Другая История

От лица Вари Тишина на мельнице давила. Снежка, сжав в ладонях кольцо Аксилиум, сосредоточенно вглядывалась в его глубину, пытаясь вытянуть хоть крупицу информации об Алёнке. Но металл оставался холодным и безмолвным. — Ничего... — разочарованно выдохнула она. — Только какая-то рябь. Может, я не так делаю? — Может, просто пойдём и обыщем весь город? — предложил Саша, нервно прохаживаясь по комнате. — Или устроим засаду на этих волколаков? Или... — Или может быть сначала выясним, кто эта загадочная девушка, которая должна была тут быть, а уже потом будем строить грандиозные планы? — парировала я, не скрывая лёгкой иронии. Его прыть меня утомляла. — Она могла бы нам помочь, а её нет. Это странно. Кот, тем временем, с важным видом умывал лапу. — Мяу. Я не могу сидеть без дела в этой... мельнице. Я пойду в здешнее «Лукоморье». Уж там-то я смогу разузнать что-нибудь полезное. Если понадоблюсь — зовите. Явление мне знакомо. Не дожидаясь ответа, он щёлкнул хвостом и растворился в воздухе, оставив нас в ещё большем недоумении. И тут кольцо на пальце Снежки вдруг вспыхнуло тёплым светом. Над ним возникла маленькая, мерцающая голограмма. Мы столпились вокруг, затаив дыхание. На ней была Алёнка! Она стояла на какой-то оживлённой площади, рядом с тем самым типом в кожаной куртке — Мороком. Она была в чёрной рваной одежде, но выглядела... стильно. И целой. — Ой, а костюмчик у Алёночки красивый! — прошептала Снежка. У меня сжалось сердце. Она была жива. Прямо сейчас. Совсем рядом. — Телепортируемся. Туда. Сейчас же, — мои слова прозвучали как приказ, не терпящий возражений. Я схватила за руки Сашу и Васю, Снежка и Маша мгновенно присоединились, и я сосредоточила всю свою волю на образе площади, на том виде, что показывало кольцо. Мир взорвался фиолетовыми искрами. Мы материализовались на краю той самой площади. Народ вокруг на секунду замер, удивлённо покосившись на нас, но потом продолжил свои дела. Я лихорадочно обыскивала взглядом толпу — рыжие волосы, чёрная одежда... Ничего! — Её тут нет! — с отчаянием в голосе произнесла Маша, тоже вращая головой. — Может быть... Может привлечь её внимание? — неуверенно предложил Вася. — Если она здесь, она должна нас увидеть! И тут мой взгляд упал на небольшую сцену в центре площади, где какие-то музыканты настраивали инструменты. Безумная идея родилась в голове мгновенно. — Идём туда, — сказала я твёрдо и, не объясняя, потащила всех за собой. Мы быстро объяснили ситуацию удивлённым музыкантам, сунув им в руки несколько местных монет. Те, пожав плечами, уступили нам место. Я взяла микрофон, Маша встала за синтезатор, Снежка взяла в руки бубен, а парни остались в растерянности сзади. — Алёнка, где бы ты ни была, услышь нас... — прошептала я и кивнула Маше. Мы начали играть. Ту самую песню, что пели вместе на школьном концерте. Нашу песню. От лица Алёны — Передышка, я сказала! — я практически повалилась на скамейку, чувствуя, как дрожат ноги. — Я больше не могу, Влад. У меня легкие выплюнутся. — Это самая плохая идея за весь день, Рыжая! — шипел Морок, нервно озираясь. — Нас на площади запросто могут увидеть эти... Его слова оборвались, и его лицо исказилось ужасом. Я проследила за его взглядом. Из-за угла выходил тот самый волколак со шрамом. И он смотрел прямо на нас. — Блять! — выругались мы с Владом почти синхронно и рванули с места. Мы неслись сквозь толпу, слыша за спиной рыки и тяжёлые шаги. Влад рванул в какой-то переулок, оказавшийся тупиком. Отчаяние сковало меня ледяными тисками. И тут его взгляд упал на огромный пустой барабан, стоявший в углу. — В него! Быстро! — он распахнул крышку. — Ты серьёзно?! — я посмотрела на него с немым ужасом. — У нас нет выбора! — прошипел он. Меня затолкали в тесное, тёмное, пахнущее деревом и пылью пространство. Крышка захлопнулась. — А иди ты нахуй, Влад! — крикнула я ему вдогонку, но барабан уже закачался, и я поняла, что его куда-то потащили. Из щелей я видела, как Влад замер на секунду, его силуэт поплыл — и он превратился... в меня. Точную мою копию. Затем он выскочил из переулка с громким криком: «Эй, уроды, я тут!» — и умчался, уводя погоню за собой. Я сидела в темноте, слушая, как моё сердце колотится о деревянные стенки. Вдруг барабан резко дёрнулся, его куда-то поставили, и сверху на меня что-то упало. И тут... я услышала музыку. Знакомую музыку. И голос. Варин голос. Не раздумывая, я упёрлась ногами и спиной в стенки и изо всех сил вышибила крышку барабана. Я вылетела наружу, кувыркаясь, и больно приземлилась