Liar

Несомненно, ему было стыдно. За то, как отреагировал, как себя повёл и что наговорил после. Проснувшись, Чонгук долго лежал на животе и смотрел в стену. Мысли роем жужжали в голове, отчего та раскалывалась. Похмелье и слабость во всём теле после вчерашнего не так сильно добивали, как болезненные воспоминания. Он помнит растерянное лицо своей девушки, помнит ощущение ускользающей земли под ногами, помнит, как в моменте разозлился, потому что эмоции переполнили и, в конце концов, вылились за края. Он не должен был выходить из себя. Джиа не заслужила такого отношения к себе, но как же чертовски обидно осознавать, что человек, которого ты любишь и считаешь ближе всех на свете, не готов пойти с тобой до конца. Чонгук любит её. Всегда старался быть лучше, поддерживать и ни в коем случае не делать больно. Как жаль, что он всего лишь обычный человек со своими чувствами и эмоциями. Сейчас ситуация воспринимается совершенно по-другому. Вчера хотелось забыться, как-то абстрагироваться от проблем и доказать самому себе в первую очередь, что он тоже имеет право на гордость. Никогда не сбегал от конфликтов, всегда выводил на разговор, а теперь почему-то ощущает беспомощность. Оглядев комнату, Чонгук понимает, что Джиа так и не вернулась. Он отыскивает телефон в кармане джинсов, которые небрежно валялись возле кровати, и отправляет сообщение с извинениями и просьбой сообщить местоположение, чтобы не волноваться. По кусочкам выстраивается вчерашний вечер. Некоторые отрывки совсем расплывчатые, он совершенно не помнит, как добирался до дома, но точно помнит тёплые руки на своей талии. Тэхён. Не надеялся увидеть его, пускай сильно желал. Показалось глупым писать Тэхёну после того, что случилось между ними. Да и что бы он сказал? Чонгук принимает душ и запивает таблетку обезболивающего водой. Голова тяжелая, его тянет прилечь, но находиться в четырёх стенах кажется невыносимым. Настроение отвратительное, впрочем, внешний вид соответствует. Jeon_Jungkook: привет. ты занят? Kim_Taehyung: нет. Jeon_Jungkook: спасибо за сопровождение… Чонгук кусает губы, не решаясь спросить кое о чём. Он плохо помнит момент их встречи и прощания. Jeon_Jungkook: всё в порядке? я ничем не обидел тебя? Kim_Taehyung: ты о чём? Раздаётся тяжёлый вздох. Тирамису, сидящая на окне, поворачивается на звук. Чонгук некоторое время смотрит на кошку. Вроде, извиняться не за что. Jeon_Jungkook: можем пообедать сейчас? Jeon_Jungkook: я угощаю. За руль с похмелья решает не садиться. Чонгук надевает чистые джинсы, футболку и кофту на замке. Лицо закрывает маской и кепкой, чтобы никто не видел отёки и мешки под глазами. Как ни странно, но все мысли разом улетучиваются. Конечно, это временно, и вечером он снова будет прокручивать диалоги и думать, что делать дальше. А сейчас шагает по полупустой улице и смотрит по сторонам. Тэхён приезжает через полчаса. Молчаливый, задумчивый, в сером спортивном костюме и в круглых очках-нулёвках с тонкой оправой. Чонгук, предлагая ему присесть напротив, не сдерживает улыбки. В глаза поначалу не смотрит — избегает взгляда. Перед Тэхёном тоже неловко и стыдно, будто он позволил себе лишнего. — Как себя чувствуешь? — молчание нарушает Тэхён. — Ужасно, — усмехается. Им приносят панчаны, заполняя практически всё пространство стола. За кимчи чиге Чонгук продал бы душу, желудок урчит от голода, он принимается за трапезу, не замечая, что Тэхён безразлично смотрит на еду. Горячий бульон обжигает губы и язык. Чонгук морщится и наконец поднимает взгляд. У Тэхёна вид такой, будто вчера они тоже успели поссориться. На самом деле он просто не знает, как относиться к сложившейся ситуации. Они не близкие друзья, чтобы делиться своими переживаниями, но так хочется услышать от Чонгука правду. Всё, что его терзает на данный момент, о чём он жалеет, почему вчера не позвонил, а сейчас делает вид, что ничего необычного не происходит. — Слушай, прости, что вчера перебрал и некрасиво себя вёл. Я не хотел доставлять тебе проблем. — Дело не в этом, — вздыхает Тэхён. — Мне жаль, что Джиа отказала тебе. Наверняка, у неё есть веские причины на это, просто вчера ты выглядел так