Цитрусовое лето

А следующим утром Антон приоткрыл глаза от звука будильника. Правда играл он всего секунд десять, потому что после до него дотянулся и выключил Арс. А Антон не сразу понял, что происходит. Зато как только понял, чуть было не закричал от совершенно смешанных чувств. Арсений всё ещё его обнимает, Антон обнимает его в ответ, ОНИ СПАЛИ МАТЬ ЕГО В ОДНОЙ КРОВАТИ. От осознания сих фактов Антон успел и осчастливиться, и охренеть от жизни, и испугаться, и испытать множество других очень противоречивых эмоций. — Вы там одетые? — послышался голос Паши снизу, а Арсений с Антоном, который до последнего пытался делать вид, что спит, рассмеялись. — Господи, какой же ты придурок. — сквозь смех произнёс Арс и всё-таки отстранился от Антона. — Ну иди сюда, чё тебе надо с утра пораньше? — Поздороваться. — совершенно довольно улыбнулся тот, поднявшись к ним, а других двоих прорвало окончательно. — С добрым утром, педики! — Пошёл нахуй! — в один голос воскликнули Арс с Антоном, а тут засмеялся уже Паша. — Вообще-то это по вашей части. — Ой, бляять… — протянул Арсений, сжав пальцами переносицу, но всё-таки посмеялся вместе с товарищами. — Паш, тебе когда-нибудь говорили, что ты невыносим? — Да. Ты. Каждый день. Стараюсь делать всё, чтобы поддерживать статус. — Оно и видно. Чай сделаешь? — Иди наахууй. — протянул Паша и пошёл вниз, а Арс с Антоном по новой рассмеялись. — Ну Паш! — Да сделаю, сделаю. И парню твоему тоже. — Паша! — Всё-всё, я молчу. — просмеялся тот. — Как ты с ним живёшь? — сквозь смех спросил Антон. — С Божьей, блять, помощью! — крикнул Арс, чтобы Паша услышал. — Это с моей? — догадался Паша. — За что? — хныкнул Арсений. — За что я тебе такой прекрасный достался, ты хотел сказать? Сам не знаю, Арсюш, сам не знаю… — А он хотя бы иногда молчит? — поинтересовался Антон. — Лучше пусть разговаривает, когда он молчит, значит всё, конец всему живому. Это он ещё пока… — «Музыку не включил» хотел сказать Арс, но не успел, потому что ровно в этот момент из колонки начала долбить какая-то песня. Паша под неё запел, а другие двое уже чуть ли не в истерике бились. Конечно уже вскоре Антон с Арсением переоделись в обычную одежду и таки спустились вниз, где у Паши проходила личная дискотека. Параллельно он ещё и чай с бутербродами успел сделать, потому вопросов к нему не было абсолютно никаких, и все трое уселись завтракать. Общались о чём-то совершенно неважном, беззаботно смеялись и, в общем-то, день начинался прекрасно. А как покончили с завтраком, собрались окончательно и выдвинулись в сторону корпуса, ведь уже наступало время подъёма ребят. На этот раз Паша выбрал для пробуждения своего отряда песню Пошлой Молли «Контракт», которая ребятам определённо зашла. Все повыходили из своих комнат, потанцевали, попели, ну а уже после вожатые направили их умываться. А Дима с Серёжей буквально утащили Антона в комнату. — Ну? — Как прошло? — Что было? — Чем занимались? — хитро улыбнулся Серёжа, а Дима с Антоном рассмеялись. Антон параллельно подумал о том, какая реакция могла бы быть у друзей, если бы он честно ответил: «Плакали». — Да ничего особенного… — начал он. — Да что ты говоришь? — Ладно, ладно. — тихо посмеялся Антон. — Ну мы… обнимались. — всё-таки выдал он, а парни тут же заорали от радости. — И спали тоже в обнимку. — А не целовались случайно? — Да мы и обнимались по-дружески и по пьяне, так что нет. — Вы ещё и пили? — изумился Дима. — Да это пиздец, я только потому, что был пьян вообще-то решился его обнять. А он вообще против не был. И спать в обнимку вообще тоже я предложил… — О, Боже, наш ли это Шастун? — нервно усмехнулся Дима. — А он чё? — Говорю же, не сопротивлялся и вообще… в общем, всё было хорошо, но по-дружески. — Да тебе всё по-дружески кажется, не