Великий и Ужасный Норрис, или как он (не)часто нарушал закон

Это должно было быть обычное рабочее утро. Оскар пришёл в отдел, выпил кофе из автомата (как всегда, отвратительный), разобрал почту (как всегда, ничего срочного) и подготовил документы к десятичасовому совещанию с руководством. Всё шло по плану. И это Оскара тревожило больше всего. Потому что когда в его жизни всё шло по плану, рано или поздно появлялся Ландо Норрис и этот план с грохотом летел в магическую бездну. — Сегодня тихо, — заметил Олли, выглядывая в окно. — Никто не хулиганит, не превращает фонтаны в лимонад, не привязывает уличных музыкантов… — Не каркай, — буркнул Логан, раскладывая на столе какие-то бумаги. — Ещё утро. Оскар промолчал, но внутри что-то ёкнуло. Ландо не появлялся уже пять дней. Пять. Дней. Это был рекорд. И Оскар не волновался. Совсем. Абсолютно. Он просто… отмечал факт. Для отчётности. — Пиастри, — окликнул его Олли, — у тебя через сорок минут совещание с магистратом. Ты готов? — Всегда готов, — сухо ответил Оскар, поправляя галстук. Он действительно был готов. Доклад на двадцать страниц, три таблицы, семь приложений. Идеальный порядок. Потому что если нельзя контролировать Ландо Норриса, можно хотя бы контролировать свои отчёты. Оскар поднялся, взял папку и направился к выходу. — Удачи, — крикнул Логан. — Она мне не понадобится, — ответил Оскар, уже открывая дверь. И в этот момент в дверь кто-то влетел. Не в дверь отдела — в дверь, которую открывал Оскар. С той стороны. Удар был несильным, но неожиданным. Папка с документами вылетела из рук Оскара, листы разлетелись по коридору, а сам он едва удержал равновесие, вцепившись в дверной косяк. — Ой, — раздался знакомый голос прямо у его груди. — Капитан! Привет! Ландо Норрис стоял вплотную, уткнувшись носом в воротник мантии Оскара, и смотрел снизу вверх с таким видом, будто столкновение было частью гениального плана. — Норрис, — выдохнул Оскар, чувствуя, как сердце делает кульбит где-то в горле. — Ты… — Соскучились? — Ландо улыбнулся и, вместо того чтобы отстраниться, наоборот, упёрся ладонями в грудь Оскара, слегка отталкивая, но не отпуская. — Я тоже. Пять дней — это слишком много, вы не находите? Оскар посмотрел на разлетевшиеся по полу документы. На часы. Совещание через тридцать восемь минут. На Ландо, который стоял так близко, что можно было разглядеть каждую веснушку на его лице. — Ты… — начал он, но Ландо его перебил. — Я пришёл сдаться, — радостно сообщил он. — Добровольно. Без сопротивления. Можете меня арестовать. — За что? — Оскар подозрительно прищурился. — Пока не придумал, — честно признался Ландо. — Но что-нибудь наколдовал. Наверное. Вчера я был в парке и… — Не хочу знать, — Оскар аккуратно, но твёрдо взял Ландо за плечи и отодвинул от себя на расстояние вытянутой руки. — У меня совещание. Приходи через два часа. — Через два часа у вас будет совещание с магистратом, — возразил Ландо, бегло взглянув на расписание, висящее на стене. — Я уже посмотрел. Оно продлится до обеда. А потом вы будете заполнять отчёты. А потом… — он сделал драматичную паузу, — будет поздно. — Поздно для чего? — Для того, чтобы расслабиться, капитан, — Ландо наклонил голову, и его взгляд стал неприлично понимающим. — Вы выглядите уставшим. Глаза впали, плечи напряжены. Вы вообще спите? — Я высыпаюсь, — соврал Оскар, потому что последние пять ночей он ворочался в кровати, прокручивая в голове момент из переулка и думая, почему Ландо так долго не появляется. — Не высыпаетесь, — Ландо шагнул вперёд, и Оскар, сам того не желая, шагнул назад. В коридор. Подальше от любопытных глаз коллег. Ландо шагнул следом. — Знаете, что вам нужно, капитан? — Спокойный рабочий день без нарушителей? — Нет, — Ландо улыбнулся. — Вам нужно расслабиться. По-настоящему. И я знаю, как это сделать. Оскар почувствовал, как по спине пробежал холодок. Или жар. Он уже не понимал. — Ландо, — сказал он предостерегающе, — что ты задумал? — Ничего противозаконного, — заверил Ландо, оглядываясь по сторонам. Коридор был пуст. Олли и Логан, к счастью, остались в кабинете и, кажется, не собирались выходить. — Просто… вы же знаете, я могу помочь. — Своими заклинаниями? — Оскар изогнул бровь. — Теми самыми, из-за которых ты постоянно попадаешь в отдел? — Именно ими, — Ландо ни капли не смутился. — Wartuous, например. Вы же помните, как оно действует? Оскар