Исповедь плоти

Он вваливается в дверь плечом, руки заняты. Карен замирает посреди комнаты у боксерской груши и перестаёт дышать. Мэтт переступает порог. На руках у него тело. Декс висит неудобно и неестественно, Мэтт держит его за пояс и колени, но торс всё равно перекосился, а голова повисла. Он похож на тряпичную куклу. Одним резким движением Мэтт опускает Декса на ноги и закидывает на плечо. - Поможешь? - голос у Мэтта сиплый и сорванный. - Ты притащил его сюда. В наш дом. - Карен… - Он убил отца Лэнтома и Фогги. Он пытался убить меня. Ты хочешь, чтобы я перевязала его и напоила чаем? - Ему нужна помощь. Карен наконец разглядывает Декса в полный рост. Её взгляд падает на его бёдра, на тёмное влажное пятно, расползающееся по ткани от промежности вниз. Она скользит взглядом по Мэтту. На его разбитое лицо, на влажные на колене штаны, на его пах.. на выпуклость в паху. Она не дура. Сразу все понимает - Не ври мне, - голос Карен дрожит. - Ты принес его не поэтому. - Карен, пожалуйста, давай не сейчас. - Нет. Я не буду спасать твоего… - она запинается, подбирая слово, - кто он тебе? Я не знаю, что между вами происходит. И не хочу знать. Но я не буду частью этого. Мэтт молчит. Плечо, на котором висит Декс, медленно поднимается и тяжело опускается. Он молча проходит мимо неё. Сапоги оставляют следы на полу - кровь, грязь и что-то ещё. Карен слышит, как открывается дверь в спальню. Как скрипит кровать, и Мэтт возится с телом, перекладывая его на простыни. Потом звук рвущейся ткани, режет ножницами одежду Декса, чтобы добраться до раны. Она остается стоять в коридоре. Стискивает кулаки и ничего не делает. Мэтт сидит на полу у кровати. Голова откинута назад, глаза закрыты, руки в чужой крови до локтей. Рядом тазик с красной водой, бинты, зажимы, пузырёк с антисептиком. Декс переодет. На нём серая футболка Мэтта, слишком большая, сползающая с плеча. И спортивные штаны, завязанные на поясе тугим узлом, потому что Мэтт худее. Ткань пахнет Мэттом, мылом, потом, въевшейся кровью и еще чем-то и пряным. Декс медленно приходит в себя. Запах врывается первым. Тёплый и обволакивающий. Он чувствует его каждой клеточкой тела. Ткань касается кожи везде, где есть открытые участки, и она будто хранит чужое тепло. Декс делает вдох и горло сжимается. Запах оседает на языке, солоноватый, с озоновой ноткой. Футболка липнет к груди, во сне у его наверняка была лихорадка. Декс понимает, что рана аккуратно перевязана. Кто-то над ним долго сидел. Штаны завязаны на поясе тугим узлом. Декс поводит бёдрами, и ткань трётся о внутреннюю сторону бёдер и пах. Он всё ещё липкий и влажный там. Он должен чувствовать стыд. Должен хотеть провалиться сквозь кровать, сквозь землю. Но вместо этого он прижимается щекой к плечу, пахнущей Мэттом, футболки и делает ещё один глубокий вдох. Он не знает, где он. Не знает, жив ли тот, кого он ненавидит и к кому его так тянет. Не знает, выживет ли сам. Но все чего он сейчас хочет это остаться здесь подольше. Карен стоит в дверях Она смотрит на, всю ночь спящего у постели Декса, Мэтта, сидящего на полу с головой на согнутых коленях. Смотрит на Декса в одежде Мэтта, безоружного и безвольного, на его лицо расслабленное и почти невинное. Что-то внутри нее ломается