Глубже, чем море

      Они вышли из дома, и Ши Хао зажмурился.       Солнце было ярче, чем он ожидал. Даже через облака оно казалось ослепительным, и он поднял руку, прикрывая глаза.       — Привыкай, — Чуань рассмеялся. — На поверхности солнце ярче, чем в воде.       — Намного, — выдохнул Ши Хао, открывая глаза.       Перед ним был город.       Он видел его раньше — издалека, с берега, с воды. Огни, здания, машины. Но сейчас он был внутри, и это было совсем другое. Здания поднимались высоко, к самому небу, их стёкла отражали солнце, и казалось, что они светятся изнутри. По улицам ехали машины, люди шли по тротуарам, кто-то спешил, кто-то не торопился, кто-то разговаривал по телефону, кто-то смеялся.       Ши Хао стоял на пороге дома и смотрел на этот мир, и сердце его билось где-то в горле.       — Страшно? — спросил Чуань, стоя рядом.       — Нет, — Ши Хао покачал головой. — Просто… много. Всего много. Звуков, цветов, людей.       — Держись меня, — Чуань протянул руку. — Я проведу.       Ши Хао взял его за руку, и они пошли.       Первый шаг по тротуару был странным. Твёрдый асфальт, неровный, с трещинками, казался непривычным после мягкого песка и воды. Ши Хао шёл медленно, чувствуя, как ноги слушаются его всё лучше, но всё ещё неуверенно.       — Смотри, — Чуань показал на дерево, растущее у дороги. — Это гинкго. Осенью листья становятся золотыми. Сейчас они зелёные, но тоже красиво.       Ши Хао подошёл ближе, коснулся листа. Он был гладким, прохладным, живым.       — У нас нет таких, — тихо сказал он. — В глубине есть водоросли, кораллы, но они не такие… не такие зелёные. Не такие настоящие.       — Это дерево, — сказал Чуань. — Оно растёт из земли. Ему нужны солнце, вода и воздух. Как человеку.       — Как человеку, — повторил Ши Хао, и в его голосе прозвучало что-то, что Чуань не смог понять.       Они пошли дальше. Чуань показывал ему всё — витрины магазинов, уличные кафе, цветы в горшках, которые стояли у входа в какой-то офис, собак, которых выгуливали хозяева. Ши Хао смотрел на всё с таким восхищением, что люди оборачивались. Они видели высокого красивого парня с тёмными волосами, который смотрел на обычные вещи, как на чудо.       — Кто это? — спросила какая-то девушка, проходя мимо.       — Не знаю, но он красивый, — ответила её подруга.       Ши Хао не слышал их. Он смотрел на небо, на облака, которые плыли медленно, лениво, на солнце, которое золотило крыши домов, на птиц, которые кружили в вышине.       — Они поют, — сказал он, показывая на воробьёв. — Я слышал их раньше, с берега. Но сейчас… сейчас они громче. Ближе.       — Это воробьи, — сказал Чуань. — Самые обычные птицы. Хочешь, я научу тебя их различать?       — Да, — Ши Хао повернулся к нему, и его глаза сияли. — Научи. Всему научи.       Чуань смотрел на него и чувствовал, как внутри разливается что-то огромное, светлое. Он хотел показать ему всё. Все цвета, все звуки, все запахи. Весь мир.       — Пойдём, — сказал он, беря его за руку. — Я покажу тебе парк. Там тихо, много деревьев, есть пруд. Тебе понравится.       Они шли по улице, и Ши Хао впитывал всё, как губка. Люди, машины, светофоры, которые меняли цвета, ларек с мороженым, из которого доносился сладкий запах, дети, которые бегали по тротуару с воздушными шарами.       — Это что? — спросил он, показывая на шар в форме единорога.       — Воздушный шар, — Чуань улыбнулся. — Его наполняют газом, который легче воздуха, и он летает.       — Летает? — Ши Хао смотрел на шар, и в его глазах было такое искреннее удивление, что Чуань не выдержал.       — Хочешь? — спросил он.       — Можно?       Чуань подошёл к ларьку, купил шар — простой, зелёный, цвета глаз Ши Хао, — и протянул ему.       — Держи.       Ши Хао взял шар, и его лицо озарилось такой счастливой улыбкой, что Чуань забыл, как дышать.       — Он летит, — прошептал Ши Хао, глядя, как шар тянет вверх, в небо. — Он хочет к облакам.       — Держи крепче, — сказал Чуань, — а то улетит.       Ши Хао сжал нитку крепче, но не перестал улыбаться.       — Я никогда не держал ничего, что умеет летать, — сказал он. — У нас… внизу… всё плывёт. Или тонет. А это летит.       Чуань смотрел на него и думал, что никогда не видел ничего прекраснее. Парень с зелёными глазами, который держит воздушный шар и смотрит на него, как на чудо.       — Пойдём, — сказал он, беря его за руку. — В парке ещё много интересного.