haikyuu - переводы.

Осаму может вспомнить момент, когда он влюбился, и его чувства изменились. Не любовь с первого взгляда, как в кино, но потом было много "первых разов", чтобы компенсировать это. Даже спустя все эти годы он может вспомнить тот самый момент, когда ты обернулась в классе — что-то, что ты делала много раз, ничего необычного. Последняя перед экзаменом учебная группа, собравшиеся в стрессе умы, тело Осаму, уставшее после тренировки, Атсуму, жалующийся рядом, бесконечное монотонное бубнение уравнений и чисел. Бесполезные, бессмысленные вещи. И тогда — твой голос, взгляд, встретившийся с его. — Осаму, можно я возьму карандаш? Без паузы, чтобы уточнить, кто из близнецов перед тобой, без быстрого взгляда на его волосы — ничего такого. Уверенность, с которой ты поняла, что это именно он. Этот момент зажег пламя и запустил фейерверк в его сердце. То, что последовало дальше — собрание моментов, которые он запомнил с тобой рядом. И вдруг это собрание остановилось. Почему оно остановилось?

Когда он видит тебя через улицу, он задается вопросом: а прекращал ли он вообще так чувствовать? Потому что если чувства можно выключить вот так просто, Осаму уверен, что он сломан. Не то чтобы он это чинил. Не то чтобы он хотел изменить то, как его сердце успокаивается, когда видит тебя. И когда твои глаза встречаются с его — та же уверенность, что и много лет назад, — твоя рука машет ему. Даже до того, как ты это осознаешь. До того, как ты поймешь, что делаешь. Осаму уже поднял руку в ответ, молясь, что ты увидишь его улыбку такой же мягкой, обезоруживающей. Что ты не сделала ничего плохого — прошли месяцы с вашей последней встречи. Это искренне — то волнение, с которым ты видишь его, и он рад видеть тебя тоже. Мужчина, который загораживает тебя на его пути. Глаза Осаму скользнут к группе вокруг тебя. Возрасты смешаны, одежда немного формальная — рабочая вечеринка, оценивает он. Осаму чувствует, как его грудь наполняется гордостью: ты общаешься. Такие вещи нервируют тебя, но вот ты здесь. Ты даже пришла раньше, кажется; всё больше людей присоединяется, и внезапно ты оказываешься внутри ресторана. Эта улыбка не сходит с лица Осаму — он рад узнать, что ты продолжаешь пытаться, бросать себе вызов. Это не может быть он. Как бы ты ни умоляла свой разум, твои коллеги начинают обсуждать меню, планы на праздники. Лёгкий трёп, ты подготовила несколько уклончивых ответов. Это не комфортная обстановка, но, возможно, нормально, что ты увидела Осаму снаружи. Твой разум теперь занят им больше, чем переживаниями о социализации с людьми, которые, кажется, тебя любят. Ты сидишь рядом с... групповым свиданием? Похоже на то. Девушка, сидящая рядом, мягко улыбается, когда подсаживается. Может, немного нервничает — поправляет чёлку, проверяет отражение в маленьком зеркальце. Ты смотришь на её изящные ногти, её красивую блузку, потом на свой наряд. И на коллег. Кажется, они тоже нарядились, и твоя одежда выглядит немного простовато в сравнении. Что ж, это началось рано. Гремлин сравнения. Затопи его. Ты делаешь глоток воды, и пустое место напротив занимает высокий, красивый — Осаму!? Ты давишься, и вода вылетает из носа, разливаясь повсюду. Она