Цитрусовое лето

Паша, как мы помним, уже крепко спал, и Стас на самом деле безумно хотел того же самого, очень устал, но как-то очень внезапно приспичило покурить. Конечно, логичный выход из ситуации — электронная сигарета, но свой вейп Стас по доброте душевной оставил Антону, у которого, к несчастью, сегодня закончилась дудка. Собственно, Антон-то явно был счастлив, а вот Стас понятия не имел, где находится Пашин вейп, поскольку он зачастую мог валяться в самых неожиданных местах. Зато прекрасно знал, где находятся его собственные обычные сигареты. Потому, в голове посчитав, что покурит он быстрее, чем найдёт Пашину электронную сигарету, Стас максимально осторожно и бережно подвинул с себя Пашу, нашёл в тумбочке пачку сигарет с зажигалкой, немного приоделся и благополучно отправился на балкон. Конечно, шёл тихо, дабы никого не разбудить, потому что как минимум Дима с Серёжей, расположившиеся в гостиной, уже определённо видели девятый сон, — этот момент Стас заметил и даже чуть улыбнулся тому, что спят они в обнимку. И у Арса с Антоном было тихо, значит, слава тебе Господи, у всех всё хорошо и все спокойно спали. Сам Стас добрался до балкона размеренным шагом буквально секунд за двадцать и, открыв окно, наконец смог преспокойно закурить. Вид отсюда открывался без всяких преувеличений потрясающий, всё-таки двадцать седьмой этаж, но Стас к нему уже привык, потому в телефоне всё-таки оказалось интереснее. Переписки с Морозовым в третьем часу никто не отменял, человеку здоровый крепкий сон только снился — работа такая, а Стас на свою голову зашёл в сеть, потому и пришлось стойко отвечать на все вопросы. Вообще-то до знакомства с нашими товарищами Стас считал, что у него есть близкие друзья (в том числе и Морозов), но как же он, оказывается, заблуждался. Особенно сейчас чётко прослеживалось, что с Морозовым, которого, кстати, звали Олегом, им кроме работы и поговорить-то не о чем. А были ещё Витя — брат Олега, Андрей Андреев и Дима Журавлёв. Но… Но тут Стасу совершенно внезапно поступил звонок от Олеси Иванченко — его подчинённой из рекламного отдела, потому с лирикой мы вынуждены ненадолго прерваться. — Ты время видела? — с порога аж опешил Стас. — То есть, как от меня требовать данные по статистике в три часа ночи — это время значения не имеет, а как я… — крайне заинтересованно начала Олеся. — Меньше воды. — Поговорите с Димой. — С каким Димой? — С Журавлёвым Димой. Ему плохо, сделайте с этим что-нибудь, пожалуйста, он уже давно ходит вообще никакой. — напомнила Олеся. — И вы, как его друг, вообще-то обязаны… — Ты тоже его подруга и обязана ровно так же, как и я. — напомнил Стас. — И где результат? — Я с ним уже разговаривала пару недель назад, ваша очередь. — Ну так поговори ещё раз. — У меня нет времени, Станислав Владимирович! Вам сложно, я не понимаю? — У меня тоже нет времени, дорогая, и вообще я в отпуске. Так в чём проблема? — Максим ревнует. — таки со вздохом признала Олеся. — Какой Максим? — Мой парень Максим, тоже у нас работает, ваш любимый Заяц, с добрым утром. — А. — понятливо согласился Стас. — К Диме он тебя ревнует? — Да. — Поэтому ты не можешь поговорить с Димой? — Да. — Пизда, вот он из-за тебя в окно выйдет — посмотрим. — Из-за меня? — аж опешила Олеся. — Я хотя бы что-то сделала, в отличие от вас! — Ничего страшного, он поймёт и простит. Пошутил я про окно, прекрати, ничего страшного с ним не произойдёт — перебесится. — совершенно просто усмехнулся Стас и вновь затянулся. — Думаете? — с