Дневник Гермионы Грейнджер

Утро растянулось мягкой светло-серой дымкой через окно комнаты. Роза лежала на кровати, прижимая к себе подушку, и взгляд её застрял на потолке, где расползались солнечные полосы. Мысли всё возвращались к пергаменту, который она увидела между старыми томами на лавочке в коридоре. "Вертикальная перечеркнутая спираль. Не допускать резонанса — см. Грелион, том II, стр. 317," – повторяла Роза про себя, словно проговаривание слов могло оживить воспоминание. Вспомнила, как в библиотеке её отвлек Скoрпиус, когда она собиралась поискать информацию по этому. Жаль, что тогда, когда увидела листок с этой надписью, не забрала его себе. Тогда она так и не успела разглядеть все детали, но теперь точно знала, что найти это снова придётся. Нельзя допустить, что бы кто-то занимался этим в стенах Хогвартса. Как говорила мама: "Если кто-то находится в опасности, то ему точно нужна помощь", но после агрессивного взгляда Рона, нехотя все таки добавляла, что, конечно же, если это будет в выгоду себе. Роза повернулась на бок, упёрлась щекой в подушку и закрыла глаза, словно сама мысль о том, чтобы вернуться к этим страницам, уже наполняла её кровь предвкушением и лёгкой тревогой. Она проговорила про себя: — Сегодня... сегодня надо будет вернуться. Обеденный перерыв казался идеальным, обычно в это время библиотека была почти пуста, старшекурсники уходили на занятия, преподаватели устраивали свои совещания, и тишина заполняла ряды полок. Она представляла, как пройдет между стеллажами к стопкам книг и изучит символ. — Никто не помешает, — шептала она себе. — Только я и книги. Роза вскочила с кровати, стряхнула остатки сна и подошла к окну. Улица сияла мягким осенним светом, едва качались сухие деревья и трава за окном. Однако это было почти не заметно, в голове крутились только линии, схемы и спираль на пергаменте. — Нужно подготовиться, — подумала она, прикидывая, какие книги взять с собой и что проверить сначала. — А потом... потом можно будет всё изучить спокойно. И с этим намерением Роза направилась к столу, где ждала её обычная утренняя рутина, но теперь каждый жест казался шагом к тому, что недавно начало своё настойчивое приключение. Уроки медленно ползли к обеду, будто сами стены Хогвартса решили потянуть время. Каждая минута растягивалась до, почти ощутимого, прикосновения. Роза пыталась сосредоточиться на формуле на доске или на рисунке в учебнике, но мысли ускользали. Она видела только тот пергамент, перечёркнутый линией, снова и снова, словно символ сам шептал ей, что разгадка где-то рядом. Разговоры однокурсников, скрип мела, скрежет пера по бумаге, всё растворялось в фоне. Роза моргала, пытаясь вернуться к уроку, но каждый взгляд на часы лишь усиливал нетерпение, каждый раз стрелка циферблата либо неумолимо стояла на месте, либо двигалась совсем медленно. Её пальцы невольно сжимали под столом уголок мантии, словно это могло ускорить ход времени. Когда прозвучал звонок на обед, она облегчённо выдохнула и, почти не обращая внимания на шумный поток студентов в коридоре, направилась к библиотеке. Сердце стучало чуть быстрее обычного, желание вернуться к пергаменту и проверить стопку книг было сильнее, чем мысль о еде. В библиотеке, как она и ожидала, никого не было, однако, когда Роза уже трижды обошла ряды полок, перебирая книги и заглядывая между ними, тревога обрушилась на неё. Среди томов не было ни нужных книг, ни пергамента, ни знакомой спирали. — Чёрт.. — пробормотала Роза под нос, сжимая кулаки. — Значит, тут ничего нет. Девушка вспомнила, как мать однажды рассказывала о некой запретной секции, в которую Гарри Поттер проникал еще на 1-м курсе, а на 2-м сама Гермиона, получив разрешение от Локонса, искала там книгу по зельям. Нужная книга сто процентов находилась в той запретной секции. Если разрешение ей никто не даст, то пробраться, в теории, можно. Но лишь ночью, днём туда ни ногой, малейший