Грешный Лондон

Риджен Стрит. Дом особняк Авеля. Дом Авеля можно было смело назвать самым спокойным местом, с гостиной как вся квартира 221B, обширная библиотека и изысканный гуляш к ужину. Тихий как и любимый молчаливый клуб его владельца. Каин и Ян согласились, что им не стоит возвращаться на Бейкер Стрит после такого кровавого отпуска. Ранения обоих напарников, раны на Каине от ножа ныне покойного Баала и ушибленный лоб Яна, медленно исчезали. Кроме его простреленной руки которая заживала медленнее. Несколько дней прошли тихо, но ввалившийся в спальню, которую предоставили Яну, Каин с вернувшимся к его лицу здоровым румянцем, сообщил что его «мозг бунтует против отсутствия работы, нам нужно узнать больше об убийце, Дмитрие». Картотека Авеля в виде разбухших восьмитомников на отдельной полке в библиотеке, была куда обширнее чем картотека Каина, на фамилию «Ллойд» набралось сразу же шесть человек. — Я всегда восхищался умением брата наводить справки на всех, на кого только возможно...— с восторгом произнёс Каин, зачитывая. — И так, Генерал Ллойд, по какой-то причине, Авель не вписал его имя, американский военнослужащий, работающий в Сибири, сослуживцы описывали мужчину как сложного человека, Ирина Ллойд, в девичестве Галинская, описывалась как нежная, сердобольная женщина. Оба скончались. Донован Ллойд, как мы слышали от Авеля, это тётка, находится в США. Описывается как суровая, не благосклонная к чему бы то либо женщина. И дети младшая Анна и старший Дмитрий. Девушка с тётей, а старший брат, до недавнего месяца содержался в тюрьме в России за убийство сослуживцев, но сбежал. — И сбежав отправил ещё несколько людей на тот свет...— закончил Ян, опустив взгляд на свою израненную руку. — А кто шестой? — Его прадед. Полковник Ллойд участвовал в битве при Плесси, — Каин взял листок, более старый на вид, на котором писалось про Полковника. — Доктор Хилл, послушайте-ка! Кхм..! «До сих пор гуляет история о том как полковник Ллойд пролез по дну ручья чтобы вырвать человека из лап раненного тигра»... — Я в это верю. Когда я был на востоке в горячей точке, ночью, мне в палатку залез пятнистый леопард, — поделился Ян, с ухмылкой указывая на свой ветвистый шрам на левой щеке. — И как кончил прадед? — На верёвке, тут написано, что его казнили за убийство... — ответил Каин, вдохнув. — Какая ирония, судьба повторяется... В библиотеку вошёл Авель. — О чём разговариваете? — он присел рядом с братом, по-прежнему взволнованно осматривая Каина, как в тот день когда нашёл их обессиленных в крови. — Залез в мою картотеку? — Брат, они же преступники. Почему... Ян, сидящий на полу, окружённый бумагами, заметил как Каин посмотрел на старшего брата. Невероятно нежно, взволнованно, почти как невинный ребёнок, спрашивающий родителя о несправедливости. — Как не неприятно мне это говорить, но на Романова ничего нет. Его нельзя просто так арестовать. На бумагах он чист...— Авель вздохнул, разводя руками. — Я бы не называл такое больное уродство чистым...— вырвалось у Каина само собой. — Но Ллойд далёк от чистоты и невинности, — влез в разговор Ян. — Вы правы, доктор Хилл, если он убил Баала и Лорда Хагсли здесь, сбежал и оставил кровавый след тянущийся из России, его нужно найти, — Авель посмотрел на брата, стараясь не говорить с сарказмом. — Но разве кто-то из вас знает где он сейчас? Каин и Ян синхронно покачали головами. — У меня есть люди, которые являются моими глазами и ушами на улицах, — предложил Авель. — Чистильщики обуви, бродячие мальчишки, кучеры. Я попрошу найти его, но ничего не обещаю...Если кто-то из них найдет его, продумаем план и обратимся к Скотланд-Ярду за помощью в поимке и аресте. — Скотланд-Ярд сборище безмозглых осло... — Каин!

