Лира Маккиннон и Узник Азкабана.

Услышав новость о том, что её отец сейчас находится где-то в Хогвартсе, она неосознанно начала оглядываться по сторонам, надеясь увидеть его. — Мисс Маккиннон, — обратилась к девушке Макгонагалл. — Что вы тут делаете? — Эм… я… — замешкалась брюнетка и, не найдя более подходящего оправдания, сказала: — Я пойду к своим. Лира поспешила покинуть лестницу до того момента, как учительница трансфигурации успела осознать слова, которые только что произнесла её ученица. Спускаться было делом небыстрым, ведь по лестницам двигалась вся гриффиндорская масса студентов, которых Дамблдор направил в Большой зал на импровизированный ночлег. Но, естественно, это было предлогом. Лира прекрасно понимала, что на самом деле учителя вскоре направят в Большой зал и остальных учеников, чтобы они не мешались под ногами, когда преподаватели будут обыскивать школу в поисках преступника. Сквозь хвастливые россказни гриффиндорских мальчишек, грозившихся прикончить Сириуса Блэка одним заклинанием, Маккиннон пробиралась к пуффендуйцам. Те стояли, прижавшись к стене, словно она была для них надёжным укрытием. — Никому никуда не двигаться, главное — без паники! — успокаивал ребят Диггори. Увидев в толпе Лиру, он мгновенно подбежал и обнял её: — Наконец-то ты нашлась! Я уже начал бояться, что тебя Блэк похитил! — Не говори чепухи, Седрик, — отмахнулась девушка. — Зачем, по-твоему, я ему сдалась? — Ну… — юноша замялся, вопрос явно застал его врасплох. — Я и правда не знаю. Но это же логично! Только сказали, что Блэк здесь, как тебя сразу нигде нет. Сама подумай, какие выводы напрашивались? — Ладно-ладно, поняла, — закатила глаза девушка. — Извини, что заставила тебя беспокоиться. Было видно, что староста хотел сказать что-то ещё, но его прервала подбежавшая к ребятам профессор профессор Стебль. — Пуффендуйцы! — призвала она своих студентов. — За мной! Лира оказалась права. Ребят её факультета, вместе со всеми студентами Слизерина и Когтеврана, поспешно отвели в Большой зал, где их уже ожидали гриффиндорцы. — Мы тщательно обыщем весь замок, — объявил Дамблдор, а Макгонагалл и Флитвик тем временем запирали все входы в Большой зал. — Боюсь, всем вам эту ночь безопасности ради придётся провести здесь. Старосты факультетов будут по очереди охранять дверь в холл. За главных остаются старосты школы — отделения девочек и отделения мальчиков. Обо всех происшествиях немедленно сообщать мне. — Директор повернулся к Перси, и тот важно выпятил грудь. — С донесениями посылайте привидений. — Дамблдор немного подумал и добавил: — Да, вам ещё вот что нужно. Он легонько взмахнул волшебной палочкой, длинные столы, взлетев, выстроились у стен, взмахнул снова, и весь пол устлали пухлые фиолетовые спальные мешки. — Спокойной ночи, — пожелал профессор, закрывая за собой дверь. Зал загалдел: гриффиндорцы возбуждённо объясняли, что стряслось с Полной Дамой. Многие, понятное дело, преувеличивали, выдумывая самые разные небылицы. Например, одни говорили, что вместо портрета Блэк оставил послание кровью (правда, никто не говорил, какое именно), а другие же с уверенностью заявляли, что рядом с местом преступления лежал труп зайца (почему именно его, тоже никто не объяснял). — Идём, — позвал девушку Гарри, предлагая устроиться рядом с ним, Роном и Гермионой. Они взяли по мешку и устроились на полу в углу зала. — Как, по-вашему, Блэк ещё в замке? — боязливо шепнула Гермиона. — Дамблдор, наверное, думает, что да, — отозвался Рон. — В таком случае Дамблдор сумасшедший, раз решил, что после поднятой шумихи Блэк хоть на секунду задержится в замке, — вырвалось из уст пуффендуйки. Она поняла, что наговорила, только когда было уже поздно. Переживания за отца взяли верх над её обычно холодным разумом, заставив высказать то, что таилось в глубине её души. Ситуацию спасла поддержка со стороны Гарри. — Лира права, — согласился он. — Наверное, он уже давно убрался отсюда. — Хорошо ещё, что Блэк явился сегодня, — заметила Гермиона. — Обычно в это время мы уже в башне… — Может, Блэк утратил представление о времени, — предположил Рон. — Он ведь в бегах. А не то вломился бы прямо сюда. «Это вряд ли…» — подумала про себя Маккиннон. Мать часто говорила ей, что несмотря на легкомысленность, Сириус