Шесть способов вывести бога из депрессии

В старой разрушающейся избушке на окраине деревни стало совсем тихо. Внутри было темно и пахло сыростью. Единственная жительница этого скромного жилища лежала на кровати и считала свои последние вдохи и выдохи. Деревянные стены скрипели, а тлеющие поленья в печи хрустели, как снег зимой. Если бы не создающие уют ковры и покрывала, дом казался бы жутким. Старая морщинистая женщина накрылась перьевым одеялом и закрыла глаза. Она прожила более девяноста лет, но навсегда осталась непоколебимой в своих верованиях. Из поколения в поколение она поклонялась лишь истинным богам, верить в которых научил её отец. Небольшие тотемы располагались на прикроватном столике, а самый большой из них дышал холодной красотой. Но помимо ярких главных богов самой последней стояла небольшая статуэтка, вырезанная из светлого маслянистого дерева. Резкие черты — и совершенно не разобрать, что за существо на ней изображено. Пока женщина в полубессознательном состоянии доживала свои последние минуты, она и не заметила, как тонкие пальцы потянулись к этой невзрачной статуэтке. За секунду добравшись до цели, они ловко схватили кусок дерева и завертели его в руках. — Пф, — послышался лёгкий смешок. Но женщина не отреагировала. Лишь тихонько перекатилась на другой бок. Неожиданный гость или взломщик, пока не было понятно, вернул тотем на место и глянул на умирающего человека на высокой кровати. Седые и редкие волосы растрепались на перьевой подушке, промокшей от холодного пота. Костлявое тело дрожало, но уже не чувствовало ни боли ни ужаса приближающейся кончины. Коварные пальцы приблизились к женщине и погладили её по макушке. Возможно кто-то бы счёл это неприятным действием, но пальцам было всё равно. Они уверенно прошлись по волосам, а после задели подушечками сомкнутые морщинистые веки. — Спи сладко, — ласковый голос пронзил тишину. Он был мягкий, но в нём странным образом соединялось несколько эмоций. Первая — скорбь, вторая — облегчение. Голос одновременно грустил и радовался, что эта старушка скоро перестанет дышать. Что за безумец? В доме было темно, хоть глаз выколи, поэтому руки и голос как будто жили отдельно. Но, если вам так хочется сложить картинку воедино, то давайте выведем владельца этих артефактов ближе к окну прямо под лунный свет. Вот уже стройные ноги сделали шаг от кровати и луна пробежалась по лицу незнакомца. Лицо как лицо. Может, симпатичнее обычного, но в целом ничего примечательного. Голубые глаза, прямой нос, светлые пушистые брови и ресницы. Такой славянский паренёк с обложек книжек для учеников начальной школы. Но где-то глубоко в этих голубых глазах застыла усталость — то ли от мира, то ли от себя самого. — Ох, — старушка начала кряхтеть. Вдыхать прохладный воздух становилось всё сложнее. А голубоглазый юноша потёр переносицу и улыбнулся. Он глубоко вздохнул и закрыл глаза. Человек — хотя, может, и не человек — находился в предвкушении. Открыв глаза и напоследок проводив старушку взглядом, парень вышел из дома. Не удержавшись, он прихватил со столика тот самый заурядный тотем. Тяжёлая деревянная дверь скрипнула, и женщина снова осталась одна. А существо, что только что посетило её на смертном одре, бодро зашагало в сторону реки. Наступила весна, но ночи ещё были прохладные. Первая трава уже вовсю зеленела возле берега реки, поэтому парень с легкостью устроился на спине. Холодная земля морозила кожу через тонкую рубашку, но его это совершенно не волновало. Он улыбался. Как можно улыбаться, когда кто-то вот-вот помрёт в соседнем домишко? Пальцы левой руки начали перебирать траву, а пальцы правой всё вертели в руках украденный из дома старушки тотем. Мужчина поднял его перед глазами и тщательнее изучил в свете луны. — Ну, совсем же не похож. Что за бездарные мастера, — пробубнел он себе под нос. Отбросив кусок дерева в сторону, парень начал считать про себя. «Девяносто девять, девяносто восемь…». Его тело начало немного потряхивать. То ли от холода, то ли от страха. «Шестьдесят три, шестьдесят два», — послышался шорох. Какое-то животное пробежало мимо и в недоумении посмотрело на человека, что валялся возле речки посреди ночи совершенно без какой-либо верхней одежды. Всё-таки двадцать первый век, и даже животные