пизди. — махнул рукой Серёжа. — Я вот с тобой даже по-дружески не стал бы в одной кровати в обнимку спать. — Кстати, да. — согласился Дима. — Ой, пацаны, отъебитесь. — попросил Антон, а те только посмеялись. А уже вскоре товарищи вышли на зарядку. Ещё по пути Антон почувствовал, что что-то не так, потому что Паша с Арсением шли по разным сторонам, Паша в конце, Арс в начале. А когда они дошли до поля, убедился в своём предчувствии окончательно. Паша с Арсением сегодня явно не собирались никого развлекать, чем конечно расстроили ребят и очень порадовали Машу. Был в этом всего один плюс: ребята ополчились против Маши, думая, что дело во вчерашнем происшествии, но на этом всё. За всё время мужчины не сказали друг другу ни слова, Паша даже не смотрел в сторону Арса, а Арс в свою очередь только периодически несколько боязливо посматривал в его сторону. И Антон понятия не имел, что могло произойти буквально за пятнадцать минут его отсутствия, ведь утром всё было нормально. И до корпуса они шли точно также, по разным концам. Антон заметил, как Арс попытался подойти к Паше, но тот посмотрел на него настолько угрожающе, что испугался не только Арсений, но и сам Антон. Хорошо, что у них с Пашей на девять часов была назначена встреча в курилке, там Антон и сможет узнать, что произошло. После зарядки ребята убрались в комнате, а уже потом Антон, заранее предупредив друзей, за пять минут до встречи выдвинулся к заброшке. Заметил, что Паша уже ушёл, но на самом деле не знал, куда. То ли в курилку, то ли домой вместе с Арсом, потому что того ни в корпусе, ни на улице Антон тоже не нашёл. До курилки Антон добежал быстро, даже по пути никого не встретил и, войдя внутрь, заметил Пашу, стоящего к нему спиной и уже курящего. А тот в свою очередь услышал шаги и сразу обернулся. — Минута в минуту. — удивлённо усмехнулся Паша, взглянув на время на экране телефона. — Старался. — кивнул Антон, запрыгнув на подоконник, и теперь оказался лицом к Паше. — Что случилось? — А что случилось? — Ну у вас с Арсом. Вы поссорились? — Какой ты… внимательный. — хмыкнул Паша, туша сигарету о подоконник, и буквально в следующий момент закурил следующую. Это была уже третья, судя по окуркам, и вот тут-то Антон понял, что всё, похоже, действительно плохо. — Ну поссорились, поссорились. — Почему? — Потому что он долбоёб. — пробурчал Паша, пальцем водя по пеплу, рассыпавшемуся по бетонному подоконнику с окурков. — Он рассказал тебе? — наконец дошло до Антона. — Про зажигалку. — Про зажигалку? — переспросил Паша и даже приподнял на него взгляд. — А, про зажигалку. — понимающе кивнул он, и снова опустил взгляд на пепел. — Ну да, поэтому и поссорились. Заебёт блять, вот хочешь ему помочь, а он продолжает хуйнёй страдать. — Паш, ну так же нельзя. — аккуратно начал он, дабы не дай Бог не разгневать Пашу ещё больше. — Ему просто плохо, нельзя же на него злиться и тем более обижаться за это… — Антош, я понимаю, что ты об этом думаешь. — вздохнул Паша и снова затянулся. — Но ты и меня пойми, я ему уже полгода помогаю-помогаю, помогаю-помогаю, и нет, мне несложно, просто когда я узнаю, что пока я пытаюсь сделать хоть что-то и думаю, что ему лучше, а он продолжает у меня за спиной заниматься селфхармом, меня это совсем немножечко выводит из себя. Я всё понимаю, я понимаю, как ему хуёво, мне самому хуёво, я постоянно об этом думаю, но вот так делать нельзя. Потому что лично у меня складывается впечатление, что его выздоровление нужно не ему, а мне. Соответственно отсюда вопрос, а зачем я этим занимаюсь вообще? — развёл руками он, а Антон только понимающе кивнул. Он действительно понимал Пашу. Он ведь тоже старается, переживает, думает об этом постоянно, пытается чем-то помогать, и делает это безвозмездно. И