был очень расчётлив в мелочах, особенно когда дело касалось какой-нибудь новой шалости. И также Марлин добавляла, что годы тюрьмы вряд ли притупили эту удивительную способность, особенно если он всё это время раздумывал над планом мести… Гермиона задрожала от страха. — Но всё же… — неуверенно начала Сьюзен, лежащая полевую руку от Лиры. — Как Блэк проник в замок? — А что, если он трансгрессировал? — высказал догадку когтевранец. — Взял да и перенёсся как по волшебству из одного места в другое? — А может, переоделся? — предположил пятикурсник из Пуффендуя. (Его, кажется, звали Джек, если дочери Сириуса не изменяла память.) — Просто прилетел, и всё! — сказал Дин Томас. Не выдержав столь абсурдных заявлений от ребят, Маккиннон рассмеялась во весь голос. — Что там за шум? — проревел Перси, направляясь к смеющейся студентке Пуффендуя. Дочь Сириуса тут же замолчала. — Видимо, мы с тобой одни читали «Историю школы Хогвартс»! — фыркнула Гермиона, с одобрением взглянув на Лиру. — Наверняка! — воскликнул Рон. — А что? — А то, что замок защищён кое-чем ещё, кроме стен. Он заколдован, сюда так просто не проникнешь. Трансгрессировать сквозь стены замка нельзя. Переодеванием дементоров не проведёшь. Дементоры охраняют все входы и выходы, они бы его заметили. А Филчу известны все потайные ходы, они наверняка давно заколочены… — Все да не все, — заметила Маккиннон. — Мне на днях Джордж с Фредом минимум о семи ходах рассказали, два из которых открыли они сами, а следовательно, и Блэк в школьные годы мог открыть настолько скрытный ход, что до сих пор о нём никто не знает, даже Филч! Последующее молчание ребят и их задумчивые выражения говорили сами за себя: девушка привела убедительный, но тем не менее пугающий до мурашек аргумент. — Гашу свет! — объявил Перси. — Всем забраться в мешки и не разговаривать. Свечи погасли. Только слабо серебрились привидения, ведя серьёзный разговор со старостами, да на волшебном потолке мерцали созвездия, повторяя рисунок звёздного неба. Шелестели голоса, и Лире казалось, будто она засыпает на поляне и у неё над головой лёгкий ветерок шевелит листья. Время от времени в зал заглядывал преподаватель — проверить, всё ли в порядке. Часа в три, когда почти все уже спали, пришёл Дамблдор, поискал глазами Перси. Перси расхаживал по залу и выговаривал болтающим ученикам. Он приблизился к углу, где лежала Лира со своими друзьями. Дамблдор подошёл к старосте школы. Друзья притворились, что спят, и навострили уши. — Нашли его, профессор? — прошептал Перси. — Пока нет. Тут никаких происшествий? — Всё в полном порядке, сэр. — Хорошо. Пусть остаются здесь до утра. Я нашёл для гостиной Гриффиндора временного стража. — Дамблдор окинул взглядом спящих. — Завтра уже будут ночевать в своих спальнях. — А что с Полной Дамой, сэр? — Прячется на карте Аргиллшира, на третьем этаже. Она, видимо, не пускала Сириуса Блэка без пароля, он и напал на неё. Очень перепугал. Вот придёт в себя, и мистер Филч отреставрирует её холст. Дверь Большого зала хлопнула, послышались чьи-то шаги. — Господин директор, четвёртый этаж обыскан, — отрапортовал Снейп. — Его нигде нет. Филч обшарил башни. — А в обсерватории смотрели? В кабинете профессора Трелони? В совятнике? — Нигде нет. — Хорошо, Северус. Впрочем, я и не думаю, что Блэк станет прятаться в замке. — Как он, по-вашему, сюда пробрался, профессор? Лира и Гарри слегка приподняли голову, чтобы слышать и вторым ухом. — Не знаю, Северус. У меня много догадок, одна невероятней другой. Маккиннон открыла глаза, надеясь, что в тёмном зале этого никто не заметит: Дамблдор стоял к ней спиной, Перси — лицом, внимательно слушая. Снейп между ними, он явно сердился. — Помните, профессор, наш разговор перед началом учебного года? — спросил Снейп едва слышно и покосился на Перси, его больше устраивал разговор без свидетелей. — Помню, Северус, помню. — В голосе у Дамблдора прозвучало предостережение. — Едва ли Блэк проник в замок без посторонней помощи. Не зря меня насторожило назначение… — Никто в замке не стал бы помогать Блэку, — оборвал его Дамблдор не допускающим возражения тоном. — Пойду к дементорам, сообщу им о результатах поисков. Я обещал им сообщить, когда всё будет осмотрено. — Они предлагали свои услуги, сэр? — спросил