знали, что так можно застудить себе всё что угодно. «Двадцать семь, двадцать шесть». Отсчёт приближался. Но что же будет после того, как мужчина закончит считать? Тёмные глаза зверька сузились, ещё раз проанализировав этого странного путника. «Тринадцать, двенадцать, одиннадцать», — зверёк развернулся и замельтешил по своим делам. Мало ли сколько чудаков в этом необъятном мире. «Три, два, один», — старушка в доме прекратила дышать. Её тело обмякло и душа покинула его, улетев куда глаза глядят. Главное – подальше от этого ненавистного дома, пропитанного старушечьем запахом. А вот тот, кто лежал на траве, продолжал дышать. Брови нахмурились. — Так, что за херня? — глаза резко открылись, а губы надулись. — Может она не померла? — парень перекатился на бок и упёрся головой в ладонь. Он посмотрел на домик вдалеке и решил сходить проверить. Неужели за столько лет разучился улавливать предсмертное дыхание? — Хлоп, — дверь опять заскрипела и впустила гостя во второй раз. Юноша плюхнулся на край кровати и потрогал тело. — Нет, бабка уже того. Так почему я всё ещё жив? — он сложил руки на груди и озадаченно уставился в пустоту. — Может надо подождать? Сделав умозаключение, что это наиболее логичное объяснение, парень решил пооколачиваться возле дома подольше и подождать своей смерти, которая, как он думал, должна была наступить с кончиной этой самой старушки. Ведь не всегда же реакция незамедлительная, правда? Для таких вещей, как исчезновение бога, вероятно, нужно больше времени. Застряв в доме на добрый месяц, парень убивал время: валялся на траве и игрался с местным котом одиночкой, что застал его в тот день, когда он готовился к своей кончине. Уже и бабку нашли соседи и успели закопать, а нерадивый бог всё подпирал стены старого деревянного дома и ждал. — Нет, ну, как так-то?— возмущался парень, обращаясь к коту, который грел пузико на крыльце. Выудив томик какой-то очень важной книги, страницы которой крошились от старости, парень раскрыл на месте, где была закладка и начал читать вслух. Как будто кот что-то мог понять. — Первым богом, что исчез после распространения христианства на бывших землях Полоцкого княжества, был Сварог. Впервые языческий пантеон столкнулся с такой трагедией и понял, что их существованию грозит опасность. Как когда-то было провозглашено наше появление с началом верований людей, так была ознаменована и наша скорая гибель из-за утраты этой веры. Юноша перелистнул страницу и продолжил: — Следом за Сварогом исчезли Дажбог, Макошь, Мара, Белобог и Чернобог. Причиной оказалась – полная утрата верующих. Боги исчезали после смерти последнего верующего, что ходил по земле предков. Абзац заканчивался и в конце была приписка: «Летописи пантеона языческих богов. Главный писарь ***». И в место имени виднелась огромная клякса. Но наш юноша доверял этой книженции, так как застал исчезновение некоторых из списка самолично. Он нахмурился и перечитал ещё несколько раз. — Может она была не последней? Но разве такое возможно, чтоб бог проворонил где-то своего последователя? Тем более у него и так их было с гулькин нос. Не то, что у некоторых! Храмов понастроили и по праздникам люди в них даже не влезают. Парень почесал подбородок и уставился на кота, что потянулся к нему мягкими лапками и выгнул спину, приглашая к поглаживанию. Рука сама направилась к приятной мягкой шёрстке. Это сгладило негодование. Почёсывая котика, мужчина выудил мобильный из кармана штанов. Через пару секунд раздался томный женский голос: — Я думала, ты уже откинулся и радуешься где-то глубоко в сердцах своей скоропостижной кончине. — Не сработало, — вместо приветствия диалог закрутился сам собой. — Как не сработало? Не может такого быть! Подожди. Да-да сейчас вам заверну лубрикант, — на фоне явно кто-то занимался очень важными закупами, поэтому говорившей приходилось работать на два фронта. Юноша, сузив глаза, ждал, когда женщина на другом конце линии вернёт своё внимание ему. — Вам в пакетик всё сложить? Угу, держите. У нас, кстати, акция на фалоиметаторы. Покупаете два и третий в подарок. Юноша продолжал ждать. Закупы и правда были серьёзные. — Хорошего дня. Приходите ещё, — подход у женщины был явно клиентоориентированный, потому что её голос совершенно менялся по сравнению