Другой Поттер

      Поттер, как и планировал, женился на Джинни. После войны вообще все быстро старались обзаводиться семьями. Только вот семейная жизнь с рыжей красоткой оказалась не такой, как ему мечталось. Слишком быстро у них появился первый ребёнок, потом второй и третий. Быт, недосыпы и постоянное недовольство с обеих сторон накапливались. Гарри от проблем убегал в Аврорат, а Джинни — в Нору.       Ей хотелось блистать в квиддиче, а не возиться с детьми. Вместо света софитов она получила фартук и кастрюли. И чем больше времени проходило, тем сильнее они с Поттером отдалялись. Каждый понимал, что поспешил с браком, и хотел свободы. Так и разрушилась их идеальная семья. А через семь лет Джинни подала на развод и улетела с Дином Томасом в Болгарию играть за их сборную в квиддич. Дети уже подросли и ходили в Хогвартс — не нужно было поддерживать видимость идеальной семьи.       Гермиона с Роном тоже отдалились. Рон после смерти брата решил помогать с магазином, а Герми работала в Министерстве. Вот и вышло, что золотое трио разделилось части.       Сперва Аврор, а затем и главный Аврор… Поттер быстро шёл по карьерной лестнице. Вот только розовые очки тоже быстро спали с его глаз и перед ним предстала действительность.       Министерство коррумпировано. Везде сватовство и воровство. Те, кто держал знамя победы, дорвались до власти и начали творить безумие. Вседозволенность ослепляла.       Сторонники Света превратились в жадных крыс. Они измывались над побеждёнными. Вот и выходило, что победа оказалась пирровой. Проиграли обе стороны. А главное, проиграл сам Гарри Поттер. Он воевал за светлое будущее, а получил обманку.       Шанс на новую жизнь был воспринят с надеждой. Надеждой, что новый мир окажется не таким, как этот. Шанс исправить свои ошибки.

***

      Гарри не знал, сколько прошло времени, казалось, целая вечность. Он бродил по темноте, не видя ничего вокруг. Неожиданно впереди замерцали огоньки, разгораясь всё сильнее и сильнее. Они манили к себе. Гарри двинулся к ним. До него начали доноситься голоса. Кто-то звал.       Распахнув глаза, он тут же закрыл их обратно, морщась от яркого света.       — Мальчик очнулся, — прозвучал рядом женский голос.       Послышалось какое-то шуршание и шаги.       — Дорогой, как ты себя чувствуешь?       Поттер открыл глаза. Возле него стояла рыжеволосая женщина и обеспокоенно смотрела.       — Гарри, сынок. — Тёплая ладошка коснулась лба. — Я так волновалась за тебя. Мы все волновались. — В изумрудных глазах стояли слёзы. — Твои брат с сестрой. Северус. Гермиона. Ты нас очень напугал. Как ты мог даже подумать о том, чтобы покончить с собой? Глупый ребёнок.       — Покончить с собой? — Голос был хриплым и будто совсем не принадлежал ему. — Я ничего не помню.       — О, Мерлин, — ужаснулась Лили. — Мне срочно нужно связаться с Северусом.       — Лили, не волнуйся, — послышался ещё один голос. — Главное, что Гарри очнулся. Думаю, память скоро вернётся. Такое иногда случается.       Женщина ещё раз всхлипнула и нерешительно кивнула.       За следующий час Гарри удалось вкратце узнать, что произошло. Оказывается, мальчик напился яда в попытке умереть. Это его вторая попытка совершить подобное. Прошлая была год назад. И тогда его тоже спасли.       Он узнал, что Гарри Поттер в этом мире — единственный ребенок Лили и Джеймса Поттеров. И он чуть сильнее сквиба. Чудом удалось попасть в Хогвартс. Ещё большее чудо, что шляпа распределила его на Слизерин. Как оказалось, он десять минут уговаривал её, и та сжалилась. Мальчик хотел попасть на факультет, где декан Северус Снейп — его приёмный отец.       