Потерянный свет звезды

Поппи, переведя дух, решительно указала вперед:

— Хватит медлить! Идем на станцию. Там мы подготовили поезд, он вывезет нас из этого ада!

Банда добралась до платформы.

Поезд уже ждал, выпуская пар.

Едва они заскочили внутрь и состав набрал скорость, Поппи облегченно выдохнула:

— Наконец-то... Мы почти свободны.

Но счастье длилось недолго.

Внезапно крышу вагона пронзил жуткий скрежет, а механизмы заклинило.

Состав задрожал, и из темноты туннеля показалась гигантская костлявая рука — Прототип.

— Прыгайте! Скорее! — закричала Поппи, когда поезд начал сходить с рельсов.

Все посыпались на бетонный пол туннеля, но в суматохе Прототип оказался быстрее.

Его тонкие пальцы обхватили Лили.

— НЕТ! — вскрикнул Игрок, протягивая руку, но чудовище вместе с «сестрой» скрылось в глубине шахты.

Игрок, не раздумывая ни секунды, бросился следом.

Он бежал по темным коридорам, пока не оказался в логове — огромном зале, полном запчастей и гнили.

Прототип, возвышаясь над ним, лишь холодно рассмеялся:

— Ты храбр, человечек... Но твоя храбрость бесполезна.

Одним мощным ударом он отшвырнул Игрока прямо в огромную бочку, наполненную густым красным маковым гелем.

— Этот гель исцелит твои раны, — прошипел голос Прототипа, — но если ты пробудешь в нем слишком долго, он станет твоим гробом. Смотри, как твоя «сестра»страдает, пока ты захлебываешься в «милосердии».

Прототип начал сыпать гадостями и насмехаться, глядя на неподвижную поверхность геля.

Лили плакала, зовя «брата».

Но вдруг из глубины бочки раздалось низкое, утробное рычание. Поверхность забурлила, и из кроваво-красного геля резко высунулась рука Игрока, намертво вцепившись в край бочки.

Игрок был жив.

И теперь он был злее, чем когда-либо.

Прототип замер, его суставы со скрежетом повернулись к бочке.

Он ожидал увидеть агонию, но вместо этого встретил ледяную ярость.

Игрок медленно вынырнул из маковой жижи; гель стекал по его телу, словно живая кровь, а раненый глаз теперь горел ровным, неестественно ярким светом.

— Ты совершил ошибку, — голос Игрока изменился, стал глубже и обрел пугающий резонанс.

— Ты думал, что этот гель сломает меня? Ты лишь помог мне вспомнить, ради чего я здесь.

Прототип издал резкий, неприятный звук, похожий на помехи радио, и замахнулся когтями, но Игрок даже не вздрогнул.

— Отпусти. Мою. Сестру,— каждое слово Игрока буквально вибрировало в воздухе.

— Или я вырву твой разум из этой груды металлолома раньше, чем ты успеешь осознать свою смерть.

Он подтянулся и легко выпрыгнул из бочки, приземлившись на пол совершенно бесшумно.

Грэб-пак за его спиной начал странно гудеть, пропитываясь энергией макового геля.

— Ты звал меня человечком? — Игрок оскалился, и в этом оскале было больше от хищника, чем от человека.

— Посмотри мне в глаза. Теперь я — твой ночной кошмар.

Прототип, взбешенный дерзостью «человечка», нанес удар первым.

Его костлявая ладонь с острыми, как бритвы, пальцами метнулась к горлу Игрока с невероятной скоростью.

Но Игрок даже не шелохнулся.

Он просто поднял руку и с глухим ударом перехватил запястье монстра.

— Медленно, — холодно бросил Игрок, сжимая стальные пальцы Прототипа так, что металл начал жалобно стонать под его ладонью.

Прототип попытался вырваться, но в этот момент из темного туннеля, ведущего в логово, раздался знакомый яростный рык.

Гулкое эхо разнесло лай по всему залу, и через мгновение из тени вылетел Ярнаби.

Его шерсть была взъерошена, а на клыках всё еще виднелись ошметки слизней, но глаза горели преданностью и жаждой боя.

— А вот и подкрепление, — ухмыльнулся Игрок, не отпуская Прототипа.

— Ярнаби, ВЗЯТЬ ЕГО!

Пёс, совершив гигантский прыжок, вцепился мертвой хваткой в сочленения механической руки Прототипа, которая удерживала Лили.

Чудовище взвыло от боли и неожиданности, его хватка ослабла, и Лили соскользнула вниз, в руки подоспевшего брата.

— Теперь мы потанцуем по моим правилам, — прорычал Игрок, отталкивая сестру в безопасное место и вставая плечом к плечу со своим верным псом.

Не успел Прототип прийти в себя после атаки Ярнаби, как пол в логове задрожал.

Из вентиляционных шахт и щелей в стенах повалил густой фиолетовый дым, а следом за ним начали вываливаться усиленные слизни.

Они были вдвое больше прежних, их тела покрывали хитиновые пластины, а из пастей капала едкая кислота.

— Сойер… — прошипел Игрок, узнав почерк своего врага.

— Решил прислать своих элитных марионеток?

Голос Харли Сойера зазвучал из динамиков, установленных под потолком, — холодный, расчетливый и лишенный сострадания:

— Ты стал любопытным экземпляром, Игрок.

Но маковый гель лишь отсрочит твою смерть. Слизни, уничтожить всех!

Прототип, понимая, что ситуация меняется, злобно клацнул челюстью.

Теперь Игрок и Ярнаби оказались зажаты между древним ужасом фабрики и новыми творениями безумного ученого.