с тем, как она разговаривала с нашим богом по телефону. — Да, я тут. Может она была не последней? Юноша возрадовался, что наконец про него вспомнили, и злостно выпалил: — Точно последняя. Я несколько раз проверил. Тем более, я бы почувствовал, если бы кто-то в меня верил. За последние несколько сотен лет всех этих людей можно было пересчитать по пальцам. Женщина в трубке вздохнула. Она явно была озадачена. — Ну, я не знаю, что пошло не так! Дажбог растворился у меня на глазах буквально сразу, как его последний последователь заснул вечным сном. Даже душа того бедолаги не успела выбраться из тела. — Гадство, — ругнулся юноша и хлопнул книгой. Кот подпрыгнул и зашипел. Животное уставилось на этого недалёкого, махнуло хвостом и скрылось в траве. — Возвращайся, Яр. Будем разбираться. Молодой человек хмыкнул. Он ещё раз посмотрел на удаляющуюся мягкую жопку и поднялся на ноги. — Ладно, Жанн, приеду в город первой же электричкой. Ну, что за дела? Хочешь умереть, а не получается! — Мда, трагедия. И не говори, — пожурила юношу женщина и закончила вызов. Разминая затёкшие мышцы, молодой человек направился в сторону железнодорожной станции, что была в километре от затаившейся деревушки. В былые времена, наполненный силой природы и силой своего культа, этот голубоглазый бог мог бы добраться до пункта назначения в мгновение ока. Но сейчас сил у него не осталось, поэтому придётся простым смертным способом покупать билет на электричку и тесниться в вагоне с цыганами и дачниками пенсионного возраста аж целых три часа. Но ситуация не терпела отлагательств. И так он потратил месяц ожидания, чтобы убедиться в том, что это не отложенное исчезновение. Однако сколько можно ждать? Усевшись на лавочке, что стояла на перроне вдоль железнодорожных путей, парень завязал растрепавшиеся длинные светлые волосы в хвост. — Подстричься что ли? — пальцы запихнули тонкую прядь за ухо. Через двадцать минут синий железный конь ударил по тормозам и с грохотом прибыл на станцию. — Эх, — парень схватился за поручень и забрался внутрь, — Как только старики сюда залазят? Знакомый запах электрички попал в нос, а парень, пройдя этого коня до конца, нашёл уединённую скамейку, в проходе от которой сидел мужчина с газетой. Наш голубоглазый бог кинул быстрый взгляд на крупные пальцы человека, что держали перед собой помятые страницы, и уселся возле окна. Конь скрипел, гудел, кряхтел и издавал тысячи других звуков, но вот парнишка словно не замечал их. За окном заморосил лёгкий дождик, и стёкла электрички начали покрываться каплями, словно утопать в слезах. — Мда, паршивенько, — опять послышался бубнёж голубоглазого. — И не говори, — вдруг резко подал голос мужчина с газетой. Русоволосый бог выдохнул, но головы не повернул. Послышался звук переворачиваемой страницы. — Что, не получилось? — опять кто-то подал голос из-за газетёнки. — Уже что ли все в курсе? — устало произнёс парень. — Думаю, да. Мне звонил Витя. А раз знает Витя Перун, значит знают все. — И правда, — опять тяжелый выдох и лёгкое шмыганье носом. — Ярослав? — газета резко опустилась на колени, а парень наконец соизволил повернуть голову. Видно, это имя значило что-то для него. И вместе с нашим юным богом мы сможем рассмотреть мужчину, что скрывался за тонкой бумагой. Да только опять ничего особенного. На вид мужчине было лет сорок. Тёмные редкие волосы собраны в тугой хвост на загривке. Морщины, небритость и огромные чёрные круги под глазами, как у среднестатистического жителя этой страны. Только, может, пылал озорной огонёк в этих тёмных, как ночь, глазах, что сейчас вопрошающе уставились на парнишку возле окна. Мужчина свёл брови, подвергнув лоб ещё большему напряжению и морщинообразованию: — Почему ты так хочешь умереть? Парень ещё чуточку задержался на лице незнакомца (или всё-таки знакомца) и перевёл взгляд обратно на окно: — А зачем мне жить? Мужчина не нашёлся с ответом. А парень особо его и не ждал. Так они и проехали ещё одну станцию, пока мужчина не дочитал газетку до конца. — Ты к Жанне? — мужчина поднялся и оказался, на удивление, высоким. Длинные ноги были обтянуты кожаными штанами на которых красовалась железная цепочка. Этакий байкер на пол ставки. — Ага, — промямлил парнишка. — Это хорошо, — байкер подошёл к скамейке, где