Перси. — Предлагали, — нахмурился Дамблдор. — Но пока я директор, ноги дементора в школе не будет. Перси смутился, он впервые видел директора в таком раздражении. Дамблдор повернулся и неслышным шагом стремительно покинул Большой зал. Снейп проводил его недобрым взглядом и тоже ушёл. — Что же всё-таки происходит? — протянул Рон, который, судя по всему, тоже слышал весь этот разговор. Несколько дней только о Сириусе Блэке и говорили. Одна за другой рождались немыслимые догадки. Ханна Эббот весь урок травологии уверяла Маккиннон, что Блэк превратился в розовый куст. — Ну, всё возможно, — сказала дочь Блэка лишь потому, что понимала: согласиться с подругой будет легче, чем продолжать спор ещё и на следующем уроке. В целом обстановка в Хогвартсе более-менее стабилизировалась, и вскоре все сплетни стихли. Единственным напоминанием о случившемся служил портрет сэра Кэдогана, который водрузили на место искромсанного холста Полной Дамы. Сэр Кэдоган только и делал, что вызывал всех и каждого на дуэль, выдумывал несуразные пароли и менял их два-три раза в день. — Этот сэр Кэдоган чокнутый. Пусть нам дадут кого-нибудь другого, — потребовал Симус Финниган у Перси. — Некого. Все другие портреты боятся. Только у сэра Кэдогана хватило смелости, — развёл руками Перси. Что касается Гарри, то Лира заметила, что его ни на секунду не хотели оставлять одного. Учителя под разным предлогом провожали из класса в класс, Перси (наверняка по наущению матери) ходил за ним по пятам — точь-в-точь гордый собой сторожевой пёс. В довершение всего профессор Макгонагалл вызвала Гарри к себе в кабинет. После разговора с деканом факультета юноша пришёл в Большой зал, чтобы рассказать своим лучшим друзьям об этой не очень приятной, на его взгляд, беседе. — Это для твоей же безопасности, пойми! — в очередной раз повторяла Гермиона. Поттер лишь зло шикнул на подругу. — Теперь я, кажется, понимаю, почему мистер Уизли велел тебе не искать Блэка, — хихикнула Маккиннон. — Ты это о чём? — уточнил Поттер. — Из-за этого человека тебя лишают свободы, — заметила девушка. — Как будто это ты преступник, а не он. Не удивлюсь, если у тебя уже появилось желание найти его и прикончить. Лира ушла, не дав Гарри ответить. Ей было достаточно того, что он начал размышлять. Она знала: даже если сейчас он сказал бы «нет», через несколько недель его мнение изменится под нужным ей углом. Всё, чего она хотела, — чтобы её отец встретился с Поттером и предъявил тому неоспоримую правду. Только тогда её терзания прекратятся, и она сможет, наконец, смотреть в глаза друзьям с чистой совестью. На следующее утро девушку разбудили Ханна и Сьюзен. — Лира, вставай скорее! — кричала блондинка, поднося звенящий будильник прямо к уху Маккиннон. — Тебе сова почту принесла! — известила рыжеволосая, надеясь на то, что хоть эта информация поможет разбудить дочь Блэка. — Почта сову принесла? — ещё не открыв глаз, сонным голосом уточнила брюнетка. Перегнувшись, Аббот и Боунс весело рассмеялись. — Ну, учитывая размеры посылки, в твоих словах, дорогая, есть доля истины, — заметила Ханна, окинув взглядом длинный свёрток, кинутый совой на кровать Лиры. Эти слова были достаточно интригующими для того, чтобы дочь Сириуса наконец окончательно проснулась. — Кто прислал? — недоумевала брюнетка, осторожно разворачивая бумажный свёрток, боясь повредить то, что находилось под упаковкой. — Ну… На свёртке ничего нет, — подвела итог Сьюзен, внимательно осмотрев бумагу со всех ракурсов. — Может, внутри есть записка с именем отправителя? — Посмотрим, — прошептала Маккиннон. И вот наконец бумажная упаковка была убрана. Только теперь девушки увидели, что она скрывала под собой метлу, и не простую, а новейшую «Молнию». — Вау! — восхищённо воскликнула Боунс. — Вблизи она ещё лучше, чем на витрине, — заметила Аббот. Лира же не могла вымолвить ни единого слова. Она лишь смотрела на метлу, с трудом сдерживая слёзы, ведь догадывалась, от кого именно этот подарок. — А можно… её подержать? — взмолилась Сьюзан. — Эм, что, прости? — переспросила брюнетка, с трудом вырываясь из своих мыслей. — Можно подержать? — повторила девушка. — Ах, да-да, конечно, — рассмеялась Маккиннон, протягивая подруге метлу. — Я бегу за ребятами! — выпалила Ханна и уже