помнил. Wartuous вызывал сильное, неконтролируемое возбуждение и желание физической близости. Для Ландо это было просто забавное заклинание, которое заставляло людей краснеть и смущаться. Для Оскара, на которого магия Ландо не действовала, это был просто предлог, чтобы находиться рядом. Но сейчас Ландо предлагал применить это заклинание на нём. Наедине. — Это… — Оскар сглотнул, — не самая лучшая идея. — Почему? — Ландо искренне удивился. — Вы станете счастливым! Ну, знаете, эйфория, расслабление, все дела. Я же вижу, как вы напряжены. Позвольте помочь. — Мне не нужна помощь, — отрезал Оскар, но голос его предательски дрогнул. — Вы всегда так говорите, — Ландо вздохнул с видом человека, который привык к упрямству начальника. — А потом краснеете, когда я применяю заклинание, и выглядите довольным. Так в чём проблема? Проблема была в том, что Оскар не был уверен, что сможет контролировать свою реакцию, когда они останутся вдвоём, без свидетелей, и Ландо начнёт на него «действовать». Обычно всё происходило при коллегах, или в переулке, или в отделе, где всегда была вероятность, что кто-то войдёт. Это помогало Оскару сохранять лицо — нужно было играть роль, быть серьёзным, изображать сопротивление. А сейчас Ландо предлагал остаться наедине. — У меня совещание, — напомнил Оскар, делая шаг назад. — Оно через полчаса, — Ландо сделал шаг вперёд. — Успеем. — Ландо… — Капитан, — Ландо вдруг стал серьёзным. Ну, насколько он вообще мог быть серьёзным. — Вы же знаете, я не сделаю ничего плохого. Я просто хочу, чтобы вы улыбнулись. Вы редко улыбаетесь. А когда улыбаетесь — это красиво. Оскар замер. Ландо говорил это без намёка на обычное хулиганство. Просто. Искренне. Смотря прямо в глаза. И Оскар понял, что пропал. — Где? — спросил он, и голос его прозвучал хрипло. Ландо просиял. — Там, — он кивнул в конец коридора, где находилась подсобка. — Никто не войдёт, я проверил. И дверь запирается. Они прошли в подсобку. Это было маленькое помещение, заставленное коробками с документами, старыми артефактами и канцелярией. Оскар закрыл за собой дверь, повернул ключ в замке и прислонился к стене, наблюдая за Ландо. Ландо стоял в центре комнаты, потирая руки, как фокусник перед выступлением. — Не бойтесь, капитан, — сказал он, заметив выражение лица Оскара. — Я профессионал. — Ты хулиган, который превратил фонтаны в лимонад. — Это было красиво, — напомнил Ландо. — Ладно. Готовы? Оскар кивнул, хотя готов не был совершенно. Ландо поднял руку, изящно растопырил пальцы и, глядя прямо на Оскара, произнёс: — Wartuous. Щелчок пальцев. И ничего не произошло. Ну, то есть для Оскара ничего не произошло. Он не почувствовал абсолютно ничего, кроме привычного тепла от того, что Ландо смотрит на него. Но он знал, что нужно делать. Поэтому он изобразил, как заклинание ударяет его в грудь. Распахнул глаза. Схватился за край стеллажа с папками. И… замер, стараясь дышать ровно. Ландо наблюдал за ним с интересом. — Действует? — спросил он, наклоняя голову. Оскар не ответил. Он пытался вспомнить, как он обычно выглядит под Wartuous. Краснеет. Сжимает кулаки. Смотрит куда угодно, но не на Ландо. Он сделал всё это. — Действует, — выдохнул Ландо, подходя ближе. — Отлично. Теперь… расслабьтесь. Заклинание сделает всё само. Оскар сжал зубы. Он чувствовал, как кровь приливает к лицу — теперь уже по-настоящему, потому что Ландо приближался, и его глаза блестели в полумраке, и он улыбался, и от этой улыбки Оскару хотелось забыть о том, что он «под заклинанием», схватить этого наглеца и… Спокойно, — приказал он себе. — Ты — жертва. Ты — пленник его чар. Ты не можешь просто так взять и поцеловать его. Это будет подозрительно. — Капитан, — Ландо остановился в шаге от него, — вы очень красный. — Заклинание, — выдавил Оскар. — Да, оно такое, — Ландо кивнул, и в его голосе появились нотки… гордости? — Я его усовершенствовал, кстати. Теперь оно действует мягче, но дольше. Оскар мысленно закатил глаза. Ландо ничего не усовершенствовал, он просто щёлкал пальцами с разной силой. Но внешне Оскар изобразил удивление. — Мягче? — переспросил он. — Ну да, — Ландо шагнул ещё ближе, и теперь они стояли почти вплотную. — Раньше люди начинали сразу… ну, вы понимаете. А теперь сначала расслабляются. Как вы сейчас. — Я не расслаблен, — солгал Оскар. — Расслаблены, — возразил Ландо, поднимая руку и проводя