сомнением уточнила Олеся. — Уверен. У меня в любом случае нет времени, у тебя нет возможности — вот и получается, что мы ничем не можем помочь. — У вас же есть время разговаривать со мной сейчас. — Честно говоря, тоже нет. Перестань, он взрослый человек, как-нибудь уж справится, мы не обязаны вокруг него танцы с бубнами плясать. — Но он же… — Олесь, иди спать. Всё будет хорошо. — абсолютно умиротворённо решил Стас. Так вот, о чём это мы? Ах, да, — но из всех ранее перечисленных друзей Стаса Дима Журавлёв был для него самым близким и важным, если вдруг по вышеописанному диалогу вы не заметили. К слову, с Олесей Стас уже вскоре распрощался и хотел было выйти из телеграма, потому что даже сигарету почти докурил, как вдруг обнаружил, что ему что-то написал Антон. «Чё не спишь», — гласило сообщение, а Стас только усмехнулся и мигом набрал в ответ: «Курю а ты чё». Антон: «Да хз» Стас: «Всё норм?» Антон: «Нихуя:)» Стас: «А чё» Антон: «Долго объяснять похуй» Стас: «Хз бро возьми шоколадку на кухне если тебе это чем-то поможет» Антон: «Бог поддержки спс» Антон: «Правда шоколадки есть на кухне?» Стас: «Мб в одном из нижних ящиков ближе к холодильнику поищи» Антон: «Я тебя люблю» Стас: «)» Антон: «Слыш где взаимное» Стас: «Ахахха» Стас: «Я тебя тоже)» Антон: «Если ты зря пообещал мне шоколадку и я её сейчас не найду я вскроюсь» Стас: «Если всё настолько плохо я закажу тебе шоколадку» Антон: «Можно за тебя замуж пж» Стас: «Да го только Арсу с Пашей сам объяснишь» Антон: «ХАХА ебейший сюжетный поворот» Стас: «Внезапный дэб» Антон: «ААХАХ» Антон: «Я НАШЁЛ ШОКОЛАДКИ!!!!!» Антон: «ТЫ ПРОСТО КОСМОС СТАС ТЫ ПРОСТО КОСМОС» Стас: «АХАХААХАХА» Антон: «Если б ты только знал как плохо жилось секунду назад…» Стас: «Ахахах наслаждайся бро» Антон: «А чай можно заварю или уже перебор» Стас: «Та завари хуль нет когда да» Стас: «В верхней полке плюс минус над чайником чекни хз вроде там» Антон: «Я плакать буду че ты такой хороший…» Антон: «Люблю тебя спс». Стас: «Ну ты мне ещё ебать отдайся за этот чай» Антон: «ХХАХАХАХАХ» Антон: «Нет просто ты в три часа ночи вместо того чтобы спать переписываешься со мной долбоёбом поэтому спасибо большое можешь идти спать спокойно» Стас: «Если че мы можем поговорить» Антон: «Да ненене бро спасибо огромное всё норм правда» Стас: «Точно?» Антон: «Канеш» Стас: «Последний раз предлагаю» Вообще-то он не был склонен предлагать свои услуги по нескольку раз, но в данном случае и конкретно для Антона соизволил сделать исключение. Антон в свою очередь около двадцати секунд молчал, Стас успел окончательно докурить и потушить сигарету о пепельницу, и ровно в тот момент ответ наконец пришёл: Антон: «Тебе не сложно?..» Стас: «Нет конечно» Антон: «Спасибо большое я на кухне приходи как сможешь» Стас в свою очередь понимающе кивнул самому себе и, закрыв окно, благополучно направился в сторону кухни. — Ты мой самый лучший друг, я говорил когда-нибудь? — совершенно искренне произнёс Антон, сидящий за столом, как только Стас вошёл на кухню и закрыл дверь. — Нет, но спасибо. — посмеиваясь, ответил тот. — Ты мне тоже чай заварил? — Да я подумал, что раз ты хочешь со мной поговорить… — пожал плечами Антон. — Точно не напрягаю? Три часа ночи, братан… — Да похуй. — махнул рукой Стас, сев за стол напротив парня, а тот, конечно, улыбнулся. — За чай спасибо. — Да это тебе спасибо. — Так какие у тебя проблемы? — Мои проблемы… моя единственная на данный момент проблема крепко спит в соседней комнате. Я на это