мчалась к двери, чтобы поделиться новостью со всем факультетом. Пока все внимания были прикованы к другому, Лира украдкой принялась изучать обёрточную бумагу, надеясь обнаружить в ней какую-нибудь весточку от отца. Почему именно от отца? Потому что как только девушка распаковала нежданный подарок, она сразу же вспомнила недавний разговор со своим крёстным. «— Ну что? Ты теперь в сборной факультета? — спросил профессор ЗОТИ, на следующий же день после проб. — Да, — кивнула дочь Блэка. — Поздравления принимаются! — Ты огромная молодец, — чуть приобняв Маккиннон, произнёс Люпин. — Я уверен, твой отец гордится тобой! — Очень на это надеюсь, — отводя глаза в сторону, произнесла брюнетка. — А… метла у тебя есть? — с хитрой улыбкой на лице полюбопытствовал Ремус. — ЧЁРТ! — выругалась Лира. — Я совсем про неё забыла! — Как я понимаю, ответ — нет? — предположил мужчина. — Ну… не совсем, — пожала плечами студентка Хогвартса. — Метла у меня есть, но она уже очень старая и потрёпанная, а ещё из неё выпало где-то половина прутьев. А новую я покупать не стала, потому что не рассчитывала на то, что в команду попаду. — Ясно, — кивнул профессор. — У мамы новую попросишь? — Наверное, — согласилась девушка. — Только нужно будет модель метлы заранее выбрать. — Должно быть, ты хочешь «Молнию»? — усмехнулся крёстный. — Её все хотят, — заметила Лира. — Вот только она очень дорогая, и вряд ли мама согласится потратить столько денег на метлу, пусть даже и самую лучшую в мире. После того как дочь Сириуса сказала это, Люпин под предлогом, что у него с минуты на минуту должен начаться урок, поспешил покинуть крестницу. И больше они к этой теме не возвращались». И теперь ей подарили «Молнию». Подозрительно, неправда ли? Лира точно знала, что Ремус каким-то образом всё же рассказывал лучшему другу о том, что происходило в замке, а значит, точно упомянул о ситуации, в которую попала пуффендуйка. А значит, этот подарок точно от отца. И хоть её разум кричал о безрассудстве этого поступка, о риске и лишних вопросах, в самом сердце теплилась тихая, согревающая радость от того, что отец помнит о ней и заботится. Тут брюнетка осмотрелась и поняла, что в её спальне сейчас находится целая куча народу, причём большинство даже не с её факультета! — Как и обещали продавцы, все берёзовые прутья один в один! — восхитился незнакомый Маккиннон когтевранец. — Ты же говорила, только наших позовёшь? — обращаясь к Ханне, заметила дочь Блэка. — Я сказала только нашим, честно! — поклялась блондинка. — А вот кому они потом рассказывали, понятия не имею. — Интересно, она быстрая? — полюбопытствовал Дин Томас. — Ну это же очевидно! Какие нелепые вопросы! — воскликнул Седрик. — Лира, твоя игра и так на высоте, но с этой метлой тебя вообще будет не догнать! — Ребята… — тихо начала Маккиннон, затем, собравшись с духом, добавила громче: — Не могли бы вы выйти на минутку? Мне нужно переодеться. Чтобы не разозлить девушку и не лишиться возможности полетать на новейшей метле, нежеланные посетители поспешили удалиться. И только когда пуффендуйка осталась в полном одиночестве (её соседки по комнате тоже решили уйти), она заметила, что на краю упаковочной бумаги мелким кривым почерком было написано: «Летай с удовольствием!» Как оказалось, летать девушке пришлось намного раньше, чем она планировала. Буквально через два дня после того как Лира получила «Молнию», Седрик собрал всю команду факультета на квиддичном поле. — Ребята, в субботу мы будем играть с Гриффиндором, — сообщил Диггори, как будто он был преподавателем, сообщающим детям эту новость в течение нескольких месяцев ежедневно. — В смысле?! — чуть не подавившись яблоком, выкрикнул Герберт Флит. — В прямом, — закатил глаза капитан команды. — Но они же по идее должны были играть со слизеринцами! — удивился Энтони Рикетт. — Из-за ловца. У него, видите ли, ручка болит. Чушь! Просто Флинт не хочет играть в такую погоду. Меньше надежды на победу, — процедил Диггори сквозь зубы. Лира посмотрела в окно. Да, погода в последнее время и впрямь оставляла желать лучшего. Ливень весь день не кончался, хлестал ветер. А сейчас ещё и громыхал гром. — Но мы же совсем не тренировались… — начал было Максин О'Флаэрти, но, встретившись с суровым и непреклонным взглядом