Путешественники в прошлое

Глава 5: Узы крови и магии Сцена 1. Хогсмид. Субботнее утро. Три пары шагали по главной улице волшебной деревни, вызывая недоумение местных жителей. Лили Эванс и Северус Снейп шли впереди, Лили сжимала его руку, Снейп выглядел так, будто его ведут на казнь, но не сопротивлялся. Чуть позади — Джеймс Поттер и Сириус Блэк, которые делали вид, что они здесь случайно, но на самом деле следили за Лили. Ещё дальше — Гарри и Регулус, которые шли молча, но их плечи почти соприкасались. — Ты уверен, что мы не нарушаем правила? — спросил Регулус, оглядываясь на замок. — Мы подписали разрешение у Дамблдора, — ответил Гарри. — Он сказал: «Молодёжи нужно общаться». И подмигнул. — Дамблдор подмигивает? — С этим временем я уже ничему не удивляюсь. Из ближайшей лавки вылетели Фред и Джордж, жующие огромные сахарные шары. — Гарри! — закричал Фред. — Ты должен попробовать эти «Слезы феникса»! Они взрываются во рту! — И меняют цвет языка! — добавил Джордж, показывая фиолетовый язык. — Вы идиоты, — сказал Рон, выходя следом с пакетом конфет. — А ты наш любимый младший брат, — хором ответили близнецы. Рон закатил глаза. — Где Гермиона? — С Малфоем, — ответил Гарри. — Они пошли в книжный. — Книжный? — Рон скривился. — Романтика двадцать первого века. — А что, ты хотел бы, чтобы она пошла с тобой в магазин метёлок? — усмехнулся Регулус. Рон посмотрел на него с удивлением. — Ты защищаешь Малфоя? — Я защищаю право выбора, — спокойно ответил Регулус. — И, кстати, тот факт, что ты ревнуешь, говорит о том, что ты сам ещё не разобрался в своих чувствах. Рон покраснел. — Ничего я не ревную! — Конечно, — сказал Гарри. — Пойдём, Регулус, оставим их. Они отошли к фонтану. Фред и Джордж окружили Рона. — Братишка, — сказал Фред, — хочешь, мы устроим Малфою весёлую жизнь? — Нет, — буркнул Рон. — Она сама его выбрала. — А ты сам выбрал быть нытиком? — спросил Джордж. Рон задумался. — Наверное, да. Близнецы синхронно вздохнули. — Тяжёлый случай. --- Сцена 2. Книжный магазин Флориша и Блоттса. Гермиона перебирала старинные фолианты по теории магии. Драко стоял рядом и держал стопку книг, которые она уже отобрала. — Драко, ты не устал? — спросила она. — Устал. Но если я отпущу, ты возьмёшь ещё десять. — Возьму, — призналась она. — Тогда держу. Она улыбнулась и взяла с полки «Тайны магических родословных». — Это для Гарри, — пояснила она. — Он теперь лорд Певерелл, должен знать свои права. — И обязанности, — добавил Драко. — Бедный Поттер. Сначала крестраж, теперь титул. Когда он уже просто отдохнёт? — После победы над Тёмным Лордом, — ответила Гермиона. — Если она наступит. Драко помолчал. — А если мы изменим прошлое, то и победы не понадобится. Риддл не станет Тёмным Лордом. — Ты веришь в это? — Я хочу верить. Он поставил книги на прилавок и достал галеоны. — Я заплачу. — Драко, это мои книги! — А это мои деньги, — ответил он. — И я хочу сделать тебе подарок. Просто потому что. Гермиона покраснела. — Спасибо. Продавец упаковал книги. Они вышли на улицу, и тут же на них налетел ураган в виде Фреда и Джорджа, которые взрывали «Слёзы феникса» прямо в воздухе. — Грейнджер! — закричал Фред. — Твой язык стал зелёным! — Что? — Гермиона посмотрела на своё отражение в витрине. Её язык действительно был изумрудным. — Мальчики Уизли, вы сейчас получите! Она бросилась за ними, Драко — за ней. — Гермиона, не бегай, у тебя книги! — Книги подождут! Она настигла Фреда и шлёпнула его сумкой. Джордж расхохотался и получил от Драко заклинанием «Тибитирус» — у него выросли ослиные уши. — Я тебя ненавижу, Малфой! — закричал Джордж. — А я тебя люблю, Уизли! — крикнул Драко в ответ. Гермиона остановилась, переводя дыхание, и вдруг рассмеялась. — Мы все сошли с ума, — сказала она. — Давно, — согласился Драко. Они пошли дальше, оставив близнецов разбираться с ушами. --- Сцена 3. Кафе «Три метлы». Лили и Северус сидели за столиком у окна. Лили пила тыквенный сок, Северус — чёрный кофе без сахара. — Ты изменился, — сказала Лили. — Это из-за Поттера, — ответил