Сквозные ранения

Билли вываливается из бара так, будто Кесслер тащит его волоком; Бутчер не пьян, совсем нет, поэтому прихватывает бутылку пива, которую хочется больше разбить об чью-то голову. Желательно — об свою, но чёртов паразит в голове только этого и ждёт: Джо нравится видеть, как Билли уничтожает себя, это подпитывает его, но Бутчер не даст ему захватить контроль над собой. На шатающихся ногах, Бутчер не сдерживается и показывает Кесслеру средний палец; тот ухмыляется, скрещивая руки на груди. Будучи живым, он бы повёл себя точно так же. — Нахуй я вообще это делаю? — бормочет Бутчер, потирая лоб. — Скоро канун Рождества, — поясняет Джо; он неторопливо идёт рядом с Билли, обходя редких прохожих, совсем как настоящий мальчик. Бутчер нервно усмехается. — Даже твоей заднице полагается подарок. — Санта скорее засунет уголь в мою задницу. — Попроси Хоумлендера, — подсказывает Кесслер, — он тебе в зад засунет что угодно. — Скорее, я ему ломом зад разъебу. — Вместе со мной… — Джо хитро ухмыляется, — ты можешь всё, малыш Билли. За болтовней с самим собой Билли не замечает, как добирается до клуба; секьюрити у входа под неоновой вывеской одет в куртку с меховым воротником при солнцезащитных очках. Билли сжимает горлышко бутылки с пивом, пытается пройти мимо охраны, как Кесслер хлопает его по плечу, удерживая. Раздражение ворочается в груди комком ёбанных щупалец. Он всегда будет торчать рядом? Билли хотя бы отлить сможет в одиночестве? — Погоди, папа-медведь, — просит Кесслер, — со своей выпивкой нельзя. Билли выдыхает сквозь зубы; так и знал. — Ну и хуй с ней. Не придумав ничего лучше, Бутчер швыряет бутылку на асфальт. Бутылка лопается от удара, осколки разлетаются по тротуару, пиво, расплескавшись, шипит и пенится. Охранник дёргает нижней челюстью, а Джо довольно улыбается: ему нравятся красивые и ебанутые жесты.