старосты факультета, замолчал. — Тогда давайте начнём. Сейчас же! — В голосе Маккиннон звучала не просьба, а жёсткая команда. — Скорее идите за мётлами, а затем сразу же на стадион. Встречаемся там ровно через десять минут. Когда Лира покинула общую гостиную, остальные участники команды уставились на Седрика. В их глазах читался немой вопрос. — Ну что вы на меня смотрите? — закатил глаза юноша. — Вы и так всё слышали. --- Тренировка, несмотря на ужасную погоду, пошла просто прекрасно! Ребята действовали как единый организм, с полуслова понимая друг друга. Лира, конечно, не видела, как играют другие факультеты, но ей казалось, что команда Пуффендуя — самая лучшая. — Так, а теперь кто хочет прокатиться на моей «Молнии»? — полюбопытствовала дочь Блэка. Естественно, желающими стали абсолютно все, ведь никто не хотел упустить шанс прокатиться на сверхскоростной метле. После полёта же все с восхищением рассказывали о том, насколько «Молния» быстрая и чувствительная. — Мне кажется, она мои мысли читает! — уверял остальных Герберт Флит. — Я только подумаю, что нужно повернуть, и всё, метла это незамедлительно выполняет! — Эм… Ладно, ребят. Я пожалуй пойду, — взглянув на часы, произнесла дочь Блэка. — А то мне ещё домашку по Трансфигурации делать… — Да-да, конечно, — закивал Диггори. — Расходимся. А, и ещё: с двух первых уроков я вас всё равно отпрошу, так что домашку по некоторым предметам можете и не делать. Все шесть человек дружно зааплодировали юноше. — Вот это правильная мотивация! — крикнул Тамсин Эпплби. — Так держать! — согласился Малькольм Прис. А затем все семь человек поспешили вернуться в замок. --- За день перед матчем выл ветер и лил дождь. В коридорах и классах добавили факелов и фонарей. Игроки Слизерина, особенно Малфой, ходили довольные собой. — Эх, если бы не рука… — притворно вздыхал Малфой под вой ветра и стук дождя в окно. Лира с трудом сдерживала гнев. Мало того, что слизеринцы струсили, так ещё и показывать этого не стеснялись. — Не волнуйся, — попытался успокоить девушку Седрик. — На матче мы покажем, что совершенно на них не похожи. Лучше иди на поле, минут через пять начнём генеральную репетицию, ой, то есть тренировку. — Ага, хорошо, — кивнула девушка, направляясь в свою комнату за метлой. --- Закончив тренировку, Лира поспешила в комнату, чтобы вернуть Карту Мародёров близнецам Уизли. И заодно попросить их об одной услуге. Встретиться с ними она договорилась в туалете плаксы Миртл, там, где их никто не увидит. — Наконец-то, Лира! — воскликнул Джордж, как только девушка закрыла за собой дверь. — Мы тебя уже заждались! — Это точно, — подтвердил Фред. — Седрик настоял на ещё одной тренировке, и раньше вырваться у меня просто не получилось, — попыталась объяснить девушка. — Извините. — Да ничего страшного, — приобнял брюнетку за плечи один из близнецов. — Нас Вуд тоже замучил, — хмыкнул второй юноша. — Но ладно, не будем об этом. Мы в конце концов за другим сюда пришли. — Ну да, конечно, — вздохнула Маккиннон, достав из своей школьной сумки свиток пергамента. — Вот карта. — Всё изучила? — полюбопытствовал Фред. — Вроде бы да, — кивнула брюнетка. — Ну, это мы на днях проверим, — хитро улыбнулся Джордж, намекая на ещё одну ночную вылазку. — Договорились, — улыбнулась Лира. — Кстати, у меня тут идея одна появилась… Только, пожалуйста, не критикуйте её сразу… — Как скажешь, — хмыкнул старший брат, облокотившись о дверь туалета. — В общем… Я думаю, стоит отдать карту Гарри, — на одном дыхании произнесла студентка Пуффендуя. — Сами подумайте, эта вещица может предупредить его о нападении… Сириуса Блэка! Возможно, она даже спасёт ему жизнь. Переглянувшись между собой, братья Уизли решительно кивнули головой в знак согласия. — Пожалуй, ты права, — кивнул Джордж. — Тем более нам она уже без надобности, мы её вдоль и поперёк изучили. А учителей мы уже на пушечный выстрел чуем, сразу поймём, что они близко, без какой-либо карты. — Ну вот и отлично, — засмеялась дочь Блэка. — Ладно, я пойду передохну, день сегодня был уж больно насыщенный. Направляясь в гостиную своего факультета, Маккиннон встретила Гарри и Гермиону. Они были так увлечены своей беседой, что сперва даже не заметили девушку. — А рыжика где потеряли? — хихикнула дочь