пальцами по воротнику мантии Оскара. — Вы даже не пытаетесь меня оттолкнуть. Оскар понял, что Ландо прав. Он стоял, прислонившись к стеллажу, и даже не думал играть сопротивление. Он просто смотрел на Ландо и ждал. Это было опасно. — Ландо, — сказал он, стараясь придать голосу строгости, — сними заклинание. — Не хочу, — Ландо улыбнулся, и его пальцы легли на плечо Оскара. — Вы такой спокойный. Такой… податливый. Он сказал это с такой нежностью, что у Оскара перехватило дыхание. — Ты… — начал он. — Я хочу вас поцеловать, капитан, — перебил Ландо, и в его глазах не было обычной хулиганистости. Только что-то внимательное, отчего сердце Оскара пропустило удар. — Можно? Заклинание ведь всё равно заставляет вас этого хотеть. Так почему бы и нет? Оскар молчал. Он должен был сказать «нет». Должен был напомнить, что он начальник, что Ландо — нарушитель, что между ними есть субординация, что… — Да, — сказал он, и это вырвалось раньше, чем он успел подумать. Ландо засиял. Он придвинулся вплотную, положил ладони на щёки Оскара, приподнялся на носки и поцеловал. Это было не так, как в переулке. Не быстрое «чмок» в щеку на прощание. Не лёгкое касание уголка губ. Это был настоящий поцелуй, мягкий, тёплый, неторопливый. Ландо целовал его так, будто они были не в тесной подсобке, заваленной коробками, а где-то совсем в другом месте. Оскар закрыл глаза. Руки сами поднялись, легли на талию Ландо, притягивая ближе. Он забыл, что должен изображать жертву. Забыл, что на него «действует заклинание». Забыл всё, кроме того, как Ландо пахнет цитрусами, и как его губы двигаются в такт. Это длилось несколько секунд. Или вечность. Оскар не знал. Ландо отстранился первым, тяжело дыша. Его щёки раскраснелись, глаза блестели. — Вау, — выдохнул он, не убирая рук с лица Оскара. — Заклинание работает отлично. Даже лучше. Оскар моргнул, возвращаясь в реальность. — Что? — спросил он, и голос его звучал как после долгого сна. — Я говорю, — Ландо улыбнулся, и в его улыбке появилось что-то новое, более тёплое, — вы очень хорошо реагируете на Wartuous. Лучше всех. Оскар сглотнул. Он только что чуть не выдал себя. Он должен был стоять и изображать сопротивление, а вместо этого сам притянул Ландо к себе. Это было слишком. Слишком близко к правде. — Сними заклинание, — попросил он, и в этот раз в его голосе действительно слышалась мольба. Ландо кивнул, щёлкнул пальцами. — Finite, — сказал он, но руки не убрал. — Всё, вы свободны, капитан. Оскар выдохнул, но не двинулся с места. Ландо всё ещё стоял в его объятиях, и отпускать его не хотелось. — Ты… — начал Оскар, не зная, что сказать. — Я знаю, — перебил Ландо, и в его голосе не было насмешки. — У вас совещание. Через двадцать минут. И вы весь в документах. Он отстранился, подошёл к двери, открыл её и выглянул в коридор. — Никого нет, — сообщил он. — Можете выходить. Оскар поправил галстук, одёрнул мантию, провёл рукой по волосам. Сердце всё ещё колотилось. — Ландо, — окликнул он, когда тот уже собирался уходить. — Да? — Спасибо, — сказал Оскар, и это прозвучало слишком искренне для «спасибо за снятие заклинания». Ландо улыбнулся, и на секунду Оскару показалось, что в его глазах мелькнуло что-то… понимающее? Но нет. Ландо просто помахал рукой и сказал: — Обращайтесь, капитан. Я всегда готов помочь начальству расслабиться. И исчез в коридоре. Оскар остался стоять в подсобке, глядя на закрывшуюся дверь, и пытался привести дыхание в порядок. «Это было слишком, — подумал он. — Я чуть не провалился». Но в то же время… Он поднёс пальцы к губам. Ландо поцеловал его. По-настоящему. Не в щёку, не в уголок губ, а так, как целуют тех, кого… тех, к кому… «Не думай об этом, — приказал он себе. — У тебя совещание». Он вышел в коридор, подобрал разлетевшиеся документы, сложил их в папку и направился к залу совещаний. Вошёл ровно за минуту до начала. — Капитан Пиастри, — поприветствовал его председатель магистрата, — вы выглядите… отдохнувшим. Оскар сел на своё место, открыл папку. — Благодарю, — сказал он ровным голосом. — Небольшая прогулка перед совещанием. Олли, сидевший в заднем ряду как секретарь, посмотрел на него с подозрением. Галстук был завязан идеально, но воротник мантии слегка помят. А на губах начальника играла едва заметная улыбка. Олли сделал пометку в блокноте: «Написать Логану. Новые ставки. Оскар целовался. Определенно с Л.Н.».