Сквозные ранения

Входят в клуб без проблем, хотя секьюрити смотрят не слишком дружелюбно; и Бутчер стискивает зубы: музыка громкая, свет прожекторов бьёт по глазам, и вообще хочется уйти, вернуться в тот задрипанный бар, где можно спокойно напиваться в одиночестве, но Билли уже пришёл, да и идти назад немного лень… Бутчер ведь зачем-то сюда припёрся, хотя ему нахуй не упала вся эта хуета. Билли ещё на пороге клуба тянуло въебать охраннику с особенно паскудной рожей, но Джо вовремя подхватил его под локоть и отвёл подальше от проблем. Сука, где ты раньше был?! Бутчер не хочет ни танцевать, ни пялиться на девок; сам понятия не имеет, для чего вообще решил послушать Кесслера, хотя… наверно, ему больше некуда поддаться. А сидеть в своей квартире — хуже всякой пытки. — Зря я сюда пришёл, — констатирует Бутчер; он не перекрикивает музыку, однако Джо всё равно его слышит. — Дерьмовое местечко! — Нет-нет, — Кесслер панибратски прижимается к плечу Билли, — ты захотел — я тебя сюда привёл. Не забывай, малыш Билли: ты и я — одно целое. — Ага, ебучая шизофрения, — фыркает Уильям и поворачивается в сторону бара, чтобы утопить остаток вечера в алкоголе, но Джо удерживает его за плечо. — Хули встал? — Ты этого не хочешь. — А ты, блять, знаешь, чего я хочу? — Бинго, папочка, — смеётся Кесслер и щёлкает Бутчера по носу; вроде ненастоящий, а каждое его прикосновение чувствуется. — Так что если ты только попросишь, я сделаю всё в лучшем виде. Бутчер рычит; блять, похоже, этот урод что-то задумал. И если пострадают невинные люди, Билли потом с огромным удовольствием пустит себе пулю в лоб. Однако… вдруг стоит довериться? Кесслер спас его жизнь от Иезикиля, то почему бы… снова не дать ему шанс? Хотя Бутчер понимает, что это будет максимально хуёвая идея.