Блэка. — Оу, Лира, и ты здесь! — приобняла подругу Гермиона. — Если ты про Рона спрашиваешь, то его Снейп задержал, чтобы наказание придумать. — Наказание? За что? — удивилась брюнетка. — И подождите-ка… у вас же по идее ЗОТИ, а не Зельеварение. Что на уроке Люпина забыл Снейп? — Люпин заболел, — пояснил Гарри таким грустным голосом, что казалось, будто он только что плакал по этому поводу. — И урок вёл Снейп. «Чёрт! Сегодня же полнолуние!» — пронеслась мысль в голове девушки, но вслух она сказала совершенно другое. — И, как я понимаю, урок прошёл не очень?.. — Это ещё мягко сказано! — прорычал Поттер, во всех красках начиная описывать, что происходило только что в кабинете. — Ясненько… — это всё, что смогла выдавить из себя Лира после того как выслушала весь рассказ из уст друга. — Конечно, он метит на место Люпина, но он никогда ещё не позволял себе говорить в таком тоне о других преподавателях защиты! — заметил Гарри. — Мне кажется, дело не в должности, — вырвалось у Маккиннон. — Ты это о чём? — не поняла Гермиона. Убедившись, что никого рядом нет, дочь Сириуса решила чуть приоткрыть друзьям глаза. — Ну, понимаете… Мы же не знаем, какие у них отношения были во время учёбы в Хогвартсе. Может, они были как Гарри с Малфоем сейчас. Всякое в жизни бывает. — Ну… В позапрошлом году Дамблдор сказал мне, что в школе Снейп испытывал неприязнь к моему отцу… — начал было Гарри. — Наверняка Люпин дружил с твоим отцом, — предположила Лира. — А значит, по той же логике, «друг моего врага — мой враг». Вот откуда его ненависть. Неожиданно к троице подошёл Рон, клокоча от злобы. — Знаете, что этот… (он так обозвал Снейпа, что Гермиона укоризненно воскликнула: «Рон!») заставил меня делать? Чистить утки в больничном крыле! И без волшебства! — Рон сжал кулаки. — Почему Блэку не пришло в голову спрятаться в кабинете Снейпа? Прикончил бы его, и все бы ему только спасибо сказали. На следующее утро Маккиннон проснулась очень рано, когда на улице едва светало, и это стало для неё полной неожиданностью, ведь обычно она с трудом вставала к первой паре. Девушка, увидев на часах пять утра, приняла решение поспать ещё немного, но теперь ей уже мешала разбушевавшаяся стихия: раскаты грома, вой ветра за окнами, скрип деревьев в Запретном лесу. Ещё несколько часов, и она будет носиться над полем, сражаясь с бурей… Да, теперь уже не заснёшь. Лира приняла решение заняться тем, чем обычно занималась, когда ей было скучно, — уроками. Девушка впервые за этот семестр прочла тему по Трансфигурации, написала сочинение на два пергамента по Истории магии и также подготовила домашнее задание по Зельеварению, что обычно никогда не выполняла в обычные школьные дни. Тем более, уроки служили девушке щитом от целой бури тревог: за отца, которого могли поймать в любой момент; от страха быть раскрытой перед друзьями; от навязчивого желания отомстить крысе Рона, лишившей её отца… В гостиной буря была слышнее. Но матч всё равно состоится: из-за таких пустяков матчи не отменяют. Плюс у их команды будет явное превосходство, ведь хоть ловцы обычно маленькие и юркие, но в такую погоду вес Диггори — преимущество, легче противостоять порывам ветра. Как только часы показали семь, и в гостиную начали спускаться другие студенты, девушка пошла на завтрак. Выбор Маккиннон был консервативен: овсянка, яйцо всмятку и чай. Но насладиться чаем ей не дали — зал заполнила шумная толпа пуффендуйцев. — Сегодня круто придётся! — Диггори сидел за столом, не притрагиваясь к еде. — Будет тебе, Сед, — пыталась успокоить его Лира. — Не сахарные, не растаем. Ливень как ливень. Но по правде говоря, девушка была взволнована[Более подходящее слово, чем "обеспечена"?] не меньше капитана команды: ей никогда не доводилось видеть такой ливень, а играть в квиддич под ним — и подавно. Вся школа спешила на матч. Бежали через луг, нагнув головы навстречу свирепому ветру, рвавшему из рук зонтики. Перед раздевалкой Гриффиндора Маккиннон увидела Малфоя, Крэбба и Гойла, укрывшихся под одним большим зонтом. Они смеялись, тыча пальцами в сторону Гарри. — Это они по какому поводу заливаются? — спросила брюнетка, как только свита ушла. — Им повода не надо, — хмыкнул Поттер, а затем разинул рот, увидев метлу девушки. — Это «Молния» у