понятно, что когда к этому относятся так, как Арсений на первый взгляд, становится очень обидно. — Это я его попросил тебе рассказать, а он не хотел тебя расстраивать. — почему-то решил сказать Антон. — Зря? — Да нет, спасибо на самом деле. Правда не хотел меня расстраивать? — всё-таки уточнил Паша, переведя взгляд на парня, а тот только грустновато улыбнулся. И всё-таки Паше совсем не всё равно. Всё ещё переживает, может, даже больше, чем прежде. — Конечно не хотел. Говорил, что ты очень для него стараешься, много всего делаешь, а он ведёт себя как долбоёб. — Так и сказал? — Клянусь. — Ну похоже на него… ладно. — выдохнул Паша, явно смягчившись. — Он вообще про тебя много говорит. И очень тебе благодарен за всё. Не знаю, говорит ли он тебе об этом лично, но мне постоянно. Поэтому он и боялся тебе рассказывать, не хотел, чтобы ты в нём разочаровался. Наверно, думал, что ты его бросишь. — Думаешь? — Ну он вроде так и сказал, я слабовато помню вчерашний вечер, но что-то такое было. Да и похоже на него. — И то верно. — вздохнул Паша. — И как ему эти мысли в башку приходят, интересно? Ну вот как можно было подумать о том, что я его брошу? Не кто-то там, а я. — Да я-то откуда знаю? — пожал плечами Антон. — Господи, и вот как на него злиться? — хмыкнул Паша, по-прежнему глядя в подоконник, а Антон улыбнулся. Всё-таки Паша прекрасный друг. — Вот вроде долбоёб, а всё равно родной, козёл. И всё равно я этого долбоёба люблю. — Простишь его? — Ой блять, так спрашиваешь, как будто у меня изначально выбор был. — махнул рукой Паша, а Антон посмеялся. — Курить будешь? — Да не, я электронку, спасибо. Арсу не нравится… — Запах сигарет. — хитро улыбнулся Паша, а Антон только театрально закатил глаза. — Это вообще не самое важное в данный момент. Ты мне расскажешь… всё вот о том, что случилось? — Ну расскажу, раз пришёл, что с тобой делать? — хмыкнул Паша, снова уставившись в пепел и продолжив водить по нему пальцем. Он снова немного ссутулился, погрустнел и посерьёзнел, что, собственно, неудивительно. — Ну я в тот день дома сидел. Мне какая-то посылка приехала, я попросил Арса её забрать, мы жили в соседних квартирах. Он забрал, занёс мне и сказал, что поедет встретиться с парнем, с которым познакомился в интернете. У меня с самого утра было какое-то очень хуёвое предчувствие, а когда Арс ушёл, и я увидел из окна, что у него не завелась машина, оно стало ещё сильнее. Ну он попросил меня скинуть ключи от своей. Я скинул. — негромко произнёс Паша, а Антон слышал, с каким трудом ему даётся каждое слово и с какой силой дрожит его голос. — Арс уехал, а я пошёл универ. — Ты учишься? — удивился Антон. — Тебе же двадцать четыре. — Магистратура. — пояснил Паша, а Антон протянул понимающее «аа». — А дальше? — Ну сидел я на парах, места себе не находил, вот прям было какое-то необъяснимое чувство тревоги и причём именно за Арса. Меня вообще напрягала тема интернет-знакомств всегда, я подумал, что поэтому и нервничаю, но всё равно решил ему написать, спросить, всё ли в порядке. Он не отвечал, а у меня паника развилась уже до мировых масштабов, потому что Арс на мои сообщения отвечает всегда и максимум через пять минут, где бы он ни находился и чем бы ни был занят. *** Тогда было уже темно, восемь часов вечера. С неба капал дождь и всё это дело, вероятно, скоро перерастёт в ливень, а Паше ещё домой возвращаться. В голове роилось множество мыслей, сердце грозилось выпрыгнуть из груди, Пашу буквально трясло, но он старался себя успокоить, потому что эта паника была практически беспочвенна. Ну да, Арс не отвечал на сообщения уже три часа и не брал трубки, ну мало ли, чем он может быть занят? Это ведь нерационально, он взрослый человек… Паша был на таком лютом стрессе и так сильно погружен в