Великий и Ужасный Норрис, или как он (не)часто нарушал закон

Прошло три дня после инцидента со скрипачом. Три дня Оскар ходил на работу, вёл допросы, подписывал документы и делал вид, что его совершенно не волнует тот факт, что Ландо Норрис больше не попадался. Никаких хулиганств. Никаких задержаний. Тишина. Это было подозрительно. — Может, он уехал из города? — предположил Логан, стажёр, который сегодня дежурил на входе и от нечего делать крутил в руках магический детектор. — Или его наконец-то посадили в магическую тюрьму? — Ландо? В тюрьме? — Олли хмыкнул, не отрываясь от папки. — Он бы оттуда сбежал за пять минут, по дороге применив заклятие на всех охранниках. — И на капитане, — добавил Логан. — И на камерах наблюдения, — кивнул Олли. Оскар слушал этот диалог краем уха, сидя за своим столом и делая вид, что погружён в отчёт. На самом деле он уже двадцать минут перечитывал одно и то же предложение: «В соответствии с параграфом 14, подпункт Б…» Где этот идиот? Оскар запретил себе думать об этом. Ему не должно быть дела до того, где находится мелкий хулиган, который раз в неделю нарушает закон и раз в неделю целует его в щёку под предлогом «снятия заклинания». Не должно. Но дело было. И чем дольше Ландо не появлялся, тем сильнее Оскар злился. Сначала на Ландо. Потом на себя. Потом снова на Ландо. — Пиастри, — окликнул его Олли. — Ты в порядке? Ты уже полчаса смотришь в одну точку. — Я думаю, — сухо ответил Оскар. — О чём? — О том, как оптимизировать процесс оформления магических нарушений. Олли и Логан переглянулись с выражением «ну-ну». — Кстати, — Логан сделал вид, что проверяет детектор, — я слышал, вчера на Рыночной площади кто-то превратил все фонтаны в лимонад. Оскар замер. — Лимонад? — переспросил он. — Ага. Оранжевый. С пузырьками. Дети были в восторге, — Логан пожал плечами. — Патрульные приехали, а там уже всё само восстановилось. Никто ничего не видел, но все подозревают… — Норриса, — закончил Оскар. — Ну, это чисто предположение, — поспешно добавил Логан, заметив, как изменилось лицо начальника. — Мог быть кто угодно. Оскар медленно встал. — Я выйду на патруль, — сказал он, беря со стола форменную мантию. — Разберусь с фонтаном. — Но у тебя же через час совещание с… — Перенесите. И Оскар вышел, оставив коллег в недоумении. — Он идёт искать Ландо, — сказал Олли, когда дверь закрылась. — Или просто хочет подышать воздухом, — предположил Логан. — С таким выражением лица? — Олли покачал головой. — Он идёт убивать. Или целовать. Третьего не дано. — Я ставлю на поцелуй, — Логан достал из кармана мятый блокнот. — Десять к одному. — Принимаю.

