Династия Константы

Пока Мистик Фоллс пытался осознать, почему охотник Коннор теперь мирно кладет кирпичи у поместья Майклсонов, Адриан решил заняться «внутренней отделкой» своей семьи. Ребекка Майклсон сидела у бассейна, выглядя подавленной. Она всегда мечтала быть человеком, иметь детей и прожить простую жизнь. Для неё сила Адриана была напоминанием о том, чего у неё никогда не будет. Малыш Адриан, паря в своей колыбели под присмотром безмолвного Майкла (который теперь был идеальным телохранителем), подлетел к тете. Он долго смотрел на неё, анализируя её печаль. Для него это было «нарушением эмоционального фона». — Хочешь? — спросил он, протягивая ей пустую ладошку. — Чего я хочу, малыш? — горько усмехнулась Ребекка. — Я хочу то, что невозможно. Я хочу быть живой. Адриан закрыл глаза. В воздухе разлился аромат весенних цветов и озона. Он не стал искать «лекарство» Сайласа. Он просто залез в саму структуру вампиризма Ребекки. Он нашел там «запрет на жизнь» и наложил на него заплатку. Через мгновение Ребекка вскрикнула. Она почувствовала, как её сердце, молчавшее тысячу лет, выдало один мощный, тяжелый удар. Потом второй. Третий. Она осталась вампиром — сильной, быстрой и бессмертной. Но теперь она была живой. Она могла чувствовать вкус еды, она могла загорать на солнце без кольца, и, что самое главное, она почувствовала, что теперь может иметь детей. — Ты... ты исправил проклятие? — прошептала она, прижимая руку к груди, где билось сердце. — Исправил, — кивнул Адриан. Элайджа и Беллатриса вышли на шум. Увидев живую, плачущую от счастья Ребекку, Элайджа понял: его сын не просто Аудитор. Он — Творец Нового Мира.

***

События начала 3-го сезона когда Клаус пытался использовать Елену как донора крови) окончательно зашли в тупик. После того как Адриан сделал гибридов стабильными, надобность в крови Елены Гилберт отпала. Она стала «избыточным элементом». Клаус, окрыленный своей новой армией, хотел было избавиться от неё, но Адриан распорядился иначе. Елена стояла перед семьей Майклсонов. Она привыкла быть в центре внимания, привыкла, что за её жизнь сражаются. Но сейчас на неё смотрели как на устаревшую модель устройства. Беллатриса крутила в пальцах палочку, рассматривая ногти. — Она такая скучная, Элайджа, — протянула Белла. — В ней нет ни капли истинного величия, только эта... утомительная жертвенность. Элайджа держал Адриана на руках. Малыш внимательно смотрел на Елену. В его глазах отражалась вся линия Петровых. — Цикл, — произнес Адриан. Он увидел, что Елена — это всего лишь копия копии, созданная, чтобы мучить Стефана и Деймона бесконечным дежавю. Для Аудитора это было растратой ресурсов. Адриан сделал жест, словно стирает пыль с плеча. Адриан сделал жест, словно стирает пыль с плеча. — Что ты... — Елена не успела договорить. По залу пронесся вихрь из золотых и черных искр. Адриан не убил её. Он отделил её сущность от мистической связи с Татьей и Кэтрин. Елена Гилберт перестала быть «Двойником». Её кровь стала обычной человеческой кровью. Проклятие Сайласа, тянущее двойников друг к другу, было разорвано навсегда. — Ты свободна, Елена, — спокойно сказал Элайджа. — Иди домой. Ты больше не цель. Ты больше не приз. Ты просто... девочка из пригорода. И если ты или твои друзья еще раз попытаетесь вмешаться в дела нашей Династии — аудит будет окончательным. Елена вышла из особняка, шатаясь. Она впервые за долгое время была в безопасности, но при этом чувствовала себя абсолютно ничтожной. Адриан лишил её статуса «Центра Вселенной».