надеюсь, по крайней мере. — выдохнул Антон и сделал внушительный глоток чая. — Меня поражает ваше с Пашей общее и нездоровое желание спасти человека, который, очевидно, сам не хочет себя спасти. — нервно усмехнулся Стас. — Он не может себя спасти. — поспорил Антон. — Он может себя спасти. — Нет. — Да. — Не… да? — переспросил Антон, явно заинтересовавшийся. Просто внезапно вспомнил, что общается не с кем-то там, а со Стасом, который неправильных выводов обычно не делает. — Почему ты так думаешь? — Потому что человек, который хочет спастись и выкарабкаться не ведёт себя так, как Арс. — пожал плечами Стас. — Такой человек хватается за любую возможность и за любой шанс. А Арс себя гробил, гробит и в итоге угробит. Если что, я к нему прекрасно отношусь. — Я знаю. — кивнул Антон. — Но… что ты имеешь ввиду? Братан, я тупой, плюс три часа ночи на дворе, можешь прямым текстом, пожалуйста, а то я вообще не выкупаю. — Что сделал сам Арсений для своего восстановления? Не Паша, не ты, а сам Арсений. — прямо спросил Стас. — Да он… — начал Антон и резко замолчал, вдруг поняв, что аргументов на поверхности найти не может. — Вот в этом и дело. — Всё сделал Паша. — понимающе кивнул тот. — Я не сделал… практически ничего на самом деле… хотя, ладно, я тоже, допустим, но в основном Паша. Паша спас его и в физическом, и в ментальном плане. Если бы не Паша, Арс бы… сразу покончил с собой. Либо позже. Короче, в больничку бы не лёг, а именно после больнички стало лучше. Ну да, получается, что сам Арс ничего не сделал. — таки согласился Антон. — Но ему плохо. Было, есть… — И будет, пока вы продолжите его жалеть, да. — кивнул Стас. — Это звучит жестоко, но такова жизнь. Вы оба не понимаете, что он давно перестал видеть ту тонкую грань между принятием заботы о себе и потреблением. Знаешь, в чём разница? — Принятие заботы сопровождается… искренней благодарностью и изменениями в последствии, дабы ситуация не повторилась, ну, конкретно в нашем случае. Пиздец, аж по-умному заговорил. — нервно усмехнулся он, а Стас даже посмеялся. — Ну я согласен, что он начал потреблять, правда на самом деле… и почему-то я об этом не думал. Думаешь, реально? — Ну ты же сам только что ответил на свой вопрос. — Логично. — вздохнул он. — Но мне не нравится, что ты считаешь его конченным. — Да что ж вы всё пытаетесь меня убедить в том, что он хороший? — опешил Стас. — Я знаю, что он хороший, Шастик, родной, если б я считал его конченным, мы бы не общались. Он прекрасный умный человек, даже добрый моментами, очень забавный, но это не отменяет того, что он немного охуел. Между прочим, благодаря вам с Пашей. — Ну то есть мы его разбаловали, скажем так. — подумав, догадался Антон, а Стас в свою очередь согласно кивнул. — Это плохо, думаешь? — Это неплохо в любой другой ситуации, к сожалению, как раз кроме нашей. Ну вы оба правда что ли не понимаете, что он умрёт такими темпами в скором времени? Сам с собой не покончит, так от рук маньяков вообще как два пальца обоссать. Вы вот его спасаете, а ничего не меняется. Спасли раз, два, на третий рядом ни одного из вас не окажется, поверь мне на слово, вы не сможете всегда его защищать. А он доиграется. И даже не только в этом уже проблема, он вашу помощь воспринимает, как должное, он охуел, Антон. — Вот ты так жёстко преподносишь эту инфу… что ты меня вроде и бесишь, а вроде ты и охуеть как прав. — рвано выдохнул Антон, растирая лицо руками. — Ну да, ты просто говоришь правду и мне это не нравится… логично. Ну