сидел этот депрессивный силуэт. Мягкая ладонь опустилась юноше на плечо: — Передавай Жанне привет. И это, Ярослав, — голова парнишки опять как-будто автоматически повернулась в сторону мужчины. Глаза их встретились. — Найди смысл, чтобы жить, — сильные пальцы сдавили хрупкое плечо. Брови мужчины нахмурились, а взгляд словно прожигал насквозь. Но этот огонь не добирался до души парня напротив. Он врезался в ледяную стену его глаз и гаснул, так и не достигнув сердца. Мужчина это чувствовал, и его это терзало, но ничего сделать он не мог. А парень лишь улыбнулся. — Спасибо, Велес. — Ха, — мужчина выпрямился и положил руки на бока. — Давно меня так никто не звал. И ты не зови, — он ткнул пальцем в грудь паренька. Тот аж скукожился. На вид мужчина был полноват, но силы в этом теле было хоть отбавляй. Ну а как иначе? Торговля — двигатель любой экономики и отдельной строкой идёт в государственном бюджете. Крупные производства, мелкие магазинчики с товарами ручной работы, полезные ископаемые, что так дорого доставались из земли — бог торговли не мог не быть популярным. А раз по совместительству Велес ещё и бог загробного мира, то тут у него все карты на руках. Люди умирали, умирают и будут умирать. А кто ж прибирать за всем этим будет? — Хорошо, Володя. Доволен? — Угу, — улыбка расплылась на морщинистом лице. Железный конь опять завыл. — Всё, мне пора, Ярослав. — Давай, — парнишка махнул рукой и фигура в кожаном выскочила из вагона. А парень опять уставился в окно. — Причину, чтоб жить? Как будто он не искал. Несколько сотен лет искал. И пытался найти её в своём предназначении, в служении людям и даже в любви. Всё бестолку. Кому сейчас нужен бог плодородия, когда в интернете можно заказать любое удобрение? Химическая промышленность разрушила геокульт. Как трагично и совершенно не эпично. Ладно, военная промышленность вставляет палки в колёса Перуну. Но там хотя бы масштабы! А тут какие-то доходяги учёные в белых халатах и так подкосить репутацию этого весеннего чудотворца. А ещё эти туры с всё включено! Раньше народ с нетерпением ждал весны. Первого тёплого солнышка. И так наслаждался. А сейчас весна может прийти к тебе в любой момент, если у тебя есть определенная сумма на банковском счёте. Нет более того сладострастного предвкушения. Раз и лето через пять часов полёта. И не нужна такая прекрасная пора как весна. Она теперь ассоциируется со снегом вперемешку с грязью, немытыми машинами и кучами мусора, что всплывают после продолжительной зимы. — Ох, — очередной тяжёлой вздох и громкий гул тормозов. Железный конь добрался до места назначения. Парень вылез из вагона и сразу попал под дождь. Чертыхаясь, он замельтешил под навес. Направляясь к подземному переходу, Ярослав (теперь мы знаем, как зовут этого голубоглазого) продолжал размышлять над словами Велеса. Что там было на очереди? Служение людям? Нет, ну, он пытался помочь последователям. Но очень часто они начинали садиться на шею. Один даже умудрился его обокрасть — оставил бога весны с пустыми карманами и без ключей от любимых «Жигулей» зелёного цвета, только-только сошедших с конвейера. Не то чтобы это стало последней точкой в его желании уйти из этого мира, но точно подкосило смысл его существования. Где это видано, чтобы верующие у бога машины крали? — Один жетон, пожалуйста, — юноша добрался до метро и наклонился к небольшому окошку, чтоб купить жетончик для проезда. Грузная женщина с большими серьгами, в которых красовался изумруд, отсчитала сдачу копеечками и вместе с ними ловко подтолкнула жетончик на проезд. Сразу видно – профессионал своего дела. Когда двери вагона метро шлёпнулись об друг друга, задница этого бога приземлилась на твёрдое сидение. — М, — парень скривился от не самой удачной посадки. Даже боги чувствуют боль. Две симпатичные девушки сразу захихикали, наблюдая за его мучениями. Положа руку на сердца, Ярослав был симпатичным парнем. В былые годы, когда его харизма и жизненная сила текли через край, он мог заполучить любую. И, честно говоря, пользовался этим с лихвой. Всё-таки бог страсти, как никак. Поэтому и любовь он найти пытался и не единожды. В послужном списке этого сластолюбца затесались и богини и смертные. Даже некоторые из нежити, об опыте с которыми Ярослав не очень