свои мысли, что только в последний момент заметил, что телефон, лежащий на парте, вибрирует. Конечно тут же схватился за него и, заметив, что звонит Арс, сразу поднял трубку. — Арс, мать твою, ну я же не просто так звоню, наверно, трубки можно брать сразу? — возмущённо, крайне нервно и шёпотом спросил Паша. Специально немного наклонился, чтобы его не было видно лектору. — П-Паш… — послышался максимально убитый, тихий и безмерно дрожащий голос из динамика, а Пашу в момент буквально парализовало. Никогда он ещё не слышал такого голоса друга. — Арс? Арс, что случилось? — Ты… т-ты к-когда будешь д-д-д… — Я на парах, Арс, что происходит? Слышишь меня? Ты в порядке? — крайне взволновано спросил Паша, как вдруг услышал тихий плач. И ужас охватил его окончательно. — Арс? — стараясь себя контролировать и не говорить слишком громко, позвал он. — Паш, пожалуйста, б-б… — Быстрее, быстрее, я понял, бегу. — протараторил Паша, совсем не понимая, что происходит. — Ты… что с тобой, Арс? — Быстрее. — кое-как выговорил тот и сбросил вызов. А Паша, тяжело дыша, ещё с пару секунд смотрел в одну точку где-то на полу, из состояния прострации его вывели одногруппники, сидящие рядом и довольно громко беседующие о чём-то. Конечно Паша тут же подскочил с места, схватил в руки рюкзак, скинул в него все вещи с парты и побежал к выходу из аудитории. — Воля, куда?! — возмутился лектор. — Мне надо домой, простите. — Как вы будете сдавать сессию, если не посещаете мой предмет и оценки у вас… — До свидания. — уже практически за дверью ответил Паша и побежал по коридору. — Воля! — послышался за спиной грозный крик лектора, но Паша не остановился. — Вас отчислят, если сейчас же не вернётесь в аудиторию! — Да мне плевать, отчисляйте! — крикнул Паша и, пробежав мимо охранницы, вылетел на улицу. Кажется, ещё никогда он не бегал с такой скоростью. Просто ещё никогда прежде Паша не слышал такого голоса друга, напрочь убитого и дрожащего с такой силой, что Паша еле-еле разбирал слова. Он совершенно не понимал, что происходит, потому так и торопился. Единственное, что понимал — Арсу нужна помощь и, видимо, как можно скорее. Паша не обращал внимания ни на дождь, ни на то, что заляпал себе все штаны и белые кеды брызгами от луж, ни на светофор, горящий красным. Он перебежал дорогу и чуть было не попал под машину, но всё равно не остановился, только на ходу обматерил водителя. До дома оставались считанные метры, Паша летел со всех ног, по пути выронил из кармана пропуск для входа в университет, но побежал дальше, прекрасно понимая, что пропуск ему сделают новый, а вот нового Арса ему уже никто не сделает. Лифт в доме Пашу буквально вывел из себя, какой-то придурок со второго этажа решил его остановить и спуститься вниз не пешочком, а на этом самом лифте. Конечно Паша и этого лентяя обматерил, как только встретился с мужчиной на первом этаже, а тот ему даже ответить ничего не успел, потому что Паша уже нажал на закрытие дверей. На нужный девятый этаж он поднялся и, как только двери лифта открылись, понёсся к квартире Арса. Почему-то решил, что точно должно быть открыто, потому и дёрнул за ручку. И не ошибся, дверь с лёгкостью поддалась, и Паша смог войти в квартиру. И уже тогда понял, что этот день будет снится ему в кошмарах, а этот момент станет их неизменной кульминацией. Потому что на полу Паша заметил размазанную кровь, а из комнаты слышался не просто плач, а истерика с совершенно дикими криками. — Паша! — провыл Арс, а тот в свою очередь только в этот момент немного пришёл в себя и, не снимая обуви, побежал в его комнату. И, наверно, Паша мог бы упасть в обморок от того, что увидел, если бы не понимание, что кроме него другу помочь некому. Арс лежал на полу у кровати, вокруг всё было в крови, он сам