жжёт. Он не хотел. Он думал, что стол, зарезервированный для его сотрудников, займёт весь ряд. Так погружённый в мысли о тебе, он даже не посмотрел, куда садится. Пропустил свой стол на одно место — и вот ты уже кашляешь, плюёшься и скатываешься в состояние, которое, он знает, не хочешь показывать другим. — Простите нас. Его руки на твоих плечах, поднимают тебя, направляют твёрдо и уверенно. Проводит тебя в отдельный туалет, грубые бумажные полотенца в его руках, которые он аккуратно прижимает к твоему лицу. — Эй, ты в порядке. Никто этого не видел. — Все… видели. Какой он ужасный лгун. Он прикусывает язык. — Я знаю, но это было не так уж… Эй, смотри на меня, пожалуйста. Продолжай дышать: вдох-выдох. Хорошо. Ты повторяешь его ритм дыхания. Если закрыть глаза и сосредоточиться на его голосе, это будет похоже на старые времена — те многочисленные случаи, когда Осаму выводил тебя из паники. — Спокойно, вот так… Он вытирает твой нос. Это стыдно, должно быть стыдно, но он даже не моргнул. — Я в порядке, ты можешь… вернуться. — Мои сотрудники и так насмотрелись на мою рожу. Значит, не групповое свидание. Светская беседа. Давай же. У тебя есть силы — скажи ему что-нибудь, что угодно, заставь его перестать смотреть на тебя этими глазами. — О. Он всё равно ухмыляется. — Мы выручили 200к билетов в этом году. — Осаму, это потрясающе. Он пожимает плечами: ты не видела 75 тысяч из них. — Прекрати, это потрясающе, и ты это знаешь. И вот он снова — ведёт себя как взрослый и ответственный, отмахиваясь от похвал за долгие ночи и ранние утра. Ты до сих пор помнишь его нахмуренный взгляд — никто не рассматривал рис с таким пристрастием в четыре утра. Но нет. Прерви эту мысль. Ты идёшь мыть руки, потому что находишься в туалете. Осаму наблюдает. У него так много вопросов. Ты лучше спишь? У него до сих пор есть та подушка, которую ты заказала, — ты так и не пришла забрать. Ты достаточно ешь в эти дни? У него столько видео, которые он хочет тебе отправить, столько рецептов, которыми хочет тебя накормить. Ты счастлива? Он замечает, как ты морщишь нос в зеркале, — знает этот неосознанный жест. Вода, наверное, попала глубоко, ты заболеешь. Или как минимум получишь раздражение носовых пазух, что приведёт к заложенности, а учитывая, что зима уже наступила, шансы заболеть высоки. Но он ничего не говорит, позволяет тебе первой выйти из туалета, а сам выходит через пять минут. Его сотрудники не спрашивают о тебе, а твои коллеги смотрят на него, но не задают тебе ни слова. Он чувствует, как выдыхает с облегчением. Когда коллеги выходят провожать тебя до машины, а потом возвращаются, твой инцидент так и не всплывает в разговоре. Хорошо. Это место работы для тебя лучше. Даже если заставили тебя социализироваться в пятницу вечером. На следующее утро у твоей двери стоит коробка с супом. И сообщение с номера, который не сохранился в твоём новом телефоне, но эти цифры так просто не стереть из памяти. 🍙: Ваша еда доставлена. Для лучшего впечатления рекомендуем съесть сразу. "Мы?" — думаешь ты, гадая, не новый ли это сервис Осаму. Ты должна сказать «спасибо», ответить на сообщение, как нормальный человек. Но чихаешь и роняешь телефон. Решаешь: напишешь ему позже.