несчастно и разбито, словно мог натворить какую-нибудь глупость, о которой бы потом обязательно жалел, — Тэхён тянется к палочками и подцепляет маринованную редьку, отправляя ту в рот. Чонгук внимательно слушает его, дожидаясь, пока он продолжит. — Почему ты позвонил всем, кроме меня? — спрашивает, заглядывая в глаза. Обида не такая сильная, но она всё же присутствует. Тэхён хочет понять его мотивы. Чонгук пожимает плечами. — Может, не хотел, чтобы этой глупостью стал ты? Зрительный контакт длится недолго. Тэхён опускает глаза, сдерживая смущённую улыбку, а Чонгук оглядывается, проверяя, что их разговор никто не подслушивает. Когда они встретились в клубе, Чонгук обрадовался, — это было заметно невооружённым глазом. Обнимал так крепко, что болели рёбра. В тот момент Тэхён сдержался, потому что на них смотрели друзья, но если бы мог, ответил бы с неменьшим порывом. — Что будешь делать дальше? — Не знаю, — Чонгук мотает головой. Идей пока что ноль. Надо поговорить с девушкой, извиниться и всё обсудить. О расставании речи ни шло, однако после такой крупной ссоры раны быстро не заживут. — Если честно, сейчас мне не хочется выяснять отношения. Наверное, пережду пару дней, чтобы собраться с мыслями. — Вы помиритесь, — не сомневается Тэхён. Чонгук переводит на него взгляд и почему-то хмурится. Теряется всего на мгновение. — Да, конечно. Так странно, что Тэхён, несмотря на свои чувства, старается подбодрить его. Чонгуку становится неловко, и вместе с тем он не понимает, зачем быть хорошим, когда играешь за другую команду. Возможно, Тэхён просто такой человек — хочет поддержать и как-то помочь. Он замечательный друг, правда. Когда Чонгук рассказывает о том, что планирует пожить ближайшую неделю в какой-нибудь гостинице, Тэхён предлагает занять свой диван. Он живёт один в достаточно большой квартире, поэтому идея не кажется такой плохой. За исключением одного нюанса, конечно. Жить под одной крышей с человеком, который ещё недавно заявлял о своих чувствах — не просто неловко, это ставит тебя в затруднительное положение. Тем более Чонгук не специально разбил ему сердце. Разве не лучше оставить всё в прошлом? Все остальные друзья живут не одни, с Сокджином они не в близких отношениях, чтобы напрашиваться в гости, снять номер — самый оптимальный вариант, но Тэхён даже слышать ничего не хочет. — Я не кусаюсь, — заявляет Ким. Чонгук, глядя в ответ, растягивает губы в весёлой улыбке. — Я не этого боюсь. — А что тогда? Или делает вид, что не понимает, или действительно не видит ничего проблемного в своём предложении. Чонгук склоняется к первому, но всё-таки обещает подумать.

***

Первый рабочий день после отпуска проходит быстро. Накануне они долго разговаривали, Джиа призналась, что переживает за будущее. За последнее время поселилось слишком много сомнений. Вдруг им просто не по пути? Чонгук хороший парень, но какой из него получится отец и получится ли — уже другой вопрос. Так бывает, даже если любишь и дорожишь. Всё никак не можешь понять, в чём причина переживаний. Вроде ведь всё нормально. Да, они поругались, но не разбежались в разные стороны, а нашли в себе силы сесть и поговорить. Чонгук держит её за руки, старается объяснить спокойно, почему так остро отреагировал на отказ. — Да я всё понимаю… И ты тоже меня пойми правильно. Я люблю тебя, мы вместе много лет, ты надёжный, добрый, заботливый мужчина, которого я только встречала. Но мы не сходимся в главном, и это меня убивает. Чонгук прикрывает глаза. Как же, чёрт возьми, тяжело. Голос дрожит, однако спросить необходимо: — Ты хочешь продолжить? Джиа поджимает губы. Запуталась в своих чувствах. Отпустить Чонгука не готова, он слишком дорог, чтобы терять его. Даёт ещё один шанс, надеясь на то, что всё как-нибудь наладится само собой, шторм пройдёт и эмоции утихнут со временем. Чонгук притягивает к себе и обнимает, и в этот момент до него доходит, что, наверное, они ошибаются. Как раньше точно уже не будет. Тот кирпичный домик, который они строили вместе годами, потихоньку начал разваливаться, и произошло это не за один день. Часть его грустила и сожалела, а другая — приняла смирение. Что