Северус. — Того, из будущего. Он сказал, что я умру ради него. И я подумал: если я способен на такое, то почему не могу измениться сейчас? — Ты умрёшь? — Лили побледнела. — В том будущем — да. Но это будущее может не наступить. — Не говори так, — она взяла его за руку. — Я не хочу тебя терять. Северус сжал её пальцы. — Я никуда не денусь. Обещаю. За соседним столиком Джеймс и Сириус делали вид, что изучают меню. — Она держит его за руку, — прошептал Джеймс. — Вижу, — ответил Сириус. — И что ты собираешься делать? — Ничего. Я не могу заставить её любить меня. — Можешь попробовать быть лучше, чем он. — Я пытаюсь. — Недостаточно, — сказал Сириус. — Ты всё ещё дразнишь его при каждой встрече. Джеймс опустил голову. — Ты прав. Я идиот. — Но мой идиот, — мягко сказал Сириус и погладил Джеймса по спине. Джеймс поднял глаза. В них была благодарность. — Спасибо, что ты рядом. — Всегда. Они улыбнулись друг другу, и Сириус заказал два сливочных пива. --- Сцена 4. Окраина Хогсмида. Регулус и Гарри. Они отошли от центра, где было тихо. Осенние листья шуршали под ногами. — Твой брат и мой отец… — начал Гарри. — Да, — кивнул Регулус. — Они, кажется, наконец поняли, что чувствуют. — А мы? Регулус остановился. — А мы — нет, — честно сказал он. — Я знаю, что чувствую к тебе. Но не знаю, что ты чувствуешь ко мне. Гарри посмотрел на него. Регулус был красивым — бледная кожа, тёмные волосы, серые глаза Блэков, но без безумия Сириуса. — Я чувствую тепло, — сказал Гарри. — Когда ты рядом, становится легче. Как будто я не один. — Ты не один. У тебя есть друзья. — Друзья — это одно. А это… другое. — Другое, — повторил Регулус. Он сделал шаг вперёд и коснулся щеки Гарри. — Можно? Гарри кивнул. Регулус поцеловал его — легко, почти невесомо, в уголок губ. — Спасибо, — прошептал он. — За что? — За то, что дал шанс. Они пошли дальше, уже держась за руки. Из кустов выскочил Теодор. — О, романтика! — воскликнул он. — А где моя? — У тебя нет романтики, ты — дневник, — сказал Гарри. — Я оскорблён. Я — личность. И я хочу любви. Из-за спины Теодора вышел Том-оригинал. — Теодор, прекрати позориться. Ты — магический артефакт, а не герой любовного романа. — Но я могу им стать! — Нет. — А вот и да. Том посмотрел на Гарри и Регулуса, держащихся за руки. Его глаза сузились. — Поттер, ты с ума сошёл? Блэк — сын пожирателей смерти. — Я — не мой отец, — резко ответил Регулус. — И я сам решаю, кем быть. — Смелое заявление, — усмехнулся Том. — Посмотрим, как ты запоешь, когда твоя семья узнает, что ты целуешься с мальчиком, который носит часть моей души. — Твоя душа — не повод для гордости, — парировал Регулус. Теодор свистнул. — Оригинал, ему не позавидуешь. У Блэка острый язычок. — Заткнись, — сказали Том и Гарри одновременно. — О, они синхронизировались! — обрадовался Теодор. — Это любовь. Том щёлкнул пальцами, и Теодор замолчал (буквально — его рот исчез). — Так лучше, — сказал Том. — Поттер, будь осторожен. Блэки опасны. — Я знаю. Но Регулус — не его семья. Том посмотрел на Гарри долгим взглядом, потом развернулся и ушёл. Теодор побежал за ним, безуспешно пытаясь открыть рот. — Странный тип, — сказал Регулус. — Ты не представляешь, насколько, — ответил Гарри. --- Сцена 5. Хогвартс. Вечер. Гостиная Гриффиндора. Вернувшись из Хогсмида, Гарри застал в гостиной необычную картину: Сириус Блэк сидел на диване, а рядом с ним — Регулус. Они не дрались. Они… разговаривали. — Я не знал, что ты чувствуешь к нему, — говорил Сириус. — Я сам не знал, пока он не появился, — ответил Регулус. — Мать будет в ярости. — Мать всегда в ярости. Это её естественное состояние. Сириус усмехнулся. — Ты прав. Знаешь, я думал, что ты — копия отца. А ты оказался… другим. — Я просто не хочу быть монстром, — тихо сказал Регулус. — В отличие от некоторых Блэков. — Это комплимент? — Это констатация факта. Сириус обнял брата. Коротко, по-мужски, но тепло. — Ты мой брат, Регулус. Я всегда буду тебя защищать. Даже если ты встречаешься с сыном Джеймса из будущего. — Спасибо, Сириус. Гарри