любит вспоминать. Хотя Жанна даже подбивала его написать об этом книгу. Уж больно уникальный опыт имелся у этого бога разврата. Но всё не то. То он перегорал, то женщины в нём разочаровывались. Вечной любви у него не случилось, а может и к лучшему. Смотреть, как некоторые из пантеона мучаются от своих чувств, не внушало никакой надежды. Поэтому и эта партия не сыграла и в смысл жизни не превратилась. И так год за годом душа тлела, а ум уставал. Так и подхватил бог весны и страсти проклятье двадцать первого века — депрессию. — Калі ласка, пакіньце вагоны, — выйдя на последней станции, парень доплёлся до эскалатора и побрёл в огромный торговый центр, что устроился прямо возле кольцевой дороги. Он был шумный и душный. Вокруг суетились люди и с остервенением в глазах скупали тонны ненужных вещей. «Велес никогда не покинет этот мир, пока люди существуют», — мелькнула мысль в голове у голубоглазого. Протискиваясь между классической семьей с двумя детьми и пузатым отцом, наш бог доковылял до укрытого чёрными бархатными шторами павильона. Сверху элегантным шрифтом было написано «Секс Шоп». А недалеко от входа толпилась группа молодых парней, что хихикали и подталкивали друг друга к дверям. — Иди давай, — вот вперед выпихнули самого худощавого. — Да идите вы! Никуда я не пойду, — вот он вырвался из цепких рук друзей и скрылся за поворотом. — Да ты чё зассал? — кто-то бросил ему вдогонку. Но парень высунулся из-за стены и с выпученными глазами давал отпор: — Сам ты зассал, раз меня пихаешь. Иди давай, купи себе страпон на двадцать сантиметров. —Хлоп, — дверь захлопнулась за богом весны и больше он не слышал о чём препирались ребята. Как обычно в сексшопе было немнаголюдно. Вроде двадцать первый век, а человеки стенсялись гениталиев друг друга больше, чем нести ахинею на телевидении. Мужчина за тридцать в элегантном костюме стоял возле вибраторов и с умным видом изучал ассортимент. Парень успел бросить лишь взгляд на этого статного человека, как его окликнули: — Яр, иди сюда скорее, поможешь мне. Из-за прилавка высунулась женщина. Таких называют дородными. Её аура была окутана женственностью, а мягкие контуры тела красиво подчеркивались достаточно облегающим платьем. Но она совершенно точно не выглядела вызывающе, хотя мужчины часто забрызгивали слюнями пол, находясь рядом с ней. — Жанна, ну, что на этот раз? — наш бог скривился. — Принеси со склада коробку с анальными пробками и шариками. А ещё с маслами и смазками. Скоро Варя приедет развозить заказы, так что поможешь мне их сложить. — Ты хоть хорошо платишь своей курьерше, которая развозит твои дилдаки по всему городу? — Ну, она не жаловалась. Давай быстрее. Не переставая хмуриться, бог потащил своё худощавое тело на склад. Вы не смотрите на его тонкое сложение! Сила в нём осталась, поэтому и коробок получилось взять с лихвой. Парень принёс коробки, как раз когда элегантный мужчина наконец определился и подошёл оплатить товар. — Отличный выбор, — Жанна одобрила покупку джентльмена. — Думаете? Надеюсь, понравится. Таких у неё ещё не было, — мужчина улыбнулся, представляя в своей голове, вероятно, партнершу, которая будет пробовать эту чудо техники. — Обязательно понравится. У меня такой же, — Жанна на автомате выпалила фразу и рассказала немного больше о себе, чем этот мужчина хотел бы о ней знать. Розоватый румянец легонько тронул контуры его скул. — Угу, — он кивнул и полез за карточкой в портмоне. А наш Ярослав бесстрастно продолжал наблюдать за ситуацией вокруг. Он потянулся рукой к одной из коробок и извлек оттуда силиконовые шарики, что были сплетены между собой. Он перекладывал их из одной руки в другую и шелестел обёрткой, чем неимоверно раздражал женщину. — Чего достал? Попробовать хочешь? — не выдержала она и шикнула на парня. Тот поднял одну бровь и перевёл взгляд на мужчину, что уже приложил карточку к терминалу. Тут их глаза невольно встретились. Получилось как-то двусмысленно, хотя явно бог весны ничего такого не предполагал. Он потряс шариками, продолжая смотреть мужчине прямо в глаза. Тот сглотнул и покраснел ещё больше. — Не переживайте. Если бы мы их и попробовали, то точно не на вас, — решил помочь Ярослав справиться мужчине с неловкостью. Но похоже, вместо того, чтоб улучшить ситуацию, он