он доиграется конечно рано или поздно… поэтому я, собственно, и переживал, не знаю, угадал ты или знал, но в любом случае… он ничего не меняет, он ничего действительно не делает для того, чтобы ситуация улучшилась, и он почему-то абсолютно уверен в том, что его все всегда спасут, вот это меня больше всего напрягает. Ну то есть он даже вчера при паничке не разбудил меня, хотя я просил. Не знаю, может, бессмертным себя считает… или как это нахуй работает? Ну ты правда думаешь, что он настолько долбоёб? — Шастик, родной, ну я ж тебе прямым текстом сказал, что он далеко не долбоёб. — Но ты описываешь долбоёба. И я тоже. — Да нет, здесь всё намного сложнее и не описывается одним словом «долбоёб». Мир не делится на чёрное и белое, Антош, если мы говорим об определённых недостатках твоего партнёра, это не значит, что мы считаем его долбоёбом, каким-то плохим и так далее. Просто у каждого человека есть свои недостатки, если мыслить по твоей логике, кругом одни долбоёбы. Хотя, кстати… — прикинул Стас, а Антон даже посмеялся. — Да я не знаю, блин, у меня угрызения совести какие-то случаются, как будто нельзя так про него говорить… Вот ты можешь сказать, что тебя в Пашке бесит? — Собрались, блять, подружки сплетницы. — просмеялся Стас, а с ним и второй. — Ну Пашка сам по себе очень тяжёлый человек. Как и Арс, может, поэтому они и сошлись, не знаю. Паша… у него есть абсолютно идиотская привычка сначала говорить, а потом уже думать, — что сказал, зачем сказал и почему сказал. — Да-а, блять, да, мой точно такой же. — закивал Антон. — А ещё? — Ну ещё он… бля, ну не могу сказать, что меня прям бесит, просто это его явно негативная черта — если он чувствует себя хоть немного дискомфортно или уязвимо, он, блять, сразу начинает защищаться самыми изощрёнными способами. — Ну да, как он тебя хуями по началу крыл… было весело. — А мне-то как. — согласился Стас. — Ну и вот эта привычка всех спасать, скорее всего синдром спасателя… меня не бесит, просто это не есть хорошо. Он не понимает, что не несёт ответственность за жизни других людей, и это плохо для него самого, а не для окружающих и не для меня тем более. Вот для Арсения плохо. Потому что он у вас сам уже начал верить в то, что вы несёте за него ответственность. И если ты хотя бы состоишь с ним в отношениях… — То Паша вообще никаким боком об этом думать не должен. — понимающе кивнул Антон. — Слушай, а где вот эта тонкая грань между… заботой с поддержкой и синдромом спасателя? — Где-то там, где вы оба её уже перешли. — пожал плечами Стас, а Антон только вздохнул. — И что нам делать? — Мне нравится, что вы оба считаете, что конкретно я знаю, что вам делать… — нервно усмехнулся тот. — Ну ты же умный. И прошаренный типа… за жизнь. И мне нужен дружеский совет, потому что я вообще нахуй… в душе не ебу. — выдохнул Антон и по новой затянулся электронной сигаретой. — Расскажи, что бы ты делал в подобной ситуации. Вот просто поставь себя на моё место. — Ну допустим… что я встречаюсь с Арсением. — прикинул Стас, но таки засмеялся вместе с Антоном. — Допустить сложно, но мы… блять, попробуем. И как с ним целоваться? И обниматься. Это ж нахуй… я ебучий карлик, он Бурдж-Халифа, вот, получается, по этому поводу мы уже и расстались, всё, спектакль окончен, вот тебе и дружеский совет. — Да иди нахуй. — просмеялся Антон. — Бля, а нахуй я представил?.. — Ты у меня спрашиваешь? — Всё, избавь меня от подробностей вашей интимной жизни, умоляю… — Я сам не хотел бы об этом… Господи, помоги, думать… поэтому