***

Рыночная площадь встретила Оскара запахом свежей выпечки и ярким послеполуденным солнцем. Фонтаны действительно работали в обычном режиме — никакого лимонада. Кто-то вовремя всё исправил. Оскар прошёлся по периметру, заглянул в переулки, проверил знакомые места. Ничего. Он уже собирался сдаться и вернуться в отдел, когда заметил знакомую фигуру в дальнем конце улицы. Ландо сидел на скамейке и кормил голубей. Обычных голубей, не магических. Он кидал им крошки от булочки и что-то увлечённо рассказывал, жестикулируя. Голуби, кажется, слушали с большим вниманием. Оскар остановился в тени арки, наблюдая. Ландо выглядел… спокойным. Не было обычной энергии, которая заставляла его вытворять что-нибудь каждые пять минут, если не секунд. Он просто сидел, улыбался и разговаривал с птицами. И сердце Оскара совершило какое-то предательское движение в груди. «Соберись, — приказал он себе. — Ты здесь по работе. Ты должен арестовать его за превращение фонтанов в лимонад. Или хотя бы сделать выговор. Или…» Ландо поднял голову и увидел его. — Капитан! — радостно завопил он, взмахнув рукой. Голуби взлетели, возмущённо воркуя. — Вы меня искали! Я знал, что вы по мне соскучитесь! Оскар вышел из тени, стараясь выглядеть максимально сурово. — Норрис, — сказал он, подходя ближе. — Вчера на Рыночной площади… — А, вы про лимонад! — Ландо вскочил со скамейки, отряхивая штаны. — Это было красиво, правда? Я хотел сделать что-то приятное. Люди же любят лимонад. — Превращение общественных фонтанов без разрешения — это нарушение статьи 47, пункт… — Капитан, — Ландо сделал шаг навстречу, и его лицо стало виноватым, но глаза продолжали смеяться, — ну зачем вы так официально? Вы же не собираетесь меня арестовывать. — Ещё как собираюсь. — Не собираетесь, — уверенно сказал Ландо. — Потому что если бы собирались, привели бы патрульных. А вы пришли один. И не в форме, кстати. Оскар дёрнул плечом. Боже, он действительно надел гражданскую. — Я вышел на патруль. — На патруль в ботинках, которые начищены до зеркального блеска, и с идеально завязанным галстуком? — Ландо наклонил голову, разглядывая его. — Вы выглядите так, будто собирались на свидание, капитан. Оскар почувствовал, как уши начинают гореть красным. Контроль, — напомнил он себе. — Кровоток. Не смей краснеть. — Это стандартный внешний вид сотрудника, — отрезал он. — А теперь… — А теперь я сбегаю, — объявил Ландо и, прежде чем Оскар успел среагировать, развернулся и рванул в ближайший переулок. — Стоять! — крикнул Оскар, бросаясь за ним. Он бежал быстро, но Ландо бежал быстрее. Или делал вид, что быстрее, потому что Оскар не прилагал реальных усилий, чтобы его догнать. Он мог бы, легко, применить ускоряющее заклинание и схватить этого беглеца за шиворот через три секунды. Но он этого не делал. Потому что погоня была частью ритуала. Ландо залетел в узкий переулок между двумя старыми домами, заставленный ящиками и мусорными баками, и Оскар, свернув следом, оказался в тупике. Или почти в тупике. Ландо стоял в дальнем конце, прислонившись к стене, и тяжело дышал. Его щёки раскраснелись, волосы растрепались, а на губах играла торжествующая улыбка. — Поймали, — выдохнул он. — Ты в тупике, Норрис, — Оскар медленно пошёл вперёд, стараясь не улыбаться. — Сдавайся. — Я-то в тупике? — Ландо выпрямился, и в его глазах зажёгся знакомый безумный огонёк. — Капитан, вы забываете, с кем имеете дело. Вы — обычный человек. А я — великий маг. Оскар внутренне закатил глаза, но внешне изобразил осторожность. Даже сделал шаг назад. — Не делай глупостей, — предупредил он. — Слишком поздно, — Ландо поднял руку, драматично расправил пальцы и торжественно провозгласил: — Великая Веревка Норриса, свяжи моего врага! Он щёлкнул пальцами. Оскар замер на месте, изображая, что невидимая сила сковала его движения. На самом деле он замер, потому что в этот момент из кармана его пальто послышался шорох. Там лежала верёвка. Обычная, купленная в хозяйственном магазине два месяца назад, когда Ландо впервые применил это «великое заклинание» и Оскару пришлось срочно импровизировать. Сейчас, как и всегда, он сделал вид, что верёвка появилась из воздуха, скрутила его руки за спиной и привязала к столбу. На самом деле он просто сунул руки за спину и зажал конец верёвки в кулаке. — О, — выдохнул Ландо с искренним восхищением, — сработало! Я становлюсь сильнее! Он подошёл ближе, обошёл Оскара вокруг, проверяя «путы», и остался доволен увиденным. — Знаете, капитан, — задумчиво сказал он, — вы, наверное, единственный человек, на которого моя магия действует безотказно. На других иногда даёт сбои. А на вас — всегда. Оскар молчал, стараясь не смотреть Ландо в глаза. Потому что если он посмотрит — улыбнётся. А улыбаться нельзя. Он — жертва. Он — пленник. — Наверное, это потому, что вы человек, — продолжал Ландо, теперь стоя совсем близко. — У вас нет магической защиты. Вы такой… уязвимый. Он сказал это с такой нежностью, что у Оскара перехватило дыхание. — Норрис, — выдавил он, — сними заклинание. — А зачем? — Ландо наклонил голову, разглядывая его, как диковинную вещь. — Вы меня арестовывать собирались. А теперь вы — мой пленник. Так кто кого поймал? — Ты не можешь держать сотрудника магического правопорядка связанным в переулке, — Оскар говорил ровно, хотя внутри всё дрожало от близости Ландо. — Могу, — возразил Ландо. — Я уже держу. Он протянул руку и поправил галстук Оскара, который сбился во время погони. Жест был таким естественным, будто они занимались этим каждый день. И, в общем-то, так оно и было. — Знаете, — Ландо заговорил тише, почти шёпотом, — вы когда сердитесь, становитесь ещё красивее. Это несправедливо. Оскар сжал зубы. «Он меня убьёт, — подумал он. — Однажды я не выдержу и признаюсь. Или поцелую его первым. И то и другое будет катастрофой». — Ландо, — сказал он, и в голосе прорезалась хрипотца, которую он не мог контролировать, — сними. — Хорошо, — Ландо улыбнулся той самой улыбкой, от которой у Оскара подкашивались колени. — Сниму. Но сначала… Он приблизился, упёрся ладонями в стены по обе стороны от плеч Оскара (насколько позволяла «верёвка» и собственный рост) и оказался так близко, что Оскар чувствовал тепло его дыхания. — Я же говорил, капитан, — прошептал Ландо, — когда вы краснеете, вы выглядите очень милым. — Я не краснею, — соврал Оскар, чувствуя, как кровь приливает к лицу. — Краснеете, — Ландо коснулся губами его щеки. Легко, почти невесомо. — Вот так. И ещё вот так. Второй поцелуй пришёлся в уголок губ. Оскар перестал дышать. — Ну всё, — Ландо отстранился, щёлкнул пальцами. — Finite. Вы свободны, капитан. Он развернулся, собираясь убежать, но Оскар поймал его за рукав. — Ландо. — Да? Оскар молчал несколько секунд, подбирая слова. Хотелось сказать что-то важное. Сказать, что он знает о лимонаде. Что Ландо должен перестать хулиганить. Что… — У тебя крошки на мантии, — сказал он вместо этого. — От булочки. Ландо посмотрел вниз, рассмеялся и отряхнулся. — Вы такой заботливый, капитан, — он выдернул рукав из пальцев Оскара. — Пока! И исчез за поворотом, оставив Оскара стоять посреди переулка с верёвкой в руке и горящей щекой.