тебя?! — Гарри, ты, кажется, единственный, кто не в курсе, — улыбнулась Лира. — Новость об этом подарке, по-моему, уже министру доложили. — Эй! Маккиннон, ты это чего с моим ловцом обсуждаешь? — подлетел к друзьям Оливер. — Стратегию выпытываешь? — Нет, мы просто общаемся! — заверила его пуффендуйка. — Ага, знаю, как вы там общаетесь, — сквозь зубы прорычал Вуд. — Займётесь этим, когда мы вас выиграем! Как только юноша ушёл в раздевалку, Лира не выдержала и прошипела: — Да он у вас чокнулся на этом квиддиче! — Это да, — почесывая затылок, согласился Поттер. — Но ничего не поделаешь. Ладно, я пойду, желаю удачи! — И тебе, — улыбнулась девушка. Переодевшись и выслушав напутственную речь Седрика, Маккиннон поспешила выйти на поле. Ветер сшибал с ног. Близкие раскаты грома заглушали крики болельщиков. На противоположной стороне поля появились огненно-алые гриффиндорцы. Капитаны обменялись рукопожатием. Диггори дружелюбно улыбнулся, а Вуд только кивнул, словно у него свело челюсть. — По мётлам! — прочитала брюнетка по губам мадам Трюк. Лира дёрнула ногу, грязь громко чавкнула, и она оседлала свою верную метлу. Мадам Трюк поднесла к губам свисток, сквозь шум дождя раздался далёкий-далёкий свист. И четырнадцать игроков взмыли в воздух. Через пять минут Маккиннон продрогла до костей и вымокла — нитки сухой нет, товарищей по команде не различишь, а квоффл она даже увидеть не могла, не говоря уже о том, чтобы держать в руках. Брюнетка носилась туда-сюда, мимо мелькали красные и жёлтые пятна. Что происходит, какой счёт, непонятно — голос комментатора утонул в вое ветра. Вместо болельщиков — море мантий и истерзанные зонты. Уже раза три её чуть не сбил с метлы бладжер. Сколько уже длится игра? Метлу всё труднее держать прямо. Небо быстро темнеет, как будто ночь решила наступить раньше. Пару раз Лира чуть не налетела на кого-то. Свой или чужой? Из-за плотной пелены дождя не разберёшь, да и форма на всех намокла, хоть выжимай. При первой вспышке молнии раздался свисток судьи. Расплывчатая фигура Седрика махала рукой, веля приземлиться. Девушка спикировала вместе с остальными в огромную лужу. — Вуд взял тайм-аут, — пояснил капитан, ведя Лиру на край поля, где торчал огромный зонт. — Кто ведёт? — поинтересовалась третьекурсница первым делом. — Гриффиндор, — прорычал Тамсин Эпплби. — Оторвались от нас на пятьдесят очков. — Теперь вся надежда на Седрика, — пожал плечами Максин О'Флаэрти. — Чтобы он побыстрее поймал снитч. — Взлетаем! — прогремел голос Вуда. После небольшой паузы у всей команды словно открылось второе дыхание. Это было видно и по скорости игроков, и по результату, ведь буквально за пять минут команда Пуффендуя забила ещё два гола (один из которых принадлежал Лире). Но всё хорошее всегда заканчивается, поэтому и энергетика пуффендуйцев тоже вскоре иссякла. Снова громыхнуло, блеснула раздвоенная молния. Играть становилось опасно. — Ну, как тебе первая игра? — полюбопытствовал Джордж, пролетавший мимо. — Если честно, надеялась на лучшее, — прокричала девушка. — Но хотя вашей команде от моего настроя одни только плюсы! — В смысле? — не понял Уизли. — Потому что теперь я начинаю молиться, чтобы хоть кто-то из ловцов поймал этот дебильный снитч! — прорычала дочь Блэка. — Иначе на охоту за ним выйду я! — Охотно верю, — засмеялся юноша, парировав битой надвигающийся на Лиру бладжер. — Спасибо, — крикнула брюнетка. Девушка развернула метлу и помчалась к середине поля; новая вспышка осветила трибуны, и Лира увидела в пустом верхнем ряду, на фоне неба, неподвижную фигуру огромного лохматого пса. «Отец! — мелькнуло у Маккиннон в голове. — Это чересчур рискованно! Мы с Гарри не заслуживаем такой жертвы!» Лира попыталась найти глазами Поттера. Как оказалось, он находился рядом с ней и смотрел туда же. Неожиданно Гарри скользнул по мокрому древку метлы и провалился метра на два вниз. Девушка хотела было полететь за ним, но юноша справился сам. Он тряхнул головой, откинул волосы и глянул на трибуны — собака исчезла. — Гарри! — истошно завопил Вуд от колеса. — Гарри! Сзади! Маккиннон оглянулась. Седрик Диггори нёсся вверх, между ним и Поттером висел крохотный золотой шарик. — Давай же, давай! — хрипел Оливер вдогонку Гарри. — Быстрее! И вдруг произошло что-то странное. На