — Можно?       Сынмин глупо уставился в ответ и только кивнул. Ну не отказывать же ему, в самом деле, когда все взгляды устремлены на него.       Феликс взвизгнул и чуть оттолкнул Хенджина плечом, чтобы тот отодвинулся.       Хенджин недовольный таким отношением зарычал на младшего, хватаясь за Сынмина крепче. Теперь уже рычал Феликс, глядя на омегу.       Оба омеги смотрели друг другу в глаза и злились. Запах вокруг стал пахнуть чем-то горьким и стухшим.       — Хенджин. Феликс, — громко и чётко произнёс Чан.       Парни не отвели взглядов друг от друга, всё еще цепляясь за взволнованного Сынмина.       — Хватит, — вмешался Минхо, пытаясь оттащить их друг от друга. Но они были неприклонны.       Сынмин смотрел на них, зажатый с двух сторон и не знал как поступить. Что делать в такой ситуации? Они явно теряли контроль над собой, учуяв запах альфы. При том, что сами не понимали этого.       Хёнджин зашипел, стоило младшему Ли приблизиться к шее Сынмина.       Еще мгновение и они сцепились бы в драке. Но в этот момент Сынмин тихо, но четко произнёс:       — Хватит.       Омеги тут же замерли и отпрянули друг от друга, пристыженно опустив головы.       Феликс сел ровно на бедрах Чанбина, отлепляясь от Сынмина. Но все равно он кидал взгляды на Кима, но не предпринимал попытку снова его обнюхать.       Хёнджин отвернул голову, но остался сидеть на коленях Сынмина. Руки он сложил на своих бедрах.       Чан тут же нахмурился.       — Что вы только что устроили? Вы знаете правила — нельзя рычать на членов стаи!       Он злился. Чонин накрыл его ладонь своей, но он продолжал отчитывать парней.       — Что на вас нашло?! Вы даже о чувствах Сынмина не подумали. Вы…       Сынмин потянулся и положил руку ему на колено, привлекая внимание к себе. Чан тут же замолк и уставился на парня.       — Всё хорошо, Чан-и. Всё в порядке, — он сказал это таким мягким тоном, что лицо Чана тут же расслабилось и он выдохнул.       Крис прикрыл глаза, сжав чужую ладонь своей, находя в ней заземление и успокоение.       Странно, что Сынмин смог так быстро успокоить вспыльчивого лидера.       Чонин сидел рядом и наблюдал. Он видел как омеги чуть не подрались из-за Сынмина. Видел, как Сынмин одним только словом их заставил отступить. Видел, как он успокоил Чана, сказав пару фраз.       Мысли в голове Чонина начинали выстраиваться в ряд, но он молчал, решив понаблюдать еще, прежде, чем сделать какой-то вывод.       — Спасибо, Сынмин-а, — тихо произнёс Чан, открывая глаза. — Это все нервы.       Он обратился ко всем.       — Давайте сегодня проведем спокойный вечер стаи. Тем более, что совсем скоро мы вернёмся домой и снова будем работать. Давайте отдохнем.       — Я включу фильм, — предложил Хан, открывая ноутбук.       — Я налью вина, — сказал Минхо, открывая бутылку.       Остальные тоже засуетились и начали готовить всё.       Сынмин хотел помочь, но омеги заставили его сидеть и сказали, что сами всё сделают для него.       Ему ничего не оставалось, как просто сесть в гнездо и просто смотреть на суетящихся членов стаи.       Чонин думал всего минуту, а затем тихо сел рядом.       — Уютно, правда? — он обвел рукой их гнездо.       Взгляд Сынмина потеплел.       — Да, м… наши омеги постарались.       Он замялся на секунду, чуть не сказав «мои» на омег, что было бы странно. Но Чонин заметил.       — Мне кажется, что в этот раз их гнездо получилось еще лучше, ты так не думаешь? — он сделал вид, что трогает подушку и рассматривает узоры на наволочке.       Сынмин покраснел. Конечно же он так думал. Лично для него это было первое стайное гнездо, в которое омеги пригласили его первым. Почему они решили так поступить, он не знал. Обычно первым был Чан, как лидер. Но сегодня это изменилось, не заметно для глаз, но оно было.       — Думаю, это потому, что в нашей стае презентовался еще и Феликс, как омега.       Чонин хмыкнул.       — Да, точно.       Он взглянул на Сынмина. Тот сидел в напряжении. Чонин кивнул сам себе — он идет в верном направлении.       — Всё же, Ликси действительно проявился как омега, как мы все и предпологали, — он лениво растягивал слова.       — Ну, это было ясно с самого начала, верно? — нервно хохотнул Сынмин. Напряжение от разговора неприятно накапливалось где-то в середине.       Сынмин старался изо всех сил контролировать свой запах, чтобы он не выдал страх.       Страх того, что Чонин что-то подозревает. Что-то знает. Что-то видел.       — Ну и, конечно же, ты, хён, — Ян ласково погладил Сынмина по руке.       — Я? — Сынмин выпал из разговора на мгновение.       — Ну, я имею ввиду, твоя презентация, — он усмехнулся уголком рта, пристально глядя на старшего. — Всё, как мы и думали. Ты бета.       Сынмин сглотнул и заморгал.       — А. Ну да, вы были правы, — тихо произнёс он, стараясь смотреть куда угодно, но не в глаза напротив.       — По-другому и быть не могло, правда? — не унимался Чонин.       Сынмин кивнул, он постарался улыбнуться, но это больше походило на оскал, нежели на улыбку.       — Конечно. Кем бы я мог стать, если не бетой?       Бета пристально смотрел на него, не отводя взгляда. Он почти расколол его.       В груди неприятно давило. Чонин что-то подозревал, и это было явно. Сынмин должен скрыть это любой ценой.       — Хм, я вот представил недавно, — скучающе протянул Чонин.       Сынмин повернулся к нему и вопросительно кивнул.       — Что именно?       Чонин потянулся.       — Представил, если бы ты вдруг представился альфой, а не бетой.       Сынмин, застигнутый врасплох, замер, как олень, увидевший фары в темноте. Он не мог пошевелиться.       Неужели он был так очевиден? Неужели так плохо скрывался?       — И… как? — наконец спросил он, относительно ровным голосом. Снаружи он выглядел непоколебимо.       Чонин, следящий за его эмоциями, не заметив ничего такого странного, пожал плечами.       — И не смог нормально представить. — Он снова заглянул в глаза и улыбнулся, — Ты рождён быть бетой. Не представляю тебя с другим вторичным полом.       Что-то внутри оборвалось от этих слов. «Рожден быть бетой» «не смог представить тебя кем-то другим».       — Ты рад? — тихо спросил Сынмин, уперевшись взглядом в пол.       — Тому, что ты бета? — переспросил Чонин и дождавшись кивка сказал, — Конечно, хён. Я рад тому, что ты прошел репрезентацию наконец-то.       «Рад, что я бета», — с досадой подумал Сынмин.       Ему очень сильно хотелось задать вопрос «а если бы я был альфой, что бы ты сказал мне на это?», но он боялся ответа.       Сынмин смотрел в глаза напротив, не в силах отстраниться. Лисьи глаза младшего манили. Его хитрому взгляду хотелось довериться, даже если иногда это и было опасно.       «Чонин бы понял. В нем я уверен» — отчего-то эта мысль разлилась теплом в груди Сынмина.       Он был уверен в Чонине. Он был для него не только партнёром и коллегой по работе, но он был для него лучшим другом. Он действительно понял бы, скажи Сынмин о ситуации, произошедшей с ним. Но…       Эти слова о том, что он рад, что Сынмин представился бетой. Разве они не означали, что младший был рад тому, что рядом нет альф? Может именно поэтому он так старательно заглядывал в глаза?       Сынмин не знал.       Чонин мягко улыбнулся и взял его руку в свою.       — Рад, что ты с нами, Сынмин-и.       Ким перевел взгляд на их сцепленные руки и тепло улыбнулся.       — Я тоже, Нини, я тоже…       Чонин лишь улыбнулся, поняв то, что хотел.