В следующую субботу — коробка с твоей любимой лапшой и экспериментальными онигири. Его почерк всё такой же неразборчивый, ты сдаёшься, пытаясь понять, что за ингредиент. Приходит и сообщение: 🍙: Ваша еда доставлена. Для лучшего впечатления рекомендуем съесть сразу. Оцените новый вкус онигири по шкале от "Вкусно" до "Восхитительно". Этот парень… 🌼: А где в этой шкале "Изумительно"? Переписываться с Осаму снова кажется таким простым. Вы были друзьями, прежде чем твой взгляд задержался на его губах чуть дольше, сделав ваши отношения слаще. Вы были друзьями, прежде чем он стал человеком, к которому ты обращалась первой. Вы были друзьями. Вы были друзьями, а потом стали чем-то большим. Вы стали большим, а потом перестали. И теперь… к чему отнести это? 🍙: Ваша еда доставлена. Если вам понравилось, поставьте лайк, комментарий и подпишитесь. 🌼: 👍🏼 🍙: Ваша еда доставлена. Рекомендуем немедленно убрать в морозилку. В идеале — ещё вчера. 🌼: Осаму, тут муравьи повсюду. 🍙: У нас конкурс на лучшее блюдо. Голосуйте здесь. 🍙: Если выберете вариант B — назову его в вашу честь. 🌼: Но здесь вообще нет десертов. 🌼: Мне нужно приостановить доставку — уезжаю на выходные. 🍙: Ваша еда останется невостребованной, забытой на столе. 🌼: Зайду после возвращения. Вы ещё открыты до 7? 🍙: Ага. Увидимся. Он хотел сказать: «Для тебя — всегда». Но Осаму просто рад, что ему снова позволено быть в твоём мире, даже если это только про еду, которую он присылает, или новости ресторана. Он примет всё, что ты готова ему дать. Даже если это больше, чем просто знакомые, но меньше, чем друзья. Даже если это значит танцевать вокруг всего, что он чувствует. Почему это прекратилось? Когда он прокручивает историю переписки вверх, он не видит чёткой причины. Его сообщения становились всё реже, потом твои, а потом всё просто... угасло. Множество хороших воспоминаний — и Осаму не может понять, в какой момент отсутствие тебя в его жизни стало казаться здравым и рациональным решением. Что за идиот он был несколько месяцев назад? Ну, теперь он не собирается быть таким же идиотом. Хотя знает, что не стоит, он всё же рискует отправить ещё одно сообщение: 🍙: Удачи в поездке. И я всё ещё помню «snickerdoodle», так что в любое время, хорошо? 🌼: Спасибо, Осаму.

«Snickerdoodle» было вашим с Осаму кодовым словом для «всё слишком сложно, пожалуйста, найди меня». Ты не удивлена, что он помнит. Вы дружили с Осаму до того, как начались отношения, и хотите вы того или нет — вы видели друг друга в самых неприглядных состояниях. Это включало понимание, когда другому тяжело. Хотя Осаму всегда читал тебя чуть лучше, чем ты его. А, ну и что? Он всегда был парнем, на которого можно положиться. Это... часть дружбы с ним. 🍙: [1 изображение отправлено] 🍙: Ещё раз спасибо. Я буду хранить этот талисман как зеницу ока. 🌼: Он должен защищать тебя, отгонять плохую энергию. *** 🍙: Не забудь зонт — обещают дождь. 🌼: Спасибо, Осаму. *** 🍙: Гипотетически, если бы мы добавили десерт в меню, что бы его дополнило? Здесь есть 1 неправильный ответ. 🌼: Гипотетически 🌼: Коричные булочки *** 🍙: [1 изображение отправлено] 🍙: Специальное предложение для тех, кто ест у нас: если займёшь этот стул, шеф-повар станцует для тебя. 🌼: Как насчёт пятницы? 🍙: Шеф-повар потратит всю неделю на репетиции. *** 🍙: [Ссылка отправлена] 🍙: Это тот рецепт коричных булочек, о котором ты мечтаешь? 🌼: Тут используется стевия? Осаму, это не может... быть чьей-либо мечтой 🌼: Даже не вздумай класть это в мою коробку *** 🍙: По шкале от "восхитительно" до "сенсационно" — ответ "никогда больше не пеки" не принимается. 