Грешный Лондон

Ян вздохнул, скучающе глядя в окно вагона, подперев голову рукой. Поезд из Менерхауса ехал второй час. — Меня мучает только один вопрос, — заговорил он, переводя взгляд на Каина, который читал газету, дымя сигарой в приоткрытое окно. — Как вы догадались, что лорд был отравлен? — Баранина. — Баранина? — Под чесночным соусом, доктор Хилл, — Каин не отрываясь от первой страницы Times, начал рассказывать, бурча с трубкой во рту. — Пока вы, мой дорогой напарник, щупали пульс покойного, я осматривал кухню. В вечер перед смертью лорда на ужин была подана баранина под чесночным соусом. Порошок опиума вовсе не безвкусен. — Порошок опиума и чесночный соус...— повторил Ян, вскинув черные брови вверх, глядя на Каина с улыбкой, едва заметно выказывающей его восхищение. — Вкус и запах чеснока отбивают вкус опиума... — Именно, — Каин замолчал, шумно раскрывая свежий номер Times, купленный на вокзале. Несколько минут тишину их купе на двоих нарушал лишь мерный шум колёс. — Доктор Хилл! А вот ещё одна странная смерть, читаю для вас. «Вчера, на сорок втором жизни в родовом замке Грен, скончался лорд Кристофер Хагсли. Смерть последовала от»...интересно...«от единичного выстрела в голову. Слуги и безутешная вдова леди Хагсли не слышали выстрела». Что скажете, как военный, знающий об оружии? — Это действительно, странно...Я долго держал в руках оружие на востоке, но не припомню ни одного которое стреляло без шума, — Ян пожал плечами, сползая по сиденью, задумавшись.

***

Вернувшись на Бейкер Стрит 221B, Каин, кинув мимолётный взгляд на секретер, спросил у встретившей их хозяйки дома: — У нас был рабочий, — сняв пальто и кинув его на левое кресло у камина, подошёл к секретеру, с лёгкой ухмылкой. — Поглядите, какие смешливые рожицы он нарисовал на пыли. Что у нас меняли? Ян закатил глаза, садясь в правое кресло у камина. — Газовый рожок, сэр, — Диана, потирая пенсне белым платком, указала на письма на столу. — Они ждут вас со вчерашнего дня. — Со вчерашнего утра, если быть точнее, — поправил Каин, взяв верхнее письмо, разорвав печать. Диана тихо удалилась. — Это письмо от моего брата. Авель зовёт в клуб "Диоген". — Диоген? Что это за клуб? — Ян прикрыл глаза на несколько секунд, расслабляясь в кресле. — Хм...это самый тихий клуб Лондона, там запрещены любые разговоры, а мой брат Авель является одним из членов-учредителей. — Запрещены любые разговоры...— повторил Ян тише. Звучало как само спокойствие. — Я направляюсь прямо туда, — Каин был едва заметно взволнован, скомкав письмо в карман своих брюк, он накинул пальто. — Вы составите мне компанию, доктор Хилл? Ян молча кивнул, поднимаясь следом.

