Невеста для Вечного

Вернувшись в свой кабинет, первый министр быстрым движением сбросил с полки все подставки, в которых стояли свитки. Тяжело дыша, мужчина подошёл к своему столу. На деревянной доске лежали развёрнутые свитки и ещё чистые листы пергамента. — Высокомерный подонок! — вырвалось громче обычного у мужчины. Но как только его настигло осознание, что он сделал, тот быстро оглянулся. Чхоль Джун оглядывался, боясь что его могли услышать. Любой зевака мог подслушать, доложить вампиру и заработать себе повышение. А вот министр такими фразами мог заработать себе только место в погребальной урне. Убедившись, что его никто не услышал, министр устало опустился на свое место за столом. Перед чиновником стояла невыполнимая задача. Он должен был найти невесту для вампира. И не просто одну девушку, а целые смотрины устроить. Мужчина провел рукой по лбу. Ему казалось, что пот течёт беспрестанно, но на деле он слишком сильно переживал. За предыдущие бумаги он так и не взялся. У него начался отсчёт. Было невероятно сложно найти девушек для вампира. Да ещё и официально нельзя было объявить, мол «ищем девушку вампиру». В королевстве не знали о бессмертном существе, управляющим государством. А потому это становилось ещё одной головной болью министра. Быстрым движением Чхоль Джун смел все бумаги на пол и взял чистый пергамент. Взяв в руку перо и пододвинув поближе чернила, мужчина начал писать. «Внимание всем жителям. Всем девушкам в возрасте от 16 до 19 лет от роду необходимо явиться в королевский дворец на смотрины. Девушки, чьё сословное происхождение выше дворянки, не допускаются к смотринам. Смотрины будут проходить на роль наложницы Его Величества Короля Юна. Кто попытается избежать исполнения данного приказа, будет немедленно наказан.» С тяжёлым сердцем мужчина отложил перо. Текст ещё нужно было отнести на подтверждение Гви. И это волновало министра больше чем что либо. Чхоль Джун был готов сражаться с любым врагом, но Гви был ему не по зубам. Поэтому ему оставалось лишь преклоняться перед вампиром, едва ли не целуя следы того. Второй по важности проблемой министра было недавнее нападение на Гви. И кроме поиска невинных жертв для Гви, тот должен был найти всех причастных к нападению. Король был обречён на погибель. Как только солнце зайдёт за горизонт, вампир придёт за ним. Но первого министра это не беспокоило. Если выяснится, что Принц был в сговоре с дедом, у министра появится шанс стать следующим Королём. Отдаваясь в эти грёзы, Чхоль Джун не заметил как день приблизился к полудню. Взяв в руки свежий свиток, он отправился в подземелья. Гви по прежнему восседал на троне. Устав от ночных приключений, он почти уснул. Именно приключением считал происшествие Гви. Попытки короля навредить вампиру, тот не считал достаточно стоящими. В конце концов, солнце всегда заходит за горизонт. Он уже представлял как отчаянно будет сопротивляться король. Однако, для Гви оставалась загадкой реакция юного Принца. Да и новоиспеченная принцесса не спешила почтить вампира своим присутствием. В сердце вампира стало закрадываться чувство предательства. Все ополчились на него. Даже его Хе Рëн сейчас по другую сторону. Мысли о Хе Рëн вызвали в нем усмешку. Он даже не мог назвать её своей. Даже не так. Он мог её назвать так, но он понимал, она не его. Стать его по своей воли Принцесса никогда бы не согласилась. И любое принуждение сделало бы её лишь дальше от вампира. Гви это понимал. И он не хотел лишаться той, которая работала на него. Он дорожил ею не только как возлюбленной, но и как верной слугой.