🌼: Пришли мне что-нибудь со стевией ещё раз — и посмотрим, что будет 🌼: Даже не вздумай сказать "держи пари" *** 🌼: Гипотетически, если бы я пообещала тебе блинчик, и если бы ты был на углу 3-й и 8-й с свободными руками — ты бы понёс за меня очень тяжёлую коробку? 🍙: Гипотетически 🌼: Гипотетически 🍙: Мне можно выбрать вкус? 🌼: Может быть Он улыбается всем, кому пишет, — говоришь ты себе, наблюдая, как он читает твоё сообщение. Осаму поднимает глаза от телефона, остановившись на углу, взгляд скользит по толпе, и это расслабленное выражение лица, когда он наконец замечает тебя... Этот взгляд — не для всех. Только для тебя. Твоя рука поднимается сама собой — лёгкий взмах, и улыбка, которая появляется следом, кажется совершенно естественной. Он даже не запыхался, взвалив на плечи огромные тяжёлые мешки с мукой. — Куда нести? Он не запыхался и после четырёх пролётов по лестнице. *** 🍙: [1 изображение отправлено] 🍙: эй, а где моя порция? 🍙: нечестно, 'Саму достаётся всё вкусное' 🍙: я же твой друг первее 🍙: он всё съел *** 🍙: 'Саму сказал, что хочет шоколадное печенье 🌼: [1 изображение отправлено] 🍙: 😱 🌼: [1 изображение отправлено] 🍙: [1 изображение отправлено] 🍙: кажись, ты сломала моего брата 🍙: у него теперь такое лицо намертво *** 🌼: [1 изображение отправлено] 🍙: О боже. 🌼: У тебя есть минута, чтобы сказать, какой хочешь. 🍙: Фисташковое... нет, миндальное... Стой, вишнёвое? 🍙: Любой. 🍙: Выбирай ты. И он лишь слегка озадачен, когда ты появляешься в «Онигири Мия» без приглашения, без предупреждения — но тебя встречают таким же громким приветствием. В твоих руках две симпатичные коробки. — Я взяла все. Его персонал тайно ликует, видя менее напряжённую версию своего босса и дополнительное угощение, когда тот делится. Этот суп… на вкус не такой, как должен быть. Ладно, не так — он откровенно невкусный. Есть «кисловатый», а есть... вот эта солёная неудача. Нет сообщения с просьбой оценить доставку. Ты думаешь, написать ему первой, но решаешь проигнорировать. Воскресенье. И ещё одна коробка с едой. Это... странно. Ты достаёшь контейнер, осторожно откусываешь от онигири странной формы и... Так, что-то не так. 🌼: Фактор "восхитительности" отсутствует. 🌼: Я бы хотела поговорить с менеджером. Но ответа нет. Ни после обычного обеденного наплыва. Ни после того, как должен был быть выполнен последний заказ. 🌼: Проверяю, ты занят? 🌼: Ты в порядке? 🌼: Осаму? Ты решаешь зайти в ресторан, напомнить Осаму зарядить его чёртов телефон и вернуться в офис. Всё должно уложиться в часовое окно, которое у тебя есть. Однако... Как будто тебя ждали. Его персонал занят обеденным наплывом, и тебя мгновенно провожают наверх: — Мы наконец заставили его выйти из кухни, но... — Я в порядке. Дверь открывается. Осаму появляется — в маске и расфокусированным взглядом. — Ты выглядишь ужасно. Его персонал наблюдает, но ты не получаешь ни злобного взгляда, ни возражения — только лёгкое пожатие плечами. — Это моё лицо. Его голос звучит так, будто нос заложен. Упрямый, как всегда. Ты поворачиваешься к его сотрудникам. — Я разберусь. Он шатается только потому, что не пил воду. Он не пил воду, потому что забыл наполнить стакан. Он не наполнил стакан, потому что руки казались тяжёлыми. — А руки кажутся тяжёлыми, потому что у тебя жар. Осаму, ты заболел. — Тшш, я нет. — Неуместный шмыг носом. — Просто простуда. Это одно и то же, но ты кусаешь язык и продолжаешь резать морковь. Это рагу, которое ты готовила с Осаму много раз раньше. Как-то так выходит, что