***

Уходящие наверх лестницы самого молчаливого клуба Лондона были устланы бордовым дорожками. На первом этаже почти скрытом дымом от сигар и курительных трубок в креслах расположились молчаливые вдумчивые джентльмены, играющие в шахматы, потягивающие виски или читающие газету у большого окна. Швейцар в форменной черной ливрее молча проводил их на второй этаж, по пустому длинному коридору в уединенную комнату. — Здесь разрешено говорить, — шепнул ему Каин, входя первым. Оранжевые тяжёлые шторы с золотыми узорами, небольшой круглый стол с тремя роскошными креслами. В том, что было ближе к искусственной пальме в горшке сидел несомненно брат Каина, Авель, молодой мужчина с волосами чуть длиннее Каина и мягче оттенком. Приподнявшись в кресле мужчина осторожно обнял Каина, почти по детски согнутым пальцем стукнув его по носу. — Доктор Хилл, это мой старший брат, Авель. Авель, это доктор Ян Хилл, мой сосед и компаньон. Ян дружелюбно улыбнулся, пожимая руку Авеля. Когда все трое уселись и закурили, дымя в комнате, Авель сразу же спросил: — Баранина под чесночным соусом? — Да, брат. Мы только из Менерхауса. — Потрясающе, — Авель одобрительно улыбнулся, кивнув с мягкостью старшего брата. — Я знал, что твой дедуктивный метод безошибочно определит причину отравления. — Но ты позвал меня не для того, — Каин вытащил смятое письмо из брюк. — Что за печальная действительность, брат? — Увы, даже в этом тихом клубе нельзя скрыться от этой печальной действительности нашего общества. Это очень важное и деликатное дело, никто из посторонних...— Авель кивнул Яну. — Кроме вас конечно же, доктор Хилл, не должен знать об этом. Тем более Скотланд-Ярд. Авель вытащил из нагрудного кармана на внутренней стороне своего пиджака фотографию, подавая брату. Тот кинув быстрый взгляд, передал Яну. Это был портрет молодой девушки с приятными чертами лица обрамленного светлыми локонами. — Это леди Ева, одна из самых милых девушек, начавших в этом году выезжать в свет, — посвятил Авель. Ян переглянулся с Каином, с который сошёлся на мысли, что девушка действительно мила. Не более. Ян любил тёмные волосы. — Леди Ева помолвлена, и её свадьба с герцогом...имён я называть не буду, назначена на следующей неделе, но...как мне донесли мои люди, есть несколько неосторожных... Бойких, любовных. —...писем посланных леди одному бедному кучеру. Письма были похищены одним негодяем, имя которого... — Чарльз Милвертон, — спокойно закончил мысль брата Каин, и Авель подхватил: — Да, брат, он. — Милвертон? — Ян почувствовал себя немного не в своей тарелке, не зная о ком идёт речь. Последние девять лет он провёл в восточных колониях, в Индии, зашивая раненных и защищаясь от диких зверей. — Это "король шантажа", доктор Хилл, увы, в Лондоне есть свои "чудовища". Милвертон виртуозно играет на людских ошибках, пороках и слабостях, — прошептал Каин наклоняясь к нему. — На его счету много жертв разводов, разорений семей и даже самоубийств. Так продолжаться не может, кто-то должен остановить его, показать, что не всё в его власти. — Так вы займетесь этим делом, брат? — Решительно да, Авель, — Каин не докурив сигару, потушил её, вставая. Его взволнованный старший брат тоже встал, крепко обнимая. — Но будь осторожен, не рискуй.