Джеймс после школы пошёл в Аврорат, и во время рейда в него попало шальное проклятие. Лили осталась одна с трёхмесячным ребёнком на руках. Она вышла замуж за Снейпа, но Гарри никто не сообщил. Хотя нетрудно было догадаться. Зельевар решил утешить подругу и свою давнюю любовь, да так утешил, что заделал ей ребёнка.       Учиться Гарри было сложно. Заклинания практически не получались. А ещё его гнобили. Гриффиндорцы выбирали его своей мишенью для шуточек. Слизеринцы на публике защищали своего, а в коллективе презирали. Клубок змей. В нём выживали самые ядовитые и клыкастые.       В магическом мире предвзято относились к сквибам, считая их чуть ли не проклятием рода, позором. Древние семьи от них избавлялись, выбрасывая в обычный мир как ненужных. В лучшем случае — находили магглов-опекунов и давали деньги. А в худшем — бросали и забывали, словно тех никогда не существовало. Жестокая правда жизни.       Но с Гарри Поттером всё было непросто. Он остался единственным Поттером. Представителем древнего и когда-то сильного рода. Разбрасываться древней кровью никто не решился. Если он женится на чистокровной или сильной полукровке, то с вероятностью девяносто девять процентов дети родятся волшебниками и получат силу древнего рода. Кровь не уйдёт в небытие. Плюс, Лили вцепилась в первенца и наотрез отказалась отдавать его своей сестре на воспитание. Ей было неважно, волшебник Гарр или сквиб.       — Лили, прекрати кудахтать над ним, как наседка, — прозвучал ещё один до боли знакомый голос.       Подняв взгляд, Поттер увидел Северуса Снейпа собственной персоной. Всё тот же длинный нос. Колючий взгляд чёрных глаз. Но вот волосы были чистыми и не свисали сальными патлами.       — Северус, ты разве не понимаешь, что Гарри едва не погиб? — возмущалась Лили.       — Но не погиб же, — возразил Снейп. — И надеюсь, больше он не будет глупить и заставлять тебя нервничать.       — Не говори так, — всхлипнула Лили. — Он хороший мальчик. Ему просто сложно.       Гарри без особого интереса слушал размолвку. Он уже понял, что Снейп не особо его любит. Заботится из необходимости. Об этом говорили его взгляд и поведение. Лили, наоборот, души не чаяла в сыне. Пыталась своей любовью перекрыть дефекты магии.       Сам Поттер ещё не решил, как стоит относиться к новоиспечённым родителям. Он давно похоронил и оплакал Джеймса и Лили. Те отдали свои жизни за него, даровав ему шанс на жизнь. А здешняя миссис Снейп ему чужая. Да, то же лицо, но вот сердце не сжимается при взгляде на неё. Что уж говорить о Северусе Снейпе.       Любви к этому человеку Поттер ещё в своём мире не питал. Да, тот помогал выжить и неоднократно спасал, но делал это по приказу Дамблдора. Снейп имел должок перед директором, поэтому и был вынужден помогать. Плюс, он чувствовал вину за смерть Лили.       Поттеру хотелось взглянуть на своих сестру и брата. Те были на два и три года младше, чем он сам, соответственно. Снейп не терял времени зря и быстро оприходовал Лили.       Гарри был не в праве её осуждать. Возможно, с Джеймсом они жили не слишком хорошо. А может, ей просто захотелось поддержки, и Снейп её оказал.       Брат и сестра. В прошлом мире у него не было родственников. Он понял и принял это. А поживя под крышей Дурслей и пообщавшись с Дадли, признавал, что не хочет ещё одного подобного родственничка. Был страх, что если двоюродный брат такой мерзавец, то и родной может таким быть.       Поттера очень удивило, что чета Снейпов воспитывает Гермиону. Как оказалось, после прихода к власти Реддла магических детей забирали из обычных семей и передавали в магические. Усыновляли. Чтобы они с самого детства чувствовали себя волшебниками, изучали обычаи и традиции Магического мира.       Снейп увёл упирающуюся Лили домой, мотивируя это тем, что Гарри нужен покой. И Поттер наконец смог побыть в одиночестве.       