***

Через три дня на пороге особняка Авеля появилось с дюжину чумазых мальчишек возраста от десяти до пятнадцати. Голосили вразнобой, один даже пытался залезть на Яна, вцепившись в его ногу и обозвав баобабом. И успокоились лишь когда заткнули рот булочками, которые по просьбе Авеля принесла служанка. Сорванцы нашли Дмитрия, следя за ним повсюду, от необустроенных берегов Темзы, где как оказалось Ллойд любил... — Он просто стоит как столб и смотрит на реку! — пробурчал самый высокий мальчик, жуя булочку. Сказали про паб, где Дмитрий пил эль словно воду и до комнатки в одном из самых грязных и небезопасных районов Лондона. В чёртовом Уайтчепеле. Дав каждому мальчишке по шиллингу и разогнав детвору, Авель повернулся к ним и развёл руками со сложным выражением лица. — Вы слышали? Уайтчепел! — Там орудовал серийный убийца по прозвищу Джек Потрошитель, если я не ошибаюсь? — спросил Ян и с презрением добавил. — Подходящее место для такого как Ллойд. — Я как-то бывал там мальчишкой...— задумчиво произнес Каин, нахмурившись. — Точно! Там организовывали подпольные бои без правил. — Где-где ты был ребёнком?! — Авель посмотрел на младшего брата недовольно, уперев руки в бока. — Мама и отец чуть с ума не сходили когда ты сбежал с занятий! — Я не хочу прерывать ваши воспоминания, но вынужден сделать это...— Ян почесал затылок. Братья замолчали. — Мы знаем, где он живёт, что дальше? Авель пожал плечами, предоставляя брату возможность говорить. Каин явно придумал какой-то план, но был невероятно неуверен в нём. Начал осторожно: — Я бы посетил этот печально известный район, тот паб, — он потёр руки. — Я бы выманил его на какое-нибудь уединённое место. Кажется, там есть скотобойня? Авель поморщился, словно предоставил себе грязный район, засаленный паб и скотобойню с отвратильном запахом запекшейся крови. — Снимите мою кандидатуру. — Никто не удивлен, братец, ты всегда любил чистоту. Не пойму как ты так спокойно смотрел как мальчишки пачкают твой индийский ковёр. — Каин! Это дети, — Авель обернулся на Яна. — Доктор Хилл, разрешите спросить? В те ужасные дни всё было так сумбурно, но я бы хотел знать, где то бесшумное ружьё? Ян потёр лоб, вспоминая, как в вагоне он открыл дверь и в бреду, когда появился залив, выкинул ружьё в воду. Оно, казалось Яну, жгло ему руки. — Я его выбросил...— пробормотал он. — Умоляю, не спрашивайте почему. — Жаль, кто-то из нас мог бы засесть с ним и держать Ллойда на мушке если что-то пойдёт не так... — Кто-то, — повторил Каин за братом. — Но кто? Твою кандидатуру мы отменяем чтобы не потревожить твой хрупкий мир. И потом, не думаю, что Ллойд знает тебя. Остаёмся мы с доктором. Ох, Яну совсем не хотелось предлагать себя в качестве...приманки. Но в нём взыграло чувство вины, как же он втайне корил себя за то, что позволил провести себя и подвергнуть напарника смерти в Рейхенбахском водопаде. — Я пойду. Каин и Авель посмотрели на него с лёгкой тревогой. — Он знает моё лицо, даже двинул по нему прикладом, — приводил Ян аргументы. — И я крепкий, сильный военный, я отбился от него отобрал его ружьё и... И смотрел Дмитрий только на него после того как выстрелил в Баала. Каин молчал, не в силах не согласиться и кивнуть. Увы, всё было верно, но он не мог не чувствовать иррациональное волнение за человека который за короткий срок стал для него коллегой, напарником. — Хорошо, доктор Хилл, — Авель поджал губы. — Но мы будем следить за вами издалека. Когда вы завладеете вниманием Дмитрия и поведёте на скотобойню мы обгоним вас и спрячемся вблизи. Я дам вам револьвер, если ситуация выйдет из-под контроля, стреляйте. Он прошёлся вперёд и назад, скрестив руки на груди. — Знаете, мне кажется, нам нужно чтобы Дмитрий думал, что вы полностью в его власти. Всецело, доктор Хилл. — «Всецело»...Отвратильное слово, — бросил Каин, подходя к Яну. Положил напарнику руку на плечо. — Это исторический момент, друг мой, я сам буду просить инспектора о том чтобы он взял побольше этих дурней. «Мой друг»...Яну стало невероятно приятно, словно тепло разлилось по венам.