именно изменилось в нём, трудно сказать. Появилось какое-то равнодушие к происходящему. Чонгук внушал себе, что они просто устали друг от друга, нужно взять паузу, отдохнуть и вернуться с новыми силами. Он оставил ключи от машины на столе, собрал небольшую сумку и, поцеловав в лоб на прощание, ушёл. Перерыв должен пойти на пользу. Стоя на пороге квартиры Тэхёна, Чонгук понимал, что он глубоко заблуждался. Но что-то изменить и повернуть в другую сторону уже не мог. Ему всегда казалось, что измена — это минута слабости. Когда запретный плод становится настолько желаемым, что последствия перестают иметь значения. Изменяют с коллегами, с незнакомцами в путешествии, с людьми, которых ты, скорее всего, больше никогда не увидишь. Только вот всё начинается намного раньше. Со взгляда, ненавязчивого прикосновения, с кокетливой улыбки, подаренной как бы случайно. Неужели человек понимает заранее, что поступит подло? Понимает, но всё равно делает. Потому что любопытно, потому что не хочет сопротивляться, потому что кажется, что всё под контролем и ничего страшного не произойдёт. Никто не узнает. Это останется секретом. Тэхён не был настойчивым. Он не флиртовал, не лез с объятиями, не ходил по дому обнажённым, провоцируя и соблазняя. Так почему же произошло то, чего Чонгук ещё не так давно старательно избегал? Никакого интима, тесного контакта и страстных поцелуев в спальне. Тэхён держал дистанцию и был гостеприимным хозяином. Они просыпались, завтракали, болтали на кухне, затем собирались и вместе добирались до работы. По вечерам заказывали на ужин доставку из какого-нибудь ресторана и сидели на диване, обсуждая всё подряд. Ничего сверхъестественного не происходило, а Чонгук всё равно нервничал. Всё было понятно сразу. Пожить с Тэхёном какое-то время означало сблизиться и прочувствовать на себе допустимый уровень комфорта. Увиденное приятно удивило. Тэхён был довольно чистоплотным, допоздна не спал, любил гулять, смотреть документалки, слушать музыку на пластинках и проводить время с друзьями. Его лёгкий, на первый взгляд, нрав быстро подкупал и располагал к себе. Он часто шутил и ко многим вещам относился несерьёзно. Некоторых это наоборот оттолкнуло бы, но не Чонгука. Ему нравилось наблюдать за Тэхёном. За его передвижениями на кухне, как он выбирал одежду, стоя напротив зеркала, нравился непринуждённый смех и сосредоточенное выражение лица во время просмотра видео с Ютуба. Он нравился Чонгуку, и это, пожалуй, больше не пугало. Случившееся можно было легко избежать. Ну как Чонгук не предусмотрел возможный исход событий? Искренне надеялся, что сохранит остатки совести и выйдет сухим из воды? Или пошёл на риск, прекрасно осознавая, чем всё закончится? Может быть, он хотел понять, насколько всё серьёзно и дело дрянь. Глупо ведь надеяться на то, что между ними ничего не поменяется. В таком случае измена — это осознанный шаг? Не ошибка, не мимолётная страсть, не слабость. А конкретное желание провести время с другим человеком, будучи в отношениях. На лицо лезет дурацкая улыбка. Прислонившись виском к двери, Чонгук убирает ладони в карманы домашних штанов и не может перестать улыбаться. За окном глубокая ночь, заснуть не получилось, весь извертелся в попытке найти удобную позу для сна. В итоге не выдержал и потянулся за телефоном. Листал ленту, пока не заметил, что Тэхён в сети. Jeon_Jungkook: чего не спим? Kim_Taehyung: к тебе такой же вопрос. Дверь спальни была открыта. Чонгук лежал в нескольких метрах от неё, вставать не торопился, находя забавным внезапно начавшуюся переписку. Jeon_Jungkook: Тэхён. Kim_Taehyung: м-м? Jeon_Jungkook: ты правда считаешь, что мы поступаем правильно? Kim_Taehyung: в каком смысле? Чонгук перевернулся на другой бок. Jeon_Jungkook: по-моему, это странно. у меня есть девушка, а я лежу на твоём диване и думаю о том, что давно не чувствовал себя… таким беззаботным. будто нет никаких проблем, не нужно ни о чём переживать, планировать, строить из себя взрослого самодостаточного мужчину, который должен много зарабатывать, быть примерным семьянином и хорошим отцом. сейчас это всё неважно, понимаешь? я просто Чон Чонгук, поступающий