ближе к делу. Ну что делать, что делать… да не знаю я, что делать, Шастик, честное слово. Если бы это был кто угодно, кто не Арс, я бы посоветовал бросить к хуям всё это дело и жить спокойно. Но Арс прекрасен во всём, кроме вот этого момента. Соответственно… ну терпеть, не знаю, резко бросить ему помогать уже нельзя, потому что он вот без шуток умрёт с вероятностью сто процентов. Он сам осознаёт проблему, думаю… просто он либо не хочет ничего делать, либо у него нет на это сил, либо ещё что-нибудь. Поэтому нам остаётся только плыть по течению и решать проблемы по мере их поступления. Уже вскоре чай они допили, и Стас таки ушёл спать, а Антон так и остался сидеть на кухне, потихоньку курить и прокручивать в голове их диалог снова и снова. В целом, он был прав. Во всём. Да, всё сказанное было достаточно… жестоко, скажем так. Но правильно. Как прямое доказательство — Антон уже начинал потихоньку сходить с ума в этих отношениях, у него буквально появился постоянный тремор, стали образовываться синяки под глазами, а ночами мучали кошмары. И как вы считаете, насколько безответственно было пойти в бар не то что в таком состоянии — в их с товарищами положении, когда в любой момент могут объявиться маньяки? Абсолютно, и тем не менее Антон и был совершенно безответственным в плане своей жизни человеком, потому уже через полчаса он действительно оказался в самом ближайшем из подходящих баре. Антон проводил свою молодость весьма буйно и интересно, потому знал все московские бары, где продают несовершеннолетним. Сев за барную стойку, Антон преследовал всего одну цель — не повеселиться, не погрустить, а просто по-человечески накидаться в хламину. Коктейль за коктейлем, рюмка за рюмкой, он даже перерывов не делал и ни с кем не заговаривал, в том числе и бармену просто тыкал пальцем в меню, — только пил. А теперь представьте, в каком состоянии этот товарищ пребывал уже через пару часов, успев выпить около четырёх коктейлей на водке и пятнадцати шотов? Всё верно, ни в каком, а точнее — в никаком. Настолько в никаком, что в определённый момент Антон уже перестал даже думать об Арсе и в целом о чём-либо. Последнее, о чём он успел подумать перед тем, как вырубиться, лёжа головой прямо на барной стойке, — как будет добираться домой и где вообще дом… — Эй? — вдруг послышалось откуда-то со стороны. А Антон, чуть приоткрыв глаза, вдруг увидел перед собой Стаса. И как он его нашёл?.. Да, впрочем, и неважно, Антон был счастлив его видеть, даже если товарища сюда инопланетяне катапультировали. — Братан, Боже, как ты вовремя… — хныкнул Антон, крепко его обняв. — Э… ну да. — нервно усмехнулся тот. — У тебя всё хорошо? Помочь, может, чем-нибудь? — Поехали домой, умоляю… Стас, собственно, со вздохом, но без вопросов согласился и зачем-то кому-то вдалеке махнул рукой, ещё и жестами что-то показывая. — А это ты кому? — поинтересовался Антон, еле-еле говорящий. — Та другу. — Какому ещё другу? — Хорошему. Пошли, лапу давай. Антон, собственно, мигом дал Стасу руку и, спрыгнув со стула, очень опасно пошатнулся, но тот, благо, успел его поймать. Машина у Стаса тоже оказалась дорогая — чёрный матовый Форд Мустанг шестого поколения. В эту машину, на переднее сиденье, Стас его и запихнул, а сам сел за руль. — Бля, какая тачка у тебя охуенная… — покачал головой Антон. — Спасибо. — усмехнулся тот. — Куда едем? — Домой. — Это я понял, ты где живёшь-то? А Антон на пару секунд впал в ступор даже в своём состоянии. — Да какая