***

Печально известный Уайтчепел. Стены злачного паба пахнут разлитым элем, потом и сигарами, типично для пабов более ранней викторианской эпохи. Ян был готов поспорить, что его не ремонтировали с тех времён. В этот вечер здесь казалось собрались все гуляки Англии. Рабочий класс, усталые мужчины с мозолями на руках, кое где отстутсвующими зубами сидел наравне с чуть более хорошо одетыми мужчинами. Разговоры шли об её Величестве королеве Виктории, об проблемах с кораблями, о политике, восточных колониях. У барной стойки мужчина помимо своей работы принимал деньги и записывал на грязный листок. Ян, одетый в куртку рабочего с не самым приятным запахом, чтобы сойти за посетителей бара он даже вымазал лицо сажей, склонился к столу, глядя на допитую кружку эля. Он совсем не пьянел даже от сильного алкоголя и ещё в армии слушал интересные истории своих пьяных сослуживцев. За соседним столом велись куда более интересные разговоры: — Я поставлю на русского американца всю выручку, — с уверенностью сказал захмелевший мужчина. — На того новенького? Я право сперва думал, что он не выстоит против Большого Джона, — рассмеялся второй в аккуратном пиджаке. — Но увидев, изменил мнение. Большой Джон до сих пор отходит после боя! Его спутники за столом чокнулись кружками с такой силой что половина эля вылилась на пол. Которому и так не помешала уборка, Ян даже видел чуть вдали от барной стойки дохлую крысу. — Джентльмены! — ударил по столу бармен, привлекая внимание "джентльменов". Его глаза сверкали. — Прошу к просмотру. Все посетители загрохотали стульями, медленной пьяной толпой спустились по лестнице вниз. Ян последовал за всеми. Они спустились в просторное помещение, ярдов сорок так точно, похожее на огромный подвал. В деревянном загоне на десять ярдов, пол был усыпан песком, стоял Дмитрий и его противник. Вокруг барьер обступила оглушительно громкая толпа, желающая крови. Идеальное место для такого жестокого человека... Ян, которому нашлось место у стены пригнулся чтобы не светить своей макушкой и поморщился — противник был куда худее Дмитрия, мощное тело которого уже блестело от пота, это было совсем нечестно, но он одёрнул себя. Честности здесь нет. Есть только Дмитрий. И толпа. Учредитель боёв, невысокий потнеющий толстяк с красными щеками, громко крикнул. Бой начался. Абсолютно без правил. Дмитрий теснил противника к краю барьера, молниеносно нанося один удар за другим. В челюсть, под дых. Звук крепких кулаков, бьющихся в тело разносился по всему пабу. У Яна скрипели зубы, так сильно он их сжимал, мечтая просто вытащить револьвер и пристрелить Дмитрия как бешеного пса. Нельзя, напомнил он себе. По Дмитрию скучает виселица, не пуля. Бой был в самом разгаре, противник по большей части лишь уворачивался. Но его тело дёрнулось когда ладони Дмитрия ударили по его ушам, оглушая. Подпрыгнув, Ллойд нанёс сокрушительный удар ногой в голову, и дезориентированный парнишка упал на песок, держась за виски. Толпа загудела, выкрикивая похвалу и ругательства. Ян сделал шаг назад, смешиваясь со зрителями сильнее когда Дмитрий, подошёл к барьеру, окинув голову назад. Его широкая грудная клетка быстро вздымалась. Тонкие руки какой-то игриво настроенной девушки в одеянии служанки, подошедшей с другой стороны, обвились вокруг головы Дмитрия, убирая мокрые от пота волосы назад, который лениво осматривал толпу. О нём забыли почти сразу же, зрители окружили учредителя боёв, требуя денег. Большинство поднялись наверх, собираясь отмечать до последней капли эля в бочках. Ян был вынужден остаться и созерцать то, что он считал очень сокровенным — Дмитрий, разгоряченный победой, переволок служанку через барьер, сажая на свои колени, настойчиво целуя её губы. Грубые руки залезли под женскую юбку. Ян был настроен на всё, но не на это. Пришлось стоять, как и некоторые из зрителей, смотрящие за этим, и Ян не хотел знать почему. Щеки, испачканные сажей потеплели от стыда. Пришлось зажмуриться на мгновение когда Дмитрий вцепился в бёдра служанки на нём, кусая её губы. Ян быстро раскрыл глаза когда услышал удивленный женский вздох и вопрос: — Куда ты?~ — Я думаю, я пропустил удар, — сказал Дмитрий на русском, рывком стаскивая её со своих колен, заметив знакомое испачканое лицо, поднимаясь на ноги. Вылез из загона, взяв рубашку, висящую на едва живом стуле. Скорее всего её он снял перед боем. — Мне срочно нужен доктор. Ян быстро пришёл в движение, развернувшись, срываясь на бег, толкая пьяных, расчищая себе путь. Выбежав на улицу ему пришлось дождаться когда выйдет Дмитрий, чтобы он знал куда следовать за ним. А он последует, Ян был уверен. Увидев мрачную крупную фигуру, он снова кинулся бежать, следуя маршруту до скотобойни. Пробежав мимо последнего дома, покидая Уайтчепел, Ян согласно плану, достал револьвер, делая выстрел в воздух чтобы полисмены в округе скотобойни знали, что птичка летит в клетку. Или он был птичкой. Если судить лишь по самым красочным русским выражением, которые Ян слышал позади, Дмитрий как минимум захочет сделать из него яичницу с грудкой. Лёгкий запах засохшей крови ворвался в нос, в высокой траве высматривалось мрачное строение скотобойни. Уже давно не работающей. Перепрыгнув лежащую на входе балку, Ян оказался в скотобойни и уже собирался выстрелить в воздух ещё раз чтобы дать знак полисменам знак, что он внутри скотобойни, но тяжёлые быстрые шаги вдруг догнали его в секунду. — Доктор! Куда же вы? Мне срочно нужна помощь, — прорычал Дмитрий, настигая его. Удар. Прямо по голове. Теряя сознание, Ян понял, что худшего сценария не избежать, он не успел подать второй знак и придётся пожертвовать своей свободой и здоровьем. Может даже жизнью?