***

— Я же говорил, — прошептал Олли, пригибаясь за мусорным баком. — Тише, — прошипел Логан, стоя рядом с ним и пытаясь сделать фото на магический кристалл. — Они услышат. — Они нас не услышат, они друг друга не слышат. Логан сделал снимок как раз в тот момент, когда Ландо целовал Оскара в щёку. Кристалл засиял тёплым светом. — Это золото, — сказал Логан, пряча кристалл в карман. — Чистое золото. — Ты это Оскару не показывай, — предупредил Олли. — Я не самоубийца, — буркнул Логан. — Но на счету это принесёт мне состояние. Они переглянулись и, стараясь не шуметь, начали выбираться из укрытия. — Подожди, — Олли вдруг замер. — А если Оскар знает, что мы за ним следим? — Не знает. — А если знает и делает вид, что не знает? Логан задумался. — Тогда он ещё более опасен, чем я думал. — И более влюблён, — добавил Олли, выглядывая из-за угла. — Смотри, он стоит и улыбается. Оскар Пиастри стоит в переулке и улыбается. Они оба посмотрели на начальника, который, держа в руках верёвку, смотрел вслед убежавшему Ландо с таким выражением лица, которое никак не вязалось с образом сурового следователя. — Ладно, — сказал Олли, отходя от угла. — Я меняю ставку. Они будут вместе через месяц. — Принимаю, — кивнул Логан. — Но я ставлю на два.

***

Оскар вернулся в отдел через двадцать минут. С идеально ровным лицом. С поправленным галстуком. Без верёвки — он предусмотрительно выбросил её в урну по дороге. — Совещание перенесли на завтра, — доложил Олли, не поднимая глаз от документов. — Ничего важного не случилось. — Хорошо, — Оскар сел за стол, взял перо. — Пиастри, — вдруг спросил Логан, не выдержав, — а почему у тебя щека красная? Солнце напекло? Оскар поднял взгляд. Логан смотрел на него с совершенно невинным выражением лица. — Да, — сказал Оскар. — Напекло. — В переулке? — уточнил Олли, и тут же прикусил язык. Оскар переводил взгляд с одного на другого. Олли выглядел так, будто хотел провалиться сквозь землю. Логан — так, будто только что проиграл все ставки разом. — Откуда вы знаете, что я был в переулке? — спросил Оскар очень спокойным голосом. — Мы… — начал Логан. — Он догадался! — перебил Олли, вскакивая. — Просто догадался! У нас тут счёт, куда ты ходишь на патруль, и… — Олли, — остановил его Оскар. — Да? — Иди в архив. Проверь старые дела за прошлый месяц. — Но там же пыльно… — Именно, — Оскар перевёл взгляд на Логана. — Логан, помоги ему. Они переглянулись, синхронно вздохнули и поплелись к выходу. — Мы всё равно не прекратим, — буркнул Логан уже в дверях. — Это слишком интересно. — Логан. — Да? — Следующий раз, когда будете следить, не дышите так громко. Дверь закрылась. Оскар остался один, уставился в окно и позволил себе наконец-то улыбнуться. В переулке, когда Ландо целовал его, он заметил двоих придурков за мусорными баками. Не заметить было невозможно — Логан наступил на пустую банку, и грохот стоял на весь квартал. Но Оскар промолчал. Потому что если бы он их прогнал, Ландо мог бы испугаться свидетелей и перестать целоваться в общественных местах. А Оскар был категорически против. «Пусть смотрят, — подумал он, открывая папку с отчётом. — Пусть делают ставки. Главное, чтобы этот идиот продолжал меня ловить».