как мне хочется. Наверное, было бы гораздо проще, очаруйся он Тэхёном в первую их встречу. Или, если бы они переспали и больше никогда не виделись; если бы Тэхён начал приставать ещё тогда, в машине; если бы Чонгук поцеловал его по пьяни, а потом сделал вид, что ничего не помнит. Да, так было бы проще. Не в плане, что при таком раскладе совесть оставила бы его в покое. А в плане, что можно было бы оправдать себя. Соблазнили, настояли, застали врасплох. Что там ещё говорят? Сработал инстинкт? Бред. Kim_Taehyung: что мешает тебе жить так всегда? Jeon_Jungkook: не знаю… Jeon_Jungkook: стыдно не иметь амбиций. мало стараться, работать обычным менеджером, быть заурядным парнем. от меня никто ничего не требовал, но я всегда чувствовал давление со стороны. будь прилежным учеником, Чонгук, послушным сыном, поддерживающим другом, дисциплинированным работником, заботливым парнем. а потом и любящим отцом, дедушкой и далее по списку. вот когда выполнишь все эти пунктики, тогда обретёшь счастье и станешь полноценным членом общества. но меня жёстко наебали. мне скоро исполнятся тридцать два, а я понятия не имею, в чём вообще смысл моей жизни? ради чего всё это? Долгое молчание со стороны Тэхёна не напрягало. Чонгук отложил телефон в сторону и сделал глубокий вдох. Есть вещи, которые, как он думал, лучше держать в себе. Не позволял себе проявлять слабость, потому что он мужчина. Должен быть сдержанным и мудрым. Как же стыдно показывать себя вот таким… уязвимым. Kim_Taehyung: можно тебя обнять? Чонгук соврёт, если скажет, что никогда не представлял этот момент. Стоит, смотря на Тэхёна издалека, и улыбается. Сознание трезвое, винить потом будет некого, Тэхён не принуждал ни к чему подобному, лишь спросил разрешения обнять. Было бы гораздо проще, не влюбись он в Тэхёна в ответ. Подходит к кровати не спеша. Укладывается на бок и смотрит, смотрит, смотрит. Ищет подсказку во взгляде напротив, призыв к действию или, наоборот, протест. У Тэхёна красивые глаза, длинные ресницы, губы интересной формы, двойное веко только с одной стороны. Он не отталкивает, но и не притягивает. Взгляд открытый и ровный, лишь пальцы подрагивают от волнения. — О чём думаешь теперь? — спрашивает полушёпотом. — Пытаюсь понять, почему такой человек, как ты, засыпает в одиночестве. — У меня много заморочек, — признаётся Тэхён. — Я ревнивый, пускай этого не показываю, мне сложно отпускать людей, я бываю капризным и надоедливым; злюсь, когда не слушают или принимают серьёзное решение, не посоветовавшись со мной. Чонгук подкладывает ладонь под голову, не переставая растягивать уголки губ. — А ещё ты умеешь поддерживать, не боишься перемен, легко заводишь новые связи, ты не фальшивый и не пытаешься всем понравиться. Ты хороший человек, Тэхён, и твоему партнёру, вероятно, очень повезёт с тобой. — Спасибо. — За то, что сказал правду? — Нет, — улыбается Тэхён, перемещая взгляд на его губы. Чонгук изо всех сил старается не обращать на это внимание. — За то, что позволил узнать тебя настоящего. Они могли запросто избежать этого. Но Чонгук осознанно выбрал оказаться там, где всегда хотел побывать, если бы не страх и боязнь признать свою теневую сторону. Щека Тэхёна тёплая, он не сводит глаз с чужих, наблюдая за тем, как Чонгук медленно приближается к его лицу. Ладонь спускается ниже, на шею, слегка поглаживая кожу. Дыхание сбивчивое и шумное, Чонгуку даже кажется, что кроме собственного сердцебиения и вздохов он больше ничего не слышит. Проглотив вязкую слюну, Чонгук смотрит в последний раз, удостоверяясь во взаимном желании, и наконец подаётся вперед. Целует неуверенно, аккуратно, пытаясь утихомирить шторм из эмоций в груди. Подумает потом, какой же он мерзавец и лжец, а сейчас распадается на атомы, потому что Тэхён двигается ближе и ловко перенимает инициативу. Как бы описать его ощущения… Чонгук мало того, что не привык, чтобы его обнимали мужские руки, он не ожидал такой пылкости и отзывчивости от Тэхёна. Поцелуй быстро перерастает в нетерпеливый. Чонгук жмурится, чувствуя, как его нижнюю губу прикусывают, а после толкаются в рот мягким языком. Тэхён потрясающе целуется, — осознав