подошёл к ним. — Не помешал? — Нет, — ответил Регулус. — Мы как раз говорили о тебе. — Хорошее или плохое? — Хорошее, — сказал Сириус. — Если ты сделаешь его несчастным, я тебя убью. Но сначала Джеймс. — Я постараюсь, — улыбнулся Гарри. В этот момент в гостиную ворвался Джеймс. — Сириус! Ты видел, что сделал Снейп? Он подарил Лили розу! Живую, растущую из палочки! — И что? — спросил Сириус. — Я хочу подарить ей что-то круче! — Например? — Например… — Джеймс задумался. — Золотую метлу? — Она не летает на метлах, — вздохнул Гарри. — Она любит книги и цветы. И Северуса. Джеймс поник. — Ты не помогаешь. — Я пытаюсь быть честным, — сказал Гарри. — Отец. Джеймс посмотрел на него и вдруг улыбнулся. — Ты называешь меня отцом? — Извини, привычка. — Нет, это… приятно. Хотя странно. Сириус похлопал Джеймса по плечу. — Братан, у тебя есть сын-подросток. Это должно тебя насторожить. — Я в шоке, — признался Джеймс. — Но я горжусь. Ты — герой, Гарри. — Я просто везучий, — ответил Гарри. Регулус взял его за руку. — Не только. --- Сцена 6. Подземелья Слизерина. Ночь. Том Риддл сидел в своей комнате и смотрел на второй дневник. Тот лежал на столе, закрытый, но дрожал. — Я знаю, что ты хочешь сбежать, — сказал Том. — Не пытайся. «Ты не можешь держать меня взаперти вечно», — появилась надпись. — Могу. Ты — моя частица. Я сильнее тебя. «Но я умнее». — Сомневаюсь. Дневник открылся сам, и из него вырвался чёрный дым, который попытался просочиться в стену. Том щёлкнул пальцами — дым вернулся. — Ещё раз — и я сожгу тебя, — сказал Том. — Не фигурально. Реально. Дневник затих. В дверь постучали. Вошёл Теодор, всё ещё без рта, но с умоляющим видом. — Ах да, — Том щёлкнул пальцами, и рот Теодора вернулся. — Ты козёл, — выдохнул Теодор. — Я знаю. Зачем пришёл? — Поговорить. О Поттере. — Что с ним? — Ты ревнуешь, — прямо сказал Теодор. — К Блэку. Том помолчал. — Не ревную. Мне просто не нравится, когда кто-то трогает моё. — Он не твоё. Он сам по себе. — Он — мой крестраж. Часть моей души в нём. Это делает его моим. — Нет, — возразил Теодор. — Это делает его связанным с тобой. Но не твоим. Люди — не собственность. Том встал. — Ты слишком много говоришь для артефакта. — А ты слишком мало чувствуешь для человека. Они посмотрели друг на друга — два одинаковых лица, два разных мира. — Я не умею чувствовать, — тихо сказал Том. — Я не знаю, как это. — Научись, — ответил Теодор. — Ради себя. Ради Поттера. Ради нас. Том отвернулся к окну. — Оставь меня. Теодор вышел. А Том остался один с дневником и своими мыслями. --- Сцена 7. Большой зал. Утро следующего дня. За завтраком произошло нечто неожиданное. Лили Эванс подошла к столу Гриффиндора и сказала Джеймсу Поттеру: — Джеймс, можно тебя на минуту? Джеймс поперхнулся соком. — М-меня? — Тебя. Они отошли к окну. Лили скрестила руки. — Я знаю, что ты чувствуешь ко мне, — сказала она. — И я ценю это. Но я выбрала Северуса. — Я знаю, — ответил Джеймс. — Я не лезу. — Ты лезешь. Ты следил за нами в Хогсмиде. Джеймс покраснел. — Извини. — Я не прошу извинений. Я прошу уважения. Если ты действительно хочешь быть моим другом — будь им. Но не врагом Северуса. — Он сам враг. — Он мой друг. И если ты не можешь это принять, то между нами ничего не будет. Даже дружбы. Джеймс опустил голову. — Я попробую. — Попробуй, — сказала Лили и ушла. Сириус подошёл к Джеймсу. — Что она сказала? — Что я должен уважать её выбор. — И ты будешь? — Попробую, — повторил Джеймс. — Ради неё. Сириус обнял его. — Ты хороший, Джеймс. Даже когда ревнуешь. — Только не говори никому. — Ни за что. Они вернулись за стол, где Рон, Гермиона и Драко уже спорили о том, кто лучше — Квиддич или шахматы. — Квиддич, — сказал Драко. — Шахматы, — сказал Рон. — Магия, — сказала Гермиона. — Всё вместе, — сказал Гарри. Близнецы запустили фейерверк прямо в тарелку с кашей. — А это хаос, — сказали они хором. И все засмеялись — даже Том Риддл, сидевший за слизеринским столом, поймал себя на том, что его губы изогнулись в улыбке. Теодор заметил и прошептал: — Прогресс.