***

Первое что Ян увидел придя в себя был ржавый крюк прямо над головой. Второе — почувствовал, что вверх по рукам почти не приливает кровь, даже так понял, что крепко привязан лоскутами, он увидел в них ткань той рабочей куртки, которую использовал для маскировки, к чему-то деревянному. И ноги тоже привязаны. Стульев на скотобойне он не рассмотрел, но мог предположить, что это из дальней комнаты для работников скотобойни или ещё откуда-то. Его испачканое сажей лицо вдруг огладило что-то вроде мокрой тряпки, умывая. А в следующую секунду ему, только пришедшему в сознание и со звоном в ушах, хорошенько прилетело правым хуком в лицо, Яна по инерции дёрнуло влево. Голова закружилась сильнее чем в тот раз у водопада, когда Дмитрий огрел его прикладом. Пальцы, схватившие его за волосы вернули в исходное положение, а потом заставили задрать голову. Ничего неожиданного. Только Дмитрий. Удовлетворённый тем какой у Яна расфокусированный взгляд. С ухмылкой издевательски подвигал пальцами свободной руки перед его глазами. — Где моё ружьё? От головокружения Ян даже не сразу смог ответить на русском. — Выкинул... — он лишь в мыслях усмехнулся удивлению на лице Дмитрия, услышав ответ на своём родном языке. А потом злость, мрачнеет на глазах и бьёт снова. — Дрянь. — Вы повторяетесь, мистер Ллойд, — произнёс Ян со слабо заплетающимся языком, без задней мысли, хотя ему уже пора играть несчастную жертву во власти Дмитрия. — Что ты там забыл? — Ллойд хватает его за волосы уже двумя руками, заставляя смотреть на своё лицо. Его жёсткие на вид губы с тонкой полоской шрама плотно сжаты. — О-отпусти...— как можно слабее прошептал Ян, прикрывая глаза словно он на грани обморока. Руки в его волосах дрогнули, но быстро потянули за пряди, до боли. Ян издал шипение. — Это и сажа. Цирк...— Дмитрий закатил глаза и вдруг схватил его левую руку, вытягивая на себя, выворачивая его запястье до хруста костей. Грубые пальцы задрали рукав рубашки, обнажая кожу. До Яна, у которого темнело в глазах от подступающей боли, донёсся щелчок, который он не спутает ни с чем. Складной нож. Лезвие коснулось его кожи на сгибе локтя, кончик ножа резко вошёл в плоть, филигранно задевая нервные окончания, и Ян сжал зубы, запрокинув голову назад, сопротивляясь руке в волосах. С потолка над ним на крюке висел ржавый, но по-прежнему с острым лезвием нож для разделки мяса. Вполне удачное место для подобной экзекуции. Дмитрий возил ножом по его коже с извращённой ленностью, дёрнув рукой. Куда больнее. Ян выгнулся в спине, позволяя болезненному крику вырваться из груди. Началось самое ненавистное. Агония. Не смертельная, но мучительная. На глазах появились первые слёзы, а дыхание сбилось в нервные громкие выдохи. Из головы вылетело всё, даже собственное имя. Дмитрий наклонился к его лицу, жадно всматриваясь в искаженные агонией черты и высовывая язык. Ян дёрнулся от него, и лезвие вошло глубже. Дмитрий мёртвой хваткой обхватил челюсть Яна, не давая ему мотать головой, зафиксировав. Изо рта Дмитрия воняло, от него всего пахло ужасно, кровью, потом, а прикосновение его горячего языка к щеке было словно клеймо. — Такой прекрасный...