в его холодильнике всегда есть именно те ингредиенты, которые нужны для этого рецепта. — Кастрюля в... Третьем шкафу рядом с раковиной. В том, без полок, потому что вы так и не доделали их. — Сядь. Ты грозишь ему поварёшкой, его смех превращается в приступ кашля, а твой взгляд становится ещё суровее. Тот тихий голосок, который шепчет, что ты переходишь границы, что это ненормально для друзей, становится всё громче по мере приготовления еды. Ты уйдёшь, как только он поест и вернётся в постель. Если останешься, чтобы приготовить ужин, то только потому, что у Осаму были хорошие лук, и нельзя позволить ему пропасть. Если вернёшься на следующий день, то только потому, что Осаму съел всё, что ты приготовила, и нельзя позволить больному другу готовить себе самому. Если зайдёшь на следующий день после этого... ну, это просто чтобы убедиться, что Осаму не перетрудился. Вот и всё. — Это место занято? Осаму только что отдал заказ, когда оборачивается и видит подростка с другом, пытающихся сесть на твоё место. Он смотрит на часы — ты должна прийти на обед сегодня, войти в двери ресторана в любую минуту. — Да, занято. Осаму кладёт шапку «Онигири Мия», чтобы сохранить твоё место. Становится всё сложнее по мере наплыва посетителей в обед, но ему успешно удаётся отпугнуть всех одним взглядом. — Осаму! Твой голос прорывается сквозь весь этот хаос, и его взгляд сразу находит тебя. Ты входишь в ресторан, пробираешься сквозь шум и толпу и находишь своё обычное место. Он подходит, держа две миски с едой, которые ты не заказывала и которые нужно отнести к столу 9. Ты рассказываешь ему о новостях с работы, но вдруг замолкаешь, осознав ситуацию. Ресторан забит, а у Осаму не хватает одного сотрудника. — Секунду, хорошо? Он отходит, чтобы отнести еду — всего тридцать секунд, и эти чертовы подростки снова садятся на твоё место. Осаму цокает языком, готовый напомнить этим посетителям, что место, на которое они так удобно устроились, на самом деле занято. Но это ты — в шапке и фартуке «Онигири Мия», принимаешь их заказ и пишешь чек, чтобы передать на кухню. Ты делала это раньше, в первые дни, когда здесь не было так людно. Ты не лучшая в этом бешеном ритме обеденного часа, но ты эффективна. Ты помогаешь разносить еду, принимаешь заказы, наполняешь стаканы, приносишь приборы. И главное — этот взгляд наконец исчезает с лица Осаму. Его плечи расслаблены, голос снова звучит обычно, без спешки. Ближе к концу наплыва он затаскивает тебя в свой офис, где на столе уже стоит тарелка с твоим привычным заказом, и запихивает ложку тебе в рот. Любую попытку возразить, что тебе нужно вернуться на работу, он глушит едой. Ты ненавидишь, насколько всё вкусно — будь твоя воля, ты бы тут жила. Он выходит, чтобы приготовить тебе дополнительные коробки. — В благодарность за сегодня. Ты не обязана была помогать. — Я хотела. Просто. Честно. *** — М-м… Может, немного… — …слишком сладко? Вы с Осаму киваете. Это ваша третья партия коричных булочек с тройной ягодной начинкой. Всё вокруг в муке, тесте и глазури. Твоя крохотная кухня видала и хуже. Конкретно — тот раз, когда MSYB решили строить пряничные домики. Они ворвались к тебе, как только услышали, что для скрепления стен нужна королевская глазурь. Это приятное чувство. Иметь Осаму в своём пространстве. Его движения дополняют твои — он уже приготовил тёплый напиток, чтобы смягчить эффект от съеденного сахара. — О, ты не сходил? Два входных билета в музей, в который ты хотела сводить Осаму — небольшой побег, чтобы отпраздновать начало твоей новой