***

Вернувшись домой их ждал не самый лучший расклад дела — на столе Каин нашёл новое письмо за авторством "короля шантажа", в котором говорилось, что он зайдёт в десять вечера. Оба переглянулись. — Десять наступает через три минуты...— пробормотал Ян, сверяясь со своими часами на цепочке. — Кто-то подслушивал нас когда мы были у Авеля, — бесстрастно констатировал Каин, пожимая плечами, словно признавая, что они не готовы к визиту. И без того ничтожное время поджимало. Когда на сумеречной Бейкер Стрит послышался шум лошадей и ругань выходящего из кареты, Ян успел лишь проверить в кармане ли у него револьвер. — Доктор, нет! Даже не думайте применить оружие, закон будет на стороне этого негодяя, — Каин зыркнул на него, быстро садясь на своё кресло. — Сядьте на стул в угол, он сядет между нами. Едва оба разместились и нацепили на лица холодные маски, Диана внизу сказала куда нужно посетителю, и двери гостиной открылись, впуская "короля шантажа". Чарльз Милвертон был страшно обижен красотой — обрюзгший джентльмен лет шестидесяти с пренеприятным лицом похожим на сморщенный сухофрукт, одет намеренно пафосно, подстриженные седые бакенбарды с плешью были единственными волосами на лысой главе. Маленькие глазки-бусинки смотрели с блеском. Снимая пальто и лениво размахивая тростью "король шантажа" улыбнулся, оглядывая Каина поразительно наигранно презрительным взглядом. — Я полагаю, вы удивлены моему визиту? — отвратительно сладко пропел Милвертон, и Ян видел как Каин сдержался, источая холодное спокойствие. — Насколько я понял, вы теперь действуйте от имени известной нам леди? А вы...мистер? Более отвратительного взгляда Ян не видел как тот, которым его окинул "король шантажа" когда увидел его сидящего в углу, скрестив руки на широкой груди. Омерзительная сальность взгляда этого джентльмена которому он годился хотя бы в старшие сыновья...Каин переглянулся с ним, холодно предлагая Милвертону сесть. Тот, как Каин и говорил, по его плану должен был сесть между ними, но "король шантажа", улыбаясь чем-то похожим на зубы, взял стул, садясь ближе к Яну. Напарники сработали мгновенно, слаженно переставляя свои стулья напротив него. — Это доктор Хилл, мой коллега, — чеканя каждое слово сказал Каин. — Значит, мы можем начать, — "король шантажа" откинулся на спинку стула, ведя себя как хозяин ситуации. — И уполномочила ли милая леди Ева принят вас мои условия: семь тысяч фунтов. И мне тяжело это говорить, но если деньги не будут уплачены до конца этой недели, на следующей свадьбы не состоится. Ян и Каин снова переглянулись между собой, отвращение к Милвертону возрастало в геометрической прогрессии, которую Ян так и не понял, с каждым словом того. "Король шантажа" словно подталкивал их, растягивая то как прелестно писала леди Ева, как он, открыто называя имена людей из высшего общества, которые разрывали помолвки, о том как «жёны отправляли на тот свет своих доверчивых мужей», словно у этих «жён» был выбор выходить замуж по собственной воле. Вместе со словами: — Если пойдут слухи что я строго наказал, например вашу доверительницу, другие охотнее раскроют свои кошельки... Ян всем нутром чувствовал как "король шантажа" разглядывает его длинные ноги и широкие плечи самым отвратительным образом, вытирая испарину на лбу, хрипло рассмеявшись. Губы Каина дёрнулись в улыбке, и следующее что Ян услышал было отличное от спокойного тона напарника, резкое: — Доктор Хилл, давайте посмотрим, что этот мерзавец носит в брюках? Его слова не успели закончиться, как недовольный таким обращением к своей "персоне" Милвертон вскочил, вытаскивая из-за пиджака револьвер, наставляя то на сидящего Каина, то на вскочившего за секунду Яна, из-за своего высокого роста нависающего на Милвертоном. — Я часто сталкиваюсь с подобным обращением! — удивительно визгливо произнес "король шантажа", размахивая револьвером. — Из этого не выйдет ничего хорошего. Каин и Ян синхронно переглянулись, мысленно составляя план в котором они смогли бы побороть Милвертона, ведь оба были моложе и сильнее, но к сожалению: — И потом я не настолько глуп чтобы хранить письма в карманах, — отступая к выходу из гостиной пропел Милвертон, забирая свои вещи. За окном снова зашумели лошади и звуки удаляющейся кареты. — Тц...— Каин недовольно потёр переносицу, замечая, что Ян схватил стул за ножку. — Доктор Хилл...Вы хотели убить его стулом?.. — А? — Ян моргнул несколько раз, понимая абсурдность своего действия. — Чёрт...не заметил... Каин ещё долго бранил себя за сказанную в порыве фразу, ведь они подвергли себя опасности. Мучил Яна и всю Бейкер Стрит игрой на скрипке, и лишь под утро, вошёл в его спальню с красными от недосыпа глазами, сказав твёрдо: — Доктор Хилл, я придумал как добыть письма.