стадионе воцарилась мёртвая тишина. Ветер дул с той же силой, но беззвучно, словно звук кто-то выключил. — Дементоры! — одними губами произнесла пуффендуйка и, к сожалению, оказалась права. Около сотни дементоров устремили к Поттеру. Увидев Гарри, дочь Сириуса не сдержала вопль ужаса, он падал всё ниже, ниже сквозь ледяной туман. И тут юноша упал. — Поймал! — завопил Диггори, но, увидев произошедшее, он мигом спикировал вниз ко всем остальным. — Повезло ещё, что земля мягкая. — Я подумал — всё, конец. — А у него даже очки не разбились. Дамблдор наколдовал носилки и положил Поттера на них. Носилки сами понеслись, а он шёл рядом до самой школы. Ученики начали шептаться, что Гарри… Вскоре, уже в больничном крыле, юноша очнулся. — Как ты, Гарри? — спросил Фред. Он был бледен как полотно, это не могли скрыть даже потоки грязи. — Что случилось? — Гарри вдруг сел в постели, и у всех перехватило дыхание. — Ты упал, — коротко объяснил Фред. — Метров с двадцати. — Он оглядел друзей, которые согласно закивали. — Мы думали, ты умер, — Алисия до сих пор била дрожь. Гермиона всхлипнула, глаза у неё были красные. — А как же матч? Будем переигрывать? Все молчали. Правда навалилась тяжёлым камнем. — Наша команда выиграла, — печально произнесла Маккиннон, ведь победителем она себя не чувствовала. — Диггори поймал снитч, — сказал Джордж. — Сразу после того, как ты упал. Он сначала ничего не понял. Посмотрел вниз и увидел тебя на земле. Он тут же попросил не засчитывать им победу, хотел переиграть матч. Но всё было честно. Даже Вуд признал. — А где Вуд? — Гарри только что заметил, что Вуда нет. — В душе, — ответил Фред. — Наверное, хочет утопиться. Гарри спрятал лицо в коленях, запустив пальцы в волосы. Фред взял его за плечо и легонько потряс. — Ладно тебе, Гарри, ты никогда ещё не упускал снитч! — Надо же когда-нибудь и упустить, — рассудительно заметил Джордж. — Можем ещё отыграться, — заметил Фред. — Мы проиграли сто очков, так? Значит, если пуффендуйцы проиграют Когтеврану, а мы у Когтеврана выиграем. Ну, и у слизеринцев… — Пуффендуйцам надо проиграть с разницей в двести очков, — уныло возразил Джордж. — А если они ещё и побьют когтевранцев… Да нет, Когтевран им не по зубам. А вот если Слизерин продует Пуффендую… — Всё будет зависеть от очков. Как ни считай, сто очков нам придётся… Только сейчас близнецы Уизли поняли, что рядом с ними стояла Лира. — Я пожалуй пойду… — пожала плечами девушка. — Нет, не уходи, пожалуйста, — жалобно простонал Поттер, схватив подругу за руку. — Мы не будем о квиддиче говорить. — Да-да, не будем, — подтвердил Джордж. Минут через десять пришла мадам Помфри и распорядилась всем оставить палату. — Мы ещё зайдем, Гарри, — пообещал напоследок Фред. — И не терзай себя, ты всё равно лучший ловец. Такого у нас никогда не было. И вся команда, оставляя за собой грязные следы, вышла из палаты. Мадам Помфри с недовольным видом закрыла за ними дверь. — Видел бы ты, как рассердился Дамблдор, — прерывающимся голосом сказала Гермиона. — Я никогда его таким не видела. Ты стал падать, он выбежал на поле, махнул палочкой, и падение замедлилось. Потом он нацелил палочку на дементоров. Из неё вылетело серебристое облако, дементоров как ветром сдуло… Он был вне себя от ярости, что они вошли на территорию… Друзья всё говорили, но Лира поняла, что Поттер их не слушает. Он полностью был погружён в свои мысли, и девушка дала себе обещание через пару дней обязательно узнать, о чём он думал. — А где моя метла? — спросил он. Друзья переглянулись. Они так надеялись, что Гарри сейчас не задаст этот вопрос! Ведь за минуту до того, как юноша очнулся, профессор Флитвик принёс метлу, а точнее, её остатки. — Она, понимаешь… её отнесло ветром, — издалека начала Гермиона. — И что? — И она упала… понимаешь, Гарри… угодила прямо в Гремучую иву, — промямлила Маккиннон. Поттер побледнел. — И что? — Гарри со страхом ждал ответа. — Ну, ты ведь знаешь её, — ответил Рон. — Она всегда даёт сдачу. — Профессор Флитвик только что принёс твою метлу, — едва слышно сказала Гермиона, нагнулась, подняла с пола мешок и вытряхнула на постель кучку щепок и поломанных прутьев — всё, что осталось от верного «Нимбуса-2000», непобедимого, но в конце концов всё-таки потерпевшего поражение.