был окровавлен везде, где только можно. Лицо, руки, волосы, одежда… — Господи-Господи-Господи. — разучившись дышать, протараторил Паша и тут же подбежал к нему. — Арс?! Арс, что… блять-блять-блять, что с тобой?! Я вызываю скорую? Ментов? Арсений, блять, что мне делать?! — на грани с истерикой вскричал он, взяв друга за плечо, но тот только продолжал рыдать и орать. *** — Мне эта сцена каждую ночь снится. — произнёс Паша, а Антон понял, что ещё немного и он просто разрыдается. Его уже и без того трясло. А Антон на самом деле находился недалеко от состояния Паши, у самого глаза были на мокром месте. — А… а дальше что было? — Я вызвал скорую. Его забрали, я поехал с ним. Там было всё очень плохо в области… ну ты догадался, думаю. Прямо… пиздец. Ещё у него был сломан палец на правой руке, разбит нос, бровь рассечена, синяки по всему телу и так далее. Я следующие две недели, бегал к нему в больницу, но он вообще ни с кем не разговаривал. Ни с ментами, ни с врачами, ни со мной. Уже потом я его забрал домой и под вечер он всё-таки рассказал, что… в общем, тот человек из интернета оказался немного не тем, за кого себя выдавал. Это был взрослый мужик и, наверно, маньяк, а не парень нашего возраста, как заявлял изначально. Он предложил Арсу встретиться в заброшенном парке, а этот… самый наивный в мире человек вообще ничего не заподозрил. Просто поехал туда, ну и как бы… всё случилось. Сначала этот мужик его избил, за то, что он гей, а потом изнасиловал. Вот и всё. — Охереть… — в полном ауте протянул Антон спустя полминуты. — Господи, какой пиздец… Как ты вообще… справился? — Да пиздец это был. — рвано выдохнул Паша, закрыв лицо руками. — Я сам был в ахуе, мне так хуёво ещё никогда не было, а у меня рядом ещё и Арс, которому нужна помощь вообще по всем параметрам. Его надо было заставлять есть, пить, пить таблетки, у него началась депрессия, пришлось просить ещё и мыться периодически, надо было ездить с ним по врачам, психологам, психиатрам, в ментовку, в его универ, чтобы каждый раз говорить одно и тоже, что он не выйдет в ближайший месяц, ну и сдавать всякие работы, которые я за него делал дома. Параллельно я ещё сам учился, работал на удалёнке, пытался поговорить с его родителями, потому что ну это просто пиздец, он такие истерики закатывал из-за них… Готовил, всё стирал, убирал, за новыми препаратами ездил, ебашил по мозгам врачей, чтобы выписали ему уже нормальные таблетки и от депрессии, и от бессонницы, сидел постоянно около него, чтобы не дай Бог ничего с собой не сделал, ещё этого маньяка параллельно найти пытался, ложился спать часа в три и вставал в шесть. Короче, это был… пожалуй, сам сложный период в моей жизни. — рассказал Паша, а Антон зауважал этого человека ещё больше. Он не был уверен, что смог бы сам так жить, а Паша мало того, что смог, так благодаря ему Арс фактически всё ещё и жив. — Даже не из-за этого уёбищного графика и перенагруженности, а из-за того, что я Арса каждый день боялся потерять. Ему было слишком херово, и я знал и знаю, чем такое состояние обычно заканчивается. Ему не становилось лучше, он днями просто лежал и… всё. — выдохнул Паша и сразу пихнул в рот новую сигарету. — А как ты… прости, вообще можно продолжать или лучше хватит? — Да продолжай уж, раз начали. — Как ты пережил тот момент, когда он попытался… покончить с собой? — осторожно спросил Антон и заметил, что у Паши резко дрогнула рука. — Я не пережил до сих пор. — через некоторое время приглушённо ответил он. — Иногда в совершенно рандомные моменты, когда он рядом, проскакивают мысли о том, что его сейчас могло бы здесь не быть. Чуть ли не до паничек доходит. И тот день тоже прекрасно… помню, к сожалению. Опять у меня было это стрёмное предчувствие, ещё и башка