***

Из рук юной девушки резким и грубым движением выбили ведро с водой. Глядя на пролитую жидкость вторая собеседница резко выразилась. — Безрукая и безмозглая тварь! Тебе зачем две руки, а? Ты ими пользоваться то не умеешь! — вторая собеседница была тоже юного возраста, лишь немногим старше девушки. Светловолосая поникла, опустив голову низко-низко. Возразить она не смела. — Может, они тебе не нужны, а? Мешают собственные руки? Может мне их отрубить? Дрянь! — дворянка ударила девушку по лицу. Та в ужасе и боли упала на колени. Вставать ей было не позволено. Блондинка так и сидела, прикрыв голову руками, защищая себя от ударов. Наместнице было не впервой оскорблять и наказывать девушку. Но в этот раз экзекуцию прервал мужской голос, заставивший даже уважаемую леди испугаться. — Довольно! — пожилой мужчина с негустой седой бородой вышел на крыльцо поместья. Увидев как его внучка снова мучает крепостную, мужчина пришёл в гнев. Опираясь на прочную, увенчаную серебряной рукояткой трость, он спустился по ступеням. Одет старик был в традиционный ханбок в цвете синем, который полагался некоторым сановникам. Он всегда носил этот цвет, словно боялся что все позабудут его значимость. — Джи На! Ты опять балуешься? — вопрос был скорее риторическим. Джи На понуро опустила голову, не рискуя посмотреть старшему в глаза. В обычный день он бы не стал её отчитывать за наказание крепостной, прошёл бы мимо. Но сегодня, когда крепостная внезапно оказалась ему нужна, его терпение кончилось. — Джи На. — мужчина поднял трость, указывая противоположным концом на внучку. — Вот посмотришь, я выдам тебя за первого, кто попросит твоей руки. Я устал от тебя. — Дедуля, ну чего ты… Это всего лишь Са Ран. — девушка махнула рукой в сторону, где по прежнему на коленях сидела светловолосая. Мужчина не стал снова делать замечание внучке. Вместо этого он прошел к Са Ран и тростью коснулся локтя девушки. — Поднимись, дитя. — та поспешила, чтобы не получить наказания ещё и от мужчины. Когда она встала, старик продолжил. — Джи На, ступай к себе. И не попадайся мне на глаза. А ты, Са Ран, идём со мной. Неспешной прогулкой мужчина направился в сад. Гван Му не оборачивался, он был уверен, что девушка идёт позади. Пройдя немного в сад, он подождал пока Са Ран поровняется с ним. Цветы и порядок в саду были заслугой Са Ран. С малого детства она любила живые растения. В то время как все благородные дамы возились с засушенными бутонами, икебанами, Са Ран выращивала живые. До семи лет она не занималась работой, только цветы. Но с семи лет для неё появились обязанности. Но даже по тот день она находила время для сада. Следуя за мужчиной в медленном темпе, Са Ран смотрела лишь под ноги. Поднимать головы в присутствии хозяина ей не разрешалось. Дойдя до середины сада где весной обычно цветёт сакура, Гван Му остановился, его взор был устремлен на дерево, отцвевшее по весне. — Ты знаешь что значит имя Гван Му? — спрятав лицо за распущенными волосами, девушка смотрела только в землю. Она отрицательно мотнула головой, избегая необходимости говорить. — Величественный воин. — взор мужчины был направлен на дерево, но казалось, он смотрит куда-то сквозь него. — Меня трижды награждал сам Король. Но после травмы