на что-то твёрдое и... освещённое софитами. — Ай, бля... Я кажется удалилась об что-то... — пробормотала я, потирая ушибленный локоть и пытаясь понять, где я. И тут мой взгляд упал на них. Они стояли прямо передо мной, замершие с открытыми ртами. — А... Алёнка? — голос Вари дрогнул, прозвучав как самый прекрасный звук на свете. Сердце ёкнуло. Они. Они здесь. Они нашли меня. — Варечка! — я не сдержалась, вскочила и бросилась к ней, крепко обняв. Она ответила мне с такой силой, что у меня перехватило дыхание. Пахло озоном, ветром и её духами. Маша и Снежка тут же присоединились к групповым объятиям, и на секунду мы были просто счастливыми подругами, а не хранительницами в эпицентре хаоса. Я отстранилась, пытаясь сохранить остатки крутости, и смахнула предательскую слезу. — Ладно. Давайте закончим начатое. Мы допели песню под оглушительные, хоть и немного недоумённые аплодисменты толпы. Я спрыгнула со сцены и повела их в тот переулок. — Он там, в последний раз я его там видела... Мы уже почти дошли, как из-за угла вынесся Влад, весь взъерошенный, с разорванным рукавом. Его глаза дико бегали. — Рыжая! У нас ЧП! Они... они... — он увидел нашу компанию и резко затормозил, смотря то на меня, то на моих друзей с немым вопросом. И тут пространство рядом с нами затрепетало. Из воздуха, словно из ниоткуда, возникла она. Кира. Но это была не та Кира, которую я знала. Над её головой парил не парящий чёрный нимб, а левое крыло было ослепительно белым, а правое — угольно-чёрным. Её гетерохромные глаза сверкали с невероятной силой, а всё её существо источало мощь, от которой закладывало уши. Все замерли, остолбенев. — Демон... — в ужасе прошептал Влад, отшатываясь. — Кира... — выдохнула я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Это была она, но... другая. Сильнее. Реальнее. ...Кира не смотрела на них. Её взгляд был устремлён на меня, и в нём читалась... усталость? Печаль? Но также — безмерная нежность и облегчение, что видит меня целой. Она молча щёлкнула пальцами. И волколаки просто исчезли. Не убежали, не растворились — их словно стёрли ластиком из реальности. Без звука, без вспышки. Просто... перестали существовать. Повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь нашим тяжёлым дыханием. Первым её нарушил Влад. — Что... что это было? — его голос срывался на фальцет, и он смотрел на Киру так, будто видел саму смерть. Кира наконец перевела взгляд на него, и её лицо исказилось лёгким, ледяным презрением. — Уборка мусора, — холодно, отстранённо произнесла она, словно говорила о сорванной былинке. Но затем её взгляд снова нашёл меня. Вся ледяная суровость с её лица ушла, сменившись такой глубокой, всеобъемлющей усталостью и... любовью. Она сделала шаг ко мне, потом ещё один. Её крылья — одно белое, одно чёрное — мягко сложились за спиной. — Сестрёнка... — её голос прозвучал тихо, хрипло, без единой ноты былой насмешливости. В нём была только бесконечная усталость и облегчение. И она раскрыла объятия. Я не помню, как оказалась рядом. Я просто рухнула в них, вжавшись лицом в её плечо. Она пахла озоном после грозы, пеплом и чем-то бесконечно родным. Её руки обняли меня так крепко, так надёжно, словно пытались оградить от всего зла в мирах. Я чувствовала, как дрожат её пальцы, прижимая меня к себе. — Я так боялась... — выдохнула она прямо мне в волосы, и её голос дрогнул. — Я чувствовала, как тебе страшно, как ты зовёшь... но не могла пробиться. Пока ты не оказалась совсем рядом. — Где ты была? — прошептала я, мои слова утонули в ткани её одежды. — Я думала... — Я всегда с тобой, — она отстранилась, чтобы посмотреть мне в лицо, и её разноцветные глаза сияли серьёзно и печально. — Просто... меня надолго не хватает в этом облике. Он... отнимает слишком много сил. А тут нужно было присматривать за мельницей. — Она слабо улыбнулась. — Я и есть та «своеобразная девушка», о которой вам говорил Сказочник. За нашей спиной раздался шёпот Вари: — Так вот кто... она... Кира обвела взглядом всех — испуганного Влада, изумлённых девочек, остолбеневших Сашу и Васю. Её улыбка стала чуть теплее. — Похоже, вам всем нужно серьёзно поговорить. И, наверное, выпить чего-нибудь покрепче чая. Мельница всё ещё ждёт своих хранителей. Пойдёмте? И она не исчезла. Она просто взяла меня за руку, её пальцы сплелись с моими, тёплые и настоящие, и повела нас всех прочь с площади — домой. Её крылья слегка касались моей спины, а её присутствие было самым твёрдым и неоспоримым фактом за весь этот безумный день. Сестра была дома.