***

Иного пути не было, и Каин пришёл к мысли, что они отправятся грабить Милвертона. Всё два дня, ведь у них не было больше времени на подготовку, усадьбу Милвертона Ян осматривал со всех сторон, запоминая в какое время выходят слуги и куда. Ночью, собрав весь инвентарь идеального грабителя в саквояж и переодевшись в чёрные рубашки, брюки, плащи и перчатки, уже перелезали через высокую каменную стену, окружающую дом и сад. — Доктор Хилл, — шептал Каин, делясь последними объяснениями пока они перелезали стену. — Я все эти дни ухаживал за горничной Милвертона... — Опустите рассказы об издевательстве над бедной девушкой... — Доктор Хилл, у меня есть счастливый "соперник", это Эскот, как только я исчезну со сцены, он придет на мое место. Но я действительно отвлёкся...Документы, я думаю и письма там же в сейфе, сейф в кабинете, а кабинет в свою очередь примыкает к спальне, если Милвертон решит проснуться и заглянуть в кабинет...у нас будет меньше минуты. — Каин приземлился рядом с ним, ведя через тёмный сад, объясняя про оранжерею через которую можно выйти в гостиную. Добравшись до стеклянной двери оранжереи, Каин бесшумно открыл черный чемоданчик, а Ян почти ассистировал, держа бесчисленное количество отмычек. Едва они нашли кабинет Милвертона и отперли отмычкой, Каин влетел в него, сразу же ища документы. Ян запер кабинет, осматриваясь. Всё напыщенно роскошно, особенно тяжёлые бархатные шторы. — Чёрт, Доктор Хилл...— прошептал Каин, жестом подзывая к себе. — Пробуйте открыть сейф, а я поищу секретные места... Ян послушался, но будучи не вором, чуть не уронил отмычки. Каин водил руками и надавливал по всему что видел, по столу, по статуэткам, про пресс папье. Надавив музыкальную шкатулку, та резко щёлкнула, Каин вскинул руку. — Доктор Хилл, слышите? Где-то механизм...— следуя по звуку, он опустился на колени перед столом, вытаскивая тайный ящик под днищем стола. Усеянный бумагами и конвертами. — Потрясающе... В это же время Ян разобрался с сейфом, вытаскивая лишь конверты. — На стол, доктор Хилл, давайте поближе познакомимся с любопытнейшим набором Милвертона, что тут у нас...— Каин взял один из конвертов, отличающихся от других своим качеством, вытаскивая письмо. — Заметьте эти интересные следы прямо над буквами, похожи на мелкие царапины. Пальцы держали перо очень близко к бумаге, у отправителя длинные ногти, я бы даже сказал когти. Это у нас...заказ на ящик шесть на шесть футов и дальнейшая его отправка из Москвы в Лондон. — Приличный ящик...я бы мог поместиться в нём если бы согнулся...— Ян замер, посмотрев на напарника. — Неужели вы думаете... — Вы верно рассудили, доктор Хилл, — Каин недовольно ухмыльнулся. — Уверен, груз у этого ящика был интересным... Откинув письмо, они перешли к письмам из тайного ящика, разбирая любовные послания людей из высшего общества. С каждым письмом картотека Милвертона начала лишь пугать. — Доктор Хилл, вы знаете, что это за монограмма? — Буква R, но на русском языке, — Ян всмотрелся в самый настоящий список из одной буквы, идущих по алфавиту. Русская "Р" была написана причудливо, в виде извивающейся змеи. — Мои опасения подтверждаются, а вот и письма леди Евы...тш..! — Каин замер, и Ян вслед за ним, прислушиваясь к шагам за дверью. — Милвертон...