разница, где я живу? К тебе поехали. — Куда ко мне? — посмеиваясь, спросил тот. — Блять, да ты заебал, ну поехали, пожалуйста. — Та ты скажи, куда ехать. — пытался донести Стас. — Да ёб твою мать, к тебе! — уже аж опешил Антон. — Та не поедем мы ко мне, тебе хоть восемнадцать есть? — Есть… почти. — Ёб твою мать. — сквозь смех махнул рукой Стас. — Ты где живёшь, малыш? — Да у тебя я живу! — Так, дай-ка мне телефон. — попросил Стас, а Антон без вопросов отдал ему свой разблокированный телефон. — А ты чё делаешь? — заинтересовался он. — Сейчас позвоню хоть кому-нибудь, в ком поменьше литра водки. — хмыкнул тот и действительно кому-то набрал. — Ало? Здравствуйте, да, слушайте, тут такое дело… мальчик такой очень высокий ваш? Ты Антон? — А кто, блять? — вздохнул Антон. — Антон. — согласился Стас, продолжив разговор с кем-то. — Он, так скажем, сильно пьяненький, его куда привезти? Ага, понял… да тут недалеко, минут десять. Да, всё, не за что, не за что, до свидания. — Ты кому звонил? — не понял Антон, как только Стас вернул ему телефон и наконец тронулся с места. — Какому-то Паше. — Какой-то Паша, если что, твой парень. — Та ты шо? — заинтересовался Стас, видимо, уже просто смирившись со своей участью. Антон в свою очередь уже перестал даже близко понимать, что происходит. Даже на всякий случай проморгался, но нет же — перед ним всё ещё сидел Стас, почему-то ведущий себя так, будто впервые его видит. — Братан, если это пранк — очень смешно, прям заебись, ха-ха-ха, ну перестань, заебал. — уже несколько настороженно попросил Антон. — Пранк, пранк, извини, всё, едем домой. — покивал Стас. — И мой парень нас встретит. — Ну вот так бы сразу, блять, выёбывается он. Включи музыку какую-нибудь, чё мы как на похороны? Музыку Стас, собственно, действительно включил, и даже попел вместе с вусмерть пьяным Антоном, ни в одну ноту не попадающим. К слову, оказалось, что у Стаса абсолютно потрясающий голос и вокал… правда, голос у него был почему-то несколько другим — пониже. И пахло от него по-другому — тоже приятными духами, но другими. А ещё Стас будто бы поднакачаться успел — плечи будто бы были пошире, да и руки с заметными мышцами. Ну и, ко всему прочему, Стас почему-то был без кепки… — Ну, дружок, приехали. — минут через десять остановившись у нужного подъезда, оповестил Стас. — Слава тебе Господи, погнали. — Иди, иди, я потом приду. — посмеиваясь, махнул рукой Стас. — А ты куда? — не понял Антон. — Ну там ещё пара дел есть. Давай, дружок, удачи. — Ладно, пока. — пожал плечами Антон и, обменявшись со Стасом крепким рукопожатием, вышел из машины. У подъезда, к слову, уже стоял Паша, с крайне осуждающим видом ожидающий еле плетущегося Антона. — Ну не надо так смотреть, твой парень вообще хуй знает куда в ночи уехал. — заметил Антон. — Какой парень? — вздохнул Паша. — Ёпта, да вы сговорились что ли? — аж опешил Антон. — Стас! — Стас дома спит. — выдал Паша, а Антон на пару секунд завис напрочь. — А… — начал было он и оглянулся назад. Но машина уже уехала. — О-о… — удручённо и осуждающе одновременно протянул Паша. — Белочка? — Да какая в пизду белочка, я тебе отвечаю, меня Стас вёз! — пытался донести Антон. — Господи, спаси и сохрани. — вздохнул Паша и, взяв Антона за плечо, потащил к подъезду. Прямо до квартиры Антон так и настаивал на том, что из бара его забрал Стас, но когда увидел его, совершенно мирно спящего в комнате, уже не был уверен вообще хоть в чём-то в этой жизни. Но он же видел… Своими глазами видел!