раскалывалась, температура. Но у меня долгов целая куча в универе была, поэтому пришлось идти. Но на третьей паре стало так хуёво, что пришлось вернуться домой. Просто повезло, что я вовремя пришёл и скорая быстро приехала. До сих пор виню себя в том, что не уследил. Вот с одной стороны понимаю, что он взрослый человек, но с другой… правда не уследил и чуть не потерял по собственной невнимательности. И никаких этих ёбаных предпосылок, о которых все говорят, не было. Он не вёл себя по-особенному, будто даже получше ему стало. А вот после этого… инцидента, мы опять скатились в самое пекло. И я решил, что ему всё-таки нужно лечь в больничку и подлечить голову. Он обиделся. — хмыкнул Паша, слишком пусто глядя куда-то вперёд. — Не разговаривал со мной, а я всё равно каждый день к нему ходил и просто рядом сидел. Зато после лечения ему стало намного лучше и наконец подобрали ему подходящие антидепрессанты и прочие прелести. Вот с тех пор более-менее нормально и живём. — Паш, ты… пиздец какой сильный человек. — поражённо произнёс Антон, а Паша только грустновато улыбнулся. — Теперь хоть понимаю, почему он так тебя любит… — У нас взаимная крепкая любовь. Кстати, а у вас там что? — поинтересовался он, явно желая перевести тему в любое другое русло. — А что у нас? — будто бы совершенно искренне удивился Антон, но по выражению лица Паши понял, что получилось неубедительно. — Ничего у нас. Ну правда. Вчера просто обнимались, я его поддержать пытался. — Антон, как бы ты ни отрицал, я прекрасно вижу, как ты к нему относишься. Я рад. — быстро добавил Паша, заметив, что Антон явно напрягся. — Но есть одно очень большое «но». Ты был в отношениях когда-нибудь? — Нет. — Тогда спойлер, начинать отношения с больным человеком это мало того, что очень плохая идея, так ещё и огромная ответственность. — вздохнул Паша и снова затянулся. — Ты просто пока даже не представляешь, с каким количеством проблем придётся столкнуться, ты не понимаешь, что творится у него в голове. Даже я не до конца понимаю. Я понимаю, что ты его видишь очень красивым, очень умным, весёлым, прекрасным и так дальше по списку, но на самом деле это прежде всего психически нездоровый и по тому же пункту максимально нестабильный человек. Ты не можешь знать, что взбредёт ему в голову в один прекрасный день. Тебе придётся уделять ему всё своё время, потому что ему это нужно. Мне это несложно, потому что я такой человек, но я не знаю, справишься ли с этим ты. Он ведёт себя как ребёнок, истерит, обижается и так далее. У него куча непроработанных травм. Ты уверен, что в свои семнадцать лет хочешь с этим разбираться? — уточнил Паша, а Антон даже задумался и постарался всё взвесить. — Мне приятно о нём заботиться и помогать разбираться с проблемами и травмами. — пожал плечами он. — И времени мне ему уделять сколько угодно несложно, я сам этого хочу. И мне несложно было вчера его успокаивать, наоборот, приятно, что он доверяет мне свои эмоции. Это же… круто, разве нет? — Не для всех. — чуть улыбнулся Паша, а Антон улыбнулся в ответ. — Не то чтобы я в тебе сомневался, так, на всякий случай решил предупредить. — Ты думаешь, у меня есть шансы? — аккуратно спросил Антон. — Есть. — ответил тот, а Антон от шока аж застыл. Да неужели? — Я имею ввиду, есть шансы на взаимность твоих чувств. А вот насчёт отношений очень вряд ли. Ну, пока что. — Почему? — не понял он. — Сейчас начнёт тебя активно отталкивать. — пожал плечами Паша. — Начнёт вести себя очень холодно по отношению к тебе, будет делать вид, что ему на тебя плевать. Потому что ты ему нравишься. И ты в свою очередь не будешь пытаться снова наладить контакт. — А… это в каком смысле? — В таком, что это будет абсолютно бесполезно. Он не пойдёт на контакт, потому что боится. Я конечно