За шторы..! Быстро вернув письма и бумаги на места, оба спрятались за шторами, теперь полагаясь лишь на свой слух. Милвертон, судя по звукам, прошёл в кабинет, усевшись в кресло, а за ним послышались более лёгкие шаги, и в комнате появился странный запах, смесь дешёвого алкоголя, пота, пыли и грязи. — Не испачкайте мой ковёр, любезный! — послышался голос "короля шантажа", недовольный и заспанный. — Вы и та леди испортили мой сон. — Груз доставлен, сэр, — ответил ему тихий прокуренный голос, явно принадлежащий какому-то пьянице, выполняющего чёрную работу. — Тот, как вы и думали разобрался с лордом Хагсли. Тихо и незаметно — Романов привёз это чудовище? — в голосе Милвертона появились лёгкие нотки страха, но он быстро вздохнул, растягивая гласные. — Прекрасно..."B” будет доволен, ваше вознаграждение у моего юриста, адрес вы знаете. Ян, стоящий за шторой как мёртвая скала, заметил как Каин нахмурился — они же адреса не знали. Но следующая фраза Милвертона заставила нахмуриться обоих: — Те джентльмены, копают под меня, тот может разобраться с ними тихо? Но осторожнее с высоким доктором...я хочу его себе. Отвратительно. Ян поморщился, скривившись. — Говорите об этом с Романовым. — Хорошо, а теперь покиньте мой кабинет, та леди всё ещё ждёт, — по звукам собеседник Милвертона вышел, а в кабинет вошёл кто-то лёгкий с длинными шуршащими по ковру подолами. Голос Милвертона сменился на ядовито сладкий. — Ах, это вы, леди Хагсли? Ян и Каин замерли, вспоминая про утреннюю статью Times о бесшумном убийстве лорда Хагсли. Но теперь его вдова пришла к Милвертону, и напряжение возрастало. По звукам, они поняли, что леди плакала, и это кажется рассмешило "короля шантажа". — Ну, леди, вы так прелестны, зачем плакать? — голос Милвертона снова сменился с ласкового на карающий. — Ваш муж сам виноват, если бы он не знал больше, чем ему было нужно, если бы не совал свой любопытный нос в наши дела, остался бы жи-и-ив. Тишина. Леди Хагсли не отвечала, лишь плакала. — Я буду снисходителен к вам, это чудовище не тронет вас, — Ян и Каин поняли, что Милвертон встал, приближаясь к леди Хагсли, словно чем-то тряс перед ней, и Ян машинально вытащил револьвер, не собираясь позволить этой твари сделать что-то, но Каин схватил его за руку, молча мотая головой. — Ведь вы так прекрасны... — Я-я...— леди Хагсли впервые заговорила, её молодой девичий голос был полон ненависти и горя. — Я не дам вам возможность мучить других как вы мучали меня, я избавлю мир от этой гадости, вы больше никому не причините зла... Последние слова ни Ян ни Каин не услышали, их перекрыл шквальной звук выстрела револьвера, очень много выстрелов. У обоих в жилах замёрзла кровь. Услышав, как кто-то выбегает из кабинета, оба выскользнули из-за штор, леденея. Милвертон лежал на полу раскинув руки. — Доктор, пульс! — крикнул Каин, бросившись к столу, вытаскивая все бумаги и разводя камин нервными движениями. — В-в... Выстрел слышали не только мы. Ян кинулся к телу, прощупывая пульс на шее и на запястье, констатируя смерть от прямых выстрелов в сердце. В левой руке трупа он заметил то, чем по всей видимости Милвертон махал перед лицом своего будущего убийцы. Затвердевшие пальцы покойного сжимали клочок бумаги с одним словом, перечёркнутым двумя большими восклицательными знаками. Lloyd. Каин разжёг камин когда в коридоре послышался топот бегущих не одной пары ног. Сметя в камин все бумаги, что он только нашёл, быстро оттащил Яна от тела. — Доктор Хилл, я понимаю, Танатология крайне интересна, врачу вашей квалификации, но не сейчас! — Каин сорвался на бег, выводя их тем же способом как они и вошли, через оранжерею. — На листке в руке Милвертона было «Ллойд», — сообщил Ян сорвавшимся от резкого бега голосом. Подсадив Каина, он следом перелез через стену. — Великолепно, мой друг! — Каин ухмыльнулся, не сбавляя бега. Подав Яну руку и не отпуская её больше, добавил с досадой. — Жаль не успели забрать его. Но когда мы добежим до Бейкер Стрит, и я выкурю сигару, нас ждёт увлекательное ознакомление с моей картотекой! — Буквы "B" и "Р"? Они выбежали за пустырь к дороге, поймали экипаж. Уже в дороге, Каин добавил: — Теперь к ним добавилась литера "L".