Как влюбить в себя паиньку

С того дня он превратился в сталкера. Не в жуткого одержимого извращенца, а в того, кто заглядывает в каждый кабинет в надежде увидеть золотые глаза и каштановые волосы. Сам понимал, что это выглядит стрёмно. Но ничего не мог с собой поделать. Он не знал её имени. Не знал класса. Не знал вообще ничего — только то, что она фигуристка и что она его чуть не пнула коньком. Чара опросил всех, кого мог. Ник и Зак только ржали. — Ты влюбился, что ли? — спросил Ник, чуть не поперхнувшись энергетиком. — Пошёл нахуй, — ответил Чара, хотя внутри всё сжалось. Он заглядывал в столовую, высматривая её среди столов. Стоял у кабинетов после звонка, делая вид, что ждёт кого-то. Даже пару раз забил на перекур, чтобы пройти мимо катка — вдруг она тренируется в неположенное время. Ничего. Бесило. Всё это бесило. Он чувствовал себя идиотом. Но остановиться не мог. А потом он увидел её с Аззи. Они вышли из библиотеки вместе — его брат, заучка и любимчик семьи, и она. Та самая. Шли, о чём-то говорили, улыбались. Чара застыл у стены в ожидании, надеясь, что она его не заметит. Когда девушка свернула в другой коридор, он выдохнул. — Мелкий! — окликнул он брата. Азриэль обернулся, поправил очки и подошёл. — Что такое, Чара? — Ты с кем сейчас шёл? — А? О, ты про ту девушку? — Да, блять, про девушку, баран. Кто она? — Хэй, полегче. Это Фриск Мерик. Она мне с докладом помогала и… — Да срать мне на твой доклад, — перебил Чара. — С какого она класса? — Ну… с одиннадцатого «Б». А что? — И че вы с ней, встречаетесь, что ли? Аззи покраснел так быстро, и также быстро начал отнекиваться. — Что?! Нет! — замахал руками брат. — Нет, нет, мы просто дружим. Ей просто тоже физика нравится. Мы иногда занимаемся вместе. — Вот и славно, — голос Чары стал подозрительно спокойным. — Смотри, не заглядывайся. — Почему? — Аззи нахмурился. — Вы же не знакомы. — Технически знакомы, — Чара засунул руки в карманы. — Просто начали не очень хорошо. Азриэль решил поинтересоваться: — А зачем тебе? — Не твоё дело. — Ты её преследуешь, что ли? — Я не преследую, я интересуюсь. — Это называется «преследование», Чара. — Это называется «проявляю инициативу», — огрызнулся он. — Ты вообще чеши отсюда уже, а то на урок опоздаешь. Любимчик учителей хренов. Азриэль вздохнул, но спорить не стал. Уходя, бросил через плечо: — Она не курит. И не пьёт. И вообще, ты не в её вкусе. — Я заметил, — буркнул Чара уже в пустоту. Он прислонился к стене и закрыл глаза. Фриск. Её звали Фриск. Он повторил имя про себя несколько раз, запоминая. Фриск. Странное имя. Красивое. — Чёрт, — выдохнул он. — Что ты со мной делаешь. В тот день он понял, что влип по полной, но был совсем не против.