постараюсь что-нибудь придумать, но ты прямо сейчас должен мне пообещать, что будешь делать всё так, как я говорю. — Я… да, обещаю. — несколько растерянно согласился Антон, а Паша только удовлетворённо кивнул. — Я попробую поговорить с ним завтра по этому поводу. Ничего не обещаю, но хотя бы объективно сможем оценить… ваши шансы на счастье, так скажем. Несильно хоть влюбился-то? Оо. — вздохнул он, заметив, что Антон резко опустил взгляд. — Ну я тебе помогу, чем смогу, в любом случае. — Правда? — Я точно так же, как и ты, хочу, чтобы он был счастлив. — чуть улыбнулся Паша и наконец потушил последнюю пятую сигарету о подоконник. А Антон конечно улыбнулся в ответ. — Спасибо. — Да не за что пока. Пойдём, пора уже возвращаться. Конечно с заброшки они уже вскоре вышли и направились в сторону корпуса, о чём-то беседуя. И, уже подходя, заметили Арсения, сидящего на ступеньках и тоскливо листающего что-то в телефоне. — Арсююша! — протянул Паша, подойдя к нему, и прежде, чем Арс успел как-либо отреагировать, уже схватил его в охапку, поставил на ноги и крепко обнял. А Антон, поняв, что он тут немного лишний, пошёл в корпус. — Ты чего? — удивлённо усмехнулся Арс. — Соскучился я по тебе, козёл. — тихо посмеялся тот, а у Арсения аж гора с плеч свалилась, и он конечно обнял Пашу в ответ. — Простишь меня? — негромко спросил он. — Я больше не буду. — Да я тебе уже всё простил. Люблю тебя, Арсюш. — совершенно искренне произнёс Паша. Действительно, пообщавшись с Антоном и проговорив всю историю вслух, он понял, что никакого желания злиться на Арса у него больше нет. — Я тебя тоже. А почему ты такой… добрый? — А обычно чё? — возмутился Паша, а Арс засмеялся. — Ну вот, теперь как обычно. А вообще я имел ввиду, что ты меня чуть ли одним взглядом не убивал, а тут сам пришёл… — Вспомнил, как сильно люблю тебя долбоёба, вот и подобрел. — Спасибо. — тихо посмеялся Арс, а Паша ещё крепче стиснул его в своих объятиях. — С Антоном что ли поговорил? — Да, пока всё ему рассказывал, вспомнил, что было и… всё. Поплыл. Арс, я так счастлив, что ты жив… Я бы ушёл за тобой. — вдруг вслух произнёс Паша. Он признавал это в своей голове ещё с давних пор, но Арсу не говорил никогда. — Серьёзно? — Да. Я бы не пережил. — приглушённо ответил он, а у Арсения аж сердце сжалось. — Я тебя прошу, никогда больше не пытайся этого сделать. Ты нужен мне, и я тебя безумно люблю. — Ты поэтому так разозлился? — догадался Арс. — Да. Потому что селфхарм это всё равно… нечто приближённое. — Прости, Паш. Что опять думал о себе, а не о тебе… — Ты даже о себе не думаешь, хоть с этого начни. — Но ты же знаешь, что какую бы хуйню я не творил, я тебя всё равно очень люблю? — Да знаю конечно. Но ещё раз узнаю, что ты занимаешься подобным, я тебя отпизжу. — предупредил Паша, а Арс засмеялся. — Ну я же пообещал, что больше не буду. В прошлый раз не обещал. — Зараза мелкая, все нервы с тобой проебёшь. Прости, кстати, если я тебя обидел. Правда злился, но не хотел. — Паш, вот ты точно не тот человек, который должен передо мной хоть за что-то извиняться. Всё хорошо. — Да знаю я тебя, обидчивый козёл. — хмыкнул Паша, а Арс только посмеялся. — Ну чай тебе буду каждое утро делать в качестве извинений, пойдёт? — Ты и так делаешь… — Ну вот и продолжу. — Нет, давай теперь я тебе буду чай делать? — предложил Арс, а Паша удивлённо вскинул брови и даже чуть оторвался от него, чтобы посмотреть. — Это с какого перепугу? — Я тоже хочу о тебе заботиться. Хоть как-то. — Да ты о себе сначала позаботься, красавчик. — тихо посмеялся Паша и потрепал его по волосам. — Но если очень хочешь, то можешь приносить мне бутерброды в постель. — Вот только хотел сказать, какой ты хороший. Не скажу. — просмеялся Арс, а вместе с ним и Паша. — И без тебя знаю.