Накопленная обида Таси и неотфильтрованный базар Горе

Вроде бы самый обычный майский день, но как бы не так. У Elevate шла тренировка: они усердно трудились и прогоняли хореографию. Они решили взять перерыв — все легли на пол от усталости, — но Горе решила уйти в раздевалку. Там она села около стены и просто смотрела в потолок. «Какая же я конченая, так нагрубила подруге, хотя все из нас ошибаются, и она не исключение», — думала Лиза про себя. Она решила встать и попить воды, так как в горле стоял ком, а тренировку продолжать надо. «Главное — не показать, что что‑то не так, и спокойно продолжить тренировку, а после неё подождать Тай и поговорить с ней», — подумав про себя, Горе пошла в зал, где её уже все заждались. — Ну и где ты пропадала? — спросила её один из лидеров, явно что‑то подозревая. — Ходила воды попить, душно очень, — ответила Лиза, держа в руках бутылку с водой. «Ладно, не хочешь говорить мне правду — я узнаю её сама», — подумала Саша. Тренировка продолжилась, но, когда Горе опять ушла в раздевалку, Саша решила поговорить со всеми о Лизе. — Вам не кажется, что с Лизой что‑то не так? — спросила всех Саша. — Мне кажется, она просто устала. Пусть посидит там и отдохнёт спокойно одна, — ответила ей Женя. — А мне кажется, что что‑то всё‑таки случилось. Я пойду проверю её, — сказала Саша. — Не переживай ты так, я думаю, с ней всё хорошо, — решила влезть Алёна, — но, если хочешь, конечно, сходи к ней. Саша двинулась в раздевалку, где сидела Горе. Придя туда, она увидела, как Горе сидит, уткнувшись лицом в колени, будто хочет спрятаться от всех. Лидер подошла к ней и обняла её. Лиза даже изначально не заметила этого, так как голова была забита разными мыслями, — пока Саша не спросила её: — Всё в порядке, Лиз? Ты какая‑то грустная? — Да, всё в порядке, — не поднимая головы, ответила Лиза. — Если всё хорошо, подними голову. … Лиза решила промолчать, так как глаза у неё были красные от слёз. Поэтому Саша сама решила приподнять ей голову. — Я же говорила, что что‑то случилось. Расскажи всё, я помогу. Если не смогу я — поможет вся наша группа. — Саш, не лезь не в своё дело, пожалуйста, — почти шёпотом сказала Горенская. — В смысле «не лезь не в своё дело»? Я тебе помочь хочу, — с недоумением ответила Мироненко. — В прямом. Я разберусь сама, мне не нужна помощь, — в гневе сказала Горе. Саша от такого хамства решила вернуться в зал и рассказать всё девочкам. — Странно, она раньше так не хамила тебе, — сказала Женя. Алёна её поддержала: — Видно, что‑то и в правду случилось. Они начали бурно обсуждать ситуацию, а Тай так и осталась сидеть напротив зеркала, что‑то обдумывая. «Что же со мной не так? Почему она так срывается на мне? Может, я и в правду так сильно косячу? Надо будет это обсудить с Горе», — её мысли прервали девочки. — Тай, а ты как думаешь? — спросили они её. — А, что? — Ты что, всё это время нас не слушала? Ладно, забей тогда, — сказала Женя. После всех разговоров Тай решила подождать Горе, которая, в свою очередь, уже ждала её. Когда они попрощались с остальными девочками и остались одни, они одновременно сказали: — Надо поговорить. — Ладно, начинай первая, — сказала Горенская. — Почему ты так мне хамишь? Все ошибаются и все косячат, но мне тоже обидно от твоего общения. Научись фильтровать базар уже, — с гневом говорила Тай. — Я вообще-то хотела перед тобой извиниться, — голос Лизы дрогнул. — Я знаю, что сказала тебе это очень грубо, но не надо указывать, как мне общаться, поняла? — с таким же гневом произнесла она. — «Ясно, значит, только тебе можно ошибаться и грубить? А я, значит, должна молча это терпеть? Так не работает», — подумала Тася, стараясь унять внутреннюю дрожь.