Он осторожно отбросил покрывало и встал на ноги. Всё тело ломило, словно до этого он разгрузил целую машину мешков с картошкой. Ноги и руки едва шевелились. В первые секунды Гарри едва не упал. Координация движений была нарушена. Тело оказалось незнакомым. Сложно было ощущать себя вновь подростком. Но ничего, он привыкнет. Главное, что магия пульсировала внутри хрупкого тела. Он чувствовал, как та с лёгкостью отзывается на желание хозяина — ластится, словно кошка.       Шаг за шагом, придерживаясь за стенку, он добрался до ванной комнаты. Раковина, а над ней зеркало. Из отражения на него смотрел полноватый парнишка лет пятнадцати-шестнадцати в больничной одежде. Конечно, до Дадли ему было далеко, но килограмм пять-семь лишних имелось однозначно. Не сильно высокий. Всё те же чёрные волосы, торчащие в разные стороны. И ярко-зелёные глаза.       К счастью, он прекрасно видел без очков. В своём мире он только годам к двадцати пяти сообразил сменить неудобные очки на магические линзы. Здесь же ему не передалось плохое зрение Джеймса Поттера.       Бледные губы искривились в улыбке, больше похожей на оскал.       Взгляд скользнул по тучной фигуре. Это тело не знало, что такое физические нагрузки. Видимо, прошлый Гарри любил хорошо покушать. Но это поправимо.       Взгляд остановился на ладонях. Пальцы были маленькие и толстенькие. И на них отсутствовал перстень Поттеров, который Гарри носил как память о родителях. Часов-артефакта тоже не было. Его верный маховик времени остался в прошлом мире.       Руки потянулись к крану, и Поттер брызнул на лицо прохладной водой. Ладони всё ещё подрагивали.       Босые ноги шлёпали по полу. Парень вернулся назад в комнату и начал осматриваться там. Его вещи обнаружились на стуле у кровати. Штаны, футболка и мантия. Обшарив карманы, он не обнаружил нигде волшебной палочки. Лишь пара бумажек от шоколадных лягушек. В руке оказалась карточка.       Темноволосый мужчина в тёмно-зелёной, почти чёрной мантии скупо улыбался, сверкая своими угольными с красным блеском глазами. На шее — знакомый медальон с буквой «С». В руках была узнаваемая узловая палочка с пером феникса внутри.       «Том Марволо Гонт — наследник Слизерина», — гласила надпись.       — Значит, в этом мире Реддл победил, — констатировал парень. — «Великий правитель»… Ну-ну, — прочёл на обратной стороне карточки. — Интересно, а что стало с Альбусом Дамблдором? Не верится мне, что старик погиб.       Послышались шаги, и в палату вошла пожилая женщина. Она была не знакома Гарри.       — Мистер Поттер, что вы делаете? — ужаснулась дама. — Вы очень слабы. Вам нельзя вставать. Быстро вернитесь в постель.       Поттер не стал спорить и осторожно забрался в кровать.       — Как вы себя чувствуете? Ничего не болит?       — Нет, — следует ответ. — А я долго здесь?       — Вы почти неделю провели в бреду, — ответила женщина. — То приходили в себя, то вновь начинался приступ. Ваш отец приносил всё новые и новые зелья. Даже милорд заходил к вам, — тихий шёпот.       — Милорд?       — Правитель, — следует пояснение.       И тут до Поттера доходит. Его навещал Реддл. Интересно, что этому маньяку понадобилось от него?       — Но к счастью, вы очнулись. И быстро идёте на поправку. Через пару дней вас можно будет выписывать. Рядом с близкими память вернётся быстрее.       Женщина ушла, а парень остался в гордом одиночестве. Он попросил принести ему газету, но ведьма отказала, заявив, что ему нужен покой. Оставалось лишь скрипеть зубами и молчать. Пока он мало знал о мире, в который попал, и нужно было проявлять осторожность. Здесь для всех Гарри Поттер — полусквиб. Слабак и ничтожество. Придётся пока придерживаться этой роли. Осмотреться, а уже потом строить планы на будущее.