все словно забыли о моих достижениях. Са Ран. У тебя необычное имя. Нечасто такое имя встретишь у крепостной. Любовь… У тебя должна быть счастливая судьба. — мужчина посмотрел вновь на служанку. Она была юна и красива. Хотя кто в её возрасте некрасив. Девушке было 16 лет. В обычный день он бы и имени её не спросил. Но сегодня все изменилось. Сегодня самая бесполезная ему душа оказалась самой дорогой. Теперь у сановника появился шанс снова приблизиться к королю и тем чинам, что окружают короля. — Тебе представился уникальный шанс, Са Ран. — мягко, почти по отечески он положил руку на плечо девушки. Са Ран вздрогнула, не ожидая внезапного контакта. Она очень редко говорила с господином. Всего может пять или шесть раз за всю жизнь. И большую часть их разговоров Гван Му просто давал ей наставления. Хоть мужчина и относился к слугам не так как к ровне, он имел больше терпения к детям. Он был уверен, что при правильном воспитании даже из крепостного может вырасти достойный человек. Гван Му одарил девушку восторженным взглядом. — Господин, простите меня. О каком шансе вы говорите? — Са Ран не понимала ничего. Она никогда не пыталась приблизиться к благородной чете, которой прислуживала вся её семья. Девушке было достаточно того немногого что она имела. Поведя плечами в нервном жесте, она взглянула на старика лишь на миг. — Его Величество, юный Король собирает смотрины. Благородных девиц он не ждёт. Поэтому от нашего двора поедешь ты. — новость о предстоящих смотринах прозвучала для Са Ран как гром среди ясного неба. Как громкий взрыв в её жизни. Прежде сжимая пальцы рук, светловолосая растерянно опустила руки. Словно из девушки выкачали все силы. Старик заметил её шок и поспешил сгладить ситуацию. Гван Му отчаянно хотел вновь приблизиться к Королю. — Послушай, Са Ран. Сегодня утром принесли королевский указ. Во дворце ждут всех девушек в возрасте от 16 до 19 лет ниже дворянок. В нашем доме только ты подходящего возраста и статуса. Будет невежливо, если мы утаим тебя. Да и разве для девушки твоего положения это не подарок судьбы. — старик рассмеялся громко, хрипя от смеха. Блондинка не разделяла его веселья. Она продолжала стоять рядом, стараясь не выказать отвращения. Са Ран не хотела становиться наложницей. Она вообще не хотела мужчину, не планировала замужество, не мечтала о детях. Её стремлением было усердно трудиться и стать кем-то выше грязной служанки. Понимая о неизбежности крепостного права, девушка мечтала о более хорошей работе, пусть и по прежнему подле хозяина. — Ну же, скажи что нибудь, Са Ран. — потребовал мужчина, отрывая девушку от внутренних переживаний. — Как вы пожелаете, господин. — без особого желания отозвалась та. Са Ран сама не понимала что говорит. Ей казалось, будто это не она, а кто-то другой говорит. Но настойчивое прикосновение мужчины её привело в чувство. — Са Ран, сегодня же собери вещи. Вечером отправим тебя во дворец. Ты хорошо воспитана, как я вижу. Ты послушна и не перечишь взрослым. Во дворце тебя встретят те, кто проводит смотрины. Обычно это женщина преклонного возраста. Но может быть и мужчина. Этот человек расскажет вам как будут проходить смотрины. Выберут тебя или нет, тебе придётся провести там несколько ночей. Но