шум вызовет немедленное внимание библиотекаря. Вряд ли там дежурят всю ночь, надо лишь аккуратно пробраться и быть назаметной. — Значит.. придётся ждать ночи, — вздохнула Роза, садясь на край скамьи. — Сегодня просто разведка. Она подняла глаза на верхние ряды полок и мысленно отметила путь, которым придётся пройти, когда стемнеет. И хотя сейчас ничего не удалось найти, уже одно осознание того, что цель почти в пределах досягаемости, заставляло кровь быстрее циркулировать по венам. Однако запретная секция ночью, сейчас пора отправляться на занятия, стараясь не думать о той записке, которая теперь словно вдалбливалась ей в память. Вечером был астрономический практикум в купольной аудитории, на небе за окном, сквозь стеклянный потолок, уже горели тонкие холодные звезды. Преподаватель с глазами, как у человека, который слишком много читал, и голосом, который не щадил нервы, рассказывал о прецессии, периодах и резонансах тел в орбите. Роза, как обычно сидела в первом ряду и правда пыталась слушать, но мысли беспощадно возвращались к пергаменту. Что такое "резонанс" в контексте чар? Можно ли это свести к схеме орбит? И если да, то какие частоты нужно избегать, чтобы не вызвать обратную реакцию? — Роза Грейнджер-Уизли, вы сосредоточены? — голос преподавателя внезапно прорезал её цепочку мыслей. — Вы можете ответить, почему в модели двойной планеты резонанс Лапласа приводит к возрастанию амплитуды? Класс молча прислушался, и тишину нарушал лишь скрип пера от нескольких человек, которые писали в тетрадях. Роза моргнула, словно выходя из тумана, и вскинув руку, проговорила, прежде чем подумать: — А что вы конкретно имеете в виду под амплитудой? — спросила она, стараясь, чтобы голос не выдал дрожи. Преподаватель удивлённо посмотрел на неё, потом на класс, который явно ожидал от неё умного ответа. Препод знал её, Роза чаще считала звёзды и формулы скользкими вещами, чем сухой академический мусор. Он слегка кивнул и объяснил на примере, как небольшая синхронизация частот может привести к накоплению энергии. Её мысль, перескочившая от звёзд к заклинаниям, неожиданно застопорилась. Резонанс – накопление энергии из маленьких, частых толчков. Именно это она и видела в записке про недопускание резонанса. Ночь уже давно окутала Хогварт, и Роза поняла, ждать больше нельзя. Если где‑то и была лазейка в защитных чар, её нужно было найти сейчас. Прежде чем кто‑то попробует устроить шутку, которая выкатит на их головы совсем не шутейные последствия. Библиотека открылась ей, как всегда, скрипом, это было проблемой, но библиотекарь, по‑видимому, занимался делами в помещении напротив и не замечал ночных шагов. Роза держала фонарь в левой руке, и каждый её шаг казался нарушением заветного правила. Девушка подошла к самым последним полкам в библиотеке, куда обычно никто не заглядывал. Из-за большого шкафа показалась решетка, запертая замком. — Алахамора. — Прошептала девушка почти беззвучно, особо ни на что не надеясь. По-хорошему, запретная секция не должна была отпираться таким лёгким заклинанием, однако на удивление замок поддался, со щелчком открылся и предоставилась возможность войти в ту самую запретную, но очень желанную, секцию. Ряды пыльных томов тянулись, как плетёные узы времени. Запах старых страниц, смолы, чернил и, возможно, магии заполнил нос. Роза спешно и тихо прошлась по рядам. Она перебирала полки по названиям и каждое название казалось максимально странным. "Арканы старых защит", "Эхо заклинаний предков", "Память кристаллов". Роза осторожно вытягивала книги, открывала, листала, сверяла с пергаментом, в котором записала все, что помнила. Но снова ничего, ни одной страницы, где был бы знакомый знак или упоминание Грелиона. Сердце начало биться быстрее, каждый звук казался подозрительным: скрип пола, шорох страницы, эхо собственного дыхания. Роза остановилась перед огромной деревянной полкой, на которой лежали тома с