шрам, — прохрипел Дмитрий, жадно слизывая его слёзы. — Жаль его оставил не я. Но я исправляюсь. — На том свете исправьтесь...хотя, вас даже дьявол не возьмёт, — прошептал Ян, чувствуя как Дмитрий, закрепляя свои слова, дёрнул нож, оставляя на всей внутренней стороны руки Яна косую, рваную глубокую, сильно кровоточащую рану. Уже было не возможно держать вой боли, он забился в путах, глаза застилали слёзы, которые Дмитрий ненасытно слизывал с перекошенной улыбкой, громко дыша на него. Вдруг отстранился, глядя в глаза. Провёл горячими твёрдыми руками от затылка до шее, почти залезая под ворот рубашки и назад наверх. —Сегодня ты отдашь мне...свою жизнь, — Дмитрий снова наклонился к его лицу, держа ладони на его лице и что-то сказал ему, но Ян понял лишь некоторые слова, они прошли шумом. Зачем Дмитрий наклонился к нему он тоже не понял, его мокрые глаза закрылись от усталости и боли, когда губы обдало этим горячим отвратительным дыхание. А Скотланд-Ярд действительно сборище безмозглых ослов, Каин и лишь потом полисмены вбежал на скотобойню, не слыша крики инспектора сразу же выстрелил Ллойду в ногу. Тот совсем не удивился, на этом лице действительно не было ничего человеческого. Пока четверо крепких полисменов с большим трудом выволакивали Ллойда из скотобойни, Каин быстро освободил напарника, вытащил чёртов нож. — Ян, друг мой, потерпите чуть-чуть?..— пробормотал Каин дрожащими руками отрывая от своей рубашки лоскуты, заматывая новые раны. — Если только...чуть-чуть...

***

Через три часа после событий на скотобойне. Ян остался в госпитале с охраной Скотланд-Ярда, поэтому Каин вернулся в особняк брата. Но в голове прочно засели слова инспектора о том, что Дмитрий Ллойд может быть казнён в Лондоне. Его преступлений и их неопровержимых доказательств было достаточно для того что соорудить лесенку в виселице. Это был прорыв и одновременно регресс. Романову был нужен Дмитрий, и одна из голов гидры будет отрублена. Мир не очистится, но земля перестанет носить на себе такого человека. И это же было плохо — Романов потеряет важный актив, и захочет отомстить. Уставший, Каин лёг на кровать вскинув всё ещё испачканые кровью Яна руки вверх, ведя словно смычком по невидимой скрипке. Он почти знал, что скоро получит письмо или крошечную записку. Почти видел эти строки: «Очаровательнешее представление вы устроили на скотобойне, уверен план придумал ваш милый мозг. Это серьезный удар. Ждите последствий.» Возможно, там даже будет какая-нибудь издевательская русская приписка «Искренне ваш Борис» если русские пишут что-то подобное...