помни, я надеюсь что ты останешься там как наложница Его Величества. Будь учтива и покорна. — пока старик говорил, Са Ран словно уже увидела эту суматоху во время смотрин. Все его слова тотчас обретали образ в её воображении. Девушке было не по себе от того, что таких же женщин будут выбирать как скот. И хотя жизнь крепостных была не лучше, эта ситуация все равно заставляля Са Ран чувствовать отвращение. На рынках рабов выбирали рабочих. А тут будут выбирать женщину в постель. Блондинка считала такое более унизительным нежели покупку рабов. Гван Му запнулся, словно погрузившись в свои мысли. Он вспоминал свои годы, проведённые при дворце. Некогда он был лучшим воином. Сперва всюду появлялся он, а затем король. Ровно до той самой битвы. Мотнув головой, прогоняя старые воспоминания, Гван Му медленно направился дальше. Он положил руку на спину девушки, безмолвно приказывая ей идти с ним. — В молодые годы я был самым доверенным лицом Короля. Его Величество Король Хён Джо… За мою верную службу, он назначил меня своим главным защитником. Я спас ему жизнь, получив стрелу в плечо. Для меня это оказалось пустяком, но если бы стрела попала в Его Величество, это была бы смертельная рана. С тех пор он доверял мне. Настали спокойные времена. У Его Величества родился сын и все силы защиты он положил на охрану сына. Когда его жена погибла, а единственный сын стал жертвой неизлечимой болезни, Хён Джо снова стал посещать свой гарем. Он боялся, что может остаться без наследника. Тогда я стал охранять тех девушек, которые были в милости Короля. — вспоминать те ночи, когда Гван Му проводил время под окнами спален наложниц, он совершенно не хотел. Как и не хотел вспоминать причину по которой его отправили вновь на фронт. Но сейчас, глядя на Са Ран, девушку полную теплоты и чего-то нежного, он не мог смолчать. Пусть она и была лишь служанкой, он не желал ей такой судьбы. Мягко, пытаясь начать издалека, мужчина заговорил. — Наложницы Короля очень опасная роль. Ты должна быть настороже всегда. Особенно ночью. Запомни, Са Ран, любые злодеяния творятся ночью. Са Ран взглянула на старика. Она лишь во второй раз подняла на него взгляд. Старик казался ей всегда таким отдаленным, он всегда сторонился всех. И девушка не понимала почему. А сейчас, когда он предупреждал её, мужчина и вовсе был ещё более странным. Но задавать вопросы она не стала. Блондинка поклонилась хозяину и снова посмотрела в его глаза. Сейчас она сконцентрировала свое внимание не на предстоящих смотринах, а на тепле, с которым общался господин. Лёгкая и нежная улыбка расцвела на её лице. — Благодарю за важные слова, господин. Я всегда буду молить богов за вас. — в ответ на тёплые пожелания, старик лишь улыбнулся. Са Ран, понимая, что разговор окончен, медленно развернулась и направилась обратно к дому. Глядя в спину девушки, Гван Му проговорил. — Тьма опасна лишь тем, что прячет ещё большее зло, чем сама является. — он не был уверен, услышала ли Са Ран его слова. Не будь она простой крепостной, он бы давно отказался от смотрин. Если бы речь зашла о его дочери или внучке, он бы отказал всем, даже королю. В здравом уме он бы не стал посылать близких в тот дворец в наложницы Королю. Он слишком хорошо помнил ту ночь…