— Ярнаби, спина к спине! — скомандовал Игрок. Его Грэб-пак заискрился красной энергией геля.

— Лили, заройся в угол и не высовывайся!

Один из усиленных слизней прыгнул, выстреливая струей кислоты, но Игрок на лету перехватил его красной ладонью и, используя как живой щит, подставил под удар костлявой руки Прототипа.

— Ну же, Сойер! Покажи всё, на что ты способен! — выкрикнул Игрок, пока Ярнаби мощными рывками сбивал бронированных тварей одну за другой.

Игрок понял: пока Сойер раздает команды через динамики, координировать действия слизней ему проще простого.

— Пора заткнуть этого профессора, — прорычал Игрок.

Он выстрелил синей ладонью Грэб-пака прямо в распределительный щит на стене.

Энергия макового геля, пропитавшая трос, вызвала мощнейший резонанс.

Раздался треск, из динамиков вырвался столб искр, и голос Сойера захлебнулся в предсмертном хрипе системы связи.

Координация слизней тут же нарушилась — они начали слепо тыкаться в стены.

Воспользовавшись замешательством, Игрок переключил всё внимание на Прототипа.

— А теперь — ты!

С помощью Грэб-пака Игрок мощным рывком притянул себя прямо к грудной клетке монстра.

Вцепившись свободной рукой в сплетение проводов и ржавых поршней, он с диким криком рванул их на себя.

Раздался жуткий скрежет разрываемого металла — в руках Игрока остался светящийся блок управления и пук вырванных кабелей.

Прототип взвыл от неожиданной боли и системного сбоя.

Понимая, что этот «человечек» стал слишком опасен, он наотмашь ударил Игрока, отбрасывая его в сторону, и, не оглядываясь, стремительно скрылся в глубокой шахте потолка.

— Сбежал, трус! — выплюнул Игрок, тяжело приземляясь на ноги.Но праздновать было рано.

Усиленные слизни Сойера, хоть и потеряли связь с хозяином, всё еще были здесь.

Разъяренные тишиной в эфире, они начали окружать Игрока, Лили и Ярнаби плотным кольцом, капая кислотой на бетонный пол.

— Ярнаби, готовься, — Игрок сжал кулаки, в которых всё еще искрились вырванные провода Прототипа.

— Нам нужно зачистить это место до последнего куска слизи.

Игрок посмотрел на светящийся блок управления в своих руках.

Деталь пульсировала нестабильной энергией, а вырванные кабели искрили, угрожая взорваться в любую секунду.

Слизни уже припали к полу, готовясь к одновременному прыжку.

— Подавитесь своими технологиями! — выкрикнул Игрок.

Он соединил два оголенных провода на блоке, спровоцировав критическую перегрузку.

Устройство начало издавать нарастающий свист.

Дождавшись, когда ближайший слизень раскроет пасть, Игрок с размаху зашвырнул «подарок» прямо в центр наступающей оравы.

— Ярнаби, Лили — НА ПОЛ! — скомандовал он, накрывая сестру собой.

Раздался оглушительный взрыв.

Вспышка маково-красного и электрически-синего света на мгновение ослепила всех.

Ударная волна была такой силы, что усиленных слизней буквально размазало по стенам, превращая их броню в бесполезную крошку, а едкую плоть — в пар.

Когда пыль улеглась, в логове воцарилась мертвая тишина.

От элитного отряда Сойера остались лишь дымящиеся пятна на бетоне.

Игрок медленно поднялся, отряхивая одежду от пепла.

Его Грэб-пак затих, а свечение в глазу стало спокойнее, но не исчезло совсем.

Ярнаби подошел к хозяину и коротко гавкнул, словно докладывая, что врагов больше нет.

— Всё кончено... по крайней мере, здесь, — тихо произнес Игрок, протягивая руку Лили, чтобы помочь ей встать.

— Нам нужно уходить отсюда, пока Сойер не придумал что-то похуже.

Не успел дым от взрыва рассеяться, как из заваленного прохода послышался приглушенный мат и скрежет металла.

Спустя мгновение тяжелая плита поддалась, и в логово ворвались Хагги, Бокси Бу и ДогДэй.

Они выглядели помятыми, их одежда была в пыли, но в руках они крепко сжимали оружие.

— Игрок! Лили! — выкрикнул ДогДэй, бросаясь к ним.

— Мы услышали такой грохот, что подумали — всё, хана вам обоим.

Хагги замер, оглядывая горы дымящейся слизи и развороченную бочку с гелем.

Его взгляд остановился на Игроке, который всё еще слабо светился изнутри неестественным маковым светом.

— Мать твоя женщина... — выдохнул Хагги, опуская руки.

— Парень, ты что, в реактор нырнул? Выглядишь так, будто можешь голыми руками танк остановить.

Бокси Бу тем временем подошел к Ярнаби и потрепал его по загривку.

— А пёс-то каков! Живой, чертяка. Мы пробивались через завалы, пока эти слизни не начали лопаться сами собой. Теперь ясно, чьих это рук дело.

Лили, наконец оказавшись в окружении всех своих друзей, облегченно всхлипнула.

Банда снова была в сборе.

Но Игрок не расслаблялся.

Он чувствовал, как маковая энергия в его жилах пульсирует, указывая направление.

— Сойер где-то рядом, — глухо произнес Игрок, и все вздрогнули от того, как изменился его голос.

— Он не остановится, пока мы не доберемся до его главного штаба.

— Ну раз так, — Бокси Бу решительно достал новую зажигалку, — веди, «светлячок». Пора закончить этот цирк.