это, Чонгук не сдерживает улыбки. Хочет отстраниться ненадолго, но Тэхён кладёт ладонь на его затылок и притягивает ещё ближе. Слишком долго ждал возможности насладиться чужими губами, поэтому останавливаться даже не думает. У Чонгука перехватывает дыхание. Языки сталкиваются во влажном поцелуе, Чонгук приподнимается, упираясь локтем в матрас, и вынуждает Тэхёна лечь на лопатки. Распробовав, целует уже с энтузиазмом и настойчивостью, давая понять, что не только Тэхён получает удовольствие от происходящего. Он боялся разочароваться. Быть с другим мужчиной — значит быть на равных, и это нужно принять. Бороться за право лидирующего нет смысла, Тэхён обнимает его за плечи, ничуть не уступая, а через какое-то мгновение и вовсе меняет их местами. Лёжа на спине, Чонгук рвано дышит и улыбается с закрытыми глазами. Его целуют в щёку, скулу, оставляют тёплый поцелуй возле подбородка и спускаются на шею. Невольно он поджимает пальцы на ногах и напрягается, держась одной рукой за предплечье Тэхёна. Под опущенными веками мелькают цветные блики. Чонгук приоткрывает рот и тяжело дышит, на лбу образуются складочки из-за того, что он хмурится. — Тэхён, — зовёт тихо. Нужно остановиться, прекратив это безумие. Он всего лишь хотел вспомнить, каково это: целовать другого мужчину. Тэхён его не слышит или же делает вид, что не слышит. Выцеловывает горячую кожу на шее, облизывает, желая оставить следы после себя, но его вовремя отодвигают. Чонгук обхватывает двумя руками и заставляет посмотреть на себя. Взгляд Тэхёна поплывший, слишком соблазнительный и пленительный, чтобы не поддаться искушению. — На сегодня, пожалуй, хватит, — неловко улыбается Чонгук, выравнивая дыхание. Чисто теоретически, как далеко они смогли бы зайти, если бы он не остановил Тэхёна? — Хорошо, — соглашается, пускай не сразу. Тэхён сглатывает и кивает, затем ложится на подушки рядом и смотрит в потолок, пытаясь переварить произошедшее. Чонгук поцеловал его первым. По своей воле. И ему, вроде как, понравилось. По крайней мере, он не отпрянул в первые секунды и быстро принял чужой язык у себя во рту. Чонгук кладёт руку на живот. Больше не улыбается. Осознание приходит с опозданием, перед глазами крутятся картинки как в калейдоскопе. Вот он встречает Джию, влюбляется в неё, обещает всегда быть рядом и признаётся в любви. Спустя несколько лет он уже не смотрит так влюблённо, но по-прежнему любит её и уважает. А потом появляется Тэхён и мешает все карты в колоде. Чонгук представляет лицо девушки, если бы та сейчас стояла рядом и смотрела на них со стороны. Становится не по себе. Наверное, самое отвратительное заключается в том, что Чонгук не чувствует сожаления. То есть, да, отвращение к себе всё же присутствует, но это не жгучая вина, которую хочется немедленно искупить. Он поворачивает голову к Тэхёну, находя его глаза в темноте, и понимает, что это был полностью его выбор. — Прости, — извиняется заранее. Тэхён сводит брови к переносице. За что Чонгук извиняется? Они оба этого хотели. Одному из них будет больно. Очень больно. И Чонгук хотел бы забрать все страдания себе, чтобы последствия произошедшего достались только ему. Потому что он заслужил это на все сто процентов. Жизнь — такая сложная штука. Ты, вроде, во всём разобрался, много раз ошибался и принимал сложные решения. Ждёшь момента, когда наконец всё наладится и ты придёшь в точку, после которой можно остановиться и выдохнуть. Но он всё не наступает. Ты бежишь, спотыкаешься, борешься с трудностями на пути и встречным ветром, сбивающих тебя с ног. Ничего не прекращается. Ты не можешь расслабиться, а двигаться дальше уже нет сил. Каждый проживает свои взлёты и падения. Мы совершаем ошибки — все без исключения — и потом жалеем о содеянном. Чонгук всегда презирал изменщиков, пока не стал одним из них. Сегодняшняя ночь — точка невозврата. Время назад не отмотаешь, грехи не смыть, за свои поступки нужно нести ответственность. Нельзя всё списать на эмоции. Он поддался соблазну и хочет ещё. Воронка затягивает сначала незаметно, а потом ты уже не можешь ничего сделать — остаётся только смириться с неизбежным и принять свою гибель.