***

«Тринадцать лет назад. Гван Му как и предыдущие три ночи дежурил у покоев любимой наложницы Хён Джо, Джи Су. Девушка, двадцати трех лет от роду славилась своей красотой. Сам Гван Му не смел и взгляда на неё кинуть. Он не мог судить верны ли слухи. Была поздняя ночь. Посыльный к королю так и не вернулся. Гван Му отправил того, чтобы узнать навестит ли Король наложницу этой ночью. Отсутствие гонца было для воина страшным знаком. Но, не успев встать в оборону, он завидел свиту и Короля. Мужчина кивнул напарнику и пошёл к покоям девушки, чтобы оповестить её о визите Короля. Он позволил себе два тихим, едва различимых стука. — Госпожа, это Гван Му. — девушка была сильной духом и редко избегала посторонних. От того она почти тотчас открыла дверь. Гван Му отвёл взгляд. — Его Величество прибыли. — в ночной тишине раздался её нежный голос. — Я поняла… — два коротких слова, которые по сей день звучали в голове Стража. Сколько бы голосов он не встретил, её не мог забыть. Двери за девушкой закрылись и мужчина направился прочь. Но не успел он сделать и шага о покоев, как увидел высокого мужчину. Лицо гостя было незнакомо воину. Чёрный халат блестел в свете свечей словно был исшит золотом. Рука сама нашла рукоять меча. На вопрос и приказ представиться незнакомец не отреагировал. Гван Му казалось в незванном госте странным все. Неуместная в зимнюю пору одежда, слегка растрепавшиеся волосы до плеч цвета вороного крыла, слишком самодовольная улыбка. Гван Му не понимал почему того не напугал его обнажённый к тому моменту меч. — Ни с места! Убирайся. Как ты посмел прийти к дверям Госпожи О! — незнакомец тем временем приблизился к стражу. Готовый вонзить во врага меч Гван Му не успел даже вскрикнуть. Сильная рука вампира нанесла лишь один удар, но его хватило чтобы воин отлетел к стене слева от него. Пока мужчина приходил в себя и прятал в ножны свой меч, чтобы самому не пострадать от своего оружия, Гви вошёл в спальню. Гван Му увидел лишь как подол чёрной накидки Гви медленно заползает в комнату вслед за своим владельцем, словно ядовитая змея. Стоило вампиру лишь зайти в покои, он тотчас закрыл двери. Страж спешил, но замок щёлкнул за миг до того, как Гван Му с силой навалился на дверь. Он видел лишь расплывчатые силуэты, которые падали на дверь от свеч. Он видел как наступает вампир, как его тень словно поглощает образ женщины. В такой внезапно резкой для него тишине он услышал как Джи Су обнажила шпильку. Тайное орудие, которое носили все женщины во дворце. Воин не оставлял попыток вскрыть дверь. По силе, с которой его отбросил незнакомец в сторону, он понял. Это не человек. Легенды и прежде ходили но теперь, он видел Его своими глазами. — Нет! — все старания Гван Му прервал женский крик. Истошный, отчаянный. Последний… Он мог поклясться что слышал как вампир с наслаждением глотал сладкую кровь, как испустил довольный вздох, отпуская тело на мягкие подушки. Страж стоял у дверей, чувствуя как бессилие охватывает все его тело. Вскоре подоспел Король. Он понял что произошло. Чтобы избежать потери любимой наложницы и любимого воина, он принял сложное решение. Когда вампир вышёл, он увидел двух мужчин. Хён Джо с силой ударил верного слугу по лицу. Тот, обессиленный и задумчивый, пошатнулся и упал на колени. — Идиот! Как ты посмел напасть на Старейшину! — спектакль был разыгран. — Господин! Этот негодник лишь выполнял мой приказ защищать женщину. Он не знал что вы придёте. Прошу, сохраните глупцу жизнь. — король взглянул на друга. — А ты! В наказание завтра же на рассвете отправишься на фронт. Раз умеешь только мечом махать! В ту ночь Гван Му выжил. До рассвета, прежде чем исполнить приказ Короля, он пробрался в покои погибшей наложницы. Из её остывшей уже руки он извлёк шпильку. На кончике шпильки осталась капля крови Гви. Она едва ли успела его ранить. Выпрямившись, Гван Му впервые посмотрел на лицо девушки. Она действительно была уникальной красоты женщиной. Забыть её лица, искореженного в смертном ужасе, он не смог. Как и стереть из памяти её черты лица. Ту шпильку он стал носить всюду. И когда отправлялся на фронт, и когда потерял ступню, и когда узнал что отправит кого-то во дворец Короля.»

***

Сжимая в кармане шпильку, Гван Му смотрел в след Са Ран. Она была так похожа на Джи Су. Та же невинность в глазах, та же грация, та же покорность. Он подозвал слугу. — Положите это в вещи Са Ран перед отправлением. — он передал слуге серебряную шпильку, затертую в некоторых местах. Он не знал зачем она ей. Но чувствовал правильность поступка. Са Ран зашла к матери, которая была в сарае. Её мать занималась животными при дворе. Она обняла мать, чувствуя отчаянную потребность в родном человеке. Мать знала что задумал Гван Му. Но перечить никто не смел. На страдания Са Ран, мать ей лишь сказала: Если тебя выберут, ты станешь почти Принцессой. Ты будешь жить лучше чем когда либо. Даже если ты останешься, тебя могут выдать замуж. А если не понравишься, вернёшься домой. Так или иначе, съездишь, посмотришь. Вдруг, король не так плох. Он ведь молодой.

***

Са Ран даже не представляла к кому её везут. Не знал о смотринах и юный Король. Лишь в подземельях, восседая на древесном троне, Вампир предвещал шоу.