кожаным переплётом, потёртые, с золотым тиснением букв, слегка стертых временем. Среди них была книга, которая выделялась. "Грелион. Том II". Роза узнала тиснение на корешке, которое совпадало с указанием на пергаменте. Она осторожно сняла её, и пыль, осевшая на пальцах, заполнила воздух, словно напоминая, что книга давно не видела рук. Листая том, Роза нашла то, что искала: маленький символ в углу страницы, спираль, перечёркнутая вертикальной линией. Сердце снова сжалось, это была та самая пометка. Роза задержала дыхание и начала читать текст. Там шли описания древних защитных чар, тонкости их наложения, предупреждения о тех самых непредвиденных резонансах, которые могли пробудить энергию вне контроля. "Любое повторение в строго определённых интервалах способно усилить заклинание до непредсказуемой степени. Избегать совпадения ритма, иначе последствия могут выйти за пределы контроля". Роза снова взглянула на свой пергамент, дыхание сбилось, она понимала, что это не просто теория, кто‑то использовал эти знания на практике. Внизу был маленький знак: стрелка к другой главе, и там, как указание "стр. 317". Листая страницу за страницей, Роза заметила, что каждая формула, каждая схема почти напоминает график резонанса: линии пересекались, образуя узоры, которые могли стать либо защитой, либо ловушкой. Она аккуратно делала пометки карандашом, стараясь не шуметь, и понимала, что каждая деталь важна. Внезапно сквозь тишину библиотеки раздался характерный тихий скрип, словно кто-то зашёл в зал. Роза вздрогнула, но фонарь в руке все еще держала крепко, девушка знала, что нельзя терять концентрацию. Прижав книгу к груди, она присела на корточки между рядами полок, прислушиваясь. Шаги вроде бы постепенно удалялись, оставляя лишь тёплую дымку от фонаря и шелест страниц. Снова к ней вернулась решимость. "Если это кто-то использует, то последствия могут быть серьёзнее, чем я думала", – подумала Роза, осторожно направляя взгляд на следующую страницу. Там уже был конкретный рецепт, какой ритм и какие условия создают резонанс в чарах. Роза поняла, что эта информация – ключ, который мог открыть или сломать абсолютно любое заклинание. Она аккуратно сделала пометку на своем листке, сжала пальцы и шепнула себе: — Если кто‑то попробует это применить, то я должна знать, как остановить. "Как это сделала бы мама", – добавила она про себя. И с этим мысленным обещанием она продолжила скрупулёзно исследовать каждую страницу, зная, что ночь только начиналась, а библиотека хранила гораздо больше тайн, чем любой урок мог ей рассказать. Роза еще всматривалась в тонкие графики и предупреждения о резонансе, когда услышала едва различимый скрип шагов на деревянном полу библиотеки. Снова. Сердце подпрыгнуло, в этот раз точно направляются к ней. Один раз — это случайность, два — закономерность. Эту цитату еще в детстве сказала ей мать из какой-то магловской книги, но сейчас она подходила сюда как никогда кстати. Там было ещё что-то про третий раз, но его лучше не допускать. Она сжала в руках книгу и фонарь, стараясь не дышать слишком громко, а шаги тем временем приближались. Инстинкт кричал уходить. Роза поднялась, держа том подмышкой, и на носках поспешила обратно между рядами полок. И тогда произошло то, чего она не ожидала. Локоть случайно зацепил узкий металлический стержень, выступавший из стены между двумя старинными полками. Раздался неприятный стук, это могло привести к отвратительным последствиям. Если кто-то узнает, что она тут была, то наказания не миновать. Тихое дребезжание превратилось в скрип, полка сдвинулась. Роза шагнула назад, вздрогнув, и перед ней открылась ниша в стене, почти скрытая в темноте. Не думая долго, она заглянула внутрь: маленькая круглая комната, едва вмещающая двух взрослых фигур, но удивительная сама по себе. Стены были покрыты книжными шкафами, где стояли книги, которых Роза никогда раньше не видела: переплеты из