её ухудшил. Жанна ударила рукой себе по лбу. А мужчина застыл как громом поражённый. — Кхм, простите, но я женат, — выдавил он из себя. — Понятно, — пробубнил Ярослав и шлепнул шариками себя по второй руке. Приятный и звонкий звук разлетелся в пространстве. Мужчина опять сглотнул, но шевелиться боялся. Ситуация была странная, но чувства Ярослава так притупились, что он этого не ощущал. А вот мужчина, вероятно, раскрыл в себе сегодня совершенно новые и потаенные желания. — Яраааа, — кто-то ворвался в помещение и окликнул бога. Тот повернулся на звук. Мужчина наконец вырвался из оков этого цепкого и вязкого взгляда. К прилавку приближалась молодая девчушка на вид не больше восемнадцати лет со светлыми волосами и конопушками рассеянными по всему лицу. — Где ты пропадал? Я уже соскучилась по твоим плоским шуткам и надменному лицу. Девушка подошла к странным женщине и парню и пихнула последнего в плечо. А покупатель смог пошевелиться и решил удрать по-добру по-здорову, пока ему не предложили что-нибудь ещё. — Ждал своей скоропостижной кончины. Девушка прыснула со смеха, подумав, что это шутка. А бог опять приподнял одну бровь. Жанна же только покачала головой и наклонилась к коробкам. — Варя, на сегодня ещё три заказа. Справишься? — Угу. У меня сейчас нет полезных пар в универе, так что успею всё развести. — Прекрасно, — женщина махнула длинными русыми волосами и начала выуживать из коробок ассортимент. Пока девушки трудились и распихивали по брендированным пакетикам содержимое заказов, бог уселся на барный стул и опустил подбородок на руку. — Что ж не так пошло то? — А? — девушка первой отреагировала на его причитания. — Не обращай внимания. У нашего красавца неудачный суицид случился. — Знаете, вы слишком часто шутите про смерть. Все взрослые такие? — Я не шутил, — продолжал бубнить Ярослав. Девушка закатила глаза, а женщина отвесила ему подзатыльник. — Ай, больно же, — парень почесал заднюю часть головы. — Жанна Аркадьевна, я сейчас в туалет сбегаю, а после сразу заберу заказы и поеду развозить их, — девушка скинула свой рюкзак возле прилавка и махнула в сторону выхода. — Давай, — женщина кивнул в знак согласия и, проводив силуэт, повернулась в сторону нерадивого божества. — Ну, что ты вытворяешь, а? Не запугивай её! Она же как весенний цветок: так молода, прекрасна и невинна. — Настолько невинна, что развозит твои дилдаки по всему городу практически каждый день? — Я почему-то уверенна, что она девственница. Это как знаешь: одно дело говорить о сексе, а другое – заниматься им. Тут тоже самое. — Угу, — бог распластался на прилавке и уложил голову себе на руки. — Я, кстати, Велеса встретил в электричке. — Оу, и как он выглядел? — женщина проявила интерес. — Да хреново как-то. — Ну, ничего нового. Он уже так несколько сотен лет выглядит. Как исчезла Мара. — Эх, ну почему тот, кто жить хочет, умирает, а тот, кто устал — живёт? — Тц, — женщина цокнула языком и опять отвесила божеству подзатыльник. — Жива, это рукоприкладвство! По статье пойдешь, — бог нехотя повернул голову и сузил глаза в сторону женщину. — Я богиня самой жизни. Кто посмеет меня осудить? — женщина опять махнула волосами. Её грудь чуть качнулась словно воды чёрного моря. Такие соблазнительные движения поставили бы мужчин на колени, но для Ярослава она была кем-то вроде старшей сестры. Оба дети весны, оба легкие на передок. Но совершенно не попадающие под чары друг друга. — Пф, тщеславная душонка, — буркнул бог и потёрся глазами о рукав своей рубашки. Женщина подняла руку и погладила парня по волосам. Она немного нахмурилась. В глазах промелькнуло что-то вроде грусти. Всего лишь на пару секунд. А дальше все растворилось в огне уверенности и обаяния. — Кто мне можем помочь? А? Жанн? — парень чуть ли не стонал. — Яр.. я… Она наклонилась и чмокнула парня в волосы. — Я правда не знаю. И, Яр, — переместив руки на плечи бога весны, она наклонилась чуть ближе к его лицу: — Может это знак? Может тебе и правда стоит передумать? Бог весны резко повернул голову и уставился на дородную красавицу: — И ты туда же. Парень глубоко вдохнул и поднялся, собираясь направиться к выходу. Женщина успела схватить его за локоть: — Да погоди ты. Всё. Молчу. Больше не буду поднимать эту тему. Парень остановился и вернулся обратно на стул. — Но я правда не знаю. Практически все наши знания были утрачены. У многих в пантеоне проблемы с памятью, а кто-то и вовсе сошел с ума, если не исчез. Летописцев среди смертных не осталось, верующих с каждым годом всё меньше. — Да, я вкурсе. Мы проиграли дядьке с бородой, что ходит по воде. — Не только ему, — хмыкнула женщина и накрутила тугую прядь себе на палец. — Может попробовать поспрашивать наших или у нечисти уточнить? Может она что знает. — Эти точно не захотят мне помогать. Они любят смотреть, как мы страдаем. — Ха, и то правда. Они вдвоем уперлись руками в прилавок и глубоко задумались. — Кто мне может помочь? — опять пробубнил парнишка. — С чем? — в магазин вернулась Варвара конопатое лицо. — Ты уж точно вряд ли с этим поможешь, — Жанна махнула рукой в сторону девушки и потянулась за пакетами с заказами, чтобы побыстрее вручить их курьерше. — Яр, с чем помочь? — девушка проигнорировала начальницу и обратилась сразу к юноше. Тут сузил глаза и выпалил на одном дыхании: — Мне нужен эксперт по языческим богам. — Ооо, — девчушка раскрыла рот от неожиданной темы. Но, на удивление, она задумалась. Жанна бросила на девушку неоднозначный взгляд. — Откуда вообще возьмутся такие эксперты? Никому эта тема неинтересна. А у двадцатилетней девушки и подавно в окружении таких умников не будет. — Отчего вы, Жанна Аркадьевна, так предвзяты. Во-первых, мне двадцать один. А во-вторых я буквально недавно нарвалась в одной соц сети на видео с лекции одного очень занимательного преподавателя истории. Ярослав поднял одну бровь. — Этот преподаватель занимается просветительской работой. Он проводит бесплатные лекции по истории и мифологии. Очень интересно! Там была нарезка с его презентации. И он точно что-то упоминал про язычество. Жанна цокнула языком: — Да что там может он такого знать? — Смотря для чего! — девушка обратила свой взор на юношу и вскинула брови вверх. Это фраза адресовалась явно ему. — Я вам сейчас покажу, — видно, её возмутило заявление начальницы. Почему-то девушке захотелось защитить честь историка и его квалификацию, хотя она ни разу на его лекциях не была. — Вот, — она протянула телефон, на котором начали мигать выдержки из лекции. Две пары глаз уставились на экран. — Ничерта непонятно, — резюмировала Жанна. — Тут же просто нарезка этого мужика. Сложно определить толковые вещи он говорит или нет. — Это потому что надо дальше полистать. Я вам скину аккаунт, чтобы вы изучили. А это видео просто для услады глаз. — Чего? — Ярослав в недоумении уставился на девушку. — Вы слепые что ли оба? — она возмущенно вскинула брови еще выше. — Гляньте, как он хорош! Две пары глаз опять стали изучать хаотичное видео. Жанна даже пальцами раздвинула экран, чтоб увеличить картинку. Там мелькал высокий молодой человек с тёмными волосами в очках. Симпатичный? Однозначно. Но не настолько, чтоб так реагировать. — Я, наверное, чего-то не понимаю, — сказала женщина себе под нос. — Ай, — Варя психанула и выхватила свой телефон обратно. — Я пошла. До завтра, Жанна Аркадьевна. — Стой, — Ярослав окликнул девушку. — Чего? — она нахмурилась, но повернулась на зов. Парень выудил свой телефон из кармана и подошёл поближе к девушке, что успела практически добраться до выхода: — Скинь мне этот аккаунт. *** — Тик-так, тик-так, — часы висели в самом углу аудитории, но из-за формы амфитеатра их стук эхом разносился по пространству. За партами сидело совсем немного людей. И все, кто находился здесь, отчего-то разговаривали очень тихо. На последнем ряду среди молодёжи затесалась знакомая светлая копна волос. Все выходные бог весны залипал в телефоне, изучая материалы от якобы эксперта по язычеству, которого посоветовала Варя. Он недолго размышлял над тем, стоит ли с ним проконсультироваться, — вариантов было немного. Поэтому, найдя пару фрагментов, где преподаватель упоминал знакомый ему пантеон, Ярослав решил записаться на открытую лекцию. И вот, через неделю, он уже проскользнул в ведущую альма-матер студентов страны и был готов внимать этому роскошному, по словам Вари, мужчине. Для вида бог даже взял с собой листок и ручку. — Смотри, какой красавчик, — две студентки через несколько рядов от Ярослава хихикали и оборачивались на бога весны. Но он, хоть и слышал их комплименты, всё равно не реагировал. А смысл? — Всем доброе утро, — в аудиторию вошла высокая фигура. Ярослав обернулся. Рост зашедшего преподавателя и правда был выдающийся, но на этом впечатляющее и заканчивалось. Тёмные волосы слегка взъерошенные, словно он забыл расчесаться. Очки закрывали пол-лица и держались на носу с горбинкой. Рубашка и брюки подчёркивали худощавую фигуру, а закатанные рукава — тонкие запястья и длинные пальцы, которые сразу же схватили мел и начали что-то писать на доске. — Как старомодно, — пробубнил бог весны. Он положил подбородок на ладонь и закончил осмотр этого «выдающегося» эксперта. Оценка — семь из десяти, и та за рост. — Марк Анатольевич — ко мне можно обращаться так, — мужчина кривым почерком вывел два слова и обернулся к аудитории. — Мне на самом деле каждый раз так приятно, что среди молодёжи столько неравнодушных умов, которые жаждут новых знаний. Особенно приятно, что я могу эту жажду утолить. — Балабол, — продолжил свои комментарии юноша с заднего ряда. — Сегодня мы поговорим про такую исторически важную личность, как Всеслав Чародей. Затронем его политические решения и боевые победы. И, конечно же, пройдёмся по мифам, которые вьются вокруг этой нестандартной личности. — В собаку превращаться — тоже мне миф, — бог весны откинулся на сиденье и сложил руки на груди. Уж в чём, в чём, а в мистических существах он точно разбирался. — Хочу у вас сначала уточнить: что вы знаете об этой легендарной личности? — преподаватель мягко улыбнулся, поправил очки и обратил свой взор на аудиторию. Пара рук взлетела в воздух. А наш Яр продолжил диалог сам с собой: — Да ирод этот столько капищ уничтожил наших. Кто ж знал, что теперь он легендарным станет. Тоже мне легенда. — Вы что-то хотели сказать? Аудитория проследила за взглядом преподавателя, который задал вопрос и вперился в бубнящего на заднем ряду псевдостудента. Ярослав не сразу понял, что обращались к нему, и продолжал возмущаться деятельностью великого полоцкого князя, по совместительству — оборотня. — Молодой человек на задней парте, я вижу ваш неравнодушный взгляд. Бог весны поднял одну бровь. — Нет-нет, я так, сам с собой. Извините, что помешал. — Не стесняйтесь. Что вас так возмутило? Мне правда интересно, — преподаватель опёрся о стол и сложил руки на груди. В его взгляде и правда читался интерес. Мужчина даже прикусил нижнюю губу. — Я считаю, что его подвиги приукрашивают. Не такая он и выдающаяся личность. Во всяком случае, для тех, кто был язычником, — поняв, что не открутится от этого пытливого взгляда зелёных глаз, Яр сдался и выложил всё как на духу. — Возможно! Историков хлебом не корми — дай преувеличить чьи-нибудь свершения или ошибки. Но отчего вы так переживаете за язычников? Уж давно на наших землях это вымершая религия. — Отчего же вымершая? Ещё есть парочка последователей, — надулся Ярослав. Точно кто-то есть, раз он до сих пор ходит по этой земле. — Ух ты. Обязательно поделитесь со мной этим после лекции. Потому что я про язычество могу говорить долго и нудно, поэтому давайте вернёмся к основной теме. Если вы не против, конечно, — сказав это, преподаватель взял пальцами дужку очков и немного опустил их себе на нос. Скользкий взгляд прошёлся по Ярославу. Почему-то парню стало неприятно. — Буду только рад, если вы продолжите, — выпалил он, и опять его бровь взлетела вверх. Преподаватель улыбнулся и вернулся к лекции. Ярослав почувствовал, что этот мужчина ему точно не нравится, поэтому по окончании нудного мероприятия он решил действовать дерзко и резко, без прелюдий. Дождавшись, пока все студенты зададут свои глупые вопросы и выйдут из аудитории, бог весны спустился к столу преподавателя. — О, это вы. У меня как раз было пару вопросов к вам. Только подождите секундочку. Мужчина рылся в своём поношенном портфеле и не обращал внимания на властную позу парня, что стоял перед ним. — Марк Анатольевич, — мужчина оторвался от сумки и взглянул на человека, что позвал его. Уж больно сухой был у него тон. — Да-да, у вас тоже ко мне есть вопросы? — Скорее уж просьба. — Просьба? — мужчина неловко улыбнулся. — Какая? — Раз вы у нас специалист по язычеству, то должны мне помочь кое с чем разобраться. Я бог весны Ярило, и вы должны мне помочь умереть.