***

Стефан Сальваторе, чьи чувства Адриан включил в первой главе, пришел к особняку вечером. Он больше не был «Потрошителем», но и не был тем неврастеником, которым его знала Елена. Он преклонил колено перед крыльцом, где Элайджа качал колыбель сына. — Я пришел просить о службе, — глухо сказал Стефан. — Ты вернул мне душу, малыш. Но я не знаю, что с ней делать в этом мире хаоса. Адриан посмотрел на него. В Стефане была дисциплина и склонность к самопожертвованию — отличные качества для Легата. Мальчик кивнул Элайдже. — Мой сын согласен, Стефан, — произнес Элайджа. — Ты станешь его мечом среди людей. Ты будешь следить за тем, чтобы в Мистик Фоллс соблюдался Порядок. Не ради Елены, не ради искупления. А ради Константы.

***

Клаус, чувствуя, что Династия требует полного сбора, вытащил кинжал из Коля. Он ожидал, что брат, как обычно, устроит кровавую баню в первом же баре, едва проснувшись. Но Клаус забыл предупредить его об одном маленьком «но». Коль Майклсон ворвался в гостиную особняка спустя час после пробуждения. Он был в ярости, его магия (которую он всегда ощущал острее других братьев) искрила от долгого сна. — Никлаус! Элайджа! — кричал Коль, разбивая дорогую вазу взмахом руки. — Вы заперли меня в коробке на десятилетия! Я сожгу этот город до основания, просто чтобы согреться! Он замер на пороге большой залы. Там, в кресле у камина, сидел Элайджа, а на ковре перед ним...

***

Адриан не испугался крика. Он медленно повернул голову к Колю. Годовалый малыш прищурился, и Коль внезапно почувствовал, как его собственная магия — та дикая, необузданная сила, которой он так гордился — задрожала и спряталась. — Что это за чертовщина? — прошептал Коль, делая шаг назад. — Элайджа, почему от этого ребенка фонит такой мощью, будто ты усыновил рождение сверхновой? — Познакомься, Коль, — спокойно ответил Элайджа, не отрываясь от газеты. — Это Адриан Майклсон-Блэк. Твой племянник. И я бы посоветовал тебе не кричать. Он не любит шум. Коль, ведомый своим вечным любопытством, опустился на корточки перед малышом. Он попытался прочесть ауру ребенка — старый трюк, которому он научился у ведьм Нового Орлеана. Но едва он коснулся сознания Адриана, как его отбросило видением: бесконечные библиотеки, золотые весы и ледяная пустота космоса. Адриан протянул руку и схватил Коля за палец. Его хватка была не детской. Коль вскрикнул, но не от боли, а от того, что через него прошел разряд чистейшей, нефильтрованной магии. Адриан смотрел в глаза дяде, считывая его «код». Коль был сломан — его жажда разрушения была лишь криком о помощи одинокого ребенка. — Успокойся, — произнес Адриан. Это было не слово, это был приказ реальности. Коль замер. Впервые за тысячу лет его разум стал ясным. Голоса, жажда крови, вечный зуд магии — всё стихло. Адриан просто «прибрался» в голове у дяди, расставив мысли по полкам. — Ты... ты сделал это за секунду? — Коль посмотрел на свои руки, которые больше не дрожали. — Я искал этот покой веками, потроша ведьм и сжигая алтари... а ты просто нажал на выключатель? Коль Майклсон рассмеялся — на этот раз не безумно, а искренне и радостно. Он подхватил годовалого племянника на руки и подбросил его в воздух. — Элайджа! Клаус! — закричал Коль, сияя от восторга. — Вы идиоты! Вы беспокоитесь о гибридах и двойниках, когда у нас в руках Ключ от Вселенной! В этот момент в комнату вошла Беллатриса. Она окинула Коля оценивающим взглядом и усмехнулась: — Еще один Майклсон. Надеюсь, ты более полезен, чем Клаус. Коль поклонился ей, всё еще держа Адриана: — Мадам, если вы мать этого маленького чудовища, то я ваш навеки. Он — лучшее, что случалось с этой семьей со времен нашего обращения.