темного дерева, странные символы, тиснение, напоминающее алхимические схемы и мистические знаки. В центре комнаты стоял старый стол, на котором пылилось перо и баночка засохших чернил. Внутри одного из маленьких углублений стола лежала тонкая черная тетрадь. Роза подошла ближе, нужно было срочно спрятаться. И как только Грейнджер зашла внутрь, в нос ударил запах книг, пыли и плесени. Отъехавший в сторону шкаф, безмолвно закрылся. Она вздохнула и осмотрела полки вокруг. Книги здесь были явно редкими и магическими, все заклинания в них, девушка сто процентов видела впервые. Роза это знала не открывая ни один из томов. Некоторые из названий на корешках она не могла даже прочитать, буквы будто плавали по книгам. Гриффиндорка подошла ближе к столу и взяла черную тетрадь в кожаном переплете, та была неприметная, но от неё веяло древностью. Захотелось заглянуть внутрь блокнота, он единственный отличался от других книг. Роза попыталась открыть его руками... и ничего. Страницы будто срослись друг с другом, она попыталась открыть некоторыми легкими заклинаниями, которые знала, однако ни одно магическое прикосновение не помогало. Ничего не дало результата. Роза поняла, что придётся вернуться к этой комнате позже, когда она найдет способ обойти защиту или понять, что именно за шифр используется, а пока, тетрадь она возьмёт с собой. Запихнув чёрный блокнот, книги, которые были в руках до прихода библиотекаря, подмышку, отступила к выходу, Роза ещё раз осмотрела комнату глазами: пыль, старинные книги, стол с баночкой чернил. Она мысленно запомнила каждую деталь, словно фотографируя пространство, проход в стене, круглая комната, местоположение стола и шкафчика. Это место нужно было держать в голове. Выходя, она осторожно дернула за рычаг, который изначально служил для открытия двери, и возвращаясь к запретной секции, прихватила с собой еще пару книг, на которые указывала та самая записка. Ночь была ещё молодой, и Роза понимала, что знания, которые она только начала открывать, могли изменить слишком многое. Девочка шла по темным рядам библиотеки, прижимая к себе книги, ощущая, как азарт и тревога смешиваются в один пульсирующий ритм. Она знала, что скоро сюда вернется, и на этот раз придётся готовиться гораздо тщательнее. Вернувшись в свою комнату, Роза осторожно поставила на стол книги из запретной секции. Пыль с обложек осыпалась на пол, однако она даже не заметила этого, мысли кружились вокруг того, что она видела в круглой комнате. Сев на край своей кровати, которая стояла у стола, открыла первую книгу и снова начала листать страницы. Формулы, схемы, графики, всё это было непривычно сложным и одновременно тревожно знакомым. Словно магия здесь и теория слились воедино, но смысл ускользал, она видела слова, символы и предупреждения, но пока что почти ничего конкретного не понимала. — Мерлин... что это вообще значит? — пробормотала она себе под нос, глядя на странные обозначения, которые, казалось, сами пытались сбежать с бумаги. Пробуя шепотом повторять заклинания, записанные в книгах, Роза только ещё сильнее запутывалась, то формулы не сходились, то слова казались искажёнными, то ритм повторений чар не давал никакого результата. До того, как она начала вчитываться, ей казалось это намного легче. В голове вертелась только одна мысль: "Завтра точно придётся разбираться с этим всерьёз". Оставлять книги на столе было нельзя и Роза убрала их в шкаф, туда соседки обычно не заглядывали. Вся эта история осталась ждать следующей ночи, а сама девушка чувствовала, как усталость берёт своё. И, наконец, с тяжёлым вздохом, Роза откинулась на подушку. Ученица прижала к себе подушку и, выключив палочку, закрыла глаза. Мир вокруг погрузился в тихую ночь, а мысли о символах и резонансах заклинаний ещё долго не отпускали её. Завтра, когда снова стемнеет, она вернётся к этой тайне, это никто кроме неё не должен узнать. Но сейчас сон и только сон.