работы. Вы так и не назначили точную дату, а потом... перестали общаться, не успев договориться. Он наблюдает, как твой взгляд скользит к ручке холодильника, к столешнице, по всей комнате. Губы дрогнули, руки беспокойно теребят край одежды. — Я помню день, когда ты рассказала мне об этом музее, - Осаму осторожно, но уверенно делает шаг в твою сторону. Ставит свою кружку на стол рядом. — На тебе был... тот худи, мягкий, с персонажем, который тебе нравится. Ты простояла в очереди на лотерею часами и напугала меня до смерти... — Я сама не верила, что выиграла. Он кивает, с лёгкой улыбкой вспоминая твоё потрясение. — Ты выиграла, рассказала мне обо всём, что хотела попробовать, и... я помню всё это. Но не помню, почему мы так и не пошли. Твой взгляд встречается с его. Ты глубоко вдыхаешь. Неужели ты действительно собираешься... говорить об этом? Сейчас? — Осаму, это... Он качает головой. — В этом вся проблема. Я снова и снова прокручиваю в голове последние месяцы, и мне ничего не понятно. Почему меня нет в твоей жизни? Почему тебя нет рядом со мной? Ты открываешь и закрываешь рот. Хочешь подобрать слова аккуратно. Если начнёшь себя принижать — он переключится в режим «Осаму-опекун» и не услышит тебя по-настоящему. Если поддашься эмоциям — превратишься в ту неприятную версию себя, что оттолкнёт его. Ты не хочешь этого. Из всех возможных вариантов, ты не хочешь жизнь, в которой он для тебя чужой. — Я не думаю… что здесь есть какое-то большое драматичное зло. Ты был рядом один день, а потом исчез. Я тоже не совсем понимаю, как это произошло. Одиночество пришло позже. Когда написать Осаму внезапно стало умственной гимнастикой — эти два свайпа, чтобы открыть мессенджер и найти его имя... Он сейчас близко, шаги тихие и медленные, его пальцы скользят по твоей руке, прежде чем сомкнуться с твоей ладонью. Ты переплетаешь пальцы, сжимаешь его руку, решаешься взглянуть на его лицо — потому что даже сейчас он кажется тебе чем-то особенным. Та лёгкость, которую дарит его ленивая, но всегда мягкая улыбка. — Мне правда жаль… Я не знаю, как позволил нам распасться… Он приближается ещё ближе, наклоняется, чтобы коснуться твоего лба своим. Пауза от всего шума в ваших головах. Ты скучала по нему. Скучаешь. Его близость только доказывает: часть тебя никогда не сможет его забыть. И часть его никогда не заполнит эту пустоту без тебя. — Можно… мы можем попробовать снова? — Осаму… Таймер духовки пиликает, вырывая тебя из его орбиты. Он цепляется за твою руку, прежде чем сунуть в неё прихватку. Это четвёртая и последняя партия. Сейчас или никогда. Ты даёшь булочкам остыть, затем берёшь одну и кладёшь в новую миску, которую Осаму уже приготовил. Две вилки в руках. Глазурь уже перемешана заново, и он добавляет жирную каплю сверху. Ты откусываешь, и ваши взгляды встречаются — это самый простой момент. И, возможно, годы спустя ты расскажешь ему. Во второй раз ты влюбилась в него, когда его лицо сморщилось от недоверия, а затем расцвело в самой широкой улыбке. — Мы… получилось? У нас получилось! Ты смотришь, как он берёт ещё одну вилку. — Ооо, давайте! Мы сделали это! Он уже достаёт телефон, чтобы сделать фото, готовый раструбить об этом всем. Всё, что ты можешь — наблюдать, как этот высокий парень хвастается твоими навыками выпечки. Третий момент случается почти сразу, не нужно ждать месяцы. Осаму облокачивается на столешницу, крадёт ещё и ещё кусочков тройной ягодной булочки. — Теперь